В сумерках лета

      Скорый суд завис над ними дамокловым мечом. Маленькое семейство убралось почти во всём доме и теперь собралось в гостиной. «Грозный глаз» Муди разобрался с боггартом в письменном столе, а из занавесок достали несносных пикси, и теперь Сириус, с большим мешком наперевес, бесстыдно скидывал в него все вещи, имеющие хоть какое-то отношение к чете Блэков. Кикимер то дело заходил в комнату, пытаясь хоть что-нибудь спасти от взгляда хозяина.       — Грязные кровопредатели, полукровки и грязнокровки. Что же скажет госпожа Кикимера? О, моя бедная госпожа… — забурчал он себе под нос. Флёр опасно насупилась, и Гермиона коснулась её руки, ободряюще улыбнувшись, но девушка не ответила тем же. Прежде чем она успела заговорить, Сириус уже рявкнул домовику бросить всё, что он успел собрать в руки, и пойти прочь.       — Вам стоит быть с ним добрее, Сириус. Это может помочь вашим отношениям.       — Сомневаюсь, что в этом будет хоть какая-то польза, Гермиона, — вздохнул Сириус. — После того, как он провел здесь столько лет в одиночестве, выполняя безумные приказы портрета матушки, я уверен, что чувств, которые он когда-либо мог испытывать, теперь уже нет. — На этом он продолжил складывать вещи в мешок. Покончив вскоре с гостиной, они перешли в ванную наверху, куда позвали Тонкс, чтобы разобраться с противным упырем, застрявшим в туалете.

***

      В тот вечер, во время ужина, миссис Уизли повернулась к Гарри и сказала:       — Я погладила твой лучший наряд на завтра, Гарри. Нужно, чтобы ты сегодня помыл голову.       Замолчав, все перевели на них любопытные взгляды. Время пролетело так быстро, что никто даже не задумывался снова о нападении дементоров или скором слушание.       Гарри заметно сглотнул и спросил, как туда добраться. Вопрос быстро обсудили, поняв, что прошлой ночью приходил Дамблдор. Гарри поспешно извинился и ушёл, хоть даже тарелка его была только наполовину пустой. Другие последовали его примеру, Гермиона снова пробежалась по законам, рассказав другу что нужно помнить и говорить. Он и словом не обмолвился каким преданным себя чувствовал из-за того, что директор даже не заглянул к нему, не говоря уже о том, чтобы дать пару слов напутствия. По просьбе Гарри, все разошлись спать, а на следующее утро у каждого из ребят больно защемило сердце от сочувствия, когда они обнимали парня на прощание.       Когда дверь за ним закрылась, Флёр тяжело вздохнула.       — Удачи, Гарри, — прошептала она, молясь про себя. Она обернулась и улыбнулась Гермионе, а после взяла её за руку и повела от двери.

***

      Известия, с которыми вернулся Гарри, были великими, но плохими. Казалось, Министерство продолжило поддерживать Люциуса Малфоя, даже после того, как мальчик рассказал Фаджу о его связи с Пожирателями смерти.       — Мы расскажем Дамблдору о Малфое, — тут же сориентировался Сириус.       Откланявшись, мистер Уизли снова удалился в заколдованный туалет на Бетнал-Грин, а потому решил не встревать со своим мнением. Он похлопал Гарри по плечу, пройдя мимо.       — Пойдём, Гарри. Нужно пообедать, — вмешалась миссис Уизли. — Утром ты едва прикоснулся к завтраку.       Все как один заняли места за столом и принялись за дело.       — Я знал, что тебя оправдают, — сказал с полным ртом картофельного пюре Рон. — Как только появился Дамблдор, они не смогли даже и слова плохого вставить.       — Хотелось бы чтобы мы с ним поговорили. Или он хотя бы посмотрел в мою сторону. — Произнося эти слова, он хлопнул ладонью по шраму на лбу — жест, который Флёр увидела впервые. Он её заинтриговал.       — Всё хорошо, Гарри? — мягко спросила она.       — Шрам, — буркнул парень. — Да пустяк. Просто всё время горит… — он замолчал, но Флёр не отвела взгляд. Опухнув, рубец стал вопиюще красным; на него было больно смотреть. Остальные, казалось, совсем не обратили на это внимание, и вскоре об этом было забыто, когда все собрались, чтобы отчистить старый сервант на втором этаже от плесени.       По большому счёту жизнь в штаб-квартире проходила скучно, однако со временем ребята познакомились со многими членами Ордена. Хоть даже будучи уверенной, что присоединится, Флёр держала это в тайне, рассказав одному лишь Люпину. Волшебник кивнул, понимая как сильно будет переживать за неё Гермиона, если бы, или правильней сказать, когда узнала бы с какими опасностями порой приходится иметь дело членам Ордена.       После того, как отмыли сервант, все трое бездельничали в комнате у Гарри и Рона, когда в окно настойчиво постучалась сова. Её впустили, а ношу забрали. Это оказался список учебников на последующий учебный год. Гермиона развернула свёрток и быстро пробежалась по нему глазами.       — Из новых здесь только два учебника, — заявила она достаточно громко, чтобы привлечь к себе внимание остальных. — «Стандартные книги заклинаний» за авторством Миранды Гуссокл и «Теория защитной магии» Уилберта Слинкхарда. — Прежде чем она успела договорить, в комнату трансгрессировали близнецы. Это случалось так часто, что никто даже глазом не моргнул.       — Мы как раз раздумывали кто мог предложил книгу Слинкхарда, — произнёс Фред.       — Потому что это значит, что Дамблдор нашел нового преподавателя по ЗоТИ, — договорил Джордж.       — И как раз вовремя, — продолжил Фред.       — То есть? — не понял Гарри.       — Ну, как-то пару недель назад мы подслушали через Удлинители разговор родителей. Судя из услышанного, у Дамблдора были большие проблемы с поиском желающих занять должность в этом году.       — Это неудивительно, учитывая, что случилось с остальными за последние четыре года, — встряла Гермиона.       — Ну да. Один умер, у второго память отшибло, третьего уволили, а четвёртого целых девять месяцев продержали в сундуке, — перечислил Гарри, загибая пальцы.       — Чёрт, я бы точно не согласилась, после таких то рекомендаций, — заметила Флёр, посмотрев себе на руки. Гарри не всерьёз ткнул её локтем под рёбра. На его губах заиграла маленькая улыбка.       — Что это с тобой, Рон? — поинтересовался Фред, глядя на Рона, который застыл, с раззявленным ртом смотря на своё письмо из Хогвартса. — Да что там такое? — нетерпеливо добавил он, заглянув брату через плечо, и также застыл с открытым ртом. — Староста? — прохрипел он. Джордж подскочил к ним, выхватил конверт и перевернул. Из него высыпался какой-то красно-золотой значок. — Староста?       — Да кто вообще в своём уме… — Фред перевёл недоверчивый взгляд на Гарри, а после поднял письмо на свет, как будто стараясь разглядеть на нём водяной знак. — Я так понимаю, это как-то связано с тем дурдомом и кубком, — обратился он к Джорджу.       — Ага, вляпался он по самое не хочу, — медленно подытожил Джордж. — Ну хоть кто-то из них себе не изменяет.       Гарри культурно промолчал, но тут Гермиона открыла второй конверт, и из него выпал точно такой же значок. Она посмотрела на Гарри, не проронившего ни слова, он отыскал взглядом глаза Рона, как будто говоря о том, что нельзя произносить вслух. Щёки Рона залились пунцовым румянцем, и он протянул значок Гарри, словно ища поддержки. И Гарри вернул его, кивнув головой.       Тогда-то в комнату заявилась миссис Уизли, держа перед собой корзинку со свежевыстиранной одеждой.       — Джинни говорила, что привезли списки учебников, — произнесла она, заметив конверты, когда прошла к кроватям и принялась выгружать одежду на две кучки. — Если дадите мне, то после обеда я поеду на Косой Переулок и куплю нужные книги, пока собираетесь. Рон, придётся купить тебе новую пижаму — она как минимум на шесть дюймов короче. Поверить не могу как быстро ты растёшь… Какой цвет тебе больше нравится?       — Купи ему красно-золотую, так чтобы под стать значка, — произнёс Джордж с ухмылкой.       — Под стать чего? — переспросила миссис Уизли, свернув пару бордовых носков, и положила их на кучку Рона.       — Значка, — тяжело повторил Фред. — Его новехонького, блестящего значочка старосты.       Миссис Уизли не сразу поняла, что сказал её сын. На мгновение она застыла, пока, наконец, Рон не показал ей значок. Его мать воскликнула от неожиданности и сгребла беднягу в охапку.       — Поверить не могу! Просто поверить не могу! Как же это замечательно! Это же все старосты в нашей семье! — Фред с Джорджем переглянулись у неё за спиной.       — А мы с Джорджем? Так, просто, мимо проходили?       Его замечание осталось без внимания, когда миссис Уизли продолжила восхвалять Рона, повторяя опять и опять как сильно гордится им. Если раньше лицо парня было красным, то теперь оно стало густо бордовым.       — Ой, и что же теперь делать? Перси купили сову, но у тебя она уже есть. — Рон как-то странно посмотрел на маму, словно не веря. Сириус позвал Флёр, и блондинка послушно встала, поздравив Рона и свою девушку, которая до сего часа была тише воды, ниже травы. Она не знала, что сказать Гарри и был ли вообще смысл что-либо говорить.       В конце концов миссис Уизли выбежала из комнаты, решив купить Рону метлу и скупиться всем в школу. Парень живо вышел за ней следом, чтобы предупредить о покупке именно «Чистомёта». Таким образом в комнате остались только Гарри с Гермионой. Между ними повисла густая и неловкая тишина.       — Гарри, можно тебя кое о чем попросить? — мягко осведомилась девушка. Поттер коротко кивнул, и бровью не поведя. — Могу я одолжить у тебя Буклю ненадолго?       — Бери, — согласился он тихо и радушно. Гермиона подозвала к себе полярную сову и открыла дверь, чтобы уйти. Задержалась было на секунду, но после вышла, не проронив ни слова.       В общей комнате с Флёр и Джинни она написала письмо своим родителям и как раз собиралась отправить его с Буклей, но тут в комнату вошла Флёр.       — Как он? — мягко спросила она.       Гермиона тяжело вздохнула.       — Не весёлый… Столько всего случилось и изменилось, что он даже не знает, как с ним справиться. А я не знаю, как ему помочь.       — Дай ему немного времени, мон амур, — прошептала вейла, нежно оглаживая ей плечи. — С ним всё будет хорошо. Ему просто нужно время прийти в себя. Эй, а у меня есть тут одна идейка… — улыбнувшись, она нежно поцеловала Гермиону в щёку. — Давай поедем сегодня вечером к моим родителям ненадолго? Можем спуститься на пляж, развести костер и немного расслабиться, а? В последнюю ночь перед началом семестра?       Гермиона глубоко вздохнула, опираясь на Флёр, как та продолжила массировать ей плечи.       — Звучит заманчиво…       — Ага, и может чуточку вина. Буквально капелинку. Ничего сверхкрепкого, староста, — добавила она, посмеиваясь. — Я бы не хотела, чтобы меня оставляли потом после уроков…       Гермиона резко обернулась, в её глазах мелькнул озорной огонёк.       — Напротив, мисс Делакур, я думаю, вам бы это очень понравилось, — прорычала она, поднявшись со стула, когда одной рукой затолкала блондинку назад и прижала к стене.       — Может вы и правы, если оставаться после уроков включает в себя такую активность… — Гермиона тихонько засмеялась и потянулась к Флёр за поцелуем. Она втянула её нижнюю губу и нежно прикусила, борясь с желанием улыбнуться, когда услышала как резко втянула воздух полной грудью блондинка. Львёнок резко отстранилась, но Флер запустила ей пальцы в волосы и попыталась снова притянуть к себе.       — О, нет, это будет твоим наказанием, дорогая, — рассмеялась Гермиона, шутливо борясь с девушкой.       — Да ну? Ты забываешь, что я сильнее тебя, амур, — прорычала Флер, подняв ведьму на руки, и понесла к постели. Так просто львёнок без боя не сдалась, но всё равно оказалась прижата вейлой. Флёр снова заключила её губы в поцелуй, тихонько зарычав. Но Гермиона, после недолгой возни, живо оседлала ей бедра и заломила руки над головой.       — Нам стоит делать это чаще, — заметила, едва дыша, Флер, её глаза потемнели. — Ты не должна так сидеть.       — Ну, так я и останусь, — прорычала Гермиона в ответ. Она наклонилась и поцеловала её с языком, удивившись, когда блондинка ответила, подняв к ней навстречу бёдра. Гермиона улыбнулась, отпрянула, а после выбежала из комнаты. Флёр же так и осталась лежать на кровати с бешено колотящимся сердцем. Задумчиво улыбнувшись, она поднялась и также направилась за своей возлюбленной в коридор.

***

      Миссис Уизли устроила небольшой званый ужин в честь Рона и Гермионы. Они рано накрыли на стол, когда хранительница очага вернула куда раньше ожидаемого, и вскоре, после того, как солнце начало близиться к горизонту, гости стали расходиться.       — Просто приведи их до полуночи, Флёр. Надеюсь, ты справишься?       — Разумеется, миссис Уизли, — пообещала девушка и после одного за другим трансрессировала ребят к себе домой.

***

      Взмахом палочки Флёр разожгла костер, и сидевшие на каменных плитах подростки восприняли это с радостными возгласами. Фред с Джорджем прихватили с собой бутылку огневиски — ещё один сюрприз, встреченный бурным рёвом одобрения и заверениями Флёр, что она знать ничего не знает об этом. Однако это не помешало Гермионе забрать у неё вино. Каждый из близнецов сделал по глотку и поёжился от чувство жжения, как алкоголь стёк по пищеводу в желудок. Флёр отпила вина из бутылки, которую честно отвоевала у Гермионы обратно (это вино девушке пришлась по вкусу больше, чем то, что она уже пробовала раньше), настаивая на том, что вино-то у неё можно забрать, но не виски, и напомнила, что времени у них еще целая вечность.       — Надо сейчас поскорее надраться, чтобы, когда будет уходить домой, были трезвыми, как стеклышко! — взревел Джордж, отхлебнув виски.       Вскоре бутылки опустели, а в запасе осталось ещё несколько часов. Гул в головах поутих, и ребята решили поджарить зефир. В ночном воздухе повис радостный хохот, и Флёр была очень благодарна родителям за то, что пляж у них был частным.       — Нужно приходить сюда почаще, Джордж, — подзадорил Фред.       — О, да, вот если бы могли ещё пробираться в винный погреб, Фред. Но даже так, уверен, это место — идеально для двух молодых холостяков. Не так ли, Флёр? — рассмеялся Джордж, обняв девушку за плечи.       Вейла рассмеялась в ответ, игриво похлопав парня по груди.       — Я предложила вам место, а вы уже хотите прописку!       — Ну что ж, пойду-ка я поищу ещё винишка, — подытожил Фред поднявшись, и убежал в сторону деревьев.       — О, нет. Ещё чего! — крикнула ему вслед Флёр. Она вырвалась из хватки Джорджа и погналась, босая, по песку за рыжим богом озорства. Резко выудила палочку, притянула заклинанием обратно к костру и бесцеремонно уронила парня на песок, хотя побегать всё равно ещё хотелось.       — Ты бы всё равно его не нашёл, — рассмеялась Флёр. Фред же, посмеиваясь, поднялся на ноги и отряхнул с себя песок.       — А как насчёт искупаться в океане? — предложил Гарри, доев зефирку.       — Я за! — воскликнула Джинни, единственная, кому не разрешили пить, и побежала в волнующуюся синеву, следом за ней подоспели братья.       Флер вскочила, увлекая за собой Гермиону, но не к волнам. Они бегали по пляжу босиком, гоняясь за заходящим солнцем, которое неохотно уступало место сумеркам. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая его в яркие красные, оранжевые и розовые тона, а надвигающееся сумерки разбавляли палитру более темными оттенками фиолетового и синего.       Вместе они рухнули на песок, Гермиона упала вейле на грудь и на её губах заиграла широкая ухмылка, когда она потянулась к ней за поцелуем. Так, девчонки и остались лежать, уперившись взглядом в небо, и единственное, что нарушало недолгую тишину, стало их учащённое дыхание.       — Господи, это идеально, да и Гарри, кажется, уже получше, — Гермиона тяжело вздохнула. — Как же хочется побыть здесь ещё, вместе со всеми, — прошептала она, мельком взглянув на остальных, плескавшихся в прохладе воды. — С тобой…       И снова поцеловала Флёр.       — Что ж, у нас всегда будет следующее лето, милая, — ответила вейла, притянув Гермиону в ещё один поцелуй. — И следующее после него, — ещё один поцелуй. — И ещё… Наконец-то отпрянув, гриффиндорка заглянула ей в глаза. В них стояли слёзы, с которыми, конечно же, боролись, но безуспешно — несколько слезинок сорвалось блондинке на руку.       — Милая… — прошептала Флёр. — С нами всё будет хорошо. Ты же знаешь, вейлы и гриффиндорцы очень упрямые. И пролив между нашими странами не помеха.       — Я знаю, мне не грустно. Я счастлива. Очень, очень счастлива. И у меня хватило смелости так долго не благодарить тебя, — она тихонько всхлипнула.       Усевшись, Флёр взяла лицо Гермионы в ладони и поцеловала.       — Тебе не нужно ни за что меня благодарить. Мне понравилось проводить с тобой время, и честно, это я та, кто должен быть благодарным. — Флёр почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, и быстро проморгалась. — Пожалуйста, Гермион. Давай сосредоточимся на том, чтобы просто быть вместе, а остальное может подождать.       Она крепко обняла Гермиону, мысли её шли врознь сказанным словам. Ей казалось, что она уже потеряла свою любовь.       Гермиона свернулась калачиком рядом с ней и посмотрела на небо.        — Закат прекрасен, — прошептала она, всё ещё всхлипывая.       — Да, — ответила Флёр, и с тоскливой улыбкой указала на Полярную звезду, первой показавшейся на небосклоне. — Сумерки лета, — она тяжело вздохнула. — Всегда застают врасплох. — Флёр повернула голову в сторону пляжа, где об их отсутствии громко заявил Джордж. — Жалко признавать, Гермион, но все уже поняли, что мы ушли, — снова вздохнув, она поднялась на ноги. Неохотно, но львёнок согласилась, ухватившись за руку вейлы. Флёр притянула её к себе и заключила в долгий, нежный поцелуй. И вместе они вернулись к костру, где просидели до полуночи, смеясь так громко, что прохладная ночь отозвалась эхом их звонкого веселья.