Ночной гость

       Прихожу в себя в своей комнате. Да, свое постельное белье и потолок, на который я постоянно смотрю, когда бессоница, ни с чем не спутаю. Шевелю пальцами рук, понимаю, что все нормально, а сам я одет в свою закрытую ночнушку и укрыт одеялом по грудь. Слышу рядом тихое дыхание и поворачиваю голову в сторону: рядом на стуле сидит Гарри и внимательно смотрит на меня, чуть наклонив голову к плечу. Мы молчим, он продолжает смотреть на меня, а потом как-то облегченно выдыхает и мягко улыбается. — Как вы себя чувствуете, профессор? — спрашивает он, и я не могу сдержать легкой улыбки. — Нормально, — отвечаю и вспоминаю прошлый день.        Резко сажусь и чувствую, как кружится голова. Слышу скрип стула, а потом меня облокачивают на теплое тело. — У вас истощение, профессор. Нельзя так резко подниматься, — тихо говорит парень, а я прихожу в себя и тру гудящие виски.        Боль проходит, и я наконец-то задираю рукав ночнушки на левой руке и с облегчением выдыхаю — метки больше нет. Я полностью свободен. — Что произошло? — спрашиваю, но не оборачиваюсь. Чужие горячие руки приятно греют мои плечи сквозь ткань. — Я убил Волан-де-Морта, а потом все Пожиратели замерли. Сейчас их массово арестовывают авроры. Я отпросился на время, пока вы не очнетесь. Завтра пойду в аврорат давать показания, — говорит Гарри, а потом его голос становится тише, — Простите меня, профессор. За те слова, что мне пришлось говорить при Волан-де-Морте, но иначе вы бы тоже замерли, как и все. Мне нужно было убедить его.        Ничего не говорю, когда его руки начинают медленно массировать плечи. Продолжаю молчать, когда шеи касаются теплые губы, но поворачиваю голову и смотрю вопросительно. Ну, мне так кажется. — Простите, сэр. Вам лучше отдохнуть, — виновато шепчет он и отстраняется, а я хватаю его за руку. — Почему ты начал это делать? — спрашиваю, чуть хмуря брови. — Если вам неприятно, то я больше к вам не прикоснусь, — опускает глаза Гарри. — Я сказал, что мне неприятно? Что подтолкнуло тебя на это? — Я… Я заметил, что где-то в начале апреля моя магия начала поглощаться вами, вы были предрасположены ко мне. И… демоны же видят больше магглов и магов, — на этих словах он усмехнулся и облизал губы, — Я видел, как вы возбуждаетесь в моем присутствии. Признаюсь, даже пару раз провоцировал вас. Мне даже глаза не нужны, чтобы понять ваше состояние. Я по запаху понимал. Как понимаю и сейчас.        Поттер приближается к моему лицу, и его нос чуть дергается. Он так близко, что я вижу его ресницы, вижу каждую клеточку кожи, чувствую его дыхание на своих губах. И сердце замирает, все тянет в предвкушении. Меня трясет?        Гарри касается моих губ своими, и я отвечаю на поцелуй, выдыхая и чуть прогибаясь. Кладу руки на его плечи и сжимаю их пальцами, понимаю, что против воли начинаю тяжело дышать и тихо постанывать. Лениво, я бы сказал. А Гарри продолжает меня целовать, не торопясь, со вкусом. Его рука скользит по моей ноге, чуть ероша волоски, и гладит вставший член. Тут я прогибаюсь сильнее и развожу ноги, руками оглаживая его предплечья и подцепляю пальцами кофту. Хочу наконец-то коснуться его, подарить ту же ласку, что и его старший двойник дарил мне. — Я думал тебя придется уговаривать, — усмехается Гарри и помогает мне стянуть с себя одежду. — Разочарован? — спрашиваю и замираю в ожидании худшего ответа. — Нисколько, — отвечает он и валит меня, оттягивает нижнюю губу и целует, а потом обнимает за бока и проводит носом от ключицы к уху, выдыхая, — Обожаю твой запах. — И чем я пахну? — спрашиваю, пальцами провожу по каждому его позвонку на спине и улыбаюсь. — Ничем особенным, — Гарри чуть отодвигается и проводит языком — своим демоническим! — по моей шее, — Но твой запах и вкус сводят меня с ума.        От рыка в его голосе я вздрагиваю и покрываюсь мурашками и вижу, как в районе паха поднимается ночнушка. Гарри это тоже видит, но не пытается меня приласкать руками, а делает это языком. Своим дьявольским, скользким, горячим, длинным языком. Он щекочет мой язык, и это меня не смешит, а больше возбуждает. — Северус, — шепчет Гарри, а я открываю глаза и мутно смотрю на него, — Что ты хочешь?        Банальное «Тебя» здесь не сработает. Он берет мою руку, подносит ко рту, и его язык оплетает мой палец, гладя кожу. Он тоже ждет моих указаний и хочет выполнить все, что я скажу. С этим Гарри, а не с ночным гостем, я чувствую себя более скованно. Мне просто нужно время, чтобы привыкнуть, но я так сильно хочу его, что позволяю себе понаглеть.        Надавливаю на его плечи, опуская на уровень паха, и поднимая ночную рубашку, оголяя бедра и живот. Я был без белья? Что ж, меня это не сильно пугает. Дрожь по всему телу вызывает голодный взгляд демона, который облизывает губы и давит на мои бедра, призывая меня шире развести ноги. — Хочу твой язык. Вы-вылижи меня, — сбивчиво говорю я, и краска приливает к щекам. Какие же слова я говорю, когда возбужден. — С удовольствием, — шепчет Гарри, и я вижу, как его язык исчезает между моих ног.        Чувствую касание ко входу, и запрокидываю голову, расслабляясь. Да, вот так… Глубже… Ммм… Вскоре меня поднимают и заставляют опереться о изножье кровати. Выгибаюсь, мои ягодицы сразу разводят в стороны и слышу какой-то шепот. Ничего не чувствую, только пульсацию и трепет. Потом язык опять проникает в меня, выходит и вылизывает. Колени разъезжаются по простыни, но Гарри меня придерживает.        Вижу, как прозрачная капелька стекает по моему члену и капает на простынь. Чувствую, что скоро кончу, поэтому отодвигаю голову Гарри от себя и сжимаю член. — Слишком быстро? — понятливо спрашивает он.        Могу только угукнуть. Сам ложусь на Гарри и вбираю в рот его член. Да, какой приятный вкус. Я так по нему соскучился. Бархатная головка приятно ложится на язык, а мои ягодицы обдает прохладный ветерок. Чувствую, как рука Гарри зарывается в мои волосы. Он гладит меня, я слышу его тяжелое дыхание и тихие стоны. Вкус члена становится сладковатым, и я ускоряюсь, но меня останавливают.        Гарри затаскивает меня на себя, и я чувствую что-то… тонкое… Это его хвост! Его хвост входит в меня все глубже, как мне нравится. Глаза закатываются, чувствую, как слеза удовольствия бежит по щеке, а мой член трется об его. Это так жарко… так приятно…        Кусаю Гарри в шею, сразу зализывая укус, вылизываю все места, до которых могу дотянуться. А потом к хвосту присоединяется его член, и я громко стону. Мне не стыдно, совсем не стыдно. Хочу еще. Гарри прижимает меня к себе, мы практически срослись, между нашими телами и миллиметра нет свободного расстояния. Кричу, когда член и хвост начинают двигаться в разном темпе. Кричу опять, когда кончаю и чувствую, как обильно кончают в меня. Стискиваю его бедра коленями и продолжаю постанывать.        Сначала из меня выходит хвост, который я ловлю рукой и подношу к своим губам, слизывая сперму. Мне нравится этот вкус, не могу удержаться. Немного поражаюсь самому себе, когда сопротивляюсь, не разрешаю Гарри ссадить меня с себя. — Ненасытный какой, — шепчет он и гладит меня по спине. А я все еще в ночнушке!        Мы не признаемся друг другу в любви. Слова мне не важны, они пустые. Я все вижу в глазах напротив и чувствую. Мне так нравится чувствовать поцелуи на своем лице, когда мое тело успокаивается. А еще нравится лежать и лениво целоваться. Мы никуда не торопимся.        Мы лежим рядом друг с другом, я чувствую, что начинаю засыпать, а Гарри гладит меня по груди и задевает соски сквозь ткань ночнушки. Сейчас это не возбуждает, а успокаивает. Меня успокаивает тепло его руки и спокойное дыхание. Потом я засыпаю и чувствую поцелуй в уголок губ. Хочу ответить, но уже не успеваю.