Ласковый и нежный

Мысль о том, что мог услышать Гарри через картонные стены их квартиры, пугала Питера, заставляла его беспокойно ворочаться в кровати всю ночь. Она занимала даже больше места в голове, чем сам факт того, чем они занимались с мистером Озборном прошлым вечером. Это было похоже на видение, странный сон, которого не могло быть на самом деле. Но это действительно произошло в реальности, и иногда всплывало обрывками воспоминаний. Его парфюм, его напористые губы, его длинные пальцы, проскальзывающие под резинку штанов. Питер сделал глубокий вдох, почувствовав, как к паху приливает кровь. Склонившись над раковиной, он умыл лицо ледяной водой, чтобы отрезвить себя. Время было около девяти утра, и он думал, что после ночного сна все как-то самостоятельно вернется на круги своя, новый день начнется как обычно. Но он все еще ощущал странный мандраж, а Гарри не произнес ни слова. Какой же дикостью казалось все происходящее. — Долго будешь торчать? Ты не один в квартире, — огрызнулся Гарри, стоило Питеру выйти из ванной комнаты. Его враждебный настрой начинал напрягать. — Может, уже поговорим? — Питер не дал другу пройти в дверной проем, загородив его собой. — Что я не так сделал? Объясни мне. Ему до последнего хотелось надеяться на то, что Гарри не слышал ничего лишнего. Потому что у Питера не было оправданий для сексуальной близости с его отцом. — О, ты все сделал абсолютно верно. Просто я постоянно задаюсь вопросом, что Я делаю не так, — повысил голос Гарри. — Раз я не заслуживаю ни внимания отца, ни честности от лучшего друга. Скажи мне, Питер, что Я делаю не так? — Какой честности ты от меня ждешь? — искренне развел руки в стороны Питер. Большего стыда он не испытывал в жизни, особенно перед Гарри, полностью обделенным вниманием отца. — Слушай, ты же сам попросил меня обсудить с ним взрыв в его компании. И мы говорили об этом. Не моя вина, что ему так тяжело открываться людям. Лицо Озборна-младшего вытянулось. Затем он нахмурил брови. — Мой отец поделился своими переживаниями… с тобой? — Да, — не задумываясь, кивнул Питер. — Думаю, не потому что он доверяет тебе меньше, чем мне, а лишь потому что не хотел грузить тебя. Это и правда его очень задело. С каждым словом Питера все больше тошнило от самого себя. Никакое количество жизней, спасенных Человеком-Пауком, не сможет смыть с него пятно этого позора. — Питер, прости… Я даже не думал, — вздохнул Гарри, потерев ладонями лицо. Он, очевидно, даже не мог представить, что его вечно бесстрастного отца могут терзать какие-то внутренние переживания. О чем весьма искусно врал ему Питер. — Черт, я идиот. Ты поступил верно, выслушав его. А я покатил на тебя бочку, просто… Подумал, что вы станете с ним чем-то типа лучших друзей. Меня просто тошнит от этой мысли. — Да уж, ну и бред, — кисло улыбнулся Питер, освобождая дверной проем ванной. — И… что он сказал? — На самом деле мало что. Он сказал, что смерть коллег сильно подкосила его, а затем я долго болтал о смерти дяди Бена. По большей части… Это он выслушивал меня, а не я его. Гнусная ложь окончательно успокоила разгневанного Гарри. Он с сожалением похлопал Питера по плечу, очевидно, стыдясь своей утренней раздражительности. — Я купил два ролла с курицей, — вдруг сказал он. — В пакете на кухонном столе. Есть планы на сегодня? — Вообще да. Но вполне успею с тобой перекусить. Дел у Питера действительно было до черта, что помогало ему отвлечься от чувства стыда и эротических воспоминаний. Классический дневной патруль по городу был не только замечательной разминкой, но и неплохим заработком, если хватало времени запечатлеть несколько фотографий с самим собой. Затем учеба, подработка в пиццерии, и, возможно, еще один вечерний патруль напоследок. Ближе к ночи было все больше причин выходить на улицу в маске, именно в это время активировались всякие мерзавцы, планирующие поживиться любым способом. Чем популярнее становился Человек-Паук как страж закона, тем меньше происшествий случалось в это опасное ночное время. Но они никуда не уходили. Их невозможно было вырубить на корню. В погоне за угнанной машиной Человек-Паук очень неудачно задел ногой фонарный столб. На большой скорости это было чертовски сильное столкновение, оно не только прервало работу фонаря, но и разбило толстое стекло, и даже заставило столб покоситься. На тот момент Питер почти не почувствовал боли, но потом, уже после разбирательств с угонщиком, он понял, что лодыжка истекает кровью. Уже ближе к ночи он сидел в ванной и промывал кровоточащую рану. Она не особенно беспокоила Питера, такое случалось очень часто, а после укуса паука любые ранения полностью заживали на Паркере за пару дней. Намного больше его сил уходило на то, чтобы постирать и подшить костюм. Было бы круто иметь какого-нибудь знакомого портного, который бы не задавал вопросов, а просто полностью восстанавливал его трико за пару баксов. У кого точно есть под рукой целое ателье, так это у мистера Озборна. Все его костюмы всегда сидят отлично. Интересно, когда он придет в следующий раз? И как Питеру надо будет себя вести? Любые его мысленные рассуждения в итоге приводили его к мистеру Озборну. Они вызывали больше вопросов, чем ответов. И хотя он рассчитывал на то, что Гарри уже спит, когда Питер вышел из ванной в гостиную, неожиданно встретил его на пути. Судя по его виду, он еще не ложился, сам недавно вернулся домой. — Опять твои вечерние прогулки, — хмыкнул Гарри, заметив Питера. — Все окей? — Да, порядок, — кивнул тот. — А ты? Был на занятиях? — Встречался с подругой. Неплохо день провели. Сначала хотели идти на какую-то дурацкую выставку, но в итоге сгоняли на картинг. Питер усмехнулся себе под нос. ЭмДжей и картинг… Абсолютная бессмыслица. — Я бы выбрал дурацкую выставку, — признался Питер. — Да-да, я в курсе. Но там нет ничего научного, чтоб ты знал, просто электрические угри бултыхаются в океанариуме. — Между прочим, звучит интересно. Ты знаешь, что древние греки использовали способность электрических угрей бить током для обезболивания в хирургии? — Питер, Питер… Я умоляю, у меня нет тяги к интеллектуальному просвещению. В свободное время я только деградирую. Питер закатил глаза. Дружба с Гарри едва ли удовлетворяла его потребность делиться интересными фактами о мире. Впрочем, винить его за это было невозможно. Скорее, Питер сам считал себя слишком навязчивым. — Кстати, про интеллектуальное просвещение, — вдруг начал Гарри, — хочешь сходить на презентацию регенерирующих ткани устройств? Отец сказал, что мы можем прийти вдвоем. В этот момент Паркер почувствовал, у него начинают алеть уши. — Ух ты… — неопределенно сказал он. — Здорово, что он так быстро восстановил деятельность Озкорпа. — Да, сказал, что самое время показать людям что-то из разработок без разрушительной силы. Хотя это только презентация проекта на экране. — Конечно, я хочу пойти. Питер неловко потупил взгляд. Разумеется, смотреть презентации новых проектов огромной межнациональной компании безумно интересно, но намного интереснее ему было, как будет вести себя Норман после того, что между ними произошло. Он производил впечатление человека собранного и рассудительного, который не совершает необдуманных вещей. И в момент их близости он был очень обходителен и заботлив. И несмотря на все это, у Паркера нет даже его номера телефона. Обычно они связывались друг с другом исключительно через Гарри, но сейчас это было слишком неловко. Кроме того, Питеру было тяжело представить, как он идет к таксофону, набирает номер мистера Озборна и спрашивает: «ну что, повторим?» В его голове это выглядело странно и нелепо. Весь следующий день он периодически задавался вопросом, как ему вообще стоило бы начать диалог с мистером Озборном. Даже фантазировать об этом было сложно, потому как Питер, всю сознательную жизнь ведомый симпатией к девушкам своего возраста, совершенно не знал, как ему вести себя с таким взрослым мужчиной. В здание «Озкорпа» их с Гарри отвез один из шоферов мистера Озборна. Гарри выглядел откровенно скучающим, словно он ехал на эту презентацию исключительно чтобы поддержать работу отца, а Питер немного нервно стучал ногой. Он туда ехал тоже не ради регенерирующих устройств. И в отличие от Гарри, ранее он ни разу там не бывал. — А где твой отец? — мрачно поинтересовался Питер, как только они оказались в зале демонстраций. Вокруг было довольно много народу, в основном некие пожилые господа в официальных костюмах. Только сейчас Питер подумал о том, что и сам мог надеть что-то получше толстовки. — Он разве не должен был… встретить нас? — Заняться ему нечем, — хмыкнул Гарри. — Мы встретим его после презентации. Обычно так дела обстоят. Питер, вздохнув, направился к креслам, расположенным посредине зала. Гарри схватил его за плечо. — Там места для спонсоров. Пусть сначала рассядутся они, затем мы. — Да, без проблем… — неопределенно замялся Питер. — Я могу даже постоять. К его удивлению, саму презентацию вел так же не Норман, а, видимо, один из его ученых коллег. Он поприветствовал гостей и, после небольшого бодрого вступления об огромных прорывах в медицине, грядущих в ближайшем будущем, перешел к демонстрационной части. Свет в зале приглушился, на огромном экране засветился логотип Озкорпа, всех гостей попросили надеть 3D-очки, заранее полученные в начале презентации. Несмотря на то, что Питер изначально пришел сюда не ради зрелищ, его очень впечатлил размах демонстрации. Это был буквально полноценный фильм о технологиях, способных ускорять процесс заживления различных ран, как на уровне примитивных царапин, так и восстанавливать внутренние ткани. Пока Питер задумывался о том, как ему повезло быть обладателем паучьей регенерации, в фильме появился и сам Норман. Довольно необычно было увидеть его на экране со стороны. «Как химик-электротехник, я посвящаю все свое время разработкам, позволяющим улучшить качество человеческой жизни. Как основатель компании, я делаю их создание возможным». — Даже не верится, — шепотом поделился своими впечатлениями с Гарри Питер. Яркий свет с экрана отражался в линзах их очков, полностью засвечивая взгляд. — Он никогда не рассказывал мне об этом. А тебе? Гарри молчал. Питер прикоснулся к его плечу, и тот дернулся, еле устояв на ногах. — Черт, я задремал, прости, — прохрипел Озборн-младший, снимая с лица очки. — Схожу в уборную. Питер лишь покачал головой, продолжив смотреть фильм. Очевидно, он впечатлил Гарри не так сильно, как Питера. Тот в этот момент чувствовал себя важной частью научного сообщества, а не просто студентом, талантливым в точных науках. Может быть, зря он отказывался от работы, предложенной Норманом? Это такой большой шанс, просто фееричное начало карьеры… Даже страшно подумать. — Тебе здесь нравится? Его голос прокатился по спине волной жара. Питер повернул голову в сторону, обнаружив то, что мистер Озборн стоял вплотную позади него. Его волосы были аккуратно зачесаны назад, тени зловеще падали на его острое скуластое лицо. На нем были те же очки, и Питер не видел его глаз, лишь его губы, растянутые в немного хищной улыбке. — Да, тут круто, — не очень внятно ответил Паркер. Ладони у него мгновенно вспотели. Он уже и забыл про чертов фильм. — Очень… впечатляет, мистер Озборн. В эту же секунду в голове всплыл момент, на котором их прервали в прошлый раз. Питер не мог ничего поделать с паническим вихрем в своем разуме. — Я рад. Гарри с тобой? — Да, мы приехали вместе. Он в уборной, — хрипло выдал Питер. Его голос почти не был слышен на фоне громких речей с экрана. Норман сделал шаг ближе, встав к нему вплотную и приблизился к лицу Паркера. — Я приехал вместе с Гарри, он отошел в уборную, — медленно повторил Питер практически ему в ухо. Сейчас любая близость с мистером Озборном казалась ему очень интимной. Произносить что-то ему на ухо особенно. — Спасибо, что прислали для нас шофера. Тот же парфюм. С ним у Питера теперь всегда будет лишь одна ассоциация. Интуитивно он сделал глубокий вдох. Пальцы мистера Озборна едва ощутимо затронули его руку. Он заметил. Питер опустил взгляд на то, как чужие пальцы мягко касаются его ладони. Это одновременно заставляло органы сжиматься от волнения, и при этом успокаивало. Со стороны это было не особо заметно. Выглядело так, словно они просто шепотом переговариваются между собой, чтобы не тревожить зрителей в зале разговорами. Озборн словно выяснял границы дозволенного между ними. И Питер решил ответить, осторожно вложив в его тёплую руку свою ладонь. Пальцы мистера Озборна приятно помассировали ее с внутренней стороны. От этих прикосновений Питер уже был готов поплыть, он судорожно выдохнул через нос, не поднимая глаз. Его пальцы… Они точно знали, как его трогать, где угодно, как угодно. Оставалось надеяться, что они не вызовут резкий выброс паутины. — Я соскучился по тебе, Питер, — с приятной хрипотцой произнес Норман ему на ухо. Питер крепко сжал его руку. — Если хочешь провести время вдвоем, можем поужинать после презентации. Питер снял очки с лица, его взгляд был очень ясный. И даже уверенный. Это понравилось Норману. — Я хочу, — тихо ответил Паркер, — может, прямо сейчас? Озборн улыбнулся ему. — У меня еще есть незавершенные дела здесь. Придется подождать. — Мистер Озборн, только предупредите Гарри, — шепотом попросил его Питер, — не хочу, чтобы он потерял меня, а я потом выдумывал новое оправдание. Питер сам удивился тому, как складно и разумно прозвучала его речь. Это надо было сказать в любом случае. Норман выглядел серьезно. — Конечно, я поговорю с ним. Ты такой сильный, Питер, — вдруг сказал он, намекая на то, что Паркер слишком грубо сжимает его руку. — Занялся спортом? — Простите, — виновато кивнул он, поспешно отпустив ее. Господи, с таким рассеянным контролем своих сил он мог просто сломать мистеру Озборну пальцы. Даже странно, что этого не произошло. Вечер бы точно был испорчен очень быстро. Но удовлетворенное выражение лица Нормана никак не изменилось. — Да, вроде как… пристрастился к спорту. Я не сделал вам больно? Его обеспокоенный вид растрогал Озборна. Тот широко улыбнулся, продемонстрировав свои острые зубы. — Нет, милый. «Но я позволю тебе, если захочешь», — буквально говорило его лицо. Несмотря на то, что он все еще был в затемненных очках, Питер ощущал его маниакальный взгляд. — Я встречу тебя после презентации, — его губы коснулись уха, заставив Питера тяжело выдохнуть. Тяжело, крайне тяжело было держать себя в руках в темном зале, полном людей. — Хорошо, — согласился Питер. Боковым зрением он увидел, как в другом конце зала появилась знакомая фигура. — Гарри здесь. Они молча отодвинулись друг от друга. Питер встал на свое место, а Норман неторопливо двинулся навстречу сыну. Теперь Паркеру тяжело было сосредоточиться на просмотре, потому что все внутри него дрожало от нетерпения. С немым беспокойством он наблюдал за тем, как Гарри и Норман общаются между собой. Гарри был выше своего отца, но все равно смотрел на него как-то исподлобья, как будто снизу вверх. Они обменялись несколькими фразами, улыбнулись друг другу, Норман похлопал его по плечу. От этой картины у Питера стало как-то теплее на душе, ведь до этой секунды его сильно терзало то, что они были как будто в ссоре между собой. Кроме того, Питеру стало спокойнее с тех пор, как между ним и Норманом сложились некоторые романтические отношения. Пропало ощущение того, что он крадет у Гарри любовь отца. Он едва не вздрогнул, когда Гарри вдруг оказался рядом. — Много я пропустил? — риторически поинтересовался он. — Встретил отца только что. У него поразительно хорошее настроение. Питер еле подавил улыбку. — Надо же. Какая редкость. — Да. Думаю, ему и правда стоило выговориться кому-то. Спасибо, что пошел на это. — О, да ерунда, — Питер передернул плечами. — Хорошо, что он навеселе. Мне кажется, что сегодня он снова заговорит со мной о работе. — Питер, если ты отказываешься только чтобы не злить меня, то не парься. Тебе нельзя упускать такую возможность. Просто думай головой. Искренняя поддержка Гарри почему-то испортила настроение Питеру. Тот, несомненно, был благодарен, но сама ситуация была просто отвратительна. Пока Гарри говорил о том, как для него лучше, Питер спал с его отцом… за его спиной. «Спал» может быть, не в полном смысле этого слова, но как минимум планировал это. О да, он точно это планировал, потому что от одного присутствия Озборна-старшего у него начинали дрожать коленки, и кровь приливала в пах. И пока он смотрел фильм про регенерацию ткани, в его голове медленно прокручивались события прошлого вечера. Особенно тот момент, когда пальцы Нормана почти коснулись его ануса. Очень смешанные чувства вызывало это воспоминание. Он хотел заняться анальным сексом, пока в квартире находился Гарри? Или нет? Питер немного нервно переминался с ноги на ногу. Впрочем, Норман бы не стал принуждать его к тому, чего он не хочет. Это знали они оба. Сейчас Нормана больше занимало проведение презентации и разговоры со спонсорами, но мысль о предстоящем вечере с Питером не выходила из головы. Скромный и чувственный парень, полностью уверенный в том, что он хочет и чего не хочет, он давно был объектом его пожирающих взглядов. С недавних пор подавлять это влечение становилось особенно тяжело. И некоторые другие вещи. Оглушительные порывы гнева. Адвокаты пострадавших семей еще не перестали давить на него со всех сторон. Им было все равно на факты, их не заботило, что на лабораторию напал вооруженный психопат, им лишь нужно было найти виновного, и они выбрали владельца фирмы. Они не подозревали о том, насколько верно пал их выбор. После произошедшей серии убийств Норман посвятил все свое время разработке подавителя своего кровожадного альтер-эго. Он продолжал страдать от своего параноидального состояния и с помощью транквилизаторов учился контролировать его. С ними он был безопасен для общества и своих близких, но многие вещи в его теле все равно подвергались изменениям. Его нечеловеческое физическое превосходство. Его маниакальные идеи, заставляющие его ночами напролет конструировать тепловые бомбы в своем подвале. И, возможно, повышенное либидо, которое позволило ему пересечь границы дозволенного в отношении Питера Паркера и поцеловать его. Вряд ли бы он себе позволил это, будучи абсолютно в здравом уме. Питер Паркер был абсолютно недосягаемым объектом очень странного романтического влечения. После потери жены Норман был одинок настолько долгое время, что уже не знал, каким образом трактовать эти чувства. — Здравствуйте, — очень неловко поприветствовал его Паркер, отвлекая от размышлений. Только что Питер залез в салон его машины, где его и ждал Норман. Взгляд Питера беспокойно бегал по салону, выглядел он при этом довольно скованно, и Озборн быстро осознал почему. Шофер. Паркеру было не по себе из-за присутствия постороннего в машине. — О, мой дорогой мальчик, — сдержанно улыбнулся ему Озборн, — не обращай внимания на шофера. Его работа заключается не в шпионаже. Питер еще раз с подозрением глянул на затылок водителя. Он вел себя, словно зверек, осваивающийся на новой территории. Почувствовав себя более свободно, он перевел взгляд на Нормана и несмело придвинулся к нему ближе. Сам не знал, что ему сейчас позволено, а что нет. Озборн облизнулся. Он не знал, как этому парню с миловидным лицом удавалось быть таким соблазнительным в своей нелепой мешковатой толстовке. — Тебе нужна новая одежда, — весьма собственнически притронувшись к грубой плотной ткани его толстовки, заключил Норман. — Для начала куплю для тебя костюм. И в следующий раз, если захочешь посетить «Озкорп», наденешь его. Питер неловко потер шею. — Вы обычно спрашиваете разрешения, прежде чем подарить мне что-то дорогое, — заметил он, хотя и не стал отговаривать Нормана. — Это не подарок. Это необходимая покупка, — спокойно исправил его Озборн. — Он не требует никакой отдачи или благодарности. Считай, что покупаю его для себя. Питер еле подавил улыбку. Глаза его сияли, но дикое внутреннее смущение все еще не позволяло придвинуться к мистеру Озборну вплотную, словно между ними была невидимая стена. — Но наденете на меня, — уточнил Питер. — Да, так и будет, — усмехнулся Озборн. Машина плавно двинулась вперед. — Надеюсь, что ты голоден. Заедем в отличный итальянский ресторан. Норман не видел ничего вызывающего в том, чтобы сводить мальчишку поужинать. Даже если не учитывать все произошедшее между ними, Паркер вполне заслуживал подобного обращения. Но сейчас он почему-то молчал и смотрел словно себе в ноги. — Все в порядке? — Норман обвел его изучающим взглядом. — Если тебя что-то беспокоит, просто скажи мне. Я могу в любой момент отвезти тебя домой. Питер неопределенно прикусил губу и взглянул в его лицо. В его взгляде Озборн почувствовал немую просьбу. Она спровоцировала очень острое желание прикоснуться к мальчишке прямо сейчас. Он протянул руку к его лицу, осторожно затрагивая нежную бледную щеку. На этот раз Питер не столбенел, он сам подался ближе к его руке, словно ждал этого давно. Норману нравилось его сегодняшнее поведение. Он видел, каким послушным Питер готов быть для него. Озборн огладил его скулу большим пальцем и плавно опустился к линии челюсти. Он видел, как от таких интимных касаний кожа его юного спутника начинала стыдливо розоветь. Или это был не стыд? — Я хочу… — медленно начал Паркер, и Норман внимательно прислушался к нему, — поцеловать вас. Я могу это сделать? Прямо сейчас Норман был готов отменить их спонтанное свидание и отвезти Паркера домой, если тот того пожелает, но его просьба оказалась невероятно трогательной. И возбуждающей. Любые знаки симпатии от Питера он воспринимал как дар, как то, что он был принять не достоин, но обязан, чтобы утолить свою оголодавшую похоть. Хотя лицо его при этом оставалось почти неизменным, только хищно загорались глаза. — Конечно, котенок, — с удовольствием произнес он, притягивая мальчишку к себе ближе за подбородок. Он не собирался ждать. Питер не успел вздохнуть, оказавшись вовлеченным в поцелуй. Легкая тревога из-за шофера все еще бушевала внутри, но она быстро отступила на задний план. Паркер вцепился в воротник пальто Нормана, притягивая его плотнее к себе и с удовольствием прижимаясь к чужим губам. Он думал об этом весь вечер, и теперь мог себе это позволить. От одних только поцелуев с мистером Озборном у него шла кругом голова, хотелось большего, и в штанах нарастал жар. — Легче, — предупреждающе шепнул ему в губы Норман, когда почувствовал слишком сильное натяжение в воротнике. Какой бурный. Питер виновато выдохнул, отстраняясь от его рта. Поцелуй вышел довольно скромный. — Мистер Озборн, — до нелепого официально обратился он. Он моргал медленно, словно пытался сосредоточиться на своей мысли. Любая романтическая близость с мистером Озборном выбивала его из колеи. — Мне не очень хочется ехать в ресторан. На его заявление Озборн понимающе кивнул. — Отвезти тебя домой? — Я подумал, может, у нас будет свидание в домашней обстановке? — Питер издал смешок, довольно игривый. Лицо его очаровательно краснело при слове «свидание». — Например, у вас дома. Он не думал, что эта фраза прозвучит настолько однозначно. Но в любом случае, Озборн уже раздевал его глазами, и взгляд его становился все темнее. Да, такой расклад его устраивал даже больше. — Я простоял всю презентацию, немного утомился, — добавил Питер в свое оправдание, и в этот момент горячая мужская ладонь легла на его колено, чтобы успокаивающе огладить его. — Никаких проблем, милый. Поедем ко мне домой, — одобрительно произнес Норман, — раз тебе так хочется домашней обстановки. «Домашняя обстановка» звучала довольно иронично, потому что Питер даже не подозревал о том, что пентхауc Озборнов больше напоминает настоящий музей. Первое, что открылось перед Паркером после того, как они оказались внутри, была огромная двухэтажная гостиная, оформленная в благородных темных тонах. Роскошная винтажная мебель, блестящий паркет, в котором можно было увидеть свое отражение, кроме того, на стенах висели многочисленные картины. Питер с удивлением разглядывал их, обнаруживая знакомые лица. Здесь был и внушительный портрет мистера Озборна, и Гарри, и давно усопшей миссис Озборн, внешне очень напоминающей сына. Да уж, о домашней обстановке не велось и речи. Наверное, Гарри специально отселился в другую квартиру, чтобы ему было не стыдно ходить по дому в трусах и трескать чипсы днями напролет. А в таком доме, должно быть, нужно ходить только в костюме, как мистер Озборн. Тот и сам появился в гостиной и молча наблюдал за тем, как осваивается Питер в новой обстановке. — Ужин подадут через пятнадцать минут. Не имеешь ничего против морепродуктов? Питер вздрогнул от неожиданного звучания его голоса, тут же благодарно кивнул: — Конечно нет. Внимание мистера Озборна вообще-то не было для него в новинку, тот постоянно проявлял стремление сделать жизнь Питера чуть более роскошной. Раньше это были дорогие подарки на праздники, потом квартира рядом с университетом… Теперь Питер ужинает в его доме. — Здесь очень здорово, — решил сделать комплимент Питер, продолжая рассматривать гостиную. Мысленно он представлял, как было бы интересно облазить эти высокие потолки. В их с Гарри квартире не было столько места, даже чтобы просто немного побалансировать на паутине. — Много пространства. — Действительно много. Кроме того, в доме восемь спален, — спокойно сообщил Норман, неторопливо шагая к Питеру. Тот неловко промолчал в ответ на эти слова. Сам понимал, что им обоим хватит одной спальни. На камине стояли изумительной красоты песочные часы с вращающейся рамой, и они завладели вниманием Питера. Он с интересом повращал их, заставляя песок пересыпаться, а крошечные камни во вращающейся раме начали переливаться при комнатном свете. — Вау, — с улыбкой выдал он, когда Норман оказался рядом с ним, — очень красивая вещица. — Да, мне тоже понравилась. Купил на одном аукционе совсем за небольшую цену. Участников отвратило то, что предыдущего владельца убили, — Озборн усмехнулся, тут же пояснив, — я в этом плане совсем не суеверный. Я же ученый, в конце концов. Питер удивленно поднял брови, продолжая завороженно смотреть на вращающиеся часы. Наверное, с таким огромным бюджетом, как у мистера Озборна, рано или поздно погружаешься в мир аукционов и таких поразительных вещей. — Алмаз Хоупа, — шутливо прокомментировал Питер. Норман вопросительно взглянул на него, явно не понимая смысла этой фразы. Паркер немного растерялся. — О, алмаз Хоупа — это существующий огромный голубой бриллиант, который считается проклятым из-за того, что всех его владельцев поражали разные несчастья. Практически всю королевскую семью Франции… — Питер неловко запнулся. Ему показалось, что Норману абсолютно неинтересны исторические факты. И ему не хотелось заставлять мистера Озборна скучать. — Простите, мистер Озборн, я не хотел быть надоедливым. Лицо мужчины удивленно вытянулось. — Надоедливым? — непонимающе уточнил он. — Почему же? Это очень интересно, я бы с удовольствием послушал, что было дальше. Питер порозовел. Он совсем отвык от того, что кто-то может проявлять интерес к его рассказам. — И мне нравится, что ты такой эрудированный молодой человек, — немного хриплым тембром добавил Норман, глядя ему в глаза. — Меня всегда поражала твоя тяга к знаниям, Питер. Его голос как будто пробирался под самую кожу, заставляя Питера дышать чаще. Конечно же, он знал, что мистер Озборн всегда восхищался его научным любопытством, но совсем другое дело — когда он так откровенно говорил это Питеру прямо в лицо. Паркер молча смотрел на него в ответ, словно судорожно размышляя о чем-то. — В прошлый раз я хотел, — вздохнул он, — сделать это ртом. Я хочу сделать так сейчас. Блуждающий по лицу мальчишки взгляд Нормана резко сфокусировался. Жар ударил ему в голову от этих тихих, робко сказанных слов. Этот парень… Он сам, своевольно просил Нормана позволить сделать ему минет. Норман обдумывал это несколько секунд. Тяжело выдохнул сквозь ноздри. Все это время Питер с беспокойством смотрел ему в глаза. Они оба так и не произнесли ни слова, но через минуту оба оказались в спальне. Норман убедился, что дверь заперта, затем, расположившись в кресле, жестом подозвал Питера к себе ближе. Тот прекрасно понимал, что от него хотят. Отгоняя от себя сильное волнение, Питер подошел к сидящему мужчине и опустился на пол, молча расположившись в его ногах. Его огромные глаза выражали немую просьбу о наставлении, потому что у самого него начали нервно трястись пальцы. — Я немного нервничаю, — признался он, глядя на Нормана снизу вверх. В ответ чужие пальцы ласково огладили его лицо, давая доверчиво прижаться щекой к ладони. — Все хорошо. Я знаю, это для тебя новый опыт, — понимающе произнес Озборн в ответ, мягко придерживая щеку Питера. — Ты можешь остановиться в любой момент. И тебе не обязательно доводить меня до оргазма. — В чем тогда смысл? — непонимающе поднял брови Паркер. Ведь его единственной целью сейчас было доставить мистеру Озборну удовольствие. И, соответственно, довести его до грани. Хотя в данный момент было стыдно даже просто смотреть на ширинку на его брюках. — В практике, — спокойно ответил Норман, — а получение удовольствия выражается не только в оргазме. Питер постепенно осознавал, что с ним впервые в жизни кто-то открыто говорил про секс. Было стыдно признавать, но его знания об этом были основаны в основном на просмотренных порнофильмах. Ни дядя Бен, ни тетя Мэй не устраивали ему просветительных бесед, а опыт, который он собирался использовать прямо сейчас, был заложен на тридцатисекундной сцене орального секса, который выглядел больше постановочно, чем возбуждающе. Теперь он чувствовал себя еще более растерянным и потупил взгляд. Стало немного жарко, когда мистер Озборн прикоснулся к его губам и провел по ним подушечкой большого пальца. Он прекрасно видел его растерянность. — Открой рот, — спокойно сказал он, и Питер мгновенно выполнил его просьбу, давая пальцу Озборна проникнуть в рот. — Обхвати его губами. Сильнее. Паркер подчинился снова, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Он понимал, что Норман просто хочет его обучить. Но обсасывать его палец казалось даже интимнее, чем просто оральный секс. Остальные пальцы Питер все еще ощущал на своей щеке, они будто направляли его, и этот контроль внушал некое спокойствие. — Расслабь челюсти и спрячь зубы, не нужно касаться ими кожи, — голос Озборна все еще звучал спокойно, но становился более низким и хриплым. Его определенно заводило происходящее, — представь, что твои губы образуют кольцо. И веди его к основанию. Питер закрыл глаза, ведомый только его голосом, и послушно принял палец глубже. Затем несколько раз неумело повторил это движение головой, проходя губами по всей его длине. Он слышал, как при этом утяжеляется дыхание Нормана. — Хорошо… Втяни щеки, создай вакуум во рту, — выдохнул Озборн, наблюдая за тем, как Питер старательно обсасывает его палец, — теперь позаигрывай языком. Круговыми движениями. Как только Паркер подключил язык, ситуация сразу изменилась. Кровь начала стремительно приливать в пах от этих горячих касаний. Его послушное поведение и старательные ласки заставляли член в брюках набухать и пульсировать. Норман тяжело вздохнул, теряя порядок мыслей, когда Питер положил ладони на его колени, чтобы иметь какую-то опору перед собой. — Да. Да, молодец, — одобрительно прохрипел Норман. Питер впервые поднял на него взгляд и выпустил палец изо рта. Лицо его было при этом приятного алого оттенка. То, что ширинка Озборна была уже натянута, явно было хорошим знаком для его стараний, Питер вытер мокрый рот и в ожидании смотрел на Нормана. — Теперь можно? Выглядел он немного увереннее. Руководство Нормана явно облегчило ему задачу. Он уже собирался самостоятельно расстегнуть брюки Озборна, когда тот внезапно протянул ему маленькую пластиковую упаковку. Сначала Питер решил, что это презерватив, но стоило ему взять ее в руки, он сразу определил наощупь, что внутри мягкая субстанция. Оральный лубрикант. — Зачем он? — распечатывая упаковку, Паркер вновь поднял на него взгляд и широко улыбнулся, сдержав смешок. — Это для вкуса? — Нет, мой дорогой, — усмехнулся Норман, расстегивая ремень брюк. — Для того, чтобы тебе было комфортно, и ты не травмировал губы. Питер нервно сглотнул, когда член мистера Озборна оказался прямо перед его лицом. Словно он не был к этому готов. Не зная как поступить, он несмело поднес упаковку лубриканта к своему рту, при этом постоянно кидая вопросительный взгляд на лицо Нормана. Тот отрицательно помотал головой. Ощущая собственную нелепость, Питер поднес упаковку к его члену, на что получил одобрительный кивок. Все сильнее краснея в лице и часто моргая от смущения, он выдавил ее содержимое на головку. — Всегда носите с собой на такой случай? — тихо поинтересовался Питер, инстинктивно увлажняя губы. — Купил сегодня утром. Да, на такой случай, — подтвердил Озборн не без самодовольства, признавая то, что планировал такой исход событий, когда приглашал Питера на свою презентацию. Учитывал то, какой выбор Паркер сделал в их предыдущую встречу между ласками ртом или руками. Норман не мог оторвать взгляд от того, как Питер неумело увлажняет его лубрикантом. Его член крепко стоял, возбужденный до предела, казалось бы, Паркеру будет достаточно просто прикоснуться к нему губами для того, чтобы заставить его кончить. Возможно, что стоило научить Питера некоторым нежным прелюдиям с помощью языка, потому что Питер, погрузив член в рот, начал сразу с сильных и интенсивных движений губами. Глаза его при этом заслезились от непривычки и крупных размеров, в то время как Озборн едва не задохнулся от такого напора. — Легче, котенок, — немного замедлил его Норман. Питер тяжело дышал через нос, упираясь ладонями на его колени. Его слюна, смешиваясь со смазкой, действительно сильно облегчала процесс, губы комфортно скользили по коже, но брать член в рот целиком у Питера не выходило. Все же это сильно отличалось от тест-драйва на пальце, но стоило признать, ему нравилось ублажать Озборна. Питер чувствовал, как напрягаются мышцы его бедер, и слышал, как сбивается его дыхание. Его горячая рука лежала на затылке Питера, незаметно направляя его и задавая ритм. Паркер даже ощущал, как горячая плоть начинает пульсировать у него во рту, и от этого становилось очень жарко. Хотелось прикоснуться к самому себе, чтобы унять это сильное возбуждение. — Да, милый, ты делаешь все правильно, — ласково позвал его Озборн, убирая короткую челку с его лба. От этого жеста Питер довольно промычал и усилил свой напор. Решив помочь себе рукой, он обхватил член Нормана ладонью и настойчиво потер его о свой язык. — Посмотри на меня. Питер не мог противиться его указаниям и послушно поднял взгляд к его лицу. Брови Нормана были напряженно сдвинуты, он тяжело дышал через рот, наблюдая за тем, как Питер ласкает его языком, и постепенно хватка его пальцев на затылке становилась все более ощутимой. Жесткой. — Возьми глубже. Питер постарался услужить ему и в этом, и послушно насадился ртом, но тут же зашелся в приступе кашля и слез, когда пульсирующая плоть ткнулась ему прямо в горло. Жмурясь и откашливаясь, он вынул член изо рта. — Черт, — выдохнул он, свободной рукой вытирая свои глаза. От вида его заплаканного лица глаза Озборна зловеще потемнели. Питер не собирался останавливаться и через секунду вновь накрыл влажную головку губами, чтобы продолжить, но на этот раз рука на его затылке полностью взяла его под контроль, двигая его голову по всей длине. — Гхм… Странно, но этот контроль нравился Питеру, и он позволял Озборну насаживать свой рот так, как ему этого хотелось. Теперь Паркер не мог смотреть ему в лицо, но обрывочно видел его скалистую улыбку и острые зубы. Иногда мистер Озборн выглядел действительно зловеще. — Я собираюсь кончить, Питер, — его голос звучал необычно властно, — позволишь сделать это тебе в рот? Паркер мог лишь тихо промычать в знак своего согласия. Он не видел в этом проблемы. Это казалось ему сексуальным, и ему хотелось максимально прочувствовать то, как мистер Озборн испытывает оргазм. Слюна полностью заполняла рот, она стекала по подбородку и, кажется, даже по шее, и член погружался в его рот с мокрыми чвакающими звуками. Питер еле дышал, и все его тело тряслось от возбуждения. Казалось бы, не существовало настолько интимной близости, которая была между ними сейчас, когда мистер Озборн трахал его в рот. Внезапно тот резко замер, движения прекратились, и Питер видел, как он блаженно запрокидывает голову назад, и как дрожит кадык на его шее. Рот был полностью заполнен, и Паркер не чувствовал, что происходит внутри, но очень резко ощутил солоноватый привкус. — О да, да, мой мальчик, — Нормана трясло, пока он кончал в его горячий рот, и его дрожь передалась и самому Питеру резкой волной жара по всему телу. Паркер еле слышно замычал, его глаза закатывались, и он даже не понимал, что он прямо сейчас изливается себе в штаны. Его начало клонить в сторону, и Озборну пришлось резко ухватить его за плечо. — Черт, все в порядке? У Питера потемнело перед глазами. Он освободил свой рот и смачно сплюнул на пол. Сейчас его не волновало, как это выглядело со стороны, он просто уткнулся лбом в колени Нормана и пытался отдышаться. Озборн и сам судорожно глотал воздух. — Я… — прохрипел Питер, чувствуя, как слюна все еще скатывается по подбородку, — испачкал свои штаны. Об этом свидетельствовало мокрое пятно на его паху. Но Озборн не придал этому значения. Его пальцы продолжали перебирать волосы на затылке Паркера. — Я дам тебе другие. Как ты себя чувствуешь? — Отлично, — Питер медленно моргал, пытаясь прийти в себя. До этого он никогда не испытывал оргазма без прикосновений к себе. — Вкус и правда ничего. Озборн ничего не ответил на этот комментарий, и Паркер хрипло пояснил: — Имею в виду лубрикант. Он какой-то… не знаю, ягодный, — он не знал, зачем говорит об этом, но в его голове не было ни единой мысли. — Клубничный. Это Норман тоже оставил без внимания. Его глаза были закрыты, а по телу распространялась приятная расслабленность. Питер пришел в себя намного быстрее, и, подняв голову с его колен, вытер свои мокрые губы. — Мы пойдем ужинать? — встрепенулся он, ощутив сильный голод. — Да, только переоденем тебя в чистую одежду, — Озборн тоже немного взбодрился и решил все же застегнуть на себе брюки. Выражение на его лице было очень удовлетворенным. Питер широко улыбнулся ему. — Чем ты так доволен? — О, вы были уверены, что у меня ничего не получится, — хмыкнул Питер, — и в итоге я сделал все как надо. — Как твой руководитель, я обязан сеять в тебе сомнения… Чтобы сделать тебя хорошим специалистом. — Что за чушь, — хохотнул Паркер, поднимаясь на ноги, чтобы избавиться от запачканной одежды, — вы не мой руководитель. Я же не соглашался работать в вашей фирме. — Что ж, — улыбнулся Норман ему в ответ, тоже поднимаясь с кресла, — можем решить это после ужина. — Да? — Питер заинтриговано взглянул в лицо своего зрелого любовника. Настроение у него стало в разы игривее и раскованнее, — Прикупили в своей лавке извращенцев что-то еще? Озборн с удовольствием наблюдал за тем, как азартно загораются глаза Питера, и встал к нему вплотную, чтобы уловить смену его эмоций. — Да, милый. Если ты захочешь зайти дальше. Питер непонимающе улыбнулся. - Дальше?