История о большой любви к тебе

— Да ебанный блин, не могу открыть тупую упаковку, — психовал Минруи, когда открывал очередную упаковку воздушного риса. — Сил нет, что ж такое? ЛунЛун? Помоги мне, пожалуйста! Закричал омега, стоя на кухне и громко пыхтя. Не прошло и десяти секунд, как послышался топот ног по лестнице. — Что случилось? А, понял, давай сюда, — подошел сразу же альфа и мило улыбнулся. — Хорошо себя чувствуешь? Ничего не болит? Как маленький? Минруи слегка покраснел, наблюдая, как за одно мгновение упаковка с лакомством была раскрыта. Так приятно осознавать, что твой альфа рядом с тобой. В душе теплота, а приятные чувства пробуждаются каждый раз, стоит только Синьлону приобнять его и поцеловать. Ну, и конечно же, без вопросов о самочувствии мужа тут не обойтись. — Неплохо, растем, — поглаживает небольшой животик шатен, улыбаясь Хэ, но после хмурится. — Погоди, я передумал, — вовсе скривился Минруи. — Меня тошнит, погоди… *** — И так было первые месяца четыре, да и потом… Понимаешь? А ты мне тут рассказываешь, что Шуян нервный. Весь в Минруи, ибо тот всю беременность капризничал, — сказал Синьлон, отчаянно вздыхая. Не сказать, что старший альфа не любил вспоминать период беременности Минруи, поскольку были и милые моменты — да, их было порядком больше, нежели поедающих выдержку Синьлона. — Даже не представляю. У Шуяна почти не было токсикоза, правда своими «хочу — не хочу» он заставил меня выучить все магазины морепродуктов в Пекине. Интересно, как будет дальше, осталось ведь всего два месяца до родов… И мне не по себе! Вы наверное настрадались на последнем месяце, да? — спросил Цзэю, находясь в предвкушении от того дня, когда его омега точно также родит ему сыночка. — Ну как тебе сказать, мы оба настрадались… — потер лоб Синьлон, почти что съезжая с кресла в позу лежачего-полицейского. *18 лет назад. За сутки до появления Шуяна на свет* С самого утра у Минруи пропал аппетит — то ли от переживаний, то ли от ночного жора, который он устроил в три часа утра Синьлону и его родителям. — Я не хочу есть, простите… — кое-как держа чашку риса в руке дрожащими руками, еле проговорил Минруи. — Мне наверное хватит? Синьлон взглянул с сожалением на своего омегу, который с трудом дышал и насильно ел. Однако прекрасно понимал, что когда его папа на кухне, то все беспрекословно слушаются. — Минруи, тебе со дня на день уже рожать, понимаешь? Ты должен быть полон сил, ребеночек очень крупный, поэтому надо поесть. Еще немного хотя бы, — впервые на кухне Цзыхао поставил условие, а не опрокинул чашку риса на голову. Ханью даже прервал трапезу, чтобы оценить здраво всю ситуацию. Глядя на Минруи, он невольно вспомнил времена, когда Цзыхао переживал о том, как он будет вообще рожать. Вспомнил, как успокаивал своего омегу и уверял, что он родит ему самого красиво мальчика-альфу на свете. И не ошиблись же! Стоит отдать дать уважения и Цзыхао, который внимательно следил за поведением Минруи все эти девять месяцев и переживал за него так, словно ему второй раз рожать. — Ну вот, я тоже теперь хочу еще одного ребенка, — произнес Ханью, наблюдая за тем, как Цзыхао носится за Минруи и подсказывает дальнейшие действия. — Цзы, не хочешь сыночка еще одного? Старший омега дернулся слегка и обернулся к мужу, вытаращив глаза. Щеки слегка покраснели, а вместо улыбки на лице Цзыхао появилось что-то наподобие оскала. Ханью усмехнулся, потому что в голове сразу всплыли воспоминания, как Ли проклинал его в родильной комнате и говорил, что никогда в жизни больше не позволит альфе лезть к нему во время течки без презервативов. — С ума сошел? — выдавил из себя Цзыхао, нервно хохотнув. — Ну, если только ты будешь рожать, а не я. Когда время перевалило за полдень, Минруи чувствовал себя очень странно. Он уже испытывал ложные схватки пару дней назад, но сейчас… — Синьлон? Синьлон! Ты где есть? — захныкал омега и зажмурился. Не прошло и пяти секунд, как Синьлон выбежал из своей комнаты и увидел страшную картину — Минруи тяжело дышит и держится двумя руками за низ живота. — Что такое? Плохо? — переживает альфа, обнимая Минруи. В тот момент, Минруи не очень понимал, почему его штаны стали мокрыми и боль не уходила. В голове сразу крутились страшные версии того, что произошло. Но все-таки капелька здравого смысла одолела панику. — По-моему воды отошли, — переживал младший и глубоко дышал. — Поехали в больницу, скорее… Иначе я рожу прямо на кухне *8 часов спустя* — Если я не рожу сегодня — пускай меня убьют! Я не понимаю этого ребенка: родись уже, да и все. Почему я должен так страдать? — истерил Минруи спустя два часа после эпидуралки. В то время пока Минруи мучался от боли, которая вновь накатила новой волной после действия обезболивающего, Синьлон уже почти засыпал, сидя рядом у кровати и держа омегу за руку. — Сынок, давай скорее появляйся на свет, — поглаживал второй рукой живот Минруи альфа. — Твоему папе больно, вон как терпит… И вот когда Минруи отвезли в родильное отделение, он долго плакал и еле сдерживал крики боли. В тот момент, никогда не думал Синьлон, что будет так сильно переживать за кого-то на этом белом свете, кроме как своих родителей. Вот-вот его омега подарит ему замечательного сыночка. Чуть позже в больницу подъехал и Ханью, который даже ушел на пару часов раньше с работы. Однако поднявшись на нужный этаж и заметив сына, который места себе не находил под аккомпанемент криков и стонов по ту сторону двери, Цзя присел рядом с ним и погладил по спине. — Боже мой, какой ужас… — осмотрелся Ханью и пытался не слышать все, что происходило на всем этаже. — Слышать, как рожают омеги подобно смерти. Как ты вообще тут сидишь? Синьлон хмыкнул и поудобнее устроился на диване, сняв очки и потерев переносицу. — Пап, я тут уже хрен с лишним часов сижу. Не могу же я бросить его, когда ему так плохо… — ответил альфа, наклонившись слегка вперед, когда случилось следующее. Вдруг послышался детский крик и плачь, очень звонкий и надрывающийся. Синьлон не любил плакать и редко это делал, но сейчас… одна слезинка за другой покатились с глаз. — Я — отец… С ума сойти! — улыбнулся альфа и подошел к двери, которую тут же открыли врачи. Больничная палата уже не веяло атмосферой пыток и инквизиции, наоборот — это временный домик для его чуда. Взглянув на койку, Синьлон заметил мужа не в самом лучшем состоянии, но все же тот обнимал их сына и слегка улыбался. — Поздравляем, у вас омега! Ребенок крупный, 4100. Красивый и очень послушный. Видимо весь в отца и папу, — сказал врач и позволил Синьлону зайти внутрь. — Он такой маленький, ЛунЛун, — плакал от счастья Минруи, — это наш сын! Боже, я так счастлив *наши дни* Синьлон хихикнул, а после стал размышлять над чем-то, а потом нашел кое-что на телефоне. — Вот погляди на них, — довольно произнес Синьлон. — Похожи, да? Рад слышать, что мне не одному кажется, что у Шуяна внешность прям от нас обоих. — Да, говорю же, вы реально между собой все похожи… — ответил Цзэю, слегка усмехнувшись и вспомнив о том, как сильно скучает по своей омеге. И будто его услышали свыше! — Что смотрите? — подкрался так незаметно Шуян, что ни Цзэю, ни Синьлон не ожидали его увидеть. Сердце чуть в пятки не ушло, когда Жен случайно попал локтем по голове Цзэю. — Фух, напугал, сын! — в шутку бросил Синьлон и приобнял Шуяна. — Очень напугал, кхахккх, — закашлялся Цзэю и потер голову рукой. Шуян разозлился и переместил руки на шею альфы, став придушивать его. — Шуян, ты чего это? Перестань, он же отец вашего ребенка! — попытался остановить сына Синьлон, но все решилось само, когда Шуян хмыкнул и ушел колобком в другую комнату. *семь месяцев назад* — Сейчас зайдем в библиотеку, мне нужно отдать учебник по химии, а потом можем где-нибудь погулять, — сказал Цзэю, беря Шуяна за руку и направляясь к лестнице. «Так, стоп! Сегодня никаких гулять, людям ещё рано такое на улице видеть!», — пронеслось в мыслях омеги, а щеки сразу же покраснели. Боль в животе слегка усилилась, по причине вот-вот начавшейся течки. Благо подавители еще действовали и Цзэю не чуял его сладкий аромат. — А, может, сегодня дома посидим, так набегался за день, — уставшим голосом сказал Шуян, обнимая альфу и мило поглядывая ему в глаза. Цзэю любит, когда его омега становится таким милым и хорошеньким. Шуян в свою очередь уже научился этим пользоваться. — Конечно, — Ю мягко улыбнулся, прижимая к себе Шуяна и направляясь вместе с ним на выход. В библиотеке парни долго не задержались. Вернув учебник, они уже через полчаса были дома у Цзэю. Его родители как раз уехали куда-то к родственникам отмечать чей-то юбилей, а он остался, ссылаясь на учебу и прочее, но на самом деле не хотел оставлять Шуяна одного. — Хочешь чего-нибудь? — спросил Цзэю, остановился возле небольшого шкафчика, висящего над столом, где обычно лежали упаковки чая, кофе, цикория и всего такого прочего. Желание прикоснуться к Ю брало вверх надо всем. Аккуратно подойдя сзади, омега оперся грудью о его спину и, слегка приобняв за плечи, заглянул на полочку, усердно делая вид, что что-то там рассматривает. Плечи Цзэю мгновенно напряглись, а губы сжались в тонкую линию. — Хм, — протянул у шеи альфы Шуян, заставляя табун мурашек пробежаться по ней, — пожалуй, воды. Цзэю выдохнул, слегка отстранил парня от себя и отправился наливать воду. «Держится, ну я и не сомневался, что сразу не получится. Ладно, есть ещё много способов», — продумывал в голове Шуян, как бы поскорее уломать своего альфу на долгожданный секс, без которого те прожили уже почти два месяца. Положив рюкзак на диван, Шуян как бы нечайно выронил из него тетрадь по какому-то предмету. Не видел по какому, так как все мысли занимал только Цзэю и немного будоражащая мысль о предстоящей ночи. Все же было немного волнительно, потому что с прошлого раза он почти ничего не помнит — оба были пьяные. Шуян наклонился специально, как бы случайно выпятив свою пятую точку так, чтобы альфа увидел. Небольшая, аккуратная и округлая попа, обтянутая школьными брюками, не могла не привлечь внимание Цзэю. Тем более действие подавителей уже почти закончилось. Медленно подняв по пути тетрадь, омега разогнулся. Сзади послышался резкий вдох и звук поставленного на стол стакана. — Что-то не так? — невинно поинтересовался Шуян, слегка округляя глаза. Сама невинность, ага. Но по-другому не получится. — Все в порядке, — а голос Цзэю то хрипит, — пей. Взяв в руки стакан, Жен спокойно отпил и, пока его альфа отвернулся и восстанавливал дыхание, слегка или даже будто случайно Шуян вылил немного воды на свою белую футболку. — Ой, — отскочил Шуян, делая вид, что расстроился. — Прости. — Ничего страшного, — сглатывая, говорит брюнет, провожая взглядом каплю воды, стекающую по подбородку и футболке. — Пойдем, дам тебе другую. Пройдя по витиеватой лестнице наверх, в его спальню к комоду с одеждой, Шуян замер в ожидании сухой вещи. — Держи, эта должна подойти, — протянул Цзэю новую черную футболку, старательно отводя взгляд. — Спасибо. Слышал у тебя завтра контрольная. Когда готовиться будешь? — как бы вскользь спросил Шуян, чтобы подольше задержать внимание альфы, а сам медленно стал снимать свою футболку, пытаясь поймать взгляд напротив. Взгляд Цзэю моментально потемнел, жилка на шее нервно забилась. Зрачки расширились, когда в нос ударил запах сладкой конфеты. Ну все, теперь он догадался. — Ах ты, течный омега, сам напросился, — выдохнул он, поднимая вверх Шуяна за талию и целуя. Мгновенно Жен обвился вокруг него руками и ногами, страстно отвечая на поцелуй, не отставая от него. — И как я раньше не понял, что ты специально провоцировал, — прошептал куда-то в шею омеге Цзэю, мягко укладывая на кровать. — Даа, — и сразу же укус в наказание. — Мхм… Ты долго думал, пришлось взять все в свои руки, — притворно вздохнул Шуян, будто у него не было выбора. Альфа хмыкнул куда-то в плечо и сразу же оставил на нем свою метку. Легкая боль охватила ту область, а улыбка на лице Шуяна так и расплылась. — Ничего, в руки ты сегодня тоже возьмешь, и не только в руки, — строго сказал Цзэю, отчего коленки омеги задрожали. Не успел возмутиться Шуян, как брюнет снова начинает покрывать его лицо поцелуями. Постепенно переходит на шею, попутно оставляя везде, куда дотягивается, синие отметины, после чего покрывает грудь поцелуями. Неожиданно прикусывает один сосок, другой сжимая и перекатывая в руках. — Ах… Ммммм, — прикусил костяшки пальцев Шуян, чтобы не застонать в голос. — Без рук, — сжимая руками запястья Шуяна, альфа заводит их за голову. — Хочу слышать твои стоны и крики. Возвращается к груди, снова целует, пощипывает и поглаживает соски, в какой-то момент начиная их снова кусать. Уже не сдерживаясь, младший начинал стонать в голос. — Нравится? — спросил Цзэю, начиная снимать штаны с омеги, попутно целуя голени и переходя на бедра. Но Шуян молчал, упрямо сжимая зубы, чтобы не сильно кричать. — Ответь мне, — и тут Цзэю кусает за выпирающие тазовые косточки, руками обхватывая парня за ягодицы. Раскрасневшись, Шуян немного испугался. Не думал он, что это так смущает. — Говори, — целует низ живота Цзэю. — Сними, — голос омеги хрипит, голова начинает кружиться от переполняющих ощущений, — сними с меня одежду. Пока Цзэю снимал с парня одежду, тот схватился за край его футболки, слегка оттягивая на себя. — Какой нетерпеливый, — хмыкает Ю, но подчиняется, медленно снимая с себя одежду, будто стриптиз устраивает. Хотя, наверное, так оно и есть. Шуян судорожно вздыхал воздух, пытаясь набрать в грудь побольше воздуха. Накаченный пресс, руки, перевитые венами — его отдельный фетиш, а еще большие ладони с аккуратными длинными пальцами, упругие бедра. Взгляд скользит вверх, натыкаясь на стоящий колом член. Глаза Жена расширяются, щеки начинают нещадно гореть, дыхание спирает, желание и до того бывшее сильным, сейчас просто переваливает. Цзэю наклоняется к парню, снова целуя. Прикусывает нижнюю губу, сразу проникая языком, а руками начинает поглаживать его бедра. — Цзэю, — поддался бедрами вверх Шуян в желании потереться и хоть как-то снять напряжение. — Чшшш… Еще рано, — снова целует его плечи альфа. Но течный омега не может долго ждать. Перекатившись вбок и оттолкнув от себя старшего, Шуян оказался на нем верхом. Цзэю удивленно вскинул брови, но сразу же расслабился, опуская на руки на бедра младшего. — Что ты делаешь, малыш? — спросил брюнет, томно вздыхая следя за тем, что дальше собирается делать его омега. — Хочу кое-что попробовать, — ответил на одном дыхании Шуян, начиная спускаться все ниже и ниже. Цзэю сходил с ума. Его член сейчас упирался прямо меж ягодиц Шуяна и стал еще тверже. У самого Жена стоит до помутнения в глазах. Еще и течка, из-за которой ноги старшего были мокрыми донельзя. Скатившись вниз и оказавшись прямо напротив колом стоящего члена альфы, Шуян упирался в него взглядом. — Шуян, ты уверен? — хрипло спросил Цзэю, хотя сам до побеления сжимал ткань простыни в руках, чтобы не сорваться. — Да, — честно ответил младший и взял в руку член. — Такой большой и твердый… И этого хватило, что услышать тихий стон Цзэю. Обхватив головку губами, Шуян медленно облизнул и стал посасывать, как конфетку. Несмотря на странный вкус, но не противный, уже без прежней неловкости он стал чуть активнее двигать ртом, помогая рукой. Цзэю наверху протяжно стонет, зарываясь своими руками в чужие волосы. Ему слишком приятно. Довольно улыбнувшись в своей голове, Шуян испытывал не меньший кайф. Насаживаться ртом, омега сам начинал стонать. — Черт, что же ты со мной делаешь, — рычит и быстро поднимает Шуяна к себе альфа, впиваясь жарким поцелуем в губы. Сразу ответив на поцелуй, парень обхватил старшего руками за шею. И вот снова Цзэю переворачивает, подминая омегу под себя. Почувствовав прикосновения теплых пальцев Ю к своей дырочке, Шуян прикрыл глаза и простонал. Движения участились, отчего младший поддавался бедрами наверх и уже не сдерживал стоны. — Еще… — прикусил губу Жен и сжал край подушки. — Еще, — ухмыльнулся Цзэю, вводя второй палец, начиная быстро ими двигать. — Мхм… Цзэю… Ах… — стонал Шуян, а парень все продолжал толкаться пальцами в него. Сил сдерживаться уже не осталось, поэтому, наплевав на всю мораль и соседей, начал стонать во весь голос так, как хотелось изначально. — Цзэю, ну, пожалуйста… — пытаясь насадиться как можно глубже, выгибался Шуян в его сильных руках. — Скажи это… — прошептал ему на ухо альфа. Сначала Шуян отрицательно качнул головой и еле сдерживал себя. Но Цзэю не остановился и, вдавливая парня в кровать еще сильнее, глубоко толкается пальцами внутрь. — Пожалуйста… пожалуйста, войди в меня, скорее, — не выдержав такой пытки, громко сказал омега. Довольно улыбнувшись, Цзэю прекратил мучить младшего и стал аккуратно входить в него. — Боже, да… — простонал негромко Жен и крепко схватил за руку альфу. Парень начал глубоко дышать, стараясь расслабить мышцы, и сильнее прижался к старшему. Было безумно приятно и даже не больно, во многом благодаря течке. Цзэю гладит его по мокрой спине, сам весь напрягается. После он начал аккуратно двигаться, с каждым разом все больше набирая темп. Стоны вырывались из Шуяна несдерживаемым потоком, но Цзэю это даже нравится. Сильнее прижав младшего к себе, он стонет на ухо и все сильнее втрахивает омегу в кровать. — Хочешь попробовать сверху? — шепчет альфа, не переставая двигаться. Шуян даже не успел договорить, как Цзэю быстро оказался на спине, обхватив того руками за попу. Как только младший почувствовал движение внутри, мысли сразу уплыли. Но не дав самовольничать своему парню, Шуян начал сам быстро двигаться на нем. Очень смущающая поза, но такая заводящая, что просто крышу сносит. Скача на нем, как будто всегда с этим занимался, Шуян громко вздыхал. Цзэю нравится, после чего он все-таки приподнялся, обхватывая омегу одной рукой, а другой упираясь в кровать, начал быстро скользить внутри него, вырывая стоны, вздохи, всхлипы. Удовольствие волной накатило на обоих и, уже не в силах сдержаться, Шуян бурно кончил ему в руку. Наслаждение перевалило через край, и, будто на периферии сознания, омега почувствовал, как старший кончил в него, гортанно простонав в ухо. Сцепка. Дальше приятное чувство накатило с головой, оставляя влюбленных в гармонии. Прошел месяц. И вот, сидя на кухне дома у Шуяна, старший желает большего всего на свете провалиться сквозь землю. — Вы чем вообще думали, а?! — орал Минруи на всю кухню, поглядывая то на Шуяна, то на Цзэю. Благо дома никого не было, кроме старшего омеги. Сегодня он был выходной, но никак не ожидал, что единственный день отдыха пройдет так насыщенно. — Ладно ты, — подошел с полотенцем в руках Минруи поближе к Шуяну, слегка шлепая по плечам, — бестолковый омега, который не знает, что такое подавители. Я тебя такому не учил. Ну, не учил я тебя приносить мне тест на беременность и говорить: «Пап, я беременный». Дурак ты, Шуян! Просто ужас какой-то. Жен не плакал, но готов был вот-вот дать волю эмоциям. В душе он молился о приходе отца — единственного человека, которому в силах было успокоить папу. Взглянув на Цзэю, Шуян и вовсе почувствовал себя неловко, потому что то, что началось дальше выходило за рамки приличия. — А ты, — подлетел к альфе Минруи, шлепая со всего размаху по бедрам, — вообще без мозгов! Я думал год назад «Господи, спасибо, что послал моему сыну такого альфу», когда ты проводил его до дома в первую течку и защищал от всех. Но, как же я сука ошибался! Убить тебя мало, скотина! Дальше папа расплакался и ушел в гостиную, громко всхлипывая и плача. Как только Шуян услышал, что открылась входная дверь, что сложил руки и прикрыл глаза, заранее помолившись о их здравии с Цзэю. Поскольку Синьлон был человеком спокойным, он должен был менее эмоционально отреагировать на новость, которую принесла молодежь. — Привет, ребята! — зашел на кухню старший альфа, получив в ответ что-то наподобие кивка от Цзэю и Шуяна. Прислушавшись к звукам из спальни, он напрягся. — А что случилось? Почему папа плачет? Цзэю хотел только объяснить, что случилось, но Шуян взял его за руку и встал с места. Обойдя альфу, он обнял его за плечи и посмотрел на отца. — Отец, — умоляюще протянул Шуян, все еще крепко обнимая своего альфу, — ты же знаешь, как я сильно люблю тебя и его? Синьлон слегка кивнул, улыбаясь и поглядывая в спальню, откуда уже показался Минруи, вытирающий слезы. — Отец, — вновь приковал внимание Хэ его сын и выпрямился во весь рост, поглаживая Цзэю по волосам, — ты станешь дедушкой… В этот момент на кухню заходит Минруи и еще больше начинает плакать, несмотря на то, что успокоился. Эмоции Синьлона слишком зашкаливали в двух направлениях: и Шуян убил новостью, и Минруи рыдает крокодильими слезами. — ЛунЛун, — шмыгнул носом папа Шуяна и прижался к Синьлону, — что делать? Что нам делать? Мое сердце сейчас не выдержит. Обняв омегу в ответ, Синьлон прикрыл глаза и сам пытался успокоить себя. Взглянув еще раз на Шуяна, а потом строго на Цзэю, альфа слабо вздохнул и взял за плечи Минруи, отстранив от себя и заставляя посмотреть в глаза. — Эй, Минруи, — позвал его старший, слегка встряхивая, — быстро успокаивайся. Твой сын беременный, а не бесплодный. Почему нельзя посмотреть на это все с хорошей стороны? Го слегка покраснел и обнял за шею мужа, повиснул словно коала. — Синьлон, — протянул омега, вдыхая его парфюм и прикрывая глаза, — давай убьем Цзэю, пожалуйста! Старший альфа взглянул на молодую пару и рукой показал им, чтобы те уходили. Цзэю взял за руку Шуяна и побыстрее увел из кухни. Синьлон взял заплаканное лицо Минруи в свои руки и улыбнулся, наклоняясь ближе и целую сначала в нос, а потом в губы. — Да, шестнадцать лет — это рано, я не спорю, — подытожил альфа, еще раз целуя омегу и поглаживая по щеке. — Но не вини их обоих в этом, потому что если это произошло, то значит на то воля Неба. Мы справимся, малыш! Воспитаем внучков и все будет хорошо. Минруи улыбнулся и крепче прижался к груди Синьлона, обнимая за талию. Действительно, никто другой так его не успокаивал. — Да, — ответил тихо омега, слабо выдыхая. — Мы обязательно вырастим лучших детей на свете. И детей их детей!