About Love

Между нами всё завязалось очень по-странному, Я даже не подозревал этого, Но, попав в эпицентр твоего урагана, Я бы ни на что не променял это ощущение. Теперь я переживаю череду взлётов и падений, И это непривычно для меня, Но я не хочу убегать от тебя, поэтому остаюсь.

Начало нового учебного года — дело всегда суматошное. По коридорам вечно бегают первокурсники в поисках нужной аудитории, шумят, чересчур эмоционально реагируют на непривычную обстановку. В общем, бесят остальные курсы, которые забыли, что недавно тоже такими были. И если к остальным новенькие подходить не боялись, то к компании, по привычке стоявшей около автомата с кофе, никто подойти не решался. Четверо альф, одетых в противовес общепринятым нормам, с пирсингом и многочисленными татуировками, которые преподаватели безуспешно просили скрывать. Но парням комфортно выглядеть подобным образом, почему они должны идти наперекор своим желаниям во благо имиджа университета? Вели альфы себя прилично, драк не устраивали, не ругались, занятия не срывали, наоборот, любили наказывать тех, кто самоутверждался за счёт пожилых преподавателей или же слабых омег, которые за себя постоять не могли. Как говорится — не судите по внешности. — Придёте сегодня ко мне? — спрашивает Чонгук, самый младший из компании. Ему через неделю исполнится 21, но выглядит парень гораздо старше, что и привлекает омег, едва ставших совершеннолетними. Жаль только, что им ничего не светит, ведь Чон ещё на первом курсе пресытился свиданиями на один раз, теперь «ищет истинного-единственного», как выражается часто его друг Юнги. — Естественно. Нужно встретить новый учебный год со всеми почестями, чтобы потом легче было, — и ведь Хосок правда верит в это. Парни его не переубеждают, уже привыкли к странностям друга. — Юнги, пригласишь Чимина? — интересуется Намджун, допивая кофе. Остальные сдерживают смех, украдкой следя за реакцией Мина. — Разумеется, — альфа скалится на друга и отворачивается, как назло сталкиваясь взглядами со своим предметом обожания (Юнги ни за что не признается в этом вслух, но действительность на самом деле такова). — Чёрт… — Подойди к нему, спроси, — подталкивает его плечом Хосок, тихо посмеиваясь. — Да пошли вы, — ворчит Мин, поворачиваясь спиной к Паку. Как бы альфу не пытались убедить, что ничего страшного не случится, если он разок пригласит омегу прогуляться после пар — всё без толку. Этот «дед инсайд» считал затею провальной уже заранее. — Прошу прощения, — парней отвлекает чей-то голос, раздающийся позади спины Чонгука. И когда четыре пары глаз сосредотачиваются на говорящем, тот продолжает: — Не подскажете, где найти девятую аудиторию? А то я уже минут десять хожу ищу. Альфы молчат, разглядывая омегу, очевидно первокурсника, держащего в руках планшет с планом здания университета. Вот кто правда подготовился к первому учебному дню. Ко всему прочему, бежевая свободная рубашка, скрытая наполовину под жилетом, и широкие брюки в тон напоминали отголоски школьной формы, видимо, омега ещё не до конца принял факт, что может ходить в чём угодно. Но надо отдать должное — парнишка осмелился подойти к ним, правда, с учётом того, что он носит очки, мог и не заметить, к кому обращается. Парни ничего не отвечают, снова переключаясь на разговоры про безответную любовь Юнги, но омега оказывается настойчивым: — Невежливо вести себя подобным образом, когда вас просят о помощи, — он касается голого плеча Чонгука, намереваясь развернуть обратно к себе лицом, и тот крупно вздрагивает. В этот момент замирают все рядом стоящие студенты, наблюдая за открывшейся картиной и делая ставки, что может сделать Чон. Да, он в целом не вспыльчивый, но не переносит, когда его без спроса трогают. Чонгук медленно поворачивается к омеге, отчего тот пятится назад, только сейчас осознавая, с кем имеет дело. Да, вид у альф недружелюбный, но Тэхён всегда отличался умением подбирать не тех собеседников. — Девятая аудитория на втором этаже, — Чон забирает у него планшет и переворачивает картинку, после отдавая обратно. — Спасибо, — омега делает ещё шаг назад, но натыкается на чью-то крепкую грудь и сглатывает. Намджун вовремя остановил его — ещё немного, и парень бы побежал от них подальше. — Невежливо уходить, не представившись, — Чонгук протягивает ему руку и наклоняется ближе, пытаясь уловить запах омеги. — Чон Чонгук. — Тэ-тэхён, — он не рискует пожать ладонь, крепче сжимая планшет и готовясь бить им альф, если те начнут приставать. Очевидно, что от окружающих помощи можно не ждать. — Будем звать тебя Тэтэ, — Хосок подходит к нему и приобнимает за плечо, получая от Чона предупредительный взгляд. — Да брось, Гуки, он мне как брат будет. — Зачем вам моё имя? — Тэхён категорически не понимает, о чём они толкуют, но Юнги одной фразой объясняет всё: — Нужно же нам знать, как зовут истинного Чонгука. Тэхёна спасает звонок на пару, а после занятий — мать, которая приехала совершенно «случайно». Она вечно лезла в личную жизнь сына, поэтому друзей у Кима не было — женщина любила поугрожать потенциальным приятелям, отчего те переставали даже смотреть в сторону Тэ. Про альф вообще можно умолчать — Хва давно подыскала подходящего жениха, но Тэхён врал, что сейчас хочет сосредоточиться на учёбе и ему не до отношений. Поэтому ближайшие 4 года спокойствие ему обеспечено. Вернее, было обеспечено, ровно до того момента, пока он не наткнулся на своего истинного. И ладно, если бы альфа оказался каким-нибудь заучкой, похожим на самого Кима, но нет — судьба подарила типичного неформала, разъезжающего на мотоцикле. Тэхён успел разглядеть его руку, сплошь покрытую татуировками, и пирсинг на брови и губе. Чонгуку образ бесспорно шёл, но для Тэ, для которого даже легкий порез пальца кажется невыносимо болезненным, подобные эксперименты с внешностью казались за гранью. Хотя он и мечтал когда-то сделать тату… Встав на следующий день на полчаса раньше будильника, Тэхён первым делом подумал о том, что придерживаться тактики «я спешу, потом поболтаем» будет разумнее всего. Альфа от него вряд ли отстанет, судя по тому, что Чон каким-то образом добыл его номер телефона и вчера интересовался по смс, во сколько омега выходит с утра из дома. Ответа, конечно, не получил, зато заставил Кима знатно понервничать. Ещё не хватало, чтобы его похитили. И когда Чонгук больше ничего не написал, Тэхён успокоился и уже было решил, что преследования закончились, но ох как ошибался. Выйдя за пределы дома, Ким сразу замечает стоящий неподалёку мотоцикл, а затем и его владельца, мило беседующего со старушкой-соседкой. Она, как ни странно, положительно реагировала на альфу, даже руку с тату трогала и восхищалась, как можно так красиво на коже нарисовать. И, воспользовавшись моментом, Тэхён почти бегом направляется к остановке, но уже через минуту его перехватывает знакомая сильная рука. — Привет, — Чонгук выглядит немного сонно, но улыбаться не перестаёт, протягивая омеге небольшой букет цветов. — Это тебе. — Спасибо, — Тэхён забирает милый презент и мнётся, не зная, как более безобидно отвадить альфу. — Но не стоило. — Они подходят под твою одежду, — почёсывает затылок Чон, рассматривая образ омеги. Сегодня это были голубые тона. — Верно, — Ким выдыхает, набираясь смелости, и наконец высказывается: — Чонгук, не нужно за мной ухаживать. Мы… из разных миров, это очевидно. Поэтому будет правильнее, если ты оставишь меня в покое. — Станешь отрицать наличие истинности? — приподнимает в недоумении бровь альфа. — К тому же, ты меня совершенно не знаешь, как человека. — Люди всю жизнь проводят с неистинными и ничего, — Тэ начинает снова шагать к остановке, и на сей раз Чон просто идёт рядом. — А мы нашли друг друга. Как по мне, упускать истинного подобно смертному греху, — Чон пытается внести в разговор каплю позитива, но омега настроен крайне враждебно. — Чонгук, что за бред, — Ким резко останавливается и заглядывает в глаза парня, замечая в них неприкрытое волнение и на секунду усмиряя пыл. — Уверен, ты замечательный сын, друг и так далее, но между нами даже дружбы быть не может. Мы разные. Точка. — Противоположности притягиваются, — пожимает альфа плечами и теряет всю былую уверенность. — Могу я всё же пригласить тебя на свидание? Всего одно, и если оно окажется провальным, то больше не буду беспокоить. — Нет. Чонгук, посмотри на себя и на меня, о чём вообще речь? — не задумываясь над словами, произносит Тэхён и тут же жалеет, видя, как Чонгук поджал губы от обиды. — Я не то… — Всё правильно, — перебивает его Чон, доставая из кармана ключи от мотоцикла. — Прости, что навязывался. Альфа неспеша уходит в сторону своего мотоцикла, а Тэ остаётся стоять на месте, вглядываясь в сгорбленную спину парня. Неужели он поступает как мать? Судит по внешности, не успев разобраться, каков на самом деле мир человека? Или же омега просто боится, что Чонгука ждёт участь предыдущих несостоявшихся друзей и ухажёров? На данный момент важно только то, что Чонгук общался с ним вежливо, не давил и не угрожал, как ожидалось. Поэтому Тэхён кричит ему: — Чонгук, подожди! — он подбегает к нему и прижимает к груди букет, виновато улыбаясь. — Я не прав, во всём абсолютно. Можешь дать мне по губам за сказанное, только не обижайся. — Я не обижаюсь, — Чон врёт, но это для спокойствия Тэ. — Беги, на автобус опоздаешь. — Ты расстроен, не обманывай, — вздыхает Тэхён, вынимая из букета один цветочек и протягивая альфе. — Чон Чонгук, прими его в качестве извинений. И проводи меня сегодня после пар до дома. — Серьёзно? — Чон прищуривается и забирает цветок, крутя стебель между большим и указательным пальцами. — Проводить как альфа омегу? Или чисто по-дружески? — Первое, — краснеет Тэхён и поправляет очки, теперь стесняясь глядеть на альфу. Ну, а что? Он мальчик уже большой, пора задумываться об отношениях. И даже если характерами они с Чонгуком не сойдутся, то попробовать-то всё равно можно. — Отлично, — Чон хватает шлем и протягивает его Тэхёну, озорно улыбаясь. — Надевай, сегодня доедем с ветерком. — Что? — Тэ сразу отрицательно мотает головой и выставляет вперёд ладонь, намекая, что только под предлогом смертной казни поедет на мотоцикле. — Нет, ни за что. — Да, — настаивает Чонгук, и спустя минут пять уговоров они наконец едут к универу. Тэхён, вцепившись в альфу, про себя тихо молится, особенно когда скорость прибавляется, но постепенно входит во вкус и даже глаза перестаёт зажмуривать, но полностью открыть не решается. И на удивление, омеге хочется ещё покататься, только в другой одежде и без пяти килограммов учебников в сумке. — Видишь, всё прошло замечательно, — Чонгук помогает ему снять шлем и смеётся, когда Тэхён безуспешно пытается привести в порядок свои кудряшки. — Понравилось? — Если честно, то очень, — кивает Тэ, поправляя рукава рубашки. — Спасибо. — Тебе спасибо. Погоди немного, — Чон замечает Юнги и отходит на минуту, чтобы убрать шлемы к другу в машину, после возвращаясь к Тэ. — Значит, встречаемся вечером? — Да, — Тэхёну и самому не верится, от предвкушения аж сводит живот. — Я напишу, как освобожусь. — Хорошо, — Чонгук берёт его ладонь и мягко касается губами, пока окружающие в шоке пооткрывали рты, следя за действиями парня. Кто бы мог подумать, что Тэхён настолько очарует альфу… — Прости, задержался, — первое, что говорит Тэхён, когда наконец добегает до ворот университета и встречает Чонгука. Он опоздал почти на полчаса, но Чон особо не расстроился, наоборот, был рад, что омега в принципе пришёл, а не сбежал по-тихому, сославшись на дела. — Ничего страшного. Это тебе, — альфа протягивает ему стаканчик, надеясь, что с выбором не прогадал. — Не знал, любишь ты кофе или нет, поэтому обошёлся какао. — Спасибо, — Тэхёну неловко от, казалось бы, такого банального презента, но есть сейчас хочется очень, так что стаканчик с какао быстро оказывается в руках омеги. — И да, я не сильно жалую кофе. — Запомню, — кивает Чон и достаёт из сумки ещё тёплый пончик, купленный спонтанно. — Подумал, что ты голодный… — Что это? — с любопытством разглядывает сладость Тэхён, чем удивляет альфу. — Пончик. Не узнал? — Чонгук чуть в обморок не падает, когда омега отрицательно качает головой. — Ты точно с этой планеты? — Просто мама мне запрещала есть мучное. А сейчас я привык без него, — пожимает Ким плечами, не спеша забирать еду. Он правда равнодушен к подобному. — Ужас какой, — Чонгук достаёт свой пончик и откусывает, от удовольствия закатывая глаза. — Не понимаю, как можно отказаться от пищи богов. — Он не настолько вкусный, не преувеличивай, — Тэхён отворачивается, чтобы не видеть довольного парня. Иначе его принципы быстро разрушатся. — Попробуй, — Чон вылитый змей-искуситель, не иначе. — Всего кусочек. Не понравится — отдашь мне. Тэ размышляет с минуту, и когда альфа уже готовится откусить немного от пончика парня, омега ловко забирает его себе и подносит к губам, сначала слизывая немного глазури и только потом передними зубами отщипывая крохотный кусочек. Чонгук еле сдерживает смех, наблюдая за ним, но находит поведение омеги крайне умилительным. — Вкусно? — Чонгук протягивает ему салфетку, когда Тэ расправляется с пончиком за считанные минуты. Даже альфа так быстро есть не умел. — Очень, — не скрывает Ким, вытирая пальцы и рот от остатков глазури. От съеденного будто настроение поднялось. — Теперь хочется ещё. — Завтра принесу, договорились? — Чон выбрасывает стаканчики и упаковку от пончиков, жалея, что не взял больше. — Не стоит. Это ведь вредно, — Тэхён о здоровье всегда беспокоился, но иногда слишком сильно себя накручивал. Спасибо маме. — Зато очень сытно, — Чонгук похлопывает себя по животу, но вдруг меняется в лице и ахает. — Я забыл шлемы в машине у Юнги. — Чонгук, — омега легонько ударяет его по руке и недовольно цокает. — Напугал. — Что делать теперь? — Чон разочарован, что испортил им вечер, ведь в планах было прокатить Тэхёна по одной из возвышенностей, откуда открывался шикарный вид. Плюс скоро намечался закат, там можно с ума от красоты сойти. — Если у тебя нет дел, то можем прогуляться, — предлагает Тэ. Он бы с радостью сейчас завалился на кровать, но залезть в автобус и так скоро расстаться с Чонгуком так не хотелось. — Да? — Чонгук весь расцветает от его ответа и хватает куртку, убирая ключи от мотоцикла в карман кожаных штанов. — Я только «за». — Тогда идём, — Тэхён начинает нервничать, ведь опыта общения с альфами не имеет, а тут такой экземпляр. И пусть Чон на самом деле божий одуванчик, это не отменяет того факта, что Тэ по-прежнему его побаивается. — Что ты ещё не пробовал из еды? — Чонгук спасает ненавязчивым вопросом, за что Ким мысленно благодарит всех и вся. — Да много чего, — Тэхёну, наверное, проще перечислить то, что он пробовал, но основные запретные блюда можно назвать без труда: — Например, пиццу. Да и в целом фастфуд. Газированные напитки пил раза три в жизни. — Мама тебя на диете всегда держала? — поражается Чонгук, украдкой рассматривая фигуру омеги. Да, тот был слегка худощавым, но за оверсайз одеждой всего не углядишь. — На правильном питании, — поправляет его Тэ, но уже и сам не уверен, что мать поступала правильно, лишая его маленьких слабостей в виде конфет или же самого обычного сока в пакетиках. — Нельзя хотеть того, чего никогда не пробовал. Поэтому мне не составляет труда воздерживаться. — А если я приглашу в пиццерию, пойдёшь? — Чону даже жалко омегу, ведь его лишили стольких радостей жизни. И да, альфа не верит тем, кто постоянно твердит, что не в еде счастье. — Возможно, — Тэхён сомневается, ведь неизвестное всегда пугает, а если оно ещё и повлияет на его фигуру… — Не могу позволить себе располнеть. — А мне кажется, что поднабрать пару килограмм не помешает, — Чонгук приобнимает его за талию, чтобы убедиться в своих словах, и заключает: — Да, определённо стоит сходить в пиццерию. — Неужели? — Тэ старается не показывать волнения, но ещё чуть-чуть, и запретный плод в виде пончика покинет его тело. Всё же не стоит забывать, что рядом его истинный альфа, имеющий колоссальное воздействие на омежий организм. — Да, и желательно в эти выходные, — Чонгук уже предполагает, как сильно его будут ненавидеть друзья за отменённые планы, но ничего, переживут. — Я как раз… совершенно свободен, — Тэхён приподнимает голову и дарит альфе мимолётную улыбку, не представляя, сколько усилий Чон прилагает, чтобы не поцеловать его. — Как знал, как знал, — Чон от греха подальше опускает руку и идёт чуть поодаль Тэ, смотря исключительно себе под ноги. — Так значит, мама у тебя строгая? — Да, — Тэхён мог бы описать её одним словом — тиран, но пока воздержится. — Но приходится уживаться с ней. Когда мне исполнится двадцать один год — получу доступ к сберегательному счёту, оставленному бабушкой, и больше не буду от родителей зависеть. — Ещё два года потерпеть, не так много, — Чонгук в очередной раз благодарен за то, что у него почти святые родители, которые во всём поддерживают… и еды нормальной не лишают. — Похоже, знакомиться с ними мне придётся прямо на нашей свадьбе. — Это точно, — хмыкает Тэхён, но, когда до него доходит смысл слов альфы, резко поворачивается к Чону и останавливается. — Что? — Что? — Чонгук смеётся и щёлкает его по носу, заставляя омегу поморщиться. — Шучу я, шучу. Или нет… — Чонгук, — возмущается Тэ, безуспешно пытаясь скрыть покрасневшие щёки, и шагает вперёд, быстро переводя тему: — Расскажи лучше про своих родителей. — Они у меня замечательные. Оба работают преподавателями, папа — биолог, отец — математик, поэтому проблем с учёбой у меня никогда не было. Сейчас вот уехали в Японию, решили сменить обстановку, так сказать, — по Чонгуку видно, как он скучает по родным, поэтому Тэ больше с расспросами не лезет. Достаточно знать, что альфа вырос в любящей семье. — А как ты пришёл к… своему образу? — вот главный вопрос, который мучал Тэхёна с самого начала их знакомства. — А ты к своему? — беззлобно уточняет Чон, прекрасно понимая любопытство омеги. — Ну, мне нравятся свободные вещи. В них удобно, и я чувствую себя увереннее, — перечисляет Тэхён. — Вот ты и ответил на свой же вопрос, — Чонгук накидывает на его плечи свою куртку, замечая, что омега явно замёрз, одевшись не по погоде. — Да, похоже на то, — Тэ не отказывается от тёплой вещи, ведь тонкий свитер и правда не грел. Нужно пересмотреть свой гардероб, тем более теперь есть вероятность частых поездок на мотоцикле, тут без дополнительных кофт не обойдётся. — Ты где-нибудь работаешь? — Да, — Чонгук мешкает, что означает одно — придумывает на ходу любую подходящую профессию, но Ким, на счастье альфы, не замечает этого. — Помогаю дяде в автомастерской. Зарплата не особо большая, но мне хватает. У родителей стараюсь денег не просить. — Я бы тоже хотел так, — вздыхает Тэхён, но решает не омрачать их встречу разговорами про своих горе-родителей и задаёт очередной вопрос: — У тебя есть домашние животные? И Чонгук рассказывает ему про своего пса Бама, смешит нелепыми историями, связанными с ним, а потом они плавно переходят к теме друзей. Поскольку Тэхёну похвастаться нечем, говорит в основном Чон, но омега и не против — слушать альфу одно удовольствие. Он не произнёс ни одного матерного слова за всю их беседу, больше не касался без разрешения, за руку взял только после намёка Тэ про «замёрзли что-то», не ругался с прохожими, косо смотрящими на необычную парочку. В общем, хоть сейчас замуж и рожать пятерых детей. — Давай здесь попрощаемся, а то мама может увидеть, — Тэхён останавливает их за три дома от своего и нехотя снимает куртку, отдавая альфе. — Спасибо, я давно так долго не гулял. — Спать будешь крепче, — Чон подмигивает ему и изо всех сил старается скрыть печаль от предстоящего расставания. Идея о похищении омеги теперь не казалась такой уж безумной. — Завтра с утра снова подвезу? — Только шлем не забудь, — Тэ подходит ближе к нему и, дав себе установку не отступать, привстаёт на носочки и мягко целует альфу в щёку, заставляя того задержать дыхание. — И напиши, когда домой придёшь. — Х-хорошо, — Чонгук касается места поцелуя кончиками пальцев, не веря, что омега и правда сделал это. Вот, оказывается, как легко заставить альфу ненадолго потерять связь с реальностью. — Как я раньше мог отказываться от этого, — доедая второй по счёту пончик, не переставал восхищаться Тэхён. Чон встретил с утра, отвёз к универу и, как обещалось, купил омеге сладкого. И пусть Тэ поначалу отнекивался и снова не хотел есть, альфа его слабые места нашёл и уговорил хотя бы разок откусить. А поскольку тормозной путь у Кима отсутствует — через пять минут всё было беспощадно съедено, но он ни о чём не жалеет. — Рад, что тебе понравилось, — Чонгук не перестаёт глупо улыбаться, глядя на него, ведь для него такой Тэхён — с испачканными глазурью щеками и довольным видом — всё равно самый красивый. — Что принести вечером? — Ничего, — сразу восклицает Тэ, забирая свою сумку с сидения мотоцикла. — На сегодня будет достаточно пончиков. — Ладно, тогда завтра утром придумаю что-нибудь, — Чонгук берёт его за руку, уже не спрашивая разрешения, и не спеша шагает ко входу в университет, мирно наслаждаясь моментом. На них пялятся абсолютно все, но альфа старается не придавать значения их взглядам и пересудам за спиной. — Чонгук, скажи, только честно, ты заинтересовался мной только потому, что я твой истинный? — этот вопрос мучил Тэхёна весь вчерашний вечер, и только сейчас он осмелился задать его. — Отчасти, — пожимает Чон плечами. — Я всегда хотел встретить своего истинного. Понимал, конечно, что это может оказаться невозможным, но попытаться-то стоило. И для меня неважно, как ты выглядишь, пахнешь, сколько тебе лет… Я приму тебя любого. — Так я тебе хоть немного нравлюсь? — скромно шепчет Ким, заправляя за уши непослушные кудри. — Скажу одно — мне очень повезло с истинным, — Чонгук останавливается около нужной омеге аудитории и всё ещё неуверенно кладёт ладони на его талию. — Умным, необыкновенно красивым, приятным в общении… — Всё, всё, — Тэхён прикрывает ему рот ладонью и заливается румянцем, не выдерживая натиска комплиментов. — На пару пора. — К сожалению, — кивает Чон, чмокая его в ладонь и нехотя отходя. — До вечера? — Угу, — Тэ коротко машет ему на прощание, а когда альфа отходит на пару метров, то окликает его: — Чонгук, мне тоже очень повезло с истинным. Обед Тэхён проводит в одиночестве, потому что Чонгук вместе с Юнги отправились провожать первокурсников на какую-то экскурсию, конечно, за дополнительные плюсы к зачёту. Поэтому сейчас омега сидел в столовой, окружённый слишком шумными студентами, и без аппетита ел салат. — Конечно он победил, — слышится разговор двух омег за соседним столиком. — Разумеется, для зрелищности позволил себя пару раз ударить. — Чонгук без футболки — отдельный путь на небеса для большинства омег этого города, — вздыхает одна из девушек, а Тэхён, заслышав знакомое имя, обращается к ним за подробностями: — Простите, вы сейчас про Чон Чонгука говорите? — Ну да, — девушки слегка напрягаются, ведь знают Кима. И то, что он встречается с Чонгуком тоже. — А где он там победил? — Тэ нервно крутит в руке палочки, уже предчувствуя неладное. — Вчера бой был, он выиграл, — до омег только сейчас доходит, что альфа ничего о своём дополнительном способе заработка Киму не рассказывал, поэтому продолжают: — У нас в городе есть одна организация, занимающаяся не совсем легальными боями. Подпольными, если выражаться проще. И Чонгука в прошлом году туда пригласили. — То есть, он за деньги дерётся с другими альфами? — недоумевает Тэхён, с испугом глядя на девушек. Может, они что-то перепутали? Пусть образ Чона и располагал к подобному, но вот характер… — А ты думал, откуда у него столько денег на мотоцикл и татуировки? Всё с заслуженных побед. — Это же ужасно, — морщится Ким, до конца не веря в услышанное. Но ещё обиднее, что Чон и словом не обмолвился про своё увлечение. — Каждый зарабатывает как может, — оправдывают омеги Чона. — Согласен, — доносится слишком нежный голос из-за столика позади Тэхёна, и, когда он поворачивается посмотреть на невольного слушателя, то видит просто розовое облачко, которое добавляет: — Зарабатывать деньги на причинении боли другому — низко. И в этот момент что-то подсказывает Киму, что облачко станет его новым другом. — Завтра принесу тот зелёный кардиган, — пока они идут к остановке, не перестаёт рассуждать Чимин. Сегодня он был для Тэхёна личным ангелом, отвлекающим от дурных мыслей. — Вдруг тебе подойдёт. — Спасибо, — Ким замечает на парковке Чонгука в компании друзей, но подходить не желает. Альфа оказался не мальчиком-зайчиком, а ведь так старался поддерживать образ… — Вам всё равно придётся поговорить, — Пак берёт его за руку и начинает вести в сторону парней, не обращая внимания на попытки друга сбежать. — И лучше сделать это сейчас. — Чимин, — Тэ до последнего упирался, но когда они оказались в метре от альф, то резко выпрямился и нервно сглотнул. А вдруг Чонгук и его может избить, если устроить разговор по душам? — Тэтэ, привет, — лучезарно улыбается Хосок, быстро выбрасывая сигарету на асфальт. — Ох, Чимин-и, я так и знал, что вы подружитесь. — Да, мы быстро нашли общий язык, — Пак, как ни странно, ведёт себя уверенно рядом с альфами, а вот Юнги на омегу даже не смотрит, продолжая курить и любоваться закатом. — А с Юнги ты бы не хотел найти? — Хосок подмигивает омеге, попутно толкая Мина плечом. — Уверен, ваши языки подойдут друг другу идеально. — К сожалению, Юнги занят более важными вещами, не смею его отвлекать, — спокойно отвечает Чимин, отпуская руку Кима и шепча ему на ухо. — Я посижу на остановке. — Хорошо, — Тэхён нехотя отпускает его, а у Юнги и Хосока назревает скандал, потому что Чон лезет не в своё дело. Ситуацию спасает Намджун. — Чонгук, мы поехали, увидимся позже, — альфа уводит друзей подальше от парочки, а Тэхёна начинает раздражать эта напускная невинность Чона, который сейчас лезет обниматься. — Куда-то собираетесь пойти? — заходит издалека омега, не давая даже дотронуться до себя. — Да просто по городу покататься, — вновь врёт Чонгук, настораживаясь от поведения Тэ. — А можно с вами? — Тэхён берёт в руки свой шлем, на который Чонгук даже стикер с пончиком приклеил, и очень хочет разбить его. Да, истеричная омега живёт и в нём тоже. — Лучше не стоит, ты испугаешься скорости, на которой мы обычно привыкли ездить, — Чонгук уже готовится надеть свой шлем, но тут Тэ буквально кидает в него свой, заставив от неожиданности выругаться. — А с какой скоростью ты мне по ушам ездишь, Чонгук? — повышает голос Тэхён, не стесняясь лишних зрителей их разговора. — Про бои поведать ничего не хочешь? — Откуда ты узнал? — отпираться бесполезно, поэтому для Чона сейчас главная задача уладить конфликт без лишних жертв. — Сплетни творят чудеса, — хмыкает Тэ, весь дрожа то ли от холода, то ли от злости. — Про автомастерскую тоже соврал? — Нет, я правда там работаю, могу даже своих постоянных клиентов попросить подтвердить, — Чонгук пытается накинуть на его плечи свою куртку, но Тэхён противится любого их контакта, что не на шутку беспокоит альфу. — Прости, нужно было сразу рассказать. Больше ничего важного обещаю не скрывать. — Но продолжишь посещать бои? — уточняет Тэ, надеясь на отрицательный ответ. Ожидания, к сожалению, не оправдались. — Да, — Чонгук не видит ничего плохого в таком досуге, который ещё и приличные деньги приносит, но Ким его мнение явно не разделяет. — Понятно, — Тэхён поудобнее перехватывает ремень сумки и уже жалеет, что поторопился о выводах об идеальности альфы. — Удачи на сегодняшнем бою. — Ты не поедешь со мной? — Чонгук сглатывает, судорожно наблюдая, как омега от него отдаляется. И не только в физическом плане. — Нет. И завтра тоже, — Тэ еле сдерживает слёзы, но продолжает: — Я не смогу быть с человеком, зарабатывающим на причинении увечий другим. — Говоришь так, будто я монстр какой-то, — Чона обижает подобное отношение, но отчасти омегу он понимает. — То есть, мы не будем видеться, пока я не брошу бои? — Ставить условия я не намеревался, но мыслишь в правильном русле, — кивает Тэхён, уже собираясь уходить, но альфа диалог завершать не собирался. — А если не уйду из клуба? Стану для тебя пустым местом? — уже в спину ему бросает Чонгук, понемногу выходя из себя. — Я всю жизнь ставил чужие потребности и желания превыше своих. Сейчас этого делать не собираюсь. Можешь посчитать меня эгоистом, но я не хочу потом плакать у больничной койки, когда однажды что-то пойдёт не так. — Так что вчера произошло? — когда они наконец садятся за столик, спрашивает Тэхён. После их последнего разговора с Чоном прошло два дня, альфа больше не писал и не встречал с утра, что означало для Тэ одно — симпатия прошла, даже несмотря на истинность. Но хорошо, что омега не успел сильно привязаться к парню. — Я ждал автобус, никого не трогал, и тут ко мне подходят какие-то два альфы, начинают нести чушь про то, что там где-то котят нашли в коробке, а я-то понимаю — врут и не краснеют, явно замыслили гадость. Ну и пытаюсь тактично объяснить, что я сейчас позвоню другу, он придёт заберёт, а мне нужно срочно домой. Естественно, они не отстают, я уже начинаю паниковать, но на помощь приходит знаешь кто? Намджун! — слишком громко произносит Чимин, привлекая лишнее внимание. — Он их быстро прогнал, а потом меня до дома проводил. — Просто проводил? — уточняет Ким, хитро улыбаясь. — Ещё спросил, не занят ли я в выходные, — скромно признаётся Пак. Если бы он только знал, сколько альф в универе мечтают с ним сходить на свидание… Перестал бы в себе сомневаться мгновенно. — Намджун выглядит… надёжным, — кивает Тэ, вспоминая, что только он не поддерживает интерес друзей к боям. По крайней мере, так про него говорили. — Надеюсь, ты сказал, что ради такого альфы даже собственную свадьбу отменишь? — Сказал, — смеётся Чимин, но напрягается, когда к их столику подходит Чонгук, а за ним и вся компания. — Привет, — Чон неловко мнётся на месте, держа руки в карманах штанов. — Тэхён, можно с тобой поговорить? — Можно, — Ким не собирается устраивать сцен перед сотней студентов, поэтому указывает на стул напротив. — Присаживайся. — Пойду возьму сока, — Чимин без намёков понимает, что стоит оставить их одних, и встаёт из-за стола. — Джуни, составишь мне компанию? — С удовольствием, — альфа берёт его под руку и уходит в противоположную часть столовой, а Хосоку и Юнги не остаётся ничего иного, как последовать за ними. — Ого, кажется, сегодня будет драка, — хмыкает Чонгук, замечая, каким ненавидящим взглядом Мин провожает парочку. — Намджун подойдёт ему гораздо больше Юнги, — Тэхён начинает как ни в чём не бывало есть, но, когда Чон продолжает, кусок в горло уже не лезет. — Я расторгнул контракт с клубом. Больше не участвую в боях, даже просто посмотреть приходить не стану. Хочу, чтобы у нас всё наладилось, а если в скором времени надоем тебе, то так тому и быть. — То есть, ты только из-за меня ушёл? — Тэ чувствует и облегчение от новости, и вину за то, что заставил альфу пойти на недобровольный шаг. Они знакомы меньше недели, как можно ради малознакомого человека пойти на столь значимые жертвы? — Отчасти да, — Чонгук выглядит сейчас чересчур грустным, даже обнять хочется, но Ким сдерживается. — Я не хочу с тобой больше ссориться, а расставаться тем более не намерен. Поэтому прошу не сердиться и начать хотя бы снова здороваться со мной. — Не один я молчал, — Тэхён уже почти улыбается, накрывая ладонь альфы своей и чуть сжимая её. — Но, Чонгук, если в порыве злости ты будешь упрекать в том, что чего-то лишился по моей прихоти, то лучше оставить эту затею. — Не будет упрёков, обещаю, да я и сам разобрался в ситуации, оценил риски… И ты прав, что не собирался мириться с подобным, — Чон осознаёт это, но принять пока до конца не может. — Спасибо, — Тэ решает завершить их и без того трудный диалог, но к теме боёв они наверняка не раз вернутся. — Наше свидание в силе? — настроение Чонгука заметно поднимается, когда он вспоминает про скорую встречу, но Тэхён настрой сбивает: — Чонгук, давай не будем пока торопиться? Я ещё вчера думал, что отношениям конец, а сегодня ты… В общем, нужно время, понимаешь? — Хорошо, — Чон поднимается из-за стола, но вместо того, чтобы уйти, снимает обувь и встаёт ногами на стул, громко кашляя и обращая на себя взоры всех присутствующих. — Прошу прощения, что отвлекаю вас, друзья, но мне нужно кое-что объявить. Ким Тэхён, — он смотрит теперь только на парня и протягивает ему руку, вынуждая встать. — Ты — мой истинный, и многие только мечтать могут о таком подарке судьбы. Видимо, в прошлом я спас планету, раз мне выпал шанс провести остаток жизни с тобой, Тэ. И сейчас я, Чон Чонгук, при всех хочу спросить, станешь ли ты моим омегой и пойдёшь ли со мной на свидание завтра ровно в семь вечера? Тэхён от удивления аж рот приоткрывает, и если бы не крепкая рука альфы, то сидеть бы ему сейчас на пятой точке и позорно рыдать. Но с ответом медлить нельзя, поэтому Тэ без раздумий отвечает: — Да. — Что? Я плохо слышу, — Чон наклоняется чуть ниже, а окружающие уже готовы аплодировать его актёрской игре. — Да, я буду твоим омегой, — уже громче произносит Тэхён, опуская голову вниз и пряча почти алые щёки. Чонгук ловко спрыгивает на пол и заключает его в объятия, под крики «целуй!» касаясь губами щеки омеги. — Ты не пожалеешь, что согласился, Ким Тэхён. — Тэхён-и, он будет самым лучшим папой нашим деткам, — щебечет в трубку Чимин, только что пришедший домой со свидания с Намджуном. — Он так мило общался со своей племянницей, ты бы только видел. — А не рановато для детей? — Тэхён в это время сидит в комнате и дописывает конспект вместо того, чтобы готовиться к свиданию. Мать из дома запретила выходить, сказала учиться, а Тэ пока не может ей противиться — она платит за учёбу как-никак. — Я на будущее. Только странно, что мы и в кино, и в кафе, и даже в парке Юнги встретили. И почему он даже поздороваться не подошёл? — Ведь прекрасно знаешь, что он влюблён в тебя. К чему эти вопросы? — цокает Ким, падая от усталости на кровать. — Если бы любил, то не позволил бы Намджуну прийти на свидание. И да, мог сам пригласить, всё-таки уже полгода прошло с того дня. — Чимин-а, только не используй Джуна, чтобы ревность вызвать, ладно? Он замечательный альфа. — Знаю, поэтому и дал ему шанс. Не стану же я ждать до выпуска из универа, пока Мин созреет. — Правильно, — зевает Тэ, поворачиваясь на бок и смотря на время. — Я спать пойду, мой почти замужний друг. — А сам-то, — фыркает Пак и тоже уже валится с ног от усталости. — Ладно, завтра поболтаем. Доброй ночи! — Доброй, — Тэхён сбрасывает вызов и идёт к шкафу, чтобы достать пижаму, но тут ему приходит смс от Чона. Выгляни в окно Тэ, конечно же, сразу бежит туда и, одёрнув шторы, замечает во дворе Чонгука с лестницей в руках. — Это что? — Тэхён старается говорить тише, чтобы мать ненароком не услышала. — Собирайся, мы идём на свидание, — Чон умело подставляет лестницу к окну и поднимает вверх большие пальцы, выглядя явно довольным собой. — С ума сошёл? А если я упаду? — Кима пугает расклад сломанной руки и поездки в больницу вместо кафе, но одновременно посещает и желание пойти одеться потеплее, спуститься к альфе и провести с ним полноценный вечер. — Я всегда рядом, медвежонок, — Чонгук вытягивает руки, которые выглядят и правда надёжными, и весь сияет, предвкушая их с омегой встречу. — Дай мне пять минут. И спрячься пока, чтобы мама не увидела. Тэхён впервые в жизни одевается минуты за три, наспех натягивая любимые светлые джинсы, просторную футболку и поверх неё тёплую толстовку. Благо в комнате хранилась обувь, иначе бы пришлось идти в прихожую, где его наверняка поймает мать и закроет дома на ближайшие недели две. — Я готов, — Тэ осторожно ступает на лестницу и, почувствовав, что Чонгук держит её, медленно спускается, через минуту уже оказываясь подхваченным на руки. — Видишь, всё прошло успешно, — Чон ставит его на землю и забирает лестницу. — Идём, ещё нужно вернуть вещицу вашей соседке. — Ты украл у неё лестницу? — Тэхён тихо крадётся под окнами, молясь, чтобы мама сейчас была в своей спальне, а не в гостиной, иначе гениальному плану придёт конец. — Нет, попросил, она разрешила взять. Когда они покидают пределы двора — оба могут спокойно выдохнуть. Чонгук отдаёт старушке лестницу, а та в свою очередь желает им хорошо провести вечер и обещает ничего не говорить родителям Тэ, если те начнут интересоваться, не видела ли она чего подозрительного. Святая женщина, не иначе. — Куда мы поедем? — когда Чон помогает ему надеть шлем, спрашивает омега. — Есть вредную еду и наслаждаться молодостью, — Чонгук залезает на мотоцикл и, когда Тэ удобно устраивается позади, мягко трогается с места. Он буквально похищает парня, но даже если его позже отчитают представители закона — первое свидание с Тэхёном будет того стоить. Через полчаса они приезжают к маленькому кафе, расположенному на приличном расстоянии от города, но Чонгук уверяет, что лучшего места не найти. Тэхён, разумеется, безоговорочно верит. — Добрый вечер, — к ним сразу подходит омега лет тридцати и обнимает Чона, отчего тот расплывается в улыбке. — Чонгук-и, я уже заждался вас. — Возникли некоторые трудности, — Чон обнимает Тэ за талию и кивает на омегу. — Это Джин, мой брат и по совместительству владелец кафе. А это Тэхён, мой омега. — Приятно познакомиться, — Джин игнорирует протянутую ему Кимом руку и дарит тому такие же крепкие объятия, как и брату. — Проходите, накормлю чем смогу. — Спасибо, — Тэ несколько смущается, но выбирает понравившийся столик и садится около окна. Посетителей практически нет, только пожилая пара и одинокий мужчина, жалующийся помощнику Джина на жизнь. — Здесь уютно. — Брат два месяца выбирал эти диванчики, как сейчас помню, — Чонгук опускается рядом с ним и не может перестать касаться омеги, теперь перебирая между пальцев его кудри. — Ты голодный? — Очень. У мамы сегодня разгрузочный день, поэтому мы с отцом тоже страдаем, — вздыхает Тэ, кладя голову ему на плечо. — Слышал бы тебя Джин… — Чону искренне жалко желудок омеги, но впредь обещает себе следить, чтобы Тэ ел нормально, ну или в принципе ел. — А вот и я, — Джин ставит на стол две огромные пиццы, а официант помогает принести стаканы с газировкой. — Всё как заказывали? — Да, спасибо, — Чонгук готов расцеловать брата за его талант к приготовлению пиццы, но это потом, а сейчас стоит убедить Тэ съесть хотя бы пару кусочков. — Правда никогда не пробовал? — Нет, — Тэхён снова испытывает чувство стыда за желание съесть всё и сразу, но убеждает себя, что в хорошем аппетите нет ничего плохого, тем более, что Чонгук не против, сам вон откармливает и велит набрать пару килограмм. — Тогда пробуй, — Чон не притрагивается к еде, пока омега не берёт кусок и не откусывает немного, по привычке от небывалого удовольствия закатывая глаза. — Нравится? — Очень, — Тэ теперь не стесняется, хватая один кусок за другим и только успевая запивать съеденное. Даже если с Чонгуком у них ничего не получится в будущем, это свидание всё равно останется в памяти как самое лучшее. — Как будешь домой возвращаться? — когда они выходят из кафе, Чонгук вдруг вспоминает про небольшую проблему. — Скажу, что выходил подышать воздухом, — отмахивается Тэхён, которому сейчас абсолютно всё равно, что там подумают родители. Они с Чонгуком три часа просидели в кафе, наелись так, что дышать трудно было, но самое главное — им никто не мешал (даже приставучий обычно Джин ушёл в свой кабинет, чтобы не смущать парочку) и косо не глядел. Тэхён поделился с альфой несбывшимися мечтами о ветеринарном колледже, желанием завести собаку по окончании университета, в подробностях описал свой будущий дом… А Чонгук всё запоминал, потому что тоже хотел входить в список «хочу» от Ким Тэхёна. — Итак, теперь я могу наклеить на твой шлем новый стикер, — Чон достаёт из кармана куртки наклейку с изображением пиццы и приклеивает на шлем Тэ. — В следующий раз Джин обещал приготовить свои фирменные бургеры, так что готовься. — Угу, — Тэхён прикрывает глаза и опускает голову на грудь альфы, руками забираясь под его куртку и обвивая талию. — Спасибо. Моё первое в жизни свидание прошло волшебно. — Моё тоже, — Чонгук целует его в макушку и гладит по спине, ощущая, как внутри разливается тепло. Если любовь выглядит подобным образом, альфа готов ещё от чего-нибудь отказаться, лишь бы Тэхён всё время был рядом. — Не хочу домой, — Тэ поднимает на него печальный взгляд и проводит пальцем по пирсингу на ушах парня. — Чон Чонгук, признавайся, ты меня приворожил? — Ким Тэхён, этот же вопрос могу задать и тебе, — Чонгук впервые разрешает кому-то безнаказанно трогать себя, впрочем, Тэхёну уже давно дозволено всё. Они стоят пару минут в тишине, разглядывая лица друг друга, но Чонгук в итоге разбавляет её. Правда, ненадолго. — Можно украсть ещё и твой первый поцелуй? — Тебе можно, — взволнованно шепчет Тэхён, кладя ладони на его шею и чуть привставая на носочки. Чонгук тоже переживает, жалея, что каждый свой первый раз проводит не с Тэ, но когда мягко касается тёплых губ омеги, посторонние мысли отводит на второй план, наслаждаясь идеальным завершением вечера.

Думаю о том, сколько времени понадобилось, чтобы наши пути пересеклись, Ты читаешь меня, как открытую книгу, Я потерялся, а ты нашёл меня, Теперь я переживаю череду взлётов и падений, И это непривычно для меня, Я знаю, что наша любовь предначертана судьбой, поэтому остаюсь.

***

— Хочу сегодня рассказать родителям про нас, — взволнованно сообщает Тэхён, крепче прижимаясь к Чону. Они уже месяц вместе, Чонгук и правда оставил бои, теперь проводя почти всё время с Кимом, но тот его насильно спроваживал к друзьям, говоря, что им стоит отдыхать друг от друга. Альфа поначалу обижался, конечно, но в итоге смирился. И всё вроде казалось идеальным, но вот родители Тэ, до сих пор не знающие об отношениях сына, картину портили. — Может я тоже приду? — предлагает Чон, прекрасно понимая опасения омеги. Его родители новость о Тэхёне приняли так, словно они уже поженились и родили ребёнка, а не всего лишь месяц повстречались. От матери же Тэ можно было ожидать чего угодно, причём не самого приятного. — Не надо. Не хочу, чтобы мама наговорила тебе невесть чего, — омега забирает свою сумку с сидения мотоцикла и пытается выдавить из себя улыбку, но Чонгука можно и не пытаться обмануть. — Позвони мне, хорошо? — альфа целует его в висок и выпускает из объятий, но на самом деле хочется увезти Тэ к себе домой, подальше от стервы-матери и безразличного к судьбе сына отца. — Хорошо, — Тэхён уходит, даже не предполагая, насколько скоро произойдёт звонок. — Чонгук, ты сможешь приехать? — захлёбываясь слезами, просит Тэхён, попутно закидывая в чемодан вещи. — Через десять минут буду, — быстро отвечает Чонгук и сбрасывает вызов. Он другого исхода и не ожидал. — Она… она сказала, — заикаясь, пытается передать разговор с родителями Ким, пока Чон успокаивающе поглаживает его по голове и не перебивает, дожидаясь, пока омега перестанет плакать. Как можно довести до такого состояния родного ребёнка он не понимал. — Она перестанет платить за учёбу и вообще давать денег, даже на проезд. И если не брошу тебя, то могу домой не возвращаться, жить хоть на вокзале, потому что они меня видеть больше не захотят. — У меня есть просторная квартира, всегда можешь на неё рассчитывать, — Чонгук стирает большими пальцами его слёзы и заглядывает в покрасневшие глаза омеги, задавая главный вопрос: — Тэхён, а ты сам-то чего хочешь? — С тобой быть, — без раздумий отвечает Ким, постепенно отходя от истерики. — Я устал каждый раз идти на поводу у матери, поэтому вот, — он кивает на чемодан, оставленный у ворот дома. — Не знаю, куда деваться, но дома оставаться тоже не могу. — Как знал, одолжил у Юнги машину, — Чонгук забирает вещи Тэхёна и закидывает в багажник, после открывая дверцу для омеги и помогая залезть в салон. Он тоже пока толком не распланировал их дальнейшие действия, но им обоим стоит отдохнуть и завтра на свежую голову всё обсудить. — Ты ведь не будешь против сегодня переночевать у меня? — Нет, — Тэ пристёгивается и отворачивается к окну, снова и снова прокручивая в голове слова матери. Чем он заслужил подобное отношение, омега вот уже двадцатый год не знает. — Прости, что приношу одни проблемы. — Не говори ерунды, — Чон целует его в щёку и выезжает на дорогу, уже догадываясь, как поднять омеге настроение. — Заедем к Джину? — За пиццей? — Тэхён мгновенно оживляется и поворачивается к альфе. — И не только, — подмигивает Чонгук, опуская ладонь на колено омеги. Сегодняшний день ещё не совсем потерян, он уверен в этом. — Держи, пока папа не видит, — Тэхён даёт Баму кусочек пиццы и берёт ещё один, дожидаясь, когда Чонгук принесёт им сока. Чон предлагал выпить пива, но Тэ никогда алкоголь не пробовал, поэтому оставил до лучших времен новые ощущения. — Эй, вымогатель, иди к себе, — Чон отправляет пса к его лежанке и устраивается рядом с Тэ, вручая ему стакан. — Я тут подумал… Может отчислишься из универа? Тогда и за учёбу платить не придётся. Год поработаешь, накопишь на колледж, будешь на ветеринара учиться, как и мечтал. — Тогда родители точно проклянут, — издаёт смешок Тэхён, представляя реакцию матери на новость об отчислении. Но пора подумать не только о ней, верно? — Но идея замечательная, только жить мне всё равно негде, а универ общежитие хотя бы даёт. — Могу сдавать свою комнату за символическую плату, — Чонгук вытягивает губы, намекая на поцелуй, но Тэ лишь недовольно цокает. — Чонгук, я же серьёзно. — И я. Оставайся у меня, можешь даже жить в другой комнате, если считаешь, что нам ещё рано вместе спать, — Чонгук и правда готов пойти на такой шаг, не видя ничего необычного в предстоящем сожительстве. Да и ему станет спокойнее, ведь Тэ выйдет из нездоровой обстановки дома. — Я быстро надоем, — Ким оставляет еду и плотнее кутается в плед, впервые признаваясь альфе в страхе номер один. — Мы будем каждый день вдвоём, в универе и дома, и ты устанешь от моего бесконечного присутствия рядом. — Если такое и случится, то с вероятностью в один процент и через пару лет совместной жизни, — Чон одним движением перетаскивает омегу к себе на колени и в привычном жесте обхватывает обеими руками, пока Тэ прячет глупо-влюблённую улыбку, уткнувшись носом в шею альфы. — Ну что, принимаешь моё предложение? — Пообещай, что скажешь, если я начну действовать на нервы, — просит Тэхён со всей серьёзностью, и Чон утвердительно кивает. Проще не спорить с омегой, ведь неуверенность в себе, посеянную родителями, за один вечер не убрать. — Что? — когда Чонгук внимательно разглядывает его пижаму, спрашивает Тэ. Он спать в отдельной комнате не собирался, да и в том, что альфа не начнёт приставать не сомневался. — Мне нравится, — заключает Чон, уступая ему место на кровати. — Не зря тебя медвежонком прозвали. — Прозвал, ты, — уточняет Ким, залезая к нему и удивляясь, что матрас может быть таким мягким. Мать заставляла спать обязательно на чём-то жёстком, чтобы осанка не страдала. — Но не услышал возражений, — Чонгук укутывает его одеялом и выключает ночник, ложась чуть поодаль омеги. — Можешь вернуть свет? — Тэхён нащупывает его руку и сжимает сильнее обычного. — Боишься темноты? — Чон притягивает его ближе к себе и удобно устраивает под боком, позволяя положить голову на свою грудь. — Я всегда рядом, помнишь? — Угу, — Тэ ещё пару минут вглядывается в темноту, но вскоре закрывает глаза и расслабляется, обнимая альфу одной рукой. Столь комфортно он ещё никогда не засыпал. — Тэхён? — шепчет Чонгук, который глаз сомкнуть не может из-за переполняющих чувств. — М? — Ким чуть приподнимается, пытаясь разглядеть в темноте лицо альфы. — Я тебя люблю, — ну вот, Чон уже неделю искал подходящий момент, чтобы произнести эту фразу, и сейчас она как раз кстати. — И я тебя люблю, — в тот момент улыбка Тэхёна комнату освещает так, что никакой ночник уже и не нужен.

***

— Я по-прежнему считаю, что идея не из лучших, — Тэхён шагает следом за другом, то и дело одёргивая чёрную футболку с изображением незнакомых омеге аниме-персонажей. Чимин уговорил прийти его на вечеринку в честь нового года в наряде, схожим с повседневным образом Чонгука. И сейчас они оба одеты в кожаные чёрные штаны, из того же материала куртки, слегка приталенные футболки и массивные ботинки. Возможно, слегка не по погоде, но такси в помощь. — Брось, раз в жизни стоит попробовать. К тому же, у тебя сегодня день рождения, — отмахивается Пак, открывая двери снятого в аренду дома и сразу начиная взглядом искать Намджуна. — Джуни, ты где? Взгляды присутствующих сразу приклеились к омегам, и наступила гробовая тишина, перебиваемая разве что играющей на фоне музыкой. — Что? — с недовольством произнёс Чимин, проходя мимо гостей и ведя за собой Тэхёна, от излишнего внимания потерявшего способность самостоятельно передвигаться в толпе. — Джуни! — Мы здесь, — Намджун выходит к ним с кухни и точно так же замирает, от удивления приоткрывая рот. — Чимин? — Да, — Пак обнимает альфу за шею и чуть ли не залезает на него, требуя поцелуев. — Нравится? — Очень, — Ким от шока пока отойти не может, и тут к нему присоединяется Чонгук, чуть не роняя стаканы от увиденного. — Тэхён… — он оглядывает омегу с ног до головы и пытается сформулировать внятные суждения по поводу его внешнего вида, но, очевидно, все попытки проваливаются. — Говорил же, что плохая затея, — бормочет под нос Тэхён, снимая пирсинг-обманку с губы. — Нет, нет, ты потрясающе выглядишь! — Чонгук ставит стаканы с коктейлями на ближайший столик и подходит к Тэ, даря приветственный поцелуй в щёку. — Просто… непривычно, поэтому я так и отреагировал. — Честно? — Ким слегка расслабляется и поправляет волосы, до которых Чимину не позволил добраться, оставив свои кудряшки. — Я даже пить сегодня не буду, чтобы вечером мы смогли покататься. Хочу, чтобы такую красоту увидело как можно больше людей, — в очередной раз вводит в краску омегу Чон, за что получает лёгкий шлепок по груди. — Перестань, — Тэ снимает куртку и отдаёт Хосоку, любезно согласившемуся поухаживать за омегой. Вечер обещает быть насыщенным… — Я забрал документы вчера, — пока они танцуют (да, Чонгука можно заставить пару минут потоптаться на месте, но сделать это под силу только одному человеку), говорит Тэхён. — Сделал подарок себе на день рождения. — У тебя день рождения? — притворно удивляется Чон, за что снова получает. — Шучу, медвежонок, шучу. И да, я не забыл, просто готовил сюрприз. — Ну конечно, — Тэ отворачивается от него, делая вид, что собирается уходить, но альфа крепко хватает его за талию и прижимает к своей груди спиной, небольно кусая за шею. — Предлагаю на часик исчезнуть где-нибудь за чертой города. Только заедем домой и оденем тебя как следует. — Я только за, — кивает Тэхён, разглядывая тату на пальцах Чона. Парень делает как минимум по одной каждый месяц и обещает в скором времени набить что-нибудь, связанное с омегой. Ким отговаривает, но кто его послушает?.. — Чонгук, как красиво, — не перестаёт восхищаться видом ночного города Тэхён, когда они стоят на одной из возвышенностей. Чонгук недавно нашёл это местечко, но привести сюда омегу решил по одному особенному поводу. — Соглашусь, — любуясь Тэ, отвечает альфа и поправляет его шарф. Он заставил Кима надеть самую тёплую куртку, перчатки и две пары носков, а вместо кожаных штанов — утеплённые джинсы. — Мой лучший день рождения, — признаётся Тэхён, по привычке опуская голову на плечо альфы. — Спасибо тебе. — Тэхён, — Чонгук снимает с его головы капюшон и чуть отходит от омеги, опускаясь на одно колено и доставая из кармана небольшую бархатную коробочку. Тэ не успевает и звука издать, как альфа слегка дрожащим голосом продолжает: — Каждый день я благодарю судьбу за то, что она послала мне тебя. Мало кому в жизни удаётся найти истинного, да ещё и столь удивительного. И чем дольше мы вместе, тем сильнее я поражаюсь, как в человеке могут сочетаться ум, красота, чувство юмора, умение всегда выслушать и поддержать, найти общий язык даже с тем, чей круг интересов заканчивается обсуждением марок пива… И мне, наверное, до конца своих дней придётся беспокоиться, как бы тебя не увёл кто-то более достойный, чем я, потому что таких полно, — Чонгук переводит дыхание, а Тэхён судорожно сглатывает, предполагая, какая фраза последует далее. — Спасибо, что не пытался поменять мой облик, не стеснялся появляться рука об руку в универе и на улице, я сталкивался с подобным, поэтому правда благодарен. Ради меня ты отказался от пусть и не совсем нормальной, но всё же стабильной жизни, и я хочу доказать, что жертва была не напрасна, — Чон открывает коробочку, и взору предстаёт ни что иное, как помолвочное кольцо. — Медвежонок, готов ли ты и дальше делить со мной одну постель, один мотоцикл и две пиццы из кафе Джина по выходным? Разрешишь ли приносить по утрам пончики уже в качестве твоего мужа? Тэхён уже во всю плачет, рукавами куртки еле успевая стирать слёзы, и кивает, на всё сказанное отвечая уверенным «да». Он ожидал чего угодно, но предложения руки и сердца… — Ким Тэхён, я понимаю, что девятнадцать лет — это, вероятно, не самый подходящий возраст, чтобы заводить семью, но окажешь ли ты мне честь стать твоим супругом? — Чонгука от волнения уже всего трясёт, но он уверенно достаёт из коробочки кольцо и ждёт ответа омеги. — Да, — еле выговаривает Тэхён, вытягивая вперёд ладонь и позволяя надеть на безымянный палец кольцо. — Не надо плакать, — уже смеётся Чон, целуя его мокрые щёки и утягивая в крепкие объятия. — Надеюсь, это от счастья? — Да, — снова слышится тот же ответ от Кима, который теперь разглядывает кольцо. Его помолвочное, так и кричащее: «Ты скоро выйдешь замуж за Чон Чонгука». — Люблю тебя, почти Чон Тэхён. — Да, я уже присмотрел костюм, — разговаривает с Чимином по телефону Тэ, попутно готовя завтрак. — Он будто создан для меня. И размер, и цвет, и фасон… Он недавно устроился администратором в тату-салон, зарплату откладывал на свадьбу, которую они с Чоном назначили на 24 апреля. Сам же альфа продолжал учиться, вечерами работая в автомастерской дяди. В целом, в их пока не официально оформленной семье царила идиллия, только родители Тэ иногда портили настроение, приходя и угрожая, что лишат омегу наследства, если он не отменит свадьбу и не уйдёт от Чонгука. Но Тэхён быстро их спроваживал, потом ревел не один час, конечно, но его персональное успокоительное в паре с пиццей и чем-нибудь сладким всегда срабатывало на ура. — Отлично, когда пойдём покупать? — спрашивает Чимин, в это время уже шагая в универ. — Он слишком дорогой, — вздыхает Тэхён, кладя в контейнеры для еды перекус на работу. — Даже заикаться не стану про него при Чонгуке, иначе он хоть почку продаст, но купит костюмчик, который я всего раз надену. — Похоже на Чона, не спорю, — хихикает Пак, но потом на пару секунд замолкает, резко меняя тон голоса: — Тэхён-и, мне пора идти, попозже тебе наберу. — Хорошего дня, — Ким знает, что у друга очередная любовная драма, поэтому не перезванивает, когда тот бросает трубку, не дослушав. — Доброе утро, — на кухню заходит заспанный, но уже одетый Чон. — Почему не разбудил? — Зачем? Чтобы мешал готовить? — Тэ ставит на стол тарелку с завтраком и чмокает альфу в губы, окончательно отгоняя остатки сна. — Кушай, а мне пора. — Не поешь со мной? — Чонгук зевает, опускаясь на стул и в очередной раз удивляясь, когда омега успевает всё это приготовить. — Нет, сегодня нужно пораньше прийти, — Тэхён убирает один из контейнеров в сумку Чонгука, а второй в свою, после быстро допивая остатки чая. — Приятного аппетита, и не забудь вывести Бама на пять минут и оставить ему корма. — Хорошо, — Чонгук ловит прощальный поцелуй от омеги и принимается за еду, но мысли его переключаются на недавно услышанный разговор Тэ с другом. «Сегодня задержусь, ужинай без меня» — гласило смс от Чона, что немного расстроило Тэ. Но он привык, что альфа часто оставался на работе дольше положенного, поэтому приготовил ужин, погулял с Бамом, принял ванну и устроился в гостиной на диване за просмотром сериала, дожидаясь Чонгука. Парень пришёл домой только в начале первого ночи, что заставило Тэхёна прилично понервничать, ведь на звонки тот не отвечал. — Привет, — Тэ заходит в спальню и включает ночник, отчего Чон, думающий, что омега уже давно спит, вздрагивает и тихо матерится. — Напугал, — Чонгук прячется за дверцей шкафа и зачем-то натягивает обратно толстовку. — Ложись, я сейчас в душ сбегаю и приду. — Покушаешь? — Тэхён подходит ближе, но альфа от него шарахается, как от огня, что начинает слегка злить. — Нет, не голодный, — Чон всё ждёт, пока омега отвернётся, но Тэ ведь не отстанет. — Что происходит? — не выдерживает Ким, включая свет и только теперь замечая разбитую губу и синяк на скуле у альфы. — Чонгук! — Просто подрался, ничего страшного, — оправдывается Чон, опуская голову вниз. — Тэхён, я устал, давай ляжем спать, ладно? — Что значит подрался, с кем? — не унимается омега, гладя его по щекам и обеспокоенно разглядывая каждую ссадинку на теле парня. — Может сходить в больницу? Вдруг тебе сломали что-нибудь. — Тэхён, — уже рассерженно проговаривает Чонгук, убирая от себя его руки. — Закрыли тему. — Чонгук, — настаивает Ким, ведь и правда беспокоится за него. Раньше с подобным они не сталкивались. — Держи, — альфа достаёт из кармана штанов и вручает ему приличную стопку купюр, прекрасно осознавая, что за этим последует. — Я участвовал в бое, снова. — Зачем? — ахает Тэхён, не притрагиваясь к деньгам. — Чонгук, ты ведь обещал. — Да потому что хотел купить тебе тот чёртов костюм, — впервые повышает на него голос Чон, сжимая челюсть и кидая честно заработанные на тумбочку около кровати. Он устал в универе, на работе, а потом его прилично побили, к чему парень не привык. Поэтому сорваться на омеге сейчас проще всего. — Какой костюм? — недоумевает Тэ, но когда до него доходит, прикусывает губу и стыдливо опускает взгляд. Из-за очередной прихоти Чонгук пострадал, стоило придержать язык за зубами. — Я бы обошёлся и без него. — А я хотел, чтобы день нашей свадьбы был идеальным, — альфа снимает одежду, показывая гематомы на груди и животе и заставляя Тэ шумно сглотнуть. — Я в душ. — Гуки, — Ким пытается остановить его, но Чон лишь отмахивается и скрывается в ванной. Тэхён садится на кровать, с отвращением глядя на деньги и желая сжечь их, чтобы не напоминали о сегодняшнем дне, но глупых поступков пока достаточно, поэтому омега убирает их, протирает тумбочку, тщательно моет руки и ложится в кровать, отворачиваясь к стене. Казалось бы, в чём виноват Тэ, если Чонгук сам подслушал разговор и пошёл на такой шаг, чтобы заработать лёгких денег? Правильно, ни в чём, но Тэхён так часто слышал фразу «это всё из-за тебя», что и по сей день от комплекса вины избавиться не в состоянии. Чонгук приходит через минут двадцать, без сил падая на кровать. Горячий душ помог привести мысли в порядок и понять, что не стоило грубить Тэ. Никто не заставлял альфу, сломя голову, бежать в клуб и напрашиваться на бой, можно ведь было взять дополнительные смены в мастерской или пару дней поработать у Джина, у него в кафе официанты получают приличные чаевые. Но Чон как обычно ограничился лёгким путём. — Медвежонок, — альфа поворачивается к нему, но Тэхён не шевелится и ни звука не произносит. — Спишь? — Чонгук залезает к нему под одеяло и ложится на бок, грудью прижимаясь к спине омеги и обнимая одной рукой. — Прости, я вспылил по собственной глупости, ты здесь совершенно ни при чём. — Если бы я не проговорился про костюм, ты бы никуда не пошёл, — всхлипывает Тэ, пряча лицо в подушке. — Тэхён, — Чонгуку теперь вдвойне паршивее на душе. Видеть, что Тэхён плачет по его вине, оказывается больнее, чем получать ряд ударов на ринге. — Это я дурак, что вообще вспомнил про клуб. Можешь тоже побить меня, только не плачь, умоляю. Ким разворачивается к нему и обхватывает лицо парня ладонями, покрывая аккуратными поцелуями каждую ссадину. Обижаться омега не умеет, а на своего почти мужа тем более. — Никогда не ходи туда снова, — Тэхён утыкается носом ему в шею и закрывает глаза. Запах альфы срабатывает как успокоительное, уже в который раз. — Больше никогда, — Чонгук поглаживает его по спине, но уже через пару минут засыпает. Впредь он будет думать о последствиях необдуманных действий и слов.

***

— Волнуешься? — поправляя ободок из цветов на голове друга, спрашивает Чимин. Сегодня у Чонгука и Тэхёна долгожданная свадьба. Отметить решили только с самыми близкими, а именно родителями Чонгука, ещё несколькими родственниками с его стороны и друзьями. Со стороны Тэхёна, к сожалению, никто не пришёл, разве что Чимин. Родители даже слышать не желали о замужестве сына, много раз пытались отговорить, снова и снова угрожали, что лишат наследства, но Тэ просто просил их покинуть свой дом, своими словами ещё больше раздражая мать. Поэтому сегодня Ким пойдёт к алтарю не с отцом, а с Чимином, но так даже лучше. — Немного, — отвечает Тэ, разглядывая себя в зеркале. Чонгук всё же купил ему тот желанный костюм, но уже на честно заработанные деньги, а ту сумму они отдали в приют для животных. И сейчас омега стоит в шёлковом белом наряде, надеясь, что Чон оценит его образ. — Главное не забыть речь. — Всё будет хорошо, — Пак чмокает его в щёку и берёт под руку, уже слыша за дверью свадебный марш. — Идём? — Да, — кивает Тэхён, нервно дёргая уголками губ и переводя дыхание. Через несколько минут он станет мужем Чонгука? До сих пор трудно поверить. Чонгук замирает на месте, как только в поле его зрения попадает омега, который напоминает ангела, без преувеличений. Чон, конечно, всегда говорил, что Тэ у него самый красивый, но сейчас щемило в груди от одного только короткого взгляда на жениха. И впервые за несколько лет альфа позволил себе пустить слезу, но быстро её стёр, чтобы Тэхён раньше времени тоже не начал плакать. — Привет, — шепчет омега, подойдя к нему и крепко сжимая в руках букет. Тэ готов в обморок упасть, и Чонгук в строгом костюме ни капли не спасает ситуацию. — Медвежонок, такими темпами мы первую брачную ночь проведём в больнице, потому что моё сердце уже не выдерживает, — выдыхает Чон, ослабляя галстук. Ему бы водички, но портить момент не стоит. — Я составлю компанию, не переживай, — Тэхён облизывает пересохшие губы и поворачивается к священнику, уже с улыбкой ожидающего начала своей речи. — Чонгук, — когда ему дают возможность обратиться к уже почти мужу, скромно начинает Тэ, стараясь не отводить взгляда от глаз альфы. — Если я о чём-то и жалею, то только о том, что не повстречал тебя раньше. Почти каждый день слыша упрёки о собственной никчёмности, я и не надеялся найти любимого человека, а мужа тем более. Поэтому спасибо, что принял со всеми изъянами, в характере и во внешности, которых я постоянно стеснялся. Мне всё ещё непривычно слышать комплименты, слова о любви, принимать любые, даже самые незначительные проявления заботы, потому что до тебя всё было с точностью до наоборот, но постараюсь со временем научиться и брать, и отдавать сполна, просто подожди немного, пожалуйста. И сейчас даю обещание стать достойным мужем для тебя, а в будущем папой нашим детям. Спасибо, что помог обрести счастье, Чонгук, надеюсь, ещё ближайшие лет пятьдесят мы сможем наслаждаться им… мы и наши уже запланированные пять детей. Чонгук держится стойко, но глаза уже на мокром месте и грозятся устроить Ниагарский водопад, поэтому он прокашливается и берёт Тэ за руки, чтобы успокоить и его, и себя. — Моей клятве было дано название «Я никогда не…». Она не многословна, но, прошу, послушайте внимательно. Я никогда не думал, что уже в двадцать один год буду стоять у алтаря и любоваться своим мужем. Я никогда не предполагал, что заключу брак со столь прекрасным душой омегой. Я никогда не пойму, чем заслужил шанс быть с тобой, Тэхён. Я никогда не дам повода усомниться в своей верности, каждый день повторяя, как сильно люблю тебя. Я никогда не причиню тебе вреда, ни морального, ни физического, и постараюсь уберечь от всего, что может стать причиной твоих слёз. Я никогда не позволю пожалеть, что ты согласился сегодня прийти сюда и стать моим супругом. Я никогда не оставлю тебя, какие бы трудности ни преподнесла нам судьба. Чон сглатывает, пытаясь хоть немного смочить горло, и заканчивает: — Я люблю тебя, Тэхён, и сочту за честь стать твоим мужем, а в будущем и отцом наших детей. И всё обретает смысл, когда из уст обоих доносится заветное «да». — Больно? — в который раз спрашивает Чонгук, наблюдая, как мужу набивают тату. Они незадолго до свадьбы приняли решение, что сделают парные татуировки в виде пончиков и инициалов друг друга под ними. И вот на левой стороне груди Чонгука уже красуется новая, он и сам не помнит какая по счёту, тату с изображением пончика, покрытого сиреневого цвета глазурью, а снизу выведено «TH». У Тэхёна же пончик был фисташкового цвета, и мастер уже заканчивал с коротким «JK» под ним. — Немного, — Тэхён лежит ровно, даже пальцем не шевелит, иногда морщась от не самых приятных ощущений. Но результат того стоит. — Готово, — объявляет мастер, и Тэ, дождавшись, когда тот наклеит на ноющую кожу плёнку, бежит к зеркалу, со всех сторон разглядывая своё новоизменение. — Гуки, это потрясающе! — Даже спорить не стану, — Чонгук помогает ему надеть обратно рубашку и не может перестать улыбаться, видя, как счастлив его омега. — Поедем домой или заглянем в ресторан, чтобы принять парочку поздравлений раз этак в десятый? — Домой, — Тэхён выглядит уставшим, поэтому Чон не спорит. К тому же, у них есть дела поважнее.

***

— Медвежонок, я дома, — раздаётся из прихожей, а после следует заливистый лай Бама, дождавшегося хозяина с работы. Чонгук продолжал учиться и работать одновременно, но его всё вполне устраивало, ведь дома каждый вечер ждал Тэхён, вот уже пять месяцев законный муж. Тэ недавно поступил в ветеринарный колледж, чему не может нарадоваться до сих пор, но и работу омега не бросил, чтобы самому оплачивать обучение и частично счета за квартиру. И, как бы не боялся Тэхён, семейная жизнь Чону не надоедала, он даже кольцо обручальное снимал только на работе из-за правил техники безопасности. Кажется, Чонгуку по душе быть в статусе мужа, это действительно вдохновляет альфу. — Привет, — Тэхён выходит к нему, но не тянется как обычно за поцелуем, а просто стоит, прижавшись плечом к стене. — Ты чего? — Чон прекрасно замечает перемены в его настроении и хмурится, подходя ближе. — Случилось что-то? — Да, — Тэ держит взгляд опущенным в пол и нервно оттягивает рукава домашней рубашки. — Потом расскажу, сначала иди в душ и поешь. — Хорошо, — Чонгук чмокает его в висок и уходит в ванную, не став давить на омегу. Если Тэ хочет, Тэ расскажет сам, заставлять его бессмысленно, иначе можно довести до слёз — это правило выучено давно. — Я всё, — Чонгук заходит в спальню, садясь рядом с омегой, резко спрятавшим что-то в рукав. — Поговорим? — Угу, — Тэхён молчит ещё чуть больше минуты, но после набирается смелости и шепчет: — У нас будет ребёнок. Чону кажется, что он ослышался, но когда ему протягивают два теста на беременность с двумя ярко-красными полосками — пазл складывается на раз-два. Но ведь в планах у пары детей не предвиделось ещё минимум лет пять, а тут такая неожиданность. — Тэхён, я… — альфа не успевает договорить, как его перебивают. — Не готов, понимаю, — Тэ поджимает дрожащую губу и всё разглядывает тесты. Он до последнего надеялся, что недомогание вызвано нагрузками на учёбе и работе, а не зарождающейся жизнью внутри него. Да и какой ребёнок в 19 лет, особенно когда нет должной поддержки? Нет, на Чонгука он разумеется может положиться, но обременять альфу хочется меньше всего. — Нет, не готов, но это не значит, что хочу избавиться от него, — Чонгук нежно обхватывает его лицо ладонями и заставляет посмотреть на себя. — Я не в праве распоряжаться твоим телом, поэтому скажи, если имеешь другое мнение. И мы… придумаем что-нибудь. — Не хочу портить тебе жизнь, — Тэхён разглядывает лицо альфы, на котором недельный недосып оставил свои заметные следы. И ведь это только начало года, а что будет в конце, когда и ребёнок родится, и нужно будет заканчивать университет? — Не говори так. Всё, что связано с тобой, приносит исключительное счастье, — Чон усаживает его к себе на колени и забирает тесты, теперь с полным осознанием рассматривая их. Две полоски, означающие две жизни в одном теле. — Ты ведь хотел пятерых детей? Ну вот, пора начинать. — Чонгук, — Тэ не до смеха, у него вот-вот начнётся истерика от безысходности. — Что нам делать? — Для начала записаться к врачу, а там посмотрим. — Его рост примерно тринадцать миллиметров, — рассказывает врач, глядя на монитор аппарата УЗИ. — Для семи недель отличный показатель. Сердечко послушать можно, хотите? — Да, — кивает Тэхён, крепче сжимая ладонь Чона и пытаясь что-нибудь рассмотреть на экране. Альфа сразу сказал, что тоже пойдёт вместе с омегой посмотреть на малыша. Оба волновались и не верили в реальность происходящего, но когда увидели еле различимую горошинку на экране, то поняли — они уже родители. Молодые, неопытные, но благо умеющие нести ответственность за свои поступки. И когда раздаётся звук сердцебиения их ребёнка, Чонгуку кажется, что его собственное сердце прекратило работу, а затем стало биться в такт услышанному. В двадцать один год он связал себя узами брака, в двадцать два станет отцом. Отцом ребёнка от истинного, к которому испытывает искренние чувства и буквально боготворит. И в данный момент альфа чётко осознаёт, что ни о чём не жалеет и ради семьи справится со всем. Тэхён лежит, не дыша и сосредоточившись исключительно на своей крохе. Омега и не подозревал, что вот уже семь недель носит под сердцем ребёнка, да и сейчас до конца не верит, что они с Чонгуком смогли создать новую жизнь. Он не видел примера хороших родителей, поэтому боится, что не сможет стать для сына или дочки образцовым папой. Но рядом всегда есть Чонгук, который поможет и подскажет, убережет от ошибок, ведь его родные воспитали прекрасного человека, а значит, и он сам сможет. Только вот с некоторых пор Тэхён пообещал полагаться исключительно на себя, не ожидая милостей от остальных, поэтому найдёт силы разобраться с неуверенностью и ещё заставит малыша гордиться тем, какой у него потрясающий папа. — Патологий не наблюдаю, — заканчивает врач, протягивая Тэ салфетки. — Ставить вас на учёт или… — Ставить, — перебивает его Тэхён, даже не желая слушать, какое предложение последует. Даже если Чонгук бросит, откажется от них когда-нибудь, у Тэ останется тот, кто будет любить всегда — его личный смысл существования. — Это мальчик, — рассуждает Чонгук, стоя позади омеги и гладя по пока ещё плоскому животу. — Серьёзно, гарантия почти девяносто процентов. — Неужели? — хмыкает Тэхён, нарезая салат на ужин. Чонгук после приёма, будем честны, немного поплакал от нахлынувших эмоций, а Тэ пришлось его успокаивать, хотя всё должно было происходить наоборот. Потом альфе стало немного неловко, но стыдиться тут нечего, в чём и пришлось убеждать новоиспеченного отца. — Сам посуди, у меня в роду практически одни мальчики, причём большинство альфы, у тебя тоже, отсюда и вывод, — Чон кладёт подбородок ему на плечо и внимательно следит, чтобы омега не порезался. — Логично, — задумывается Тэ, скидывая овощи в миску. — А если девочка? Расстроишься? — Что за глупости, конечно нет, — альфа неохотно отходит от него и начинает накрывать на стол, постоянно прокручивая в голове рекомендации врача насчёт питания Тэ. Ему стоило поднабрать в весе, но Чон и до этого сколько месяцев пытался откормить парня — всё безуспешно. Что ж, фраза «есть за двоих» обретёт прямой смысл уже через пару минут. — Просто будь готов к тому, что наша квартира превратится в настоящий замок принцессы. — Хорошо, — Тэхёну, конечно, очень хочется первую родить малышку, но Чон не оставит и шанса, через пару месяцев наверняка заполучив наследника. — Чонгук, мы ведь справимся? — Вместе — да, — Чонгук понимает опасения мужа, но не даст им сбыться. Он ведь клялся не оставлять в трудные моменты и слово своё сдержит.

***

Пять месяцев пролетели слишком быстро, по крайней мере, для Чонгука. Учёбу он не бросил, хотя хотел, но Тэхён уговорил остаться, ведь оставалось доучиться всего ничего. С работы увольняться тоже нельзя, поэтому изо дня в день приходилось с утра до глубокого вечера быть где угодно, но только не дома. Это огорчало альфу, да и Тэхёна тоже, но они оба понимали, какие расходы им предстоят, поэтому мирились с положением. Тэ уволился из тату салона и нашёл работу продавца в книжном магазине, где платили пусть и меньше, но зато обстановка была поспокойнее, что для беременного омеги оказалось в приоритете. Из колледжа пришлось уйти, а отложенные на обучение деньги потратить на вещи для малыша. Ещё предстояла покупка коляски, кроватки, ванночки, но из-за загруженности графика Чонгука не удавалось выбраться в магазины, а идти одному или же с Чимином омега не хотел, желая разделить момент исключительно с мужем. Тэхён не перестаёт поражаться тому, что в нём растёт ребёнок, каждый день читает книги о беременности, развитии малыша в первые годы жизни, иногда углубляется в психологию. Всего не упомнишь, но омега постарается основные моменты в памяти отложить, чтобы дать крохе всё необходимое. Так недавно омега сказал Чонгуку, что малыш может слышать их и возможно даже различать голоса, и теперь альфа чаще разговаривает с (он уверен, что так оно и есть) сыном и читает ему на ночь сказки. Тэ иногда не сдерживает слёз, слыша, как муж ласково шепчет «мы ждём тебя, зайчонок», уткнувшись носом в его округлый живот. Обращение «зайчонок» Чонгук придумал, когда Тэхён в очередной раз попросил сделать ему салат из моркови с капустой, а ещё пожаловался, что малыш слишком энергичный и не любит долго быть в одной позе. Да, им бывает трудно, ссор тоже избегать не всегда удаётся, но обижаться долго ни тот, ни другой не умеют, поэтому мирятся в этот же день, а потом ещё и прощения просят по несколько раз. Но всегда случаются исключения. — Гуки, посмотрим кроватки? — заходя в спальню, спрашивает Тэхён. В одной руке телефон, в другой баночка мороженого — типичная в последнее время картина. — Прости, мне уже пора бежать, — кидая на кровать джинсы, отвечает Чонгук. У него единственный выходной за месяц, и планы на него были определены давно. — Куда? — удивляется Тэ, ставя баночку на тумбочку. — С парнями решили сходить на мото-шоу, я же говорил, — Чон хватает толстовку и быстро натягивает, мельком следя за временем. Опоздать не должен, но судя по выражению лица омеги — долгого разговора им не избежать. — Медвежонок, не начинай, я ещё неделю назад предупреждал, и ты разрешил. — Не помню, — Тэ из-за беременности стал рассеянным, поэтому не удивительно, что забыл про разговор с мужем. — Ладно, но ты можешь полчасика посидеть? Нужно выбрать кроватку. — Завтра я приду пораньше, и выберем, — Чонгук целует его в щёку и надевает джинсы, которые уже стали на размера два больше из-за потери парочки килограмм. Да, альфа частенько изводил себя, но поступить иначе не получалось. — Но скидки только до девяти действуют, — не унимается Тэхён, садясь на постель. Его гормоны любят пошалить, особенно когда что-то идёт не по задумке омеги. — Тэхён, почему раньше ты не мог сообщить об этом? — Чон старается говорить спокойно, но уже знает, что может легко сорваться. — Я весь день был дома, так? — Не весь, сейчас вот уходишь, — дуется омега, обводя пальцем рисунок на пижаме. — Я прошу всего полчаса, а потом иди куда хочешь. — У нас билеты на определённое время. Если опоздаем — не пустят, — объясняет Чонгук, наспех поправляя причёску. — Не злись, хорошо? — Угу, — кивает Тэ, глядя на него самым печальным взглядом из всех существующих. — Раз тебе мотоциклы дороже ребёнка… — Тэхён, — альфа хмурится, смотря на него в отражении зеркала. — Я провёл с вами время и сейчас хочу пару часов побыть с друзьями, которых уже два месяца толком не видел. Войди, пожалуйста, в положение. — Иди, я не держу, — Тэхён неуклюже поднимается и уходит в гостиную, закрывая за собой дверь. Вот и поговорили. Чонгук уходит, даже не попрощавшись, отчего Тэ становится ещё обиднее. Но он сам вывел альфу из себя, это доходит до омеги только спустя час. Чон и правда давно не встречался с парнями, свободные от учёбы или работы вечера проводя с Тэ, а ещё терпел все прихоти и претензии, не жаловался никогда на усталость, даже когда было видно, как с ног валится. И омеге по мере перечисления поступков мужа становилось всё более не по себе из-за устроенной недавно сцены. Поэтому Тэ хватает телефон и набирает его номер, но ответа не получает. Та же история с Юнги, Намджуном и Хосоком, будто сговорились все. Чонгук возвращается после полуночи, пытаясь быть тихим, но его так мотает, что план проваливается в первую же секунду появление в квартире. — Гуки? — Тэхён выходит к нему и включает свет, обеспокоенно глядя на мужа. — С тобой всё в порядке? — Всё супер, — альфа поднимает вверх большой палец и пьяно улыбается, пытаясь стянуть ботинки. — Ты пил? — Тэ приглядывается к его лицу и замечает синяк на подбородке, тихо ахая. — И подрался с кем-то? — Да, — открыто заявляет альфа, наконец расправившись с обувью. — Я позволил себе выпить, а ещё пошёл в клуб и отвёл душу. — В смысле? — Тэхён перебирает в голове все варианты, как альфа мог расслабиться, но очень быстро догадывается, ведь альфа мог упомянуть только один клуб. — Снова бои? — Они самые, — Чонгук плетётся в ванную, мало что соображая, а Тэ не отстаёт. — Ты ведь обещал не соваться туда, — омега придерживается за живот и останавливается на пороге ванной, наблюдая, как муж пытается раздеться. Но помогать желания не было. — И почему на звонки не отвечал? Я волновался. — Потому что я хотел отдохнуть, — огрызается Чон, от вновь возникнувшей злости немного трезвея. — С друзьями, без тебя, понимаешь? Тэхён, почему ты такой эгоист? Понимаю, беременность и всё такое, но нужно ведь видеть границы? Я ведь не раз упоминал про это шоу и как хотел туда попасть, а потом отпрашивался, напоминал, что именно сегодня пойду на него. А ты повёл себя, как ребёнок, испортил настроение, а потом ещё и названивал, наверняка, чтобы ещё раз сказать, какой же я урод, что бросил тебя одного. — Чонгук, я не… — пытается высказаться Тэ, но альфа перебивает его: — Я просто хочу ещё немного пожить прежней жизнью, прежде чем у нас появится ребёнок. Мне всего двадцать два, естественно, сидеть дома в четырёх стенах не представляет для парня моего возраста большого интереса, а когда нас станет трое, то можно будет и вовсе забыть про ночные посиделки и тем более гонки. Ради семейной жизни я уже отказываюсь от любимых вещей, так почему не могу в последний раз насладиться ничем не обременённым походом с друзьями в бар? Тэхён молчит, поджимая дрожащие губы и для успокоения поглаживая живот, где сын активно шевелился. Омеге тоже хочется выплеснуть эмоции, но пьяному Чонгуку бесполезно что-либо доказывать, поэтому он сглатывает и произносит только: — Я звонил, чтобы извиниться и пожелать хорошо провести вечер. Тэ уходит в спальню, больше не говоря ничего, а Чонгук так и стоит посреди ванной и чувствует себя самым последним кретином Кореи. Утро альфы начинается с головной боли и дикого желания выпить минимум литр воды. Ему пить нельзя, так многие говорили, но вчера любые запреты были сняты, причём самим Чоном. Но как жаль, что по глупости он наговорил своему омеге много лишнего, о чём прекрасно помнит. Чонгук оглядывается в поисках Тэ, но тот, очевидно, уже давно встал. Тихие звуки телевизора и аромат уже приготовленного завтрака гласят о том же. На прикроватной тумбочке стоял стакан воды и лежали таблетки от головы, шторы плотно задёрнуты — Тэхён позаботился, чтобы альфе и солнце не мешало подольше поспать, и было чем подлечиться по пробуждении. От этого становилось только хуже, потому что Тэ, даже несмотря на вчерашнее, о нём заботился, чего альфа явно не заслужил. — Доброе утро, — Чон заходит в гостиную, где Тэ сидит красится и попутно доедает завтрак. Судя по ещё не убранному одеялу и подушке, спал омега на диване. — Доброе утро, — хотя бы не посылает, уже хорошо. Но то, что даже не смотрит в сторону альфы, уже наталкивает на мысль о вселенской обиде. — Куда собираешься? — Чонгук так и остаётся стоять поодаль от него, прислонившись к косяку двери. — К врачу, — Тэхён отвечает спокойно, но на самом деле так хочется накричать на мужа и запустить в него чем потяжелее. Только вот тактика игнорирования подействует гораздо болезненнее. — Точно, — Чон вспоминает, что этот приём омега спланировал специально, чтобы они вместе смогли пойти и наконец узнать пол ребёнка, но как обычно всё идёт по одному месту. — Можно с тобой? — Если хочешь, — пожимает Тэ плечами, убирая косметичку и медленно поднимаясь с дивана. — Через час я должен быть в клинике. — Через пятнадцать минут буду готов, — альфа уходит в ванную, чтобы привести себя в порядок, а Тэхён направляется к шкафу, чтобы выбрать одежду для столь важного события. Малыш подрос достаточно, чтобы врач определил на УЗИ пол, поэтому сегодня ничто не сможет испортить омеге настроение, или почти… — Я готов, — сообщает Чонгук, пальцами зачёсывая слегка влажные пряди волос. Самочувствие колебалось от «умеренно хреново» до «я умираю», но расстраивать Тэ и отпускать его одного нельзя. — Угу, — Тэхён же сидит на кровати и пытается надеть джинсовый комбинезон, который считал своим спасением из-за его удобства. Восьмое чудо света, не иначе. — Давай помогу, — Чон присаживается перед ним и помогает просунуть ноги в штанины, после натягивая джинсы до бёдер. Для них данная процедура была практически ежедневной. — Вставай, — Тэ не сопротивляется и поднимается, придерживаясь за плечи мужа. Но сердиться омега не перестаёт, постоянно прокручивая в голове вчерашний разговор. — Спасибо, — Тэхён застёгивает комбинезон и берёт носки, с тяжким вздохом протягивая и их мужу. Но Чонгук не возникает, снова опускаясь на колени и выполняя просьбу. Он готов так хоть весь день простоять, если это поможет вымолить прощение. — Ты заказал кроватку? — пока они едут, решает разбавить гнетущую тишину в салоне альфа. — Нет, — следует короткий ответ. Тэхён отвернулся к окошку, никак не реагировал на частые взгляды и касания мужа, даже за руку не взял, хотя делал так всегда, особенно пока они стояли в пробке. Поэтому Чонгук готов был позорно расплакаться, но просто поговорить почему-то не додумался. — Почему? — Чон не оставляет попыток спасти ситуацию. — Ничего не понравилось, — на этом их беседа и закончилась. — Какие вы уже большие, — воркует над животом омеги врач, пока Тэхён во всю улыбается, придерживая края футболки. — Ну что, давайте посмотрим, как обстоят дела. — Давайте, — Тэ от нетерпения слегка ёрзает, но когда начинается осмотр — замирает и всё внимание приковывает к экрану, на котором уже не в первый раз видит свою кроху. — Вы сказали, что на этом сроке уже точно можно узнать пол ребёнка. — Только если вы пожелаете, — кивает мужчина, мельком поглядев на сидевшего рядом Чонгука. Тот сегодня, кроме «здравствуйте», не проронил больше ни слова в кабинете. — Желаем, — сразу оживляется Тэхён, хватая мужа за руку. Сейчас про ссору можно и забыть. — Хорошо, — врач смеётся над своим как всегда чересчур эмоциональным пациентом, а через пару минут объявляет: — У вас мальчик. — Мальчик, — Тэ восторженно ахает, а Чонгук гордо шепчет: «Я же говорил». Этот день они определённо запишут как один из самых счастливых. — Может купим торт? Отпразднуем, так сказать, — предлагает Чонгук, когда они прогуливаются по магазину. Тэхён снова молчит, видимо, минутная эйфория должной роли не сыграла, а обида оказалась сильнее. — Покупай, если хочешь, я не буду, — Тэ уходит в отдел с мороженым, оставляя Чона одного грустно смотреть ему вслед. Если идея со сладким не сработала, то можно вещички собирать и заявление на развод ждать. — Кончилось, — возвратившись к мужу, со слезами на глазах констатирует омега. Да, плакать он мог по любому поводу, а тут ещё и такая трагедия. — Прямо ни одной баночки? — удивляется Чонгук, на свой страх и риск обнимая Тэ и целуя в висок. Но его не отталкивают, прогресс. — Он забрал последние четыре, — Тэхён указывает на альфу килограмм под 120, тележка которого была наполнена далеко не полезной пищей. Такие люди, не следящие за здоровьем, очень бесили Чонгука, поэтому в голову пришла идея на миллион. — Пойду спрошу у продавцов, может есть где-нибудь. Иди пока Баму выбери корм, ладно? — Чон дожидается, пока муж уйдёт подальше, и подходит к альфе, вполне дружелюбно начиная: — Извините, мой беременный муж обожает это мороженое, а вы забрали последние упаковки. Не могли бы вы отдать мне одну, пожалуйста? Альфа не отвечает ему, отворачиваясь и продолжая выбирать пиво, что окончательно выводит Чонгука из себя. — Невежливо молчать, когда вас просят об одолжении, — цедит сквозь зубы альфа, кладя руку на плечо мужчины и несильно сжимая. — Иди гуляй, мальчик, — мужчина обводит его презрительным взглядом, но не на того нарвался. — А тебе бы стоило прогуляться до спортзала, — Чонгук забирает из его тележки две баночки мороженого и, не дожидаясь гневной тирады от незнакомца, раздражённо добавляет: — Я вчера крупно облажался, наговорив лишнего своему беременному омеге, и единственное, что может поднять ему настроение — дурацкое мороженое, которое продаётся только в этом магазине. И плевать, что ты обо мне подумаешь, но готов драться, если понадобится, чтобы получить всё, чего мой муж пожелает. Чонгук закидывает баночки себе в корзину и уходит обратно к Тэхёну, пока тот альфа продолжал стоять на месте и недоумевать, что вообще произошло. «Сумасшедший какой-то» — заключает в итоге тот. — Ты нашёл? — радости Тэхёна нет предела, это факт. — Всё для вас, — Чон уже лезет к нему за благодарственным поцелуем, но омега ожидаемо отворачивается, делая вид, что рассматривает содержимое полки напротив. День будет долгим… Поздним вечером Чонгук сидит один в спальне, дожидаясь, когда омега придёт к нему, но вот уже полчаса от него ни ответа, ни привета, поэтому альфа шагает в гостиную — новое место обитания мужа. — Медвежонок, ты спать когда придёшь? — Позже, — Тэ поднимает книгу чуть повыше, как бы говоря, что у него есть дела и поважнее. — Ты можешь почитать и в спальне, — Чон садится рядом с ним и целует в живот, вздрагивая, когда сын ощутимо шевелится. До сих пор привыкнуть не может. — Не хочу мешать включённым светом, — Тэхён пытается вчитаться в сюжет романа, но близость альфы сосредоточиться не даёт. — Не помешаешь, пойдём, — Чонгук протягивает ему руку, но она остаётся проигнорированной, отчего альфа тихо воет. — Тэхён, ну прости ты меня. Я правда сожалею о сказанном. — Чонгук, а ты никогда не задумывался, что беременность тоже перевернула мой мир с ног на голову? — Тэ тщетно сдерживал всё в себе, но устал, поэтому, Чон Чонгук, держись. — Я отказался от колледжа, о котором мечтал лет пять, работаю в книжном, где скука смертная, поговорить не с кем, и так изо дня в день. С тобой мы проводим вместе от силы часа три в день, но исключительно за просмотром какого-нибудь фильма или разговорами про то, что ещё нужно купить для сына, детской и так далее. Я из дома практически не выхожу, потому что мне трудно долгое время находиться на ногах, а за руль садиться боюсь. А когда ты не можешь нормально спать из-за того, что тебя пинают изнутри? Как тебе такое, м? Я может тоже хочу снова кататься с тобой на мотоцикле по вечерам, уплетать всё вредное, что только на глаза попадётся, с Чимином выбраться куда-нибудь. Я вот, например, никогда не был в нормальном клубе, не пил вкусные коктейли, не танцевал так, чтобы на утро ног не чувствовать, а ведь очень хотел. Но я — папа, и жертвую собой ради сына, ни на что не жалуясь, ведь сам захотел подарить миру новую жизнь в обмен на собственную свободу. Да, вчера я перегнул палку, но ошибку осознал и хотел позвонить извиниться, но ты даже трубку поднять не удосужился. А вдруг у меня бы схватки начались? Вдруг мне плохо стало? Не задумывался, что, пока я не родил, ты несёшь ответственность исключительно за меня? Я вынашиваю нашего ребёнка, поэтому в следующий раз будь добр не ставить меня на второе место и забывать о моём существовании из-за желания банально отдохнуть. — Медвежонок, — Чонгук дослушивает его до конца, не перебивая, и виновато улыбается, стирая со щёк омеги слёзы. Он и не замечал, что всё это время успевал ещё и плакать. — Я никогда не стану принижать твоего значения, обещаю. Прости, пожалуйста, алкоголь не самым лучшим образом влияет на мой мозг, а тот в свою очередь на язык, который вчера помогал излагать полную чушь. Не представляю, как ты вот уже несколько месяцев терпишь эти боли, усталость, проблемы со сном и переживания насчёт здоровья сына. И оттого ценю сильнее, правда. Я заслужил хорошей трёпки, да, но давай по-быстрому побей меня и пойдём спать, потому что завтра вставать рано, а без тебя уснуть невозможно. — Один иди, — дует губы омега, но сам от слов Чона потихоньку отводит злость на второй план, на её места ставя лёгкую обиду. — Тогда лягу в ногах, как Бам, — предупреждает Чонгук и уже собирается устроиться на ковре, но Тэхён вздыхает и берёт его за руку. — Хорошо, идём, — Тэхён не без посторонней помощи встаёт и убирает книгу на полку, тут же ощущая, как муж обнимает его со спины и опускает ладони на округлый живот, бережно поглаживая. — Я всё ещё расстроен. — Завтра поедем покупать кроватку, — пытается задобрить Чон, целуя мужа в шею и заставляя переминаться с ноги на ногу. — И коляску, — Тэ пытается выбраться из крепкой хватки, но безуспешно. Если Чон соскучился — от него так просто не сбежишь. — И коляску, — соглашается Чонгук, всё же уводя мужа в спальню. Впредь жаловаться на то, какой он бедный-несчастный, альфа не станет.

***

Время 1:20. Чонгук просыпается от непонятного шума, доносящегося из ванной. Тэхёна рядом нет, поэтому альфа сразу подскакивает и бежит к мужу, как обычно начиная паниковать, ведь врач предупредил, что ребёнок может появиться на свет в ближайшие две недели. — Медвежонок, — Чон позвал его раза три, прежде чем Тэ услышал и выключил фен. — Что ты делаешь? — Я тебя разбудил, да? — виновато улыбается омега и хватает расчёску, снова переключаясь на создание идеальной причёски. — Просто воды отошли, вот и привожу себя в порядок перед поездкой в роддом. — А, понятно, — зевает альфа и уже собирается пойти дальше спать, но когда до него доходит смысл слов мужа — резко округляет глаза и хватается за дверной косяк, чтобы от шока не упасть прямо здесь на кафель. — Как воды отошли? — Тебе дать точную формулировку? — смеётся Тэхён, глядя на потрясённого мужа через зеркало. — Только без паники, умоляю. Схватки пока слабые, так что всё успеем. — Схватки? — вопит Чонгук, прикладывая ладонь к груди и надеясь, что его сердце не остановится до того момента, пока он не увидит сына. — О Боже, ты рожаешь… — Вот именно, а в здравом уме должен оставаться ты, — Тэ преспокойно проходит мимо него в спальню, находя на столе список того, что нужно взять с собой в роддом и начиная искать вещи на полках в шкафу. — Я умоюсь и помогу, — Чон приводит себя в чувства с помощью ледяной воды и бежит к омеге, мало что соображая, но сумку с горем пополам собирая. — Как ты? Сильно болит? — Терпимо, — Тэхён достаёт спортивный костюм и плюхается на кровать, придерживаясь за поясницу. — А сейчас соберись и помоги мне одеться, договорились? — Угу, — Чонгуку страшно, но каково сейчас Тэ… Поэтому он выдыхает и принимается за сборы мужа, через каждые пять минут спрашивая, как его самочувствие. Правда, через час за надоедливость получает и замолкает, но к тому времени они уже добираются до больницы, поэтому теперь все эти «он рожает, срочно, позовите врача» терпел полусонный персонал. — Можешь поругаться и сказать, что второго я буду сам рожать, — шепчет Чонгук, поглаживая мужа по спине, пока тот стоит у окна, оперевшись на него и пережидая очередную схватку. Время уже девять утра, но малыш появляться на свет не торопился, похоже. Тэхёну удалось поспать, Чонгуку тоже, но для полноценного восстановления сил этого не хватило. И Чон почти плакал от бессилия, ведь ничем не мог помочь мужу, а Тэ мужественно переносил все тяготы, только тихо постанывая, когда становилось уже невыносимо. Он правда старался беречь энергию для самого момента родов. — Всё в порядке, — омега глубоко дышит и выпрямляется, поворачиваясь к Чону лицом и вымученно улыбаясь. — Через пару часов мы уже будем держать нашего сына на руках, представляешь? — Если честно, то нет, — издаёт альфа смешок и поправляет его волосы, успевшие стать слегка влажными. Зря только проторчал столько времени перед зеркалом. — И если я упаду в обморок или истерично расплачусь, как типичная омежка в подростковой дораме, не удивляйся, хорошо? — Ладно, — Тэ кладёт голову на его плечо и прикрывает глаза, обнимая живот. Он бы с радостью прилёг на часок-другой, но частые схватки покоя не давали, поэтому приходилось отвлекать себя от мыслей о «что-то может пойти не так» исключительно присутствием рядом Чонгука. — Мы не придумали имя. — Может быть Минхо? — предлагает Чон, накрывая его ладони своими. — Я давно хотел предложить, на самом деле, но боялся, что тебе не понравится. — Красивое имя, — на выдохе произносит Тэ и чуть сжимает руку мужа. — Ты родителям позвонил? — Да, они уже взяли билеты на завтра, — Чонгук хочет как-то отвлечь, поэтому достаёт телефон и включает любимую песню омеги, выводя его на середину палаты. — Потанцуешь со мной? — Только недолго, — Тэхён как никогда ценит всяческие попытки облегчить страдания, поэтому плавно покачивается в такт мелодии, не сводя влюблённого взгляда с лица мужа. — Не жалеешь, что когда-то позвал меня замуж? — Только когда ты ругаешься и бьёшь полотенцем за неправильно расставленные в шкафчике тарелки, — хихикает альфа, придерживая Тэ за поясницу. — Потому что они некрасиво смотрятся, — шутливо хмурится омега, специально наступая Чону на ногу. — А если серьёзно, м? — Я счастлив быть твоим мужем и отцом нашего сына, поэтому даже не думай забивать голову ненужными переживаниями, — Чонгук целует его в лоб и придерживает, когда Тэ сгибается от очередной схватки. — Медвежонок, сильно плохо? — Зови врача, кажется, Минхо не терпится увидеться с папочкой… — Он справится, не накручивай себя, — успокаивает альфу Чимин, который приехал сразу же после фразы: «Тэхёна увезли рожать, я сойду с ума, если не приедешь». Почему именно он? Всё очень просто. Друзья бы начали шуметь, нести всякий бред, в общем, только хуже делать. Да и у Намджуна с Юнги отношения в последнее время складывались напряжённые, поэтому омега стал идеальным вариантом. — Не могу, — Чонгук нервно топает ногой, сидя в коридоре и запустив пальцы в волосы, взмокшие от переживаемого стресса. Да, Тэхёну приходится в разы труднее физически, но и альфа места не находит, то и дело слыша приглушённые крики из родильного зала. — Как он выдерживает такие боли, не представляю. — Уверен, Тэхён думает только о том, как бы поскорее явить на свет сына, а не о родовых муках, — Пак и сам нервничает как никогда, но молодому отцу показывать это не стоит. — Знаешь, я тут прикупил кое-что для малыша… — и болтовня ни о чём правда ненадолго отвлекает Чона. — Ещё раз! — командует акушер, кратко взглянув на Тэхёна, уже еле державшегося в сознании. Омега теперь отчётливо понимал, почему роды стоят на втором месте после сгорания заживо по уровню боли. — Думай о Минхо, думай о Минхо, — шепчет Тэ сам себе, закрывая глаза, и набирает в грудь побольше воздуха, после чего в последний раз тужится, чуть не ломая ручки кресла. — Молодец, — победно произносит врач, показывая Тэхёну его долгожданное чудо. — Настоящий альфа. — Вау, — только и может выговорить омега, любуясь сыном. Но когда его уносят, то мгновенно отключается, поднимая на уши всех присутствующих. Благо через пару минут удаётся привести в чувства — переутомился Тэ, с кем не бывает. — Можете заходить, — медсестра любезно открывает Чонгуку дверь в палату, и тот на дрожащих заходит внутрь, сразу замечая мужа, воркующего с их сыном. — Медвежонок? — окликает его альфа, и Тэхён расплывается в ещё более широкой улыбке, жестом подзывая ближе к себе. — Смотри, — омега чуть отодвигает одеяльце, показывая почти спящего сына. — Наш Минхо. Чонгук молча садится рядом, не отводя заворожённого взгляда с крохи и шумно сглатывая, не веря в то, что этот момент настал. Он стал отцом? Невероятно. — Пятьдесят два сантиметра, три с половиной килограмма, — с явной гордостью произносит Тэхён, поглаживая малыша по головке. — Абсолютно здоровый альфочка. — Альфочка, — Чон всхлипывает, всё же не сдержавшись, и аккуратно обнимает мужа, покрывая поцелуями каждый участок его лица. — Спасибо тебе, спасибо… — И тебе спасибо, — Тэхён старается не пустить слезу, мирно наслаждаясь моментом и чуть покачивая сына. — Не мог и представить, что мне так повезёт с мужем. — Кто знает, как бы сложилась жизнь, не встреть я тебя, — Чонгук переключает внимание на сына, всё это время наблюдающего за их поцелуями. — Хорошо, что он ещё плохо видит. — Как будто ты бы остановился, будь у него хоть стопроцентное зрение, — закатывает глаза омега, перекладывая кроху к отцу на руки. — Чонгук, мы теперь родители. — Да, родители. И я безумно рад. Итак, 27 мая в семье Чон появился малыш Минхо, кардинально перевернув привычный мир. Но ни Чонгук, ни Тэхён не жалеют, что когда-то решились дать жизнь той маленькой, едва видимой горошинке…

***

— Я пойду один, не спорь, — выходя из машины, говорит Тэ. Сегодня они приехали к его родителям, чтобы уладить проблемы с подписанием бумаг на передачу наследства. И матери захотелось сделать это именно в день рождения сына, 30 декабря. — Звони, если что, — вслед ему кричит Чонгук, забирая сына к себе на руки. Минхо было уже семь месяцев — совсем большой парень. Аппетит у крохи как у отца, поэтому с весом проблем не было, а вот внешность — вылитый Тэхён, но Чон не жалуется, ведь муж за все мучения заслужил свою точную копию. Чонгук окончил университет, продолжил работать в автомастерской, только уже на полную ставку, поэтому с доходом проблем не было. Тэхён же всего себя отдавал воспитанию сына, потому что опасения того, что он может стать плохим папой, не отпускали. Но всё шло прекрасно, и Минхо получал всё нужное для полноценного развития, так что Чонгук уже готовился спасать сына от назойливых омег, ведь кто не захочет себе в мужья такого шикарного альфу? — Тэхён, — дверь открывает мать, выглядя слегка помято. На лице не было безупречного макияжа, под глазами залегли чёрные круги, одета она была в обычный домашний костюм. Не похоже, что, кроме Тэ, женщина ожидала ещё и обещанных ранее нотариусов. — Здравствуй, — холодно отвечает омега, нехотя проходя в дом. — Давай быстро всё подпишем и разойдёмся, ладно? — А где Чонгук с Минхо? — неожиданно спрашивает женщина, заглядывая за спину сына. — Зачем они тебе? Чтобы снова устроить скандал и напугать Минни? — Тэ отчётливо помнит тот день, когда мать заявилась и начала кричать, что заиметь ребёнка в двадцать лет уму не постижимо, и что Чонгук испортил жизнь всем, ещё когда впервые пригласил омегу на свидание. — Нет, просто чего им в машине сидеть, могли бы зайти погреться. Я испекла пирог. — Пирог? — Тэхёна сейчас точно удар хватит. — Что это с тобой? Ты правда странная. — Она пытается извиниться, — доносится с кухни, и через минуту к ним присоединяется отец. — И я бы тоже хотел попросить прощения за то, как вёл себя по отношению к тебе и Чонгуку. Понимаем, что простить такое непросто, но, возможно, со временем сможешь сделать это. И, если можно, мы бы хотели поближе познакомиться с твоим мужем и Минхо, а то видели внука всего два раза, причём при не самых приятных обстоятельствах. — С чего вдруг? — Тэ с подозрением смотрит на них и уже готовится сбежать. Родители однозначно умом тронулись. — Ты — наш единственный сын, и мы боимся потерять связь с тобой, — похоже, отец говорит правду, но всё равно ситуация подозрительна. — Пожалуйста, позволь нам доказать, что ещё не всё потеряно, и наши взаимоотношения могут прийти к чему-то хорошему. Тэхён переводит взгляд с отца на мать, которую всю трясёт от волнения, а в уголках глаз скапливаются слёзы, что совершенно на женщину не похоже. Неужели им действительно стыдно?.. — Не знаю даже, — Тэ замечает, как теперь и отец поникает, кивая сам себе. Но когда он хочет что-то сказать, то прерывает родителя и достаёт телефон: — Гуки, нас пригласили в гости. Одевай Минхо и приходите. 30 декабря — день перемирия.

***

— Тебе не тяжело? — изумлённо спрашивает малышка, когда отец поднимает их с Минхо на руки одновременно. — Ни капли, — хвастается Чонгук, но ему и правда не составляет труда держать детей. — Потанцуем? — Да! — восклицают дети одновременно, и Чон уже идёт к колонкам, чтобы включить музыку, но его опережает Тэхён. — Без меня собрались развлекаться? — обиженно дует он губы, выбирая песню. — Ни в коем случае, — альфа целует мужа в висок, а Джунг — их двухлетняя малышка виснет на шее у папы, но на руки не лезет: знает, что папочке нельзя таскать тяжёлое, он и так носит большой живот, где живёт братик. — Я включу нашу любимую, — Тэ выключает в комнате свет, оставляя гореть только лампы у дивана, и выходит на середину гостиной, куда следует и Чонгук, глаза которого сияют даже в полумраке, когда он смотрит на мужа. — Эту песню я включал, когда мы ждали появления Минхо, — Чон опускает детей на пол и кладёт ладони на талию мужа, притягивая ближе к себе. Минхо же повторяет за отцом, начиная также танцевать с сестрёнкой. — Несмотря на всю боль, это замечательные воспоминания, — Тэхён гладит его по щекам и не перестаёт улыбаться, ведь его сейчас, как и пять лет назад на первом свидании, переполняют десятки эмоций. — Всё, что я знаю о любви — только благодаря тебе. Чонгук быстро моргает, чтобы скрыть результаты влияния слов омеги, и целует его, после тихо шепча: — А я до сих пор ничего о ней не знаю, потому что каждый день влюбляюсь в тебя заново…

Я не знаю многого о любви, Но ты в моей голове, ты в моей крови, И это ощущение такое приятное, что ранит так сильно.