About Love

— Почему именно я? — как только заходит в кабинет, сразу начинает возмущаться Юнги. — Нас там было четверо, пусть все отдуваются. — Для них у меня другие задания, — не отвлекаясь от заполнения документов, отвечает женщина лет 50 — заместитель декана по воспитательной работе. — Иди готовься, завтра в десять отъезд от университета. — Это нечестно, выходной ведь, — Мин весь аж краснеет от злости, но лишнего себе не позволяет. Их с парнями застукали за курением в туалете, поэтому в качестве наказания для каждого придумали отдельную миссию, благотворительную. Юнги досталась поездка в приют для бездомных животных. — Ничего страшного, может научишься уму-разуму, — женщина кивает на дверь, намекая, что разговор окончен. — До свидания, — поверженный Мин выходит из кабинета и про себя матерится через слово, не желая никуда ехать в день, когда планировал наконец расслабиться с друзьями, а не клетки убирать. Но отчисление не привлекает, поэтому стоит найти вещи похуже и готовиться провести три часа на каторге.

***

— Автобус, просто прекрасно, — закатывает альфа глаза, глядя на автомобиль лет на тридцать его старше. — Просто пережить этот день, только один… — Я здесь! Я успел! — к десятку бедолаг, половина из которых тоже не по своей воле оказалась здесь, приближается никто иной, как Пак Чимин — этакая мать Тереза всея университета и, похоже, города. Он не пропускал ни одного мероприятия, а если оно ещё и было связано с помощью старикам или животным, то первым записывался в добровольцы. Омега вырос в семье, где всегда царила атмосфера любви и тепла, поэтому Чимин всегда старался подарить заботу тем, у кого ситуация сложилась иная. Но вместе с добротой в комплекте шла и наивность, из-за чего омегу частенько использовали в корыстных целях. Поэтому Пак ни с кем тесно не общался, даже с одногруппниками, полагаясь исключительно на себя при любых обстоятельствах. Ну, а сейчас он со всех ног бежит к автобусу, таща с собой две сумки корма и лекарств для ушастых друзей. — Добрый день, — он улыбается их сопровождающему и ловко закидывает сумки в автобус, будто они весят не больше килограмма. Даже некоторые альфы рты пооткрывали от увиденного. — Все заходим! — раздаётся прямо над ухом Юнги, отчего тот издаёт приглушённое: «Да чтоб тебя» и тушит сигарету, лениво залезая в автобус. Выбирает первое попавшееся свободное место и садится, сразу надевая наушники. Хосок отправил в их общую беседу сообщений 20 о том, как устал драить полы в доме престарелых, Намджун же с Чонгуком своим заданием остались довольны, ведь их отправили в детдом помогать устраивать праздник для детишек. Хоть у кого-то всё хорошо, жаль только не у Юнги. Мин краем глаза замечает, что рядом с ним кто-то садится, но значения этому не придаёт, продолжая пялиться в окно. И только когда его ладони касается чужая, резко поворачивается и чуть не сталкивается носами с Чимином. У омеги точно защемило лицевой нерв, иначе почему он постоянно улыбается? — Что? — только и произносит Юнги, вынимая один наушник. — Привет, я — Чимин, — дружелюбно отвечает Пак, протягивая ему руку. — А ты? — Не нужно со мной разговаривать, ладно? — Юнги снова отворачивается, пытаясь отвлечься, но омега не отстаёт. Вот ведь неугомонный… — Кажется, ты играл недавно в матче по баскетболу, — Чимин с любопытством разглядывает его профиль, почти дотрагиваясь пухлыми пальчиками до пирсинга на брови. — А это больно? Ой, у тебя ещё и губа проколота, как красиво. — Чего прилип, а? — Мин бы с радостью отсел, но, увы, занял место у окна. — Приедем, и говори сколько угодно со своими собаками, но меня не трогай, последний раз повторяю. — Я всего лишь пытаюсь познакомиться, — Пак отстраняется и опускает голову, больше не глядя на грубого альфу. В очередной раз он убеждается, что даже с животными общаться проще. — Больше не потревожу, прости. Юнги ничего не отвечает, мирно радуясь, что омега оставил его в покое. Да, Мин людей на дух не переносил, друзья не в счёт, а любящих без умолку болтать тем более. — Чего прохлаждаемся? — к Юнги подходит сотрудник приюта и цокает, замечая у того сигарету. — Не боишься, что сдам? — Не докажешь, — Мин преспокойно докуривает и без малейшей заинтересованности спрашивает: — Что делать надо? — Иди помоги Чимину корм по клеткам разнести, вас таких придурков много пустили, а толку… Альфа лишь хмыкает и уходит искать Пака, который сегодня то и дело маячит у него перед глазами. А ещё не умолкает, достав всех, даже собаки от него уже прячутся. — Юнги, — «боже, он узнал моё имя». — Вот тут три миски, отнеси их, пожалуйста. — Куда? — Мин берёт две и стоит ждёт, пока омега укажет ему путь истинный. — Идём, — Чимин хватает сразу три и быстро шагает к клеткам, останавливаясь у той, где собаки лаяли, не переставая, уже минут пять. — Я иду, мои хорошие, иду. Он ставит миски на землю и открывает клетку, выпуская трёх псов, которые сразу же набрасываются на еду. Юнги же повторяет за ним, наблюдая, как две маленькие собачки приступили к долгожданной трапезе. — Им одиноко здесь, — говорит Пак, убирая упавшую на лицо светлую чёлку. — Поэтому я всегда стараюсь не только покормить и убраться, но ещё и поиграть с ними, погладить. Все мы хотим, чтобы нас любили, не правда ли? — Есть такое, — Мин убирает руки в карманы куртки и глядит себе под ноги, не собираясь тут душу изливать перед омегой. — Ты не один, Юнги, помни об этом, — Чимин поглаживает его по плечу и уходит за новыми порциями еды, оставляя альфу стоять в полном недоумении. Он никогда не признается, что слова омеги задели за живое. — Чимин, не заходи туда, он злой, — предупреждают омегу, когда тот идёт к очередной клетке. Но Пак не слышит, уже заходя к псу, который медленно выходит из будки и скалится, тихо рыча. — Привет, мой… — Чимин не договаривает, замечая враждебность собаки, и замирает на месте, чуть не уронив миску с едой. — Ой, папочки. — Не шевелись, — к нему приближаются двое сотрудников приюта, не сводя глаз с пса. — Кинь миску в сторону и беги. — Не могу, — сдавленно шепчет омега, весь дрожа от страха. Если хоть шаг сделает — упадёт из-за трясущихся ног. — Помогите. — Говорили же — не суйся, — только и делают, что причитают мужчины, но их перебивает хриплый голос: — Свалите, слабаки, — Юнги осторожно открывает клетку, отчего пёс громче рычит и уже вот-вот готовится напасть, но альфе, похоже, родившемуся «в рубашке», удаётся без проблем зайти и встать перед Чимином. — На счёт «три» валим, понял? — Угу, — Пак выдыхает и прислушивается к словам альфы, а когда тот произносит стартовое слово — бросает миску и выбегает из клетки, не издавая ни звука. Юнги же накидывает на собаку старое одеяло, дезориентируя её, и сам поспешно покидает клетку, после как следует её закрывая. — В следующий раз будешь внимательнее, — не унимается один из сотрудников, в ответ получая: — Да закрой ты рот, сыкло несчастное. И сказал это не Юнги, а милая булочка Пак Чимин, ошарашив всех присутствующих. А Мина в этот момент подбивало сказать: «Моя школа, так держать!», но он воздержался. — Ты как? — альфа подходит к Чимину, который всё никак не мог прийти в себя и глубоко дышал, руками опираясь о колени. — Всё хорошо, — врёт Пак, еле сдерживая слёзы. Все эмоции резко смешались, давненько омега не испытывал подобного. — Может отдохнёшь пока? Я сам всё отнесу, — если бы тут были друзья, они бы точно выдали шутку наподобие «кто ты и где настоящий Мин Юнги», ведь благородством альфа никогда не отличался. Вместо ответа Чимин обнимает его за шею и зажмуривается, стискивая альфу в, пожалуй, самых крепких объятиях, шепча на ухо: — Спасибо, что спас мне жизнь. — Не преувеличивай, — сразу отнекивается Юнги, неуклюже опуская ладони на талию омеги. Неловко, но если Пак нашёл в нём быстрый способ успокоения — что ж, пару минут можно и потерпеть. — Это ты не преуменьшай своё значение в чьей-то судьбе, — омега отстраняется через минуты две и на удивление возвращает на лицо улыбку. — Пойдём, рыцарь. И Мин идёт, теперь не отпуская Чимина одного на расстояние дальше трёх метров. — Ещё две миски! — кричит Пак, выходя на улицу, и тут же подскальзывается, почти падая. Но в этот момент воплощается сюжет большинства дорам, и его спасает Юнги, успевший подбежать сзади и схватить за талию. — Аккуратнее, — Мин сразу убирает руки и обходит омегу, направляясь к клеткам, чтобы загнать собак обратно. И что мы видим: наш гроза района смутился, даже покраснел немного, благо этого никто не увидел. Нет, Пак Чимин, ты та ещё заноза в заднице, ты не можешь мне понравиться… — Не больно, — неожиданно произносит Юнги, когда они едут обратно домой. Омега снова сел рядом, но не говорил ни слова, а Мин впервые сам начал диалог, ведь от чего-то появилось желание показать, что он не какой-нибудь хамоватый гопник. — Что? — Чимин резко выходит из своих мыслей и обращает внимание на слегка замявшегося альфу. — Пирсинг делать не больно, — уточняет Мин, задерживая взгляд на руках парня. Никогда бы не подумал, что чьи-то пальцы могут показаться мне… милыми? — А татуировки? — всё, Чимину дали волю, Чимин теперь возьмёт от разговора по полной программе. — Их много у тебя? — Достаточно, — кивает Юнги, осмеливаясь заглянуть в эти сияющие любопытством глаза. — Их делать больно, но терпимо. — Правда? Тогда я тоже когда-нибудь сделаю, — задумывается Пак, прикусывая губу. — Посоветуешь мне хорошего мастера? — Как соберёшься делать — дам номерок, — Мин, конечно, не думает, что им доведётся ещё раз пересечься, а тем более вот так поговорить, но обещание пусть останется. — Спасибо, — Чимин обнимает его за руку, но потом вспоминает, что Юнги человек не тактильный, и отпускает. — Тебе понравилось ухаживать за собачками? — Немного, — Юнги любит животных, бесспорно, но когда их так много и все гавкают наперебой — голова готова взорваться уже после получаса своеобразной пытки. — А я обожаю ездить к ним, — воодушевлённо произносит омега. — Каждые выходные стараюсь выделить время, а ещё люблю устраивать сборы средств им на корм. Так приятно видеть людей, которые небезразличны к судьбе этих бусичек. — Бусичек? — издаёт смешок Мин, очень далёкий от всех этих милых словечек. — Страшно представить, как ты своих собак назовёшь. — У меня уже есть, целых три, — хвастается Чимин, а альфа поражается, откуда в нём столько энергии. Весь день бегал чистил эти клетки, покормил десятка четыре собак… — Джон, Фредди и Лектер. — Необычно, — Юнги прокручивает в голове клички и уже с опаской оглядывается на омегу: — Ты назвал собак именами персонажей ужастиков? — Угадал, — смеётся Чимин, чем сильнее пугает Мина. — А что? Зато не как у всех. К тому же, я обожаю фильмы ужасов. — Пожалуй, я отсяду, — Юнги прижимается ближе к окну, а Пак от его действий тихо хихикает и не сдерживается, кладя голову на плечо альфы. — Юнни, ты такой забавный. — Не называй меня так, — морщится Мин, но омегу не отталкивает, позволяя пристроится у себя на плече и до конца поездки немного подремать. — Ты занят в следующую субботу? — когда они выходят из автобуса, спрашивает Чимин. Он в своих фантазиях уже представил свадьбу с Юнги и их троих детей, но рано радовался. Разовая акция вежливости от альфы подошла к концу. — Да, — Юнги закидывает на плечо рюкзак и машет парням, стоящим неподалёку и что-то оживлённо обсуждающим. — Пока, Чимин. — Может обменяемся номерами? — на свой страх и риск предлагает Пак. — На всякий случай. — Было приятно провести с тобой время, но боюсь ещё одного раза я не выдержу, — Мин наигранно улыбается ему и коротко машет на прощание, вскоре присоединяясь к друзьям. Пак Чимин не должен водиться с такими, как Мин Юнги. Поэтому проще нагрубить и отпустить, чем мучить ложными надеждами.

***

Чимин с той встречи успел несколько раз пожалеть, что заговорил с Юнги. И нет, не потому, что альфа его отвадил от себя, а из-за чувства симпатии, с каждым последующим днём растущим всё сильнее. Мин не плохой, омега знает наверняка, просто нужно научить его видеть в людях не только негатив, что Пак умеет отлично. А ещё повысить самооценку, поскольку омега чётко смог увидеть неуверенность и в общении, и в поведении. Папа не уставал повторять, что всем не поможешь, не все люди заслуживают хорошего отношения, но ведь Чимин и не собирался спасать всех — только Юнги. Правда, не уточнял, а нужно ли это альфе?.. — Чёртовы коробки, — под нос бормочет Юнги, пытаясь открыть одну. Первый учебный день, а его уже успели достать и припахали разбирать вещи для концерта в качестве очередного наказания за курение. Ничему жизнь не учит. — Не открывается? — рядом с ним появляется Чимин, пугая и вынуждая уронить коробку на пол. Благо там лежали платья. — А можно не подкрадываться? — Мин хмурится и окидывает омегу недовольным взглядом. Пак не давал ему покоя целый месяц, пока не началась сессия, тогда альфа очень редко появлялся в универе и, соответственно, с Чимином не виделся, ну, а на каникулах встреч тем более не предвиделось. Правда, долгая разлука не спасла Юнги от ненавистного ощущения волнения и бабочек в животе, когда он сегодня утром заметил омегу в коридоре. Мин не всегда был одиноко одиноким одиночкой, нет, отношения с омегами, первая любовь и всё прочее в жизни когда-то присутствовали сполна, но ничем путным не заканчивались. Каждый твердил одно и то же: «Ты холодный и безразличный, я устал/а». И Юнги каждый раз отпускал, держать против воли не собирался, а менять свой характер тем более. Ну не умел он выражать любовь как-то феерично, не научили. Поэтому, чтобы не разочаровывать любвеобильного Чимина, привыкшего к душевным разговорам и ежеминутным обнимашкам, он выбрал путь отрицания влечения к омеге. Хоть и понимал, что рядом с ним сможет стать поистине счастливым. — А что мне, сигнальные ракеты запускать? — смеётся омега, начиная копошиться в своей сумке и спустя минуту доставая из неё складной нож. Небольшой такой и, внимание, розовый. — Вот, держи. — Нож? — Мин начинает всерьёз бояться парня. — Что ещё там припрятал? Чёрный мешок, чтобы труп незаметно через охрану пронести? — К сожалению, сегодня забыл его дома, — Пак старается сохранить нейтральное выражение лица, но в итоге всё же посмеивается. — Слышал, у вас сегодня что-то намечается? — Угу, — Юнги забирает нож и начинает распаковывать костюмы, надеясь, что омега уйдёт быстро. — А можно прийти? — Чимин встаёт так, чтобы видеть лицо альфы, и не перестаёт в предвкушении ответа закусывать губу. Он использует любые поводы, чтобы побыть рядом с Мином. — Нет, — остужает его пыл Юнги, отдавая нож обратно. — Да и ты вроде как не ходишь на такие… неофициальные собрания. — Просто не хочу ненужного внимания от пьяных людей. Но если ты будешь там, то смогу не переживать и насладиться вечером, — Пак от волнения уже раз в третий проводит ладонью по волосам, не сводя пытливого взгляда с альфы. — Я не нянька, — небрежно бросает Юнги. — И не собираюсь следить, чтобы к тебе не клеились альфы. — Не нужно прямо следить, просто… — сглатывает Чимин, пытаясь собраться с мыслями, но его снова осекают: — Просто не приходи и не порть праздник, — Мин щёлкает пальцами у него перед лицом, заставляя вникнуть в суть последующих слов. — Хватит таскаться за мной, я не отвечу взаимностью. Иди поищи того, кто с превеликим удовольствием поедет с тобой к щеночкам, котятам, детишкам, будет дарить мишек плюшевых и петь серенады под окном, а меня не трогай. Мне психолог без надобности, а ты, уверен, повод покопаться в моей голове не упустишь. Поэтому свали по-хорошему. — Зачем ты так? — омега блестящими от подступающих слёз глазами засматривается в его тёмные глаза и пытается взять за руку, но альфа резко одёргивает её. — Я всегда такой. Что, до сих пор видишь во мне любовь всей жизни? — скалится Мин, но потом отворачивается, намекая на окончание диалога. — Спасибо за помощь, а теперь уходи. И Чимин выполняет просьбу. А ночью плачет в подушку, ведь не заслужил подобного отношения к себе. Я пытался, ничего не вышло. Больше не позволю себя унижать. Никогда.

***

За все страдания Чимину был послан Ким Тэхён, омега уверен в этом как никогда. Тэ оказался точной его копией, по характеру точно, поэтому проблем с поиском общих тем не возникло. Тэ ему поведал о проблемах с Чонгуком, спросил совета, но Пак ответил лишь, что нужно всё обсудить без лишних эмоций и прийти к обоюдному решению. Он теперь боялся лезть, куда не надо — не хотелось снова получить возможность быть посланным куда подальше. В конечном итоге, после разговора Тэхён плакал у него на плече и жаловался на то, как трудно даётся влюблённость. Чимину ли не знать… — Пак Чимин, — когда омега стоял на остановке, к нему подошли двое альф. Он их смутно помнил и из вежливости коротко кивнул в знак приветствия. — Слушай, ты же типа помогаешь животным, да? — Да, — Пак уже чувствовал неладное. — А что? — Мы вон за тем домом видели коробку с котятами, может сходишь с нами, заберёшь их? — Позвоню знакомому, он приедет и заберёт, у меня сейчас дела просто, — Чимин пусть и наивен, но не настолько, чтобы не распознать скрытый умысел в словах парней. — Да брось, там дел на пять минут, — продолжают настаивать альфы, но Пак лишь мотает головой и отходит от них подальше, молясь, чтобы автобус приехал как можно быстрее. — Неужели ты оставишь бедных котят? Они ведь совсем одни, голодные. — Давай я с вами схожу, — спасательным кругом для Чимина становится Намджун, вовремя услышавший странный разговор. — Не стоит. Ты нам без надобности, — парни решительность потихоньку теряют, а вот Ким наоборот. — Вам и лицо без гематом, кажется, без надобности, — выгибает бровь альфа, говоря «вы всё ещё здесь?» и складывая руки на груди. — Идите, пока можете. — До встречи, Чимин, — парни меньше чем за десять секунд скрываются за ближайшим углом, а Пак расслабленно выдыхает. — Спасибо, я понятия не имел, как от них отвязаться, — омега привстаёт на носочки, чтобы лучше видеть лицо Намджуна, и хихикает, сам не зная отчего. — Ты слишком высокий. — Могу нагнуться, чтобы лучше слышать тебя, — Ким специально чуть сгибает ноги в коленях и становится на один уровень с омегой. — Так сойдёт? — Угу, — Чимин краснеет, когда альфа оказывается слишком близко, и поворачивает голову в сторону, делая вид, что очень заинтересован видом университета. — Сейчас мой автобус приедет, поэтому можешь идти. Спасибо за помощь. — Можно я провожу тебя? — неожиданно предлагает альфа, выглядя слегка взволнованно. — Даже не знаю, — Пак крайне не уверен в гениальности данного решения. Джун, честно говоря, своим внешним видом доверия не внушал, а если он общается на манер Юнги, то точно может сразу валить-гулять. — Можешь позвонить папе и сказать, что идёшь прогуляться со мной. Могу даже дать сфотографировать свой паспорт, чтобы знали, кто я такой и где меня в случае чего искать. — Не нужно паспорта, — Чимин чуть дёргает уголками губ и кивает сам себе, повторяя, что ничего страшного не случится. Наверное. — Хорошо, давай пройдёмся немного. Собственно, так и начались их отношения…

***

Чимин запутался. Раньше он думал, что любить просто: вот твой альфа, вот ты — живите припеваючи, варите рамён, рожайте детей, но не тут-то было. Виной всему Мин Юнги, успевающий портить Паку отношения одним своим существованием. В универе Чимин постоянно находился в компании альф, и если Хосок с Чонгуком на него реагировали спокойно, то Мина так и подбивало отвесить какую-нибудь колкость в адрес новоиспечённой парочки. Поцелуй в щёки — смотри не съешь его прямо здесь. Поцелуй в губы — потрахайтесь здесь ещё. Про объятия вовсе отдельная тема — там уже можно сборник пословиц и поговорок записывать. И омега искренне не понимал, почему Юнги так остро реагирует на происходящее, пока Чонгук один раз не обмолвился о том, что Мин тоже влюблён в него и просто ревнует. Но ведь альфа сам его тогда тактично отшил, зачем теперь портит чужие отношения? Чимин и без того долго старался убедить себя в том, что мимолётная влюблённость в Юнги оказалась ошибкой и повторяться не должна. А сейчас каждый день видит его, замечает бесконечные пристальные взгляды и… уже сомневается. Намджун замечательный альфа, очень добрый и заботливый, о таком мечтает каждый второй омега, но стоит ли обманывать себя, проводя время не с тем?.. Новый год — время чудес. Или же чудесных разочарований, как в случае Чимина. — Будьте осторожнее, — провожая Тэхёна, говорит Пак. Чонгук нагло крадёт Кима, но все друзья прекрасно знают зачем, поэтому без лишних вопросов отпускают. — Напиши, когда домой вернётесь, хорошо? — Хорошо, — Тэ целует его в щёку и скрывается за дверью следом за своим альфой. — Удачи, Чонгук-и, — вздыхает Чимин, уходя обратно в комнату, где был Намджун. В последнее время альфа стал слегка отстранённым, но объяснял это тем, что завалы на учёбе и работе не давали спокойно жить, что Чимин здесь ни при чём. И омега верил. — А где Джуни? — спрашивает Пак у Хосока, спустя минут пять так и не найдя парня. — На кухню вроде пошёл, — пожимает плечами Чон, делая себе очередной коктейль. — Выпьешь немного? — Нет, спасибо, — омега морщится и снова идёт на поиски своего альфы. Намджун и правда на кухне, только не один. — Не надоело? — слышится голос Юнги. — Всё, заканчивай цирк, я усвоил урок. — Не понимаю, о чём ты, — насмешливо отвечает Ким. — Я о Чимине. Оставь его в покое, он не заслужил, чтобы его вот так использовали. — Глупости. Никто никого не использует, просто ты злишься, что Чим выбрал меня. — Ему легко мозг запудрить, что ты и сделал. Поэтому он и переключился на милашку Джуни, а про злодея Юнги предпочёл забыть. — И правильно сделал. Не всем нравится твоё обращение с омегами, смирись. — Но твоей паре очень нравилось, — хмыкает Мин, а Ким еле сдерживается, чтобы не ударить друга. Похоже, уже бывшего. — Когда ты прознал, что мне нравится Чимин — решил отомстить. Можешь не притворяться, Намджун, и не вешать лапшу на уши. Хосок с Чонгуком искренне верят, что ты любишь, но это не правда. Вокруг столько омег, и какое удивление — выбор падает именно на Чимина, по которому я сох ещё с апреля. — Зато ты почувствовал то же, что и я в тот день, когда застукал своего истинного с лучшим другом, — цедит сквозь зубы Ким. — Думал, легко простить сразу двойную измену? — Я сто раз извинялся, Намджун. Даже не помню, как это произошло — было темно, мы пьяные… Знаю, оправдание не очень, но я искренне сожалел тогда, и ты клялся, что забудешь и постараешься простить. Но, очевидно, соврал. — Я пытался, но не смог, — Ким устало потирает лицо ладонью, порядком устав от разговора. — Чимин не виноват в наших ошибках, да, и он действительно удивительный омега. Поэтому, пожалуй, воспользуюсь твоей нерешительностью и попытаюсь с ним построить что-то стоящее. — Серьёзно? — Юнги нервно смеётся и лишь качает головой, поражаясь другу. — А если я тоже начну действовать? Признай, Чимин в итоге всё равно выберет меня. — Ещё посмотрим, — Намджун только хочет замахнуться на надоедливого друга, но их прерывает дрожащий голос. — Какие же вы уроды, — Чимин спешно вытирает слёзы и переводит взгляд с Юнги на Намджуна и обратно, не веря своим ушам. Его правда использовали? На протяжении нескольких месяцев? — Чимин? — альфы резко замирают и испуганно глядят на зарёванного Пака, который явно слышал весь их разговор. — Ты не правильно понял, — Ким хочет подойти к нему, но омега выставляет ладонь вперёд и не даёт приблизиться. — Неужели вам и правда ничего не стоит взять и поиграть с чувствами живого человека? — в глазах начинает темнеть, но Пак не обращает на это внимание. — Я услышал достаточно и больше не хочу иметь дело ни с одним из вас. Противно даже смотреть. — Чимин, позволь объяснить, — Намджун делает шаг к нему, но Чимин толкает его в грудь и чуть не роняет на Юнги. Мин же прекрасно знал, что сейчас бесполезно с омегой разговаривать, поэтому и молчал и ждал, когда вся злость Пака выместится на друге. — Пошёл ты, — кричит Чимин и пятится в коридор, но перед глазами всё начинает плыть, и омега из-за излишних переживаний падает в обморок. Чимин медленно открывает глаза, наконец приходя в сознание и уже слыша чьи-то споры на фоне. Не трудно догадаться, кто именно выяснял отношения. — Ты виноват, — причитает Намджун. — Если бы не начал этот тупой разговор… — Из тупого был только ты, — скалится Юнги, который и сам до чёртиков напугался реакции омеги. Благо ничем удариться не успел — у Кима реакция хорошая, вовремя поймал. — Да заткнитесь оба, — осекает их Хосок, замечая, что Пак очнулся. — Эй, Чимми, ты как? — Нормально, — Чимин садится на кровати и оглядывается, сразу натыкаясь взглядом на двух растерянных альф. И тут не самые приятные воспоминания снова ударяют в голову. — Хосок, можешь мне, пожалуйста, вызвать такси? — Без проблем, — Чон уходит за телефоном, оставляя участников любовного треугольника снова наедине. — Чимин, всё в порядке? — включает «папочку» Намджун и присаживается на корточки перед омегой, рассматривая его бледное лицо. — Всё прекрасно, — Чимин даже не смотрит на него, лишь неспеша поднимается с кровати и подходит к зеркалу, начиная приводить причёску в порядок. — Ах да, Намджун, мы расстаёмся. — Нет, — сразу противится такой идее альфа, а Мин тихо посмеивается, глядя на этих двоих. У Джуна проблемы, а ему это только на руку. — Ты не дал мне объясниться. — Я тебе не дал во всех смыслах, — подмигивает ему Пак, направляясь к выходу из комнаты под уже громкий смех Юнги. Чимину очень больно, но юмор — его защитная реакция, притом довольно действенная, ведь Ким на пару секунд замер, ошарашенный ответом омеги. — Чимин, — Намджун не отстаёт, но Пак делает вид, что не слышит его и уже хватает свою куртку, чтобы поскорее уйти. Он не может позвонить Тэхёну: у того сегодня праздник, который портить совсем не хочется, родителям рассказывать тоже желания нет, а больше омеге некому выговориться, поэтому придётся плакать в гордом одиночестве. — Такси скоро будет, — к ним возвращается Хосок, который и не догадывался о произошедшем. — Чимми, ты чего так резко вскочил, может полежишь ещё пару минут? — Спасибо, мне уже лучше, — Пак старается подарить альфе наиболее правдоподобную улыбку и надевает куртку, жалея, что не додумался одеться потеплее. — Пойду подышу свежим воздухом пока. — Заглядывай к нам почаще, — Чон обнимает его на прощание, а Намджун уже натягивает ботинки, явно намереваясь продолжать доставать омегу и на улице. — Пока, — Чимин посылает другу воздушный поцелуй и ловит на себе взгляд Юнги, уже не такой холодный и пристальный, как раньше. — Хорошего вечера. — И тебе, — Мин скрывается в гостиной, будучи уверенным в том, что сейчас Джун наломает ещё больше дров, и омега окончательно пошлёт его. А Юнги придёт завтра, чтобы успокоить и предложить сходить куда-нибудь, чтобы отвлечься. Ему хватило этих четырёх месяцев, чтобы осознать важную суть — ради Чимина нужно попробовать стать самым романтичным романтиком из всех существующих. И альфа постарается не облажаться. — Может перестанешь убегать? — Намджун хватает Пака за руку, вынуждая остановиться. — Я всё понял. Не стоит пытаться строить из себя святошу и извиняться через слово, — Чимин еле сдерживается, чтобы снова не заплакать, и боится, что снова потеряет сознание. Хватит с него альф в этом году. — Давай разойдёмся на этой ноте и не будем трепать друг другу нервы и дальше? — Чимин, я не отрицаю, что начал отношения с тобой в качестве мести Юнги, но сейчас всё изменилось, — Ким не оставляет попыток оправдать своё честное имя, только вот Паку глубоко наплевать. — Ты мне действительно нравишься. — Рад за тебя, — Чимин похлопывает его по плечу и делает шаг назад, уже видя на горизонте такси. — Но вы исчерпали мой лимит доверия, поэтому про доброго Чимми забудьте. И да, заедь завтра, отдам подарки, которые ты дарил. — Чимин, — Намджун пытается заключить его в объятия, но получает по рукам и окончательно сдаётся. — Напиши, когда приедешь. — Извини, у меня нет твоего номера, — Пак залезает в салон машины и расслабленно выдыхает, впервые радуясь, что избавился от присутствия альфы. Но ночную истерику никто не отменял. — Ты чего тут забыл? — видя Мина, сразу настораживается Намджун. Вероятность того, что они сегодня придут к Чимину, да ещё и в одно время, была минимальной. Была. — Пришёл проверить, как он себя после вчерашнего чувствует, — ехидно улыбается Юнги, держа в руках небольшую коробочку с подарком. Он категорически не знал, что подарить Чимину, но его спасла случайная реклама одежды. И вот мягкий и тёплый розовый свитер скоро окажется у омеги. — Это не твоё дело, — Ким первым поднимается на порог дома и нажимает на звонок, на друга внимания не обращая. — Тебя вчера бросили, смирись, — Юнги встаёт рядом с ним и толкает плечом, намекая, что места для двоих тут нет. — А тебя он считает социопатом, поэтому не надейся, что сможешь ему снова понравиться, — Джун пытается встать на первый план, что со стороны выглядит крайне смешно, и тут дверь открывается. — Я сейчас позову Фредди, он церемониться не станет, — сразу говорит Чимин. Он уже настрадался, спасибо, больше иметь дело с альфами не хочет. — С новым годом, — Мину удаётся пробиться к омеге первым, поэтому он протягивает ему подарок и пытается состроить милую мордашку. — Я вас не звал, — Пак даже не притрагивается к коробке и уже хочет закрыть дверь, как за спиной появляется папа. — Ребята, — как всегда излишне эмоционально произносит Дунг, приветливо улыбаясь им. — Вы к нам в гости? — Нет, они уже уходят, — отвечает за них Чимин. — Уже? Задержитесь хотя бы на полчасика, отметим праздник, — омега буквально спасает ситуацию, за что альфы ему как никогда благодарны. — Думаю, я смогу остаться, — Юнги без лишних предисловий заходит в дом, а за ним и Намджун. Чимин же впервые ненавидит излишнее гостеприимство папы. — Чонгук-и такой молодец, Тэхёну с ним повезло, — не устаёт обсуждать тему за темой Дунг, а его муж — отец Чимина — терпеливо выслушивает супруга, собственно как и остальные. Если бы не омега — за столом царила бы гробовая тишина, нарушаемая лишь звоном посуды. — Надеюсь, нас позовут на свадьбу? — Обязательно, пап, — Чимину кусок в горло не лезет, но не поешь он сейчас, и лекция о вреде диет и голодания от отца обеспечена. — Как здорово, — омега мечтательно вздыхает и неожиданно хлопает, заставляя напряжённых альф вздрогнуть. — А сейчас время десерта. — Я принесу, — Пак буквально вскакивает из-за стола и сбегает на кухню, чтобы перевести дух. Целый час в компании ненавистных альф — развлечение не для слабонервных. — Помочь? — к сожалению, остаться одному омеге не удаётся. — Нет, — Чимин достаёт из духовки пирог, ставя его на стол и стараясь быть повёрнутым к альфе спиной. — Чем я перед тобой провинился? — Юнги остаётся стоять поодаль от омеги, держа руки сложенными на груди. — Ладно Намджуна, но меня из-за чего ненавидишь? — Ты тоже врал, — Пак понимает, что лучше сейчас расставить всё на свои места и со спокойной душой отпустить ситуацию. Поэтому, так и быть, даст шанс этой беседе. — Мог бы рассказать про измену и планы Джуна. — Я не был уверен в его намерениях, а вчера выпил лишнего и осмелился всё разузнать. Знай я наверняка — предупредил бы тебя раньше. А насчёт измены… Об этом не знает никто, кроме нас и его бывшего омеги. — Даже Чонгук и Хосок? — Чимин наконец поворачивается к нему и нервно поправляет волосы, пока Мин оставался на редкость спокойным. — Даже они. Это случилось ещё в начале первого курса, и я считал, что мы уладили конфликт, но Намджун обиды не простил, — вздыхает Юнги и рассматривает кольца на своих пальцах, лишь бы не видеть разочарованного лица омеги. — Он прекрасно знал, что ты мне нравишься, поэтому и воспользовался возможностью, пока я терялся в сомнениях и не решался пригласить на свидание. — Когда тебе нравится омега — посылать его не стоит, — с укором произносит Пак, принимаясь раскладывать пирог по тарелкам. Нет, нельзя снова вестись на лестные слова, ничем хорошим это не заканчивается. — Тогда я правда считал, что проще прервать наше общение и мирно разойтись, чем давать надежду на отношения, — Мин помогает ему, становясь рядом и соприкасаясь с омегой плечами. — Я чёрствый, нелюдимый и отрицающий романтику человек, а тебе в пару нужна моя полная противоположность. — Мне уже никто не нужен, — констатирует Чимин, горько усмехаясь. — Похоже, одиночество — не самый плохой исход. — Ты мечтаешь об отношениях, как у родителей, — Юнги же врагу бы не пожелал заиметь в пару альфу наподобие своего отца. — Семейные ужины, поездки за город и всё такое. Чтобы альфа внимал каждой мелочи, связанной с тобой, позволял выговориться, поддерживал любую затею, каждый день говорил, как любит… — Все этого хотят, — кивает Пак, поджимая губы и сглатывая неприятный ком в горле. Да, любит он помечтать, даже если понимает, что в жизни никогда подобного не случится. Но такова натура омеги. — Я постараюсь простить тебя, Намджуна тоже, но ничего не обещаю. — Хорошо, — Мину и этого достаточно, об остальном он сам позаботиться. — Когда ты перестанешь хотеть спустить на меня Фредди, то согласишься сходить куда-нибудь? — В смысле? — Чимин думает, что у него уже слуховые галлюцинации начались. Ему показалось, или альфа действительно говорит о… — Свидание, — Юнги безбожно краснеет, произнося это слово. Спустя почти восемь месяцев из его уст наконец прозвучало заветное предложение. — Не думаю, что ты дождёшься согласия, — хмыкает Чимин, хватая тарелки. — Моё эмоциональное состояние ближайшие пару месяцев останется не совсем стабильным, поэтому я ограничу общение со всеми, кроме Тэ. — Я подожду, — пожимает Мин плечами, забирая остальные порции. — Сколько будет нужно, правда. Но хочу быть первым, кому ты дашь шанс, когда восстановишь доверие к альфам. — Я подумаю, — Пак дарит ему мимолётную улыбку, а Юнги о большем и не просит.

***

— Тэхён-а, ну ты же обещал, — ноет в трубку Чимин, попутно пытаясь вытащить желанный батончик из автомата. — Никуда Чонгук не денется, поживёт два часика без тебя… Пожалуйста, мы и так на каникулах толком не виделись… Вот так значит, да? Понятно, Чимина не любят. Ладно, тогда хороших выходных. Пак, не дожидаясь ответа друга, сбрасывает трубку и ставит телефон на беззвучный режим. Он всё понимает — у Тэ любовь, подготовка к свадьбе, работа, но неужели нельзя выделить немного времени на друга? — Привет, — к нему «очень неожиданно» подходит Юнги, помогая толкнуть автомат, чтобы батончик наконец выпал. Правда, силу парень не рассчитал, и теперь у Пака есть батончик, пачка печенек и пачка мармеладок. — Привет. Спасибо, — Чимин забирает сладости и протягивает лишние упаковки альфе, на что тот лишь морщится и качает головой. — Ненавижу сладкое, — Мин аж кофе свой крепкий отпивает, чтобы избавиться от ощущения приторности во рту. — Не удивительно, — устало улыбается ему Пак, отходя подальше от любопытных студентов. Прошло два месяца с тех пор, как омега окончательно оборвал все связи с Намджуном. Альфа, конечно, ещё недели две после расставания пытался наладить отношения, но Чимин каждый раз отвечал, что даже друзьями с ним быть не желает. И Киму пришлось отступить, чего только и ждал Юнги. Теперь он поборется за сердце омеги. И нет, Мин не доставал его бесконечными звонками, просьбами о встречах и прочим, он, как и обещал, терпеливо ждал, когда Чимин оттает и сможет ответить взаимностью. — Чего грустишь? — интересуется Юнги, заметив поникшее выражение лица омеги. — Тэхён снова отменил наш поход на каток, уже третий раз, — вздыхает Чимин, без аппетита откусывая от батончика кусочек. — А один я идти не хочу, потому что даже стоять на коньках не умею. — Я могу с тобой сходить, — пожимает плечами Мин, даже не помышляя о том, чтобы использовать эту встречу в качестве первого свидания. — Учитель из меня, правда, никакой… — Главное проследи, чтобы я ничего не сломал, остальное неважно, — Чимин на радостях обнимает его, но после отстраняется и издаёт слегка нервный смешок. — Извини, привычка. — Да всё нормально, — отмахивается Юнги, чуть не ляпнув фразу в роде «можешь делать со мной что угодно». Тогда бы омега точно отменил встречу. — Когда пойдём? И во сколько? — М, завтра? Часов в десять. Или это слишком рано? — задумывается Чимин, ведь думал, что все альфы в выходной любят поспать подольше. Омеги, конечно, тоже, но вот они с папой относились к категории ранних пташек, встающих часов в восемь утра и предпочитающих переделать все дела с утра, чтобы потом днём отдыхать. — Самое то. С утра как раз людей меньше, — альфа снова за своё, но у Пака его слова вызвали лишь улыбку. — Ты что, сбежал из магазина игрушек? — рассматривая, во что вырядился Чимин, спрашивает Юнги. Они договорились встретиться сразу около катка, хоть Мин и хотел подвезти омегу. Но тогда всё выглядело бы как свидание, а для этого ещё рано. — Почему? — поправляя шапку, недоумевающе уточняет Чимин. Он несколько раз убеждал себя, что они просто сходят покататься, не более, но, зная о чувствах альфы, уже не получится придать всему происходящему дружеский характер. — Выглядишь, как пупс из зимней коллекции, — заключает Мин, еле сдерживая смех. — Любишь розовый цвет? — Очень, — кивает омега, шагая ко входу на каток. Наконец-то он проведёт выходные вне стен дома или приюта. — Я заметил, — Юнги рассматривает его розовую куртку, тёплые спортивные штаны в тон, белую шапку и ботинки, превосходно сочетающиеся с одеждой. Сам же альфа одет во всё чёрное, поэтому на парочку многие обращали внимание. Теперь понятно, что имел в виду Чонгук, когда говорил, как его достали люди, привыкшие жить в своих рутинных образах. — Прости, но розовых коньков здесь скорее всего нет. — Ничего страшного, белые тоже подойдут, — Чимин показывает ему язык и с гордо поднятой головой шагает к пункту проката коньков. Он умеет правильно воспринимать шутки, так что обижаться по мелочам не станет. — Чего сидишь? — заканчивая зашнуровывать коньки, обращается Юнги к омеге, даже не надевшему конёк на ногу. — Не знаю, как правильно, — шепчет Чимин, будто боясь, что его услышат и засмеют. — Родители реально не водили тебя никогда сюда? — удивляется Мин, ведь казалось, что семья Пака побывала везде — кафе, рестораны, кинотеатры, театры, музеи, и не только в Сеуле. — В детстве один раз. Я тогда упал и губу расшиб, поэтому папа боится снова приходить, — он и сегодня до последнего не отпускал сына, но в итоге пришлось, со слезами на глазах. — Понятно, — Юнги берёт его коньки и сам обувает омегу, после как следует затягивая шнурки. — Не сильно туго? — Нет, — Пак придерживается за его плечо и внимательно наблюдает за действиями альфы. У Юнги красивые длинные пальцы, явно созданные для музыкальных инструментов, поэтому омега спрашивает: — Ты умеешь играть на гитаре? — Угу, — Мин окончил музыкальную школу, он много чего умеет. — Только не проси сыграть, я даже парням отказывал в этом. — Да я просто спросил, — судя по тону голоса не просто, но сейчас это не столь важно. — Всё, готово, пойдём, — Мин поднимается, снимая с себя куртку и отдавая в гардероб. Что-то ему подсказывает — замёрзнуть не удастся. — Хорошо, — Чимин опирается на кресло и еле встаёт, уже начиная шататься. — Ох, это сложно. — На что я подписался?.. — Юнги про себя молится, чтобы сегодня омега вернулся домой живой и здоровый, но без синяков не обойдётся никто. — Осторожно, — альфа подаёт руки, когда Чимин начинает спускаться на лёд, и расплывается в улыбке от вида сосредоточенного лица омеги. — Это всего лишь замёрзшая вода, не смотри на неё так. — Мне страшно, — щёки уже немного покраснели от недолгой прогулки до катка, и на лбу появилась лёгкая испарина, а значит весь макияж насмарку, что очень расстраивает Чимина. Всё-таки для Юнги хочется выглядеть безупречно, пусть и на дружеской встрече. — Я держу, не переживай, — Мин придерживает его за талию, когда омега обеими ногами встаёт на лёд, и понятия не имеет, как быть дальше. Пак так сильно вцепился в его предплечья, что отодвинуться даже на сантиметр трудно, а в такой позе они с места не тронутся точно. — Давай ты возьмёшься за бортик и потихоньку поедешь? А я буду сзади, поймаю, если что. — Ладно, — Чимин поправляет перчатки и опирается на железную конструкцию, совершенно не помогающую движению. — Юнги, только никуда не уходи. — Я здесь, — Мин для пущей убедительности встаёт спереди, а Пак сразу хватается за его руки и будто расслабляется, ощущая тепло. Похоже, альфа сегодня побудет его личным бортиком. — У меня получается? — спустя час Пак уже может ехать без посторонней помощи, чему Юнги несказанно рад. Он вымотан как никогда, но искренний восторг омеги от первых самостоятельных шагов на коньках затмевает всё. И да, Мин, кажется, окончательно влюбился. — Получается, — Мин поднимает вверх большой палец и разворачивается, решая прокатиться кружочек в своё удовольствие. Но не тут-то было. — Вам помочь? — к Чимину тут же подъезжает незнакомый альфа, перекрывая путь. — Нет, спасибо, я сам, — Чимин не подозревает, что с ним флиртуют, и пытается объехать парня, но тот не отстаёт. — Вдруг упадёте? Позвольте хотя бы за руку подержать. — У меня есть кому её подавать, поэтому откажусь, — Пак останавливается, переводя дыхание и без доли дружелюбия глядя на незнакомца. — Проехать можно? — Без меня нельзя, — парень явно не понимает слова «нет», но тут очень удачно появляется Юнги. — Всё в порядке? — Мин обнимает Чимина за талию, и омега на удивление льнёт к нему, всем видом показывая, что вот она — его поддержка и опора. — Всего лишь хотел предложить этому прекрасному созданию прокатиться вместе, — альфа в Юнги соперника не видит, ведь не может же омега всерьёз встречаться с ним. — Он плохо держится на коньках, мало ли, упадёт. — Это не твоя забота, — Юнги крепче прижимает к себе Пака, а тот, чувствуя враждебный настрой альфы, поглаживает его по груди, на ухо говоря: «Он того не стоит». Не думал омега, что столкнётся с проявлением ревности уже на первом свидании. — Помогай кому-нибудь другому. — Ангел, неужели ты действительно выберешь его? — с презрением произносит альфа, не подозревая, на что нарывается. — Выглядит, как уголовник, не боишься, что можешь домой сегодня не вернуться? — Боюсь, что эта участь ждёт тебя, — Чимин переводит взгляд на лицо Мина, который от злости неприлично сильно закипал. Если бы не омега — отхватил бы парень сполна за неуместные комментарии. — Юнни, мне закрыть глаза, когда ты будешь бить? — Да, пупс, а ещё лучше отойди к бортику, отдохни минутку, — Юнги отпускает его и начинает приближаться к альфе, забив на все правила приличия. А Пак отворачивается, подъезжая к бортику и делая вид, что поправляет свитер. Чимину не нравится идея драки, но раз по-другому до человека не доходит… — Мне понравилось, — рассуждает Пак, пока они переобуваются. Вернее Юнги помогает снять ему коньки, а омега осматривается, подмечая, что людей на катке прибавилось. — Спасибо, что потратил на меня время. — Всегда готов помочь, — Мин забирает коньки и сдаёт их, после забирая одежду из гардероба. — Ботинки сам обуешь? — Спина болит, боюсь не нагнусь, — жалобно произносит Чимин, для полноты картины придерживаясь за поясницу. Юнги недовольно цокает и закатывает глаза, но всё равно снова присаживается перед омегой и хватает его обувь. — Чего смешного? — услышав тихое хихиканье над ухом, сразу возмущается альфа. — Я пошутил, — Пак прикрывает рот ладонью и трясётся всем телом, сдерживая смех. Он правда не думал, что Мин согласится сделать что-то подобное. — Иди ты, — Юнги резко поднимается и берёт свою куртку, быстро надевая её. Его ещё не отпустил тот случай с наглым альфой, а тут Чимин со своими глупыми приколами… — Не дуйся, Юнни, — Чимин обнимает его за ногу и не отпускает, даже когда ему начинают угрожать жестокой расправой. — Пойдём в кафе? Угощу тебя кофе, чтобы не злился. — Может лучше сходишь с тем альфой? Он твои шутки точно оценит, — Мин обещал не быть сегодня мудаком, но что-то пошло не так. — Хорошо, раз ты так уверен, — омегу задевают его слова, но пререкаться Чимин не станет. Он устал и проголодался, поэтому лучше прибережёт силы. — Спасибо ещё раз. Я оденусь и поеду домой, поэтому иди, не жди. Юнги кивает и застёгивает куртку, уже через секунд десять покидая здание. Да, он остро реагирует на юмор, который приходится ему не по душе, но разве Чимин в этом виноват? Его шутка была безобидной и, стоит признать, очевидной, а альфа за своей удвоившейся влюблённостью и не заметил её. — Да, папуль, я всё, — Чимин, несмотря на произошедшее, пребывал в воодушевлённом состоянии. Его маленькая мечта исполнилась, о чём он сейчас и рассказывает папе по телефону. — Губы и остальные части тела в порядке, не переживай… Да, через полчаса буду дома… Хорошо, до скорого. — Прости, — Юнги появляется из ниоткуда, до чёртиков пугая омегу. — На меня иногда находит… Постараюсь в следующий раз думать, прежде чем на пустом месте психовать. — Бывает, — Чимин лишь пожимает плечами, но обиду на альфу пока не отпускает. — Не бери в голову, правда. Поезжай домой, отдохни, я лично сейчас приеду, поем и спать лягу. — Тут недалеко есть кафе. Не желаешь вместе перекусить? — Мин и не надеется на положительный ответ, но Пак со словами «почему бы и нет?» направляется в сторону заведения. Юнги недоумевает, почему до сих пор не был послан куда подальше, но стоит пересмотреть своё поведение, пока не стало поздно. Чимин ест много, даже очень, но лишь для того, чтобы проверить Юнги на прочность. Не каждому альфе понравится, что у его омеги хороший аппетит, но Мину, кажется, абсолютно всё равно. — Как провёл каникулы? Ездили с родителями куда-нибудь? — Пак в очередной раз первым начинает разговор, пока они дожидаются десерта. Альфа выглядел чересчур напряжённым, хотя повода для волнения не было. — С семьёй Хосока пару дней провели за городом, на лыжах катались и всё такое, — пожимает Мин плечами, крутя в руках полупустую чашку с кофе. — Здорово, — Чимина так и подбивает узнать о семье альфы, но он не должен лезть не в своё дело, не сейчас. — Умеешь и на лыжах тоже кататься? — Угу, — кивает Юнги, чувствуя себя не в своей тарелке. Раньше проблем в общении с омегам у него не выявлялось, но тут появился Чимин, не делающий, по сути, ничего такого, но заставляющий смущаться, словно на первом в жизни свидании. — Я не разговаривал с родителями уже года полтора. Как только мне исполнилось девятнадцать лет, отец вручил ключи от квартиры и машины и сказал валить из дома. Напоследок добавил, чтобы я не доставал их с матерью. — Мне жаль, — Пак накрывает его ладонь своей и успокаивающе поглаживает, в который раз убеждаясь, что ему несказанно повезло с родителями. — А мне нет, — Мин мягко сжимает его руку и улыбается, показывая, что тема уже далеко не болезненная. — Зато избавился от бесконечных претензий и оскорблений. Мама Хосока готова была меня усыновить, когда я ей назвал причину, почему не могу отпраздновать новый год дома. Но благо удалось отговорить. — Моего папу бы ничего не остановило, — Чимин немного расслабляется, мирно радуясь, что альфа открылся ему. Значит, не всё потеряно. — Думаю, в будущем ты станешь отличным отцом, потому что научился на ошибках родителей, как себя вести с ребёнком не нужно. — Для начала я хочу стать безупречным мужем, а потом уже и отцом, — Юнги тоже отпускает всё напряжение, поэтому и обсуждать с омегой любые мелочи становится легче. — Завтра не встану с кровати, наверняка ноги болеть будут, — когда они уже почти подходят к дому омеги, говорит Юнги. Он вызвался проводить Пака, о чём сильно пожалел, ведь идти пришлось больше часа. — А я хотел снова сходить покататься, — и снова скрытая ирония от Чимина, на которую альфа ведётся. — В принципе, вечером можно ненадолго заглянуть, — задумывается парень, а когда замечает хихикающего омегу, то неодобрительно покачивает головой. Его в очередной раз обвели вокруг пальца, какой позор. — Если бы я не был влюблён в тебя — давно бы закопал вон в том сугробе. — Звучит очень романтично, — Чимин останавливается у дорожки, ведущей к дому, и с любопытством глядит на альфу, ожидая дальнейших действий. Раз Юнги бросается такими громкими словами, то пусть и на деле докажет, насколько сильно омега ему небезразличен. — Ну, тогда до понедельника? — Мин сразу теряется, понимая, что сейчас должен для приличия хотя бы обнять Пака. А Чимин первым не полезет, он дал себе установку не навязываться. — Да, в универе увидимся, — омега вздыхает, уже почти отворачиваясь от него, но Юнги вовремя собирается с мыслями и берёт его за руку, заставляя замереть. — Думаю, я заслужил поцелуй за все сегодняшние страдания, — альфа правда старается держаться уверенно, но голос слегка дрожит. Мысль о том, что сейчас его пошлют далеко и надолго, не покидает. — Хм, неужели? — Чимин с прищуром глядит на него, но, когда видит эту расстроенную мордашку, решает сжалиться и мягко касается губами холодной щеки альфы. — Этого будет достаточно? — Я получил минимум три синяка, пока пытался не дать тебе упасть, поэтому плата слишком мала, — Мин и не знал, что умеет флиртовать, но рядом с Паком открывались всё новые его таланты. — Ты прав, — омега ждёт ещё пару секунд, прежде чем прижаться вплотную к Юнги и обнять его за шею. Верхняя одежда явно мешала, но их это мало волновало. — Если я соглашусь попробовать быть с тобой, как со своим альфой, обещаешь не врать ни про прошлое, ни про настоящее? — Обещаю, — а вот сейчас Мину стоит опереться на что-нибудь, ибо ноги от услышанного знатно подкосились. Он считал, что доверия Чимина придётся добиваться ещё пару месяцев минимум, а тут такое. — И я верю тебе, — Чимин соприкасается с ним носами и весь сияет, в глубине души всё же сомневаясь в успешности затеи с отношениями. Но ведь не все такие, как Намджун? Если судить только по одному альфе, то можно запросто упустить своего единственного и неповторимого. — Больше нет желания спустить на меня Фредди? — перед тем, как поцеловать омегу, интересуется Юнги. — Только если совсем чуть-чуть. — Это я могу пережить, — Мин обхватывает его двумя руками за талию, слегка приподнимая и наконец целуя, понимая, что этот момент стоил двух месяцев ожидания.

***

— Привет, пупс, чем занимаешься? — уже обыденная фраза, но Чимин каждый раз глупо улыбается, слыша ласковое обращение к себе. — Готовлюсь к походу в кино, — отвечает омега, ставя звонок на громкую связь, чтобы спокойно продолжить краситься. — В кино? А почему меня не позвал? — как-то обиженно произносит Юнги. — Потому что ты терпеть не можешь ужастики, — закатывает глаза Пак. За месяц их отношений омега многое узнал о Мине, а уж сколько всего альфа познал в ответ… — Но не тебя, поэтому жди, через полчаса приеду, — решение окончательное и обжалованию не подлежит, но Чимин и не против. — Точно потом не будешь нудеть, что зря пошёл? — уточняет, пока не поздно, Пак и забирает большое ведёрко попкорна, пока Юнги не отлипал от него ни на секунду. Да, ревность штука для альфы обыкновенная. — Не буду, — Мин обнимает его со спины и ворчит насчёт того, что можно было бы надеть джинсы более свободные, но Чимина только забавляет его поведение, хоть иногда и жутко бесит. — Думаешь, я буду тут строить глазки всем проходящим мимо альфам? — выгибает Пак бровь, поворачиваясь к нему лицом. — Нет, но вот за них отвечать не могу, — Юнги кивает в сторону кучки парней, причём совершенно безобидных, они даже в их сторону не смотрят. — Ты ведь знаешь, что у меня всегда с собой карманный ножик в сумке? — смеётся Чимин и бодро шагает к залу, куда уже начали пускать зрителей. — И да, я вот уже месяц терплю тебя и надеюсь потерпеть ещё парочку лет. — Парочку? — восклицает Мин, а на него уже оборачиваются окружающие. — Ну, хорошо, парочку десятков лет, — омега коротко чмокает его в губы, тем самым успокаивая. Да, с Юнги непросто, да, он порой бывает вспыльчив, но сердечки в глазах при виде своего омеги скрыть и не пытается…

***

Чимину кажется, что он нашёл свою судьбу. Да, не истинный, но кого это волнует? Родители тоже не истинные, но любить друга друга им это не мешает. Юнги давал ему личное пространство, не навязывался, за что ему отдельный плюсик в карму, ведь Пак частенько любил побыть наедине с собой, да и времени учёбе много уделял, чего категорически не понимал альфа. Молодость дана не на то, чтобы целыми вечерами сидеть за заданиями от чокнутого профессора, помешанного на своём предмете, но, похоже, Чимин сам такой же. Они каждые выходные ездили в приют, и Юнги никогда не говорил, что это бесполезная трата времени, нет, наоборот, он забрал к себе одну из собачек и назвал Холли. Не для того, чтобы порадовать омегу и показать, мол, смотри, какой я благородный, а просто потому, что его холодное сердце оттаяло при виде брошенного существа. Юнги видел в этих животных отражение себя — такой же одинокий, оставленный людьми, которым безоговорочно доверял и которые, по сути, должны были любить его до конца жизни. Но альфа больше не один, и он ощущает это каждый раз, когда его при встрече обнимают и радостно шепчут: «Юнни, я скучал». Тогда всё обретает смысл. Но счастье долго не длилось. Одним апрельским днём Юнги узнал, что мама родила. Причём уже два месяца назад, но отец запретил об этом рассказывать, чтобы не привлекать лишнего внимания старшего сына. Но мать не могла скрывать столь значимого события, поэтому позвонила и сообщила, что у Мина есть младший братик. Она даже прислала видео, где отец нянчится с младенцем, убаюкивает его, колыбельные поёт… Очевидно, что этот ребёнок желанный, в отличие от Юнги. Естественно, данный факт ох как задел альфу, и его верным другом стала бутылка чего покрепче, к которой он прикладывался каждый вечер. Чимин волновался за него, пытался поговорить, но Юнги отмахивался и повторял, что скоро отпустит. К сожалению, даже две недели спустя состояние парня не улучшилось, а Пак категорически не знал, как помочь, ведь альфа закрылся в себе и никого не подпускал. Оставалось надеяться, что без помощи врача они смогут обойтись. — Юнни, — раздаётся в трубке недовольный голос омеги. Он уже полчаса ждёт Мина, который должен был отвезти его в университет на машине, чтобы Чимин не помял свой макет в общественном транспорте. — Ты где? Через час пара, а мне ещё нужно подготовиться к презентации. — Я дома, — хриплым тоном отвечает Юнги, и сразу становится понятно — он спал, о поездке и не вспомнив. — Голова болит невозможно, сегодня на занятия не пойду скорее всего. — Может потому что вчера нужно было меньше пить? — упрекает его Пак, мчась на остановку. Родители как назло уже уехали, а ведь предлагали подвезти — как чувствовали. — Не начинай, ладно? — Мин падает обратно на подушку и зевает, снова прикрывая глаза. — Сегодня прокатишься на автобусе, ничего же страшного не случится. — Кроме того, что мой макет помнут к чертям, — гневается омега, готовый прибить Мина на месте. И он обязательно задаст ему, как только увидит. — Спасибо за помощь. — Макет? У тебя сегодня защита проекта? — Юнги резко вскакивает, отчего всё вокруг начинает кружиться. Определённо стоит меньше пить. — Пупс, погоди буквально минут двадцать, я приеду. — Не нужно, — обиженно произносит Чимин, уже заходя в автобус. — Трезвей. И сбрасывает вызов, не желая слушать оправдания. Он тоже не железный, может позволить себе поскандалить, тем более повод есть. — Юнги, ты время видел? — не до конца проснувшись, говорит Пак и смотрит на часы. 2:45. — Пупс, выручай, отвези домой, — икая, просит Юнги. — Попроси Хосока, — у Чимина нет ни единого желания среди ночи ехать к незнакомцам и иметь дело с пьяным в ноль Юнги. Он так устал от его выходок, но продолжает терпеть и ждать конца запоя. — Так он со мной тут. Пупс, ну пожалуйста, а я в знак благодарности съезжу с тобой в приют на выходных. — Диктуй адрес, — Пак жалеет, что снова показал свою слабохарактерность, но это точно последний раз. — Юнги, когда это закончится? — наблюдая, как альфа пытается снять ботинки, не выдерживает Чимин. Они кое-как доехали до его дома, потом омеге пришлось тащить его до квартиры три этажа, потому что лифт сломался, и это явно не то, чего ожидал Пак от субботнего утра. — Пупс, ты о чём? — Юнги опирается о тумбу и пытается сфокусировать взгляд на омеге. — О твоей тяге к алкоголю, — Пак складывает руки на груди и весь закипает от злости. — Может пора завязывать? — Не преувеличивай. Подумаешь, расслабился, — Мин тянется к нему, чтобы поцеловать, но Чимин морщится и отодвигает парня от себя. — От тебя жутко несёт. Юнги, так дальше нельзя. Давай запишемся к психологу, он точно поможет, — умоляет Пак, придерживая его за плечи. — Ещё чего, всё у меня нормально, — вновь отрицает проблемы альфа, хмуро глядя на Чимина. — Уже месяц как не нормально, Юнни, — омега поглаживает его по голове и поджимает губы. Он очень хочет, чтобы Мин смог пережить трудные времена без вреда для здоровья, но какое тут… — Пожалуйста, не держи всё в себе, выговорись хотя бы мне. — У. Меня. Всё. В порядке, — скалится Юнги, отходя от него. — А если что-то не устраивает, то вон дверь. — Выгоняешь? — с горечью произносит Чимин, сглатывая ком. И снова его попытки помочь не приносят ничего, кроме разочарования. — Юнги, в таком случае, нам придётся расстаться. Я не стану больше терпеть твоих пьянок. — Отлично, значит, расстаёмся, — без доли сожаления отвечает альфа, даже не посмотрев на него. — Мне не нужен опекун, который будет запрещать делать то, что я хочу. — Хорошо, — Чимин собирает всю волю в кулак, чтобы не начать читать нотации о вреде подобного образа жизни, и хватается за ручку двери. — Завтра занесу вещи, которые ты у меня оставлял. — Угу, — Юнги не дожидается, пока омега уйдёт, сразу скрываясь в спальне и заваливаясь на кровать. Он пожалеет о сказанном, безусловно, но будет поздно. Чимин приезжает ближе к вечеру, чтобы дать возможность Юнги проспаться, а заодно и дать себе возможность как следует обдумать ситуацию. Он долго терпел пренебрежительное отношение к себе, своим чувствам и искреннему желанию помочь, и сейчас стоит проучить Мина, чтобы впредь было неповадно разбрасываться словами о расставании. Тем более, Паку есть о чём сообщить. — Привет, — по альфе и не скажешь, что вчера он еле стоял на ногах от количества выпитого. Видимо, приложил немало усилий, чтобы себя в порядок привести. — Проходи. Чимин молча заходит в квартиру и сразу протягивает небольшой пакет, где лежат толстовка и несколько футболок альфы. — Держи, — на лице Пака ни единой эмоции, что сродни смертной казни. Лучше бы накричал и побил, честное слово. — Я вчера наговорил лишнего, — Юнги не забирает вещи, понимая, что возьми он их сейчас — слова о расставании только подтвердятся. — Прости меня, пожалуйста. — Прощаю, но мне ничего твоего не нужно, — Чимин кладёт пакет на пол и выпрямляется, говоря себе, что назад дороги нет. — Думаю, нам стоит взять небольшую паузу. Ты разберёшься со своими проблемами, я со своими, и уже после мы сможем начать отношения заново в здоровой обстановке. — Значит, бросаешь меня? — Мин старается не показывать, насколько сильно его подкосило предложение омеги, ведь последние месяцы считал, что только Чимин и друзья более-менее позволяют ему держаться. Но, погрузившись в свою эгоистичность, забыл о том, что приходится переживать его близким, изо дня в день видя состояние альфы. — Не бросаю, а даю шанс самостоятельно справится с трудностями, — вздыхает Пак, устало потирая лицо. Нет, он не оставляет альфу на произвол судьбы, а лишь ограждает его от излишней опеки, которая явно вредит. — Юнги, ты уже большой мальчик, я не могу вечно присматривать за тобой. — Я и не прошу присматривать, — хмурится Мин, нервно кусая губы. — Больше не буду пить, ладно, только давай без вот этих перерывов. Ничем хорошим они не заканчиваются. — Нам в любом случае придётся ненадолго разлучиться, — Чимин переводит и дыхание и заявляет: — Я уезжаю на один семестр в Японию. Родители Чонгука сказали, что у них отличные программы обмена студентами, вот я и решил попробовать. Мою кандидатуру одобрили, поэтому в августе поеду туда и вернусь только в январе. — В Японию? — Юнги явно не ожидал такого исхода, будучи совершенно не готовым отпускать омегу так надолго. — То есть, мы не увидимся почти полгода? — Да, — пожимает плечами Пак. Он трагедии в разлуке не видит, наоборот, считает, что она пойдёт только на пользу. — Мы можем созваниваться, с этим проблем не будет. — Не знаю, что и сказать, — Мин запускает в волосы пятерню и невесело усмехается, видя, с каким безразличием ко всему относится сам омега. — А если я за это время другого найду? Не боишься? — Твой выбор, — Чимин не ведётся на его манипуляции, прекрасно осознавая, чего от него добиваются. Но в ноги падать он не собирается, как и умолять дождаться с поездки. Оказывается, любовь к себе творит чудеса. — Я приму его. — Вот как, — Юнги кивает и чётко понимает, что омега больше не собирается мириться с его дурным характером. Да и сам альфа уже устал от него, что уж тут говорить. — Я так понимаю, беспокоить тебя в ближайшие дни не стоит? — Да, — Пак победно улыбается, эту войну он безоговорочно выиграл. — Надеюсь, ты не злишься. — Ни капли, — Мин готов разнести всю квартиру к чертям, но умолчит об этом. — Ну, тогда пока? — Возьми себя в руки, хорошо? — Чимин дарит ему прощальный поцелуй в щёку и выходит из квартиры, оставив там весь груз переживаний, вот уже месяц лежащий на его плечах. И если он действительно дорог Юнги, то альфа должен пересмотреть свои привычки.

***

Чимину тяжело. С Юнги они не общались уже давно, только изредка переписывались, спрашивая, как дела, как учёба, Мин интересовался, когда омега уезжает. Пак поездку запланировал на конец июля, гораздо раньше обговоренной ранее даты, но смысла сидеть дома не видел. А в новой обстановке может и полегче станет, не так сильно будут ненужные мысли съедать. Юнги не пьёт, больше ни капли в рот не взял с того дня, как они с Чимином взяли паузу. Альфа понимал, что упускает Пака с каждым днём всё сильнее, но ничего поделать с этим не мог — снова сомнения в том, а нужен ли такой придурок такому по всем фронтам идеальному омеге? Ответ для Чимина очевиден, для Юнги — загадка столетия. — Папуль, я ведь не навсегда уезжаю, — стирая слёзы со щёк родителя, смеётся Чимин. — И буду каждый день писать и звонить, обещаю. — Кушай там нормально, — Джунг обнимает сына уже раз в десятый за полчаса и прижимается к мужу, который стойко держится, не проронив ни слезинки, хотя глаза слегка покраснели. — И напиши, как только приземлишься. — Обязательно, — Пак забирает свой чемодан и сумку, напоследок целуя обоих родителей в щёки. — Люблю вас, не скучайте. — Постараемся, — отец нехотя отдаёт ему вещи и поджимает губы, зная, что сейчас в машине чуть-чуть, да поплачет. — Любим тебя, золотце. Чимин в ответ лишь улыбается и уже пятится назад, чтобы поскорее уйти и не видеть их расстроенные лица, как замечает бегущего на них парня, изо всех сил размахивающего руками и крича что-то в роде «погоди!». Не трудно догадаться, кто ещё приехал проводить омегу. — Привет, — запыхавшись, произносит Юнги и поднимает палец вверх, прося пару секунд, чтобы восстановить дыхание. — Чимин, я не буду просить остаться и всё прочее, просто хочу, чтобы ты знал. Я люблю тебя, и эти два месяца не переставал скучать, но дал время отдохнуть от себя. И когда ты вернёшься уже в следующем году, я буду стоять здесь же и ждать своего омегу, которого толком не ценил. — Юнни, — Пак кидается к нему на шею с объятиями и смачно чмокает в лоб, заставляя слегка поморщиться. — Я очень хочу, чтобы у нас всё наладилось. И если ты правда дождёшься и не вернёшься к прежним способам справиться со стрессом, то я смогу отпустить всё плохое. — Я буду отправлять ежедневные отчёты о том, чем занимаюсь, хочешь? — предлагает Мин, придерживая его за талию. — Видеозвонков будет достаточно, — Чимин поправляет его волосы, замечая, как альфа изменился после их последней встречи. Цвет лица больше не кажется болезненным, синяки под глазами почти исчезли, вид в целом не помятый… — Ты что, подкачался? — Чтобы тебя на руках носить, — Юнги ловко поднимает его, заставляя обвить ногами свой торс и смеётся, когда омега смущённо прячет лицо у него в шее. — Буду скучать, пупс. — И я, — омега плотнее прижимается к нему, да так, что Мин мог и не держать его, всё равно не оторвать. — Мне пора. — К сожалению, — альфе приходится отпустить его. — Всего полгода? — Всего полгода…

***

— Юнги, я должен сказать тебе кое-что.

— Мне уже страшно, пупс.

— Я встретил истинного.

— Даже так… Познакомился с ним уже?

— Да. Ему двадцать два, он тоже из Кореи.

— Я так понимаю, мы снова расстаёмся?

— Просто дай мне время осознать всё, хорошо?

— Конечно, сколько потребуется. И, Чимин?

— М?

— Я ждал тебя всю жизнь, подожду и сейчас.

***

Чимин просит встретить его в аэропорту, ссылаясь на то, что родители не смогли отпроситься с работы. На самом деле — врёт, они ещё со вчерашнего дня сидят дома и ждут долгожданного приезда сына, но у омеги есть неотложные дела, поэтому он просит не приезжать. Родители всё прекрасно понимают, их мальчик давно вырос. Юнги стоит с букетом цветов, думая, что будет выглядеть глупо, если Чимин выйдет под ручку со своим истинным, а тут надоедливый бывший, которого просто попросили подвезти до дома, а не веники всякие дарить. Но Мин всей душой надеется, что омега будет один, иначе холод снова завладеет сердцем альфы. Чимин выделяется, как всегда. Он весь в розовом, даже волосы перекрасил, но ему идёт. Омеге всё идёт, если так подумать, но может просто Юнги слишком сильно любит, поэтому и принимает любые изменения в нём, как нечто прекрасное? Мин машет ему букетом, сглатывая, когда за спиной омеги появляется незнакомый парень, но Чимину нет до него дела, ведь он бежит к своему альфе, запрыгивая на него и чуть не роняя. Юнги в шоке, окружающие умиляются. — Юнни, — омега покрывает быстрыми поцелуями его лицо и не сдерживает слёз. Как он скучал, никто и догадаться не сумеет. — Наконец-то… — Чимин, — Юнги останавливает его и опускает, но обнимать не перестаёт, косясь на парня неподалёку от них. — Думаю, твой парень… — Мой парень сейчас даже поцеловать меня не хочет, — дует он губы и поглаживает альфу по плечам. — Чимин, — снова недоумевает Мин, уже начиная хмуриться. — Юнни, — передразнивает его Чимин, но после вздыхает и обхватывает лицо альфы ладонями, тихо проговаривая: — Я вот уже год влюблён в одного человека, и он стоит передо мной. И я вернулся к нему, хотя мне и предлагали остаться и продолжить обучение. Но слушать скучные лекции я могу и в Корее, а вот в Японии не будет альфы, который, надеюсь, всё ещё мой. — Значит, ты выбрал меня? — неверяще говорит Юнги, шумно сглатывая. Неужели он достоин этого? Достоин жизни с Чимином? — Я всегда буду выбирать тебя, даже если появится ещё сто таких истинных, — Чимин трепетно целует его, закрепляя свои слова и на устах альфы тоже. — Я много думал эти месяцы, но всегда приходил к одному выводу — что бы ни случилось, моё сердце простит тебе всё. Ну, почти всё, так что губу особо не раскатывай. И если мы разойдёмся, то лично я буду жалеть об этом всю жизнь, вспоминать наши моменты, мечтать, а как бы сложилась наша судьба, останься мы вместе. Но я и без того слишком долго жил в фантазиях, теперь хочу воплотить всё в реальность. — Со мной? — всё ещё настороженно уточняет альфа, и, о боже, на его глазах отчётливо виднеются кристаллики слёз. — Только с тобой, — и Юнги впервые верит, что достоин быть счастливым. — Как ты смотришь на то, чтобы переехать ко мне? — поглаживая омегу по обнажённой спине, спрашивает Юнги. Домой Чимин так и не доехал, но родители всё прекрасно понимали, поэтому ждали сына к ужину. — Прямо насовсем? — Пак приподнимает голову и изумлённо смотрит на альфу, пока тот кажется абсолютно спокойным. — Угу, я даже выделю тебе целых три полки в шкафу и одну в ванной, — с довольным видом рассуждает Мин, убирая с лица омеги влажные пряди волос. — И разрешу брать свои вещи без спроса. — В чём подвох? Ах, да, ты тоже будешь здесь жить, — Чимин снова прижимается щекой к его груди и тихо хихикает, за что получает по пятой точке. — Я скучал по твоим шуткам, — слегка обиженным тоном произносит альфа, но всё равно улыбается и утыкается носом в волосы Пака. — Подумай, пупс, я не настаиваю, просто предлагаю. — Папа будет в бешенстве, — размышляет омега, пальцем выводя узоры на животе Юнги. — Отец тем более. Но я попрошу у них, так скажем, пробный период проживания у тебя, а там посмотрим. — Отличная идея, — Мин закрывает глаза и впервые за долгие месяцы ощущает, что он по-настоящему дома.

***

— Отец, смотри, — малышка запрыгивает на колени к Юнги и протягивает ему рисунок. — Это я, ты и папочка. — Как красиво, — он целует её в макушку и рассматривает творение, недоумевая, где кто нарисован. — Папе уже показала? — Нет, он спит, — Сун прикладывает пальчик к губам и убирает листок на столик, после вставая ногами на диван и тихо прося: — Папочка, можно я разукрашу твои татуировочки фломастером? — Нет, котёнок, в прошлый раз я еле отмыл руку, — Мин изо всех сил старается противится этому умоляющему взгляду. — Пойди лучше принеси альбом и порисуй в нём. — Ну, папуля, — она прижимается своей щёчкой к его (определённо научилась этому трюку у Чимина) и обнимает крохотными ручками за шею. — Я тебя та-а-ак сильно люблю. — Сун, нет, — у Юнги сердце уже разрывается, но нужно учиться противостоять прихотям дочки. Ей ведь всего три, а уже вьёт из него верёвки как только может. — Ладно, — малышка отпускает его и уходит в свою комнату, выглядя чересчур разочарованной. — Болит? — Мин поглаживает мужа по спине, зная, как тому в последнее время приходится не сладко. 34 неделя беременности давала о себе знать в полной мере. — Немного, — Чимин поворачивается к нему и сонно улыбается, прикладывая ладонь альфы к своему животу. — Услышал тебя, смотри-ка. — Проснулся? — Юнги присаживается перед ним и задирает футболку, покрывая временное место обитание сына короткими поцелуями. — Скоро возьму три выходных и отвезу вас к морю, согласны? — С тобой хоть на край света, — омега каждый раз с замиранием сердца наблюдает, как муж обращается и с их дочкой, и с ещё даже не рождённым сыном. Он же говорил, что из Юнги выйдёт замечательный отец. — Хорошо, — Мин наконец отлипает от него и встаёт ровно, теперь уделяя внимание мужу. — Не смотри на меня так, иначе снова предложу выйти за меня замуж. — А я снова соглашусь, — Чимин тянется к нему за поцелуем, а альфа как обычно не может отказаться, на пару минут теряясь в своём муже. И так каждый раз, даже когда омега просто касается, просто обнимает, Юнги не может привыкнуть даже спустя пять лет совместной жизни. — Пойду посижу с Сун, а ты отдыхай, — он уходит в детскую, где дочка сидит на полу на ковре и играет в куклы, только как-то безрадостно. — Котёнок, чем занимаешься? Малышка не отвечает, лишь показывает ему игрушки и снова отворачивается. Сразу видно — дуется из-за отказа. — Не разговариваешь со мной? — Юнги садится рядом и вздыхает, когда кроха по-прежнему молчит. — Сун, отмывать фломастеры правда очень сложно… Сун… — Юнни, ты скоро? — Чимин заходит в ванную и вопросительно глядит на мужа, который старательно намыливает руку от кисти и до локтя. — Что ты делаешь? — Отмываю татуировки от фломастеров, — вздыхает Юнги, уже по третьему кругу смывая пену. Чимин тихо посмеивается над ним, заставляя и самого альфу улыбаться, а где-то в детской сидит довольная Сун, хвастаясь своим игрушкам тем, что у неё самый лучший отец на свете. И не поспоришь.