Ястреб из другой Яви

Скоро случилось то, что поставило орден Бездны на уши. В тот день Альдейн видел в небе сияющую бирюзой звезду с длинным хвостом, как у кометы. По возвращении в руины старого Мондштадта создание солнца приветствовали всё те же тоскливые завывания ветров Декарабиана. Но сердце больше не болело и не кололо. Ведь Ужас бури не вернулся в своё логово. И своим ярким и красивым полётом над Мондштадтом и землями Барбатоса ознаменовал освобождение от оков ненависти. Альдейн с заворожением наблюдал триумф Двалина с вершины одной из скал. Анемо архонт даровал дракону своё благословение, и теперь бывший Хранитель Четырёх Ветров был свободен. Но не только Барбатос приложил свою руку к этому. Молва об Итэре, почётном рыцаре, избавившего Мондштадт от тирании Ужаса бури, разлетелась во всему Тейвату. Для ордена Бездны освобождение Двалина было потерей мощной боевой единицы, но Альдейн ничуть не расстроился из-за этого, скорее наоборот, вдохновился. Конечно, ради приличия перед всеми он сделал максимально досадное лицо, мол, какие твари, переубивать бы их там за потерю Двалина. Лишь Кайрэ подозрительным прищуром сопровождал эту сомнительную актёрскую игру. Что же насчёт желания высказаться Итэру… Как Альдейн и ожидал, долго оно не смогло продержаться на ведущей позиции. Всё-таки в разуме щёлкнуло, когда эмоциональное напряжение немного угомонилось, и вернулась хоть какая-то трезвость вместе с лёгким чувством стыда, мол, как вообще можно было додуматься до такого. Говорить о трудности этого морального и жизненного выбора теперь не хотелось ни с кем. Мысли остались внутри и, будучи безответными, ядом медленно травили душу. — Ты же знаешь. Ты всегда можешь поделиться со мной тем, что тебя тревожит. — однажды на прощание произнёс Кайрэ и с привычной лёгкой улыбкой исчез в дымке. — Нет. Не могу… У Альдейна много товарищей. Есть человек, который вполне походил на роль приёмного отца, и друг. Несмотря на это, Альдейн старался побольше общаться если не с магами Бездны, то с людьми, которых он встречал во время путешествий. Мысли, что он однажды может остаться один, пугали его. — …Потому что я не вписываюсь в те границы, в которых ты меня хочешь видеть, Кайрэ. Однако единственный, кто по-настоящему спасал Альдейна от одиночества и отравы битв образов, был Ульфи. Парень не мог представить свою жизнь без него и дорожил им больше, чем кем-либо ещё в ордене. Альдейн хотел свободы от ордена. Отправиться в вечное путешествие в надежде найти самого себя. И вместе с этим он боялся одиночества.

***

Чёрно-синее небо было практически чистым и безмятежным. Россыпи звёзд казались пылью из мела на бесконечном полотне, вдоль которого растянулся галактический рукав. Кобальт становился чароитом в разломе холодного небосклона, среди светло-голубой вуали. Медленно плыли перья из облаков, подгоняемые ленивым ветром, в такт покачивалась трава, усеянная маленькими бутонами: от простеньких белых ромашек и васильков до цветов меди и вина, кувшинок львиного зева и вертушек ветряных астр. Лёгкой рябью подёргивалась водная гладь, мелькали роскошные хвостики коралловых и голубых оризий. Под покровом звёздной ночи высунули мордочки-шпаги ядовитые колюшки. В тени раскидистой кроны старого дуба, у самых корней, сидел полусонный рыжий птенец из Бездны. Он то и дело переводил зоркий взгляд с реки и стаи спящих на одной ноге журавлей на скалы мыса Веры. У дуба долины ветров зачастую было спокойно, и это было место, куда Альдейн, хоть и редко, но приходил в попытке привести свои мысли в порядок или хотя бы успокоить. Красота мира восхищала, ночная музыка природы проникала в самые потаённые уголки души. Достаточно лишь прислушаться и расслабиться. И сознание погружается в другой край. Настоящего мира будто не существует, но в то же время ты видишь всё его волшебство. Альдейн глубоко выдохнул и откинул голову на ствол дуба. Мимо лица пролетела крылатая звёздочка: в вальсе ветра и бирюзовых искр парили ожившие кристальные бабочки, оставляя во тьме светящиеся следы. Хотелось прикоснуться к этому изящному элементальному созданию, почувствовать её отдающую прохладой анемо на кончиках пальцев. Альдейн проводил бабочку взглядом, и та улетела ввысь, поближе к листьям древа, а за ней потянулся короткий хвост из света. Глаза сами собой закрывались. Альдейн согнул ноги и, обхватив их руками, положил голову на колени. Воздух, напитанный силой Барбатоса, не только помог избавиться от болезненной душевной усталости, но и принёс спокойствие. Парень и сам не заметил, как легко уснул под мягкий шелест кроны и песни ветра. Ночь постепенно перешла в сумерки, небеса окрасились в багровые цвета. С первыми лучами рассветного солнца всколыхнула сознание лёгкая и тихая мелодия, доносившаяся с одной из высоких веток и воссозданая умелыми прикосновениями пальцев к струнам лиры. Ветра принесли с собой приятный запах сесилий. Альдейн приоткрыл глаза и взглянул вверх. На ветви сидел юноша, свесив одну ногу вниз, и играл на лире непринуждённый ветреный мотив. Слушать его можно было очень долго, но скоро мелодия перестала литься, и бард потянулся. — Эээх, какая хорошая сегодня погода. Согласись? — он умиротворённо прикрыл глаза. — Да. Несомненно. — кивнул Альдейн и перевёл взгляд на светлеющее небо. — А ты… Давно тут сидишь? — Хехе, ну, я только недавно пришёл. — бард посмотрел вниз, лукаво сверкнув бирюзовыми глазами. — А ты? Местный, заблудшая душа иль путешественник из далёких земель? — Я пришёл издалека. — В таком случае, ты обязательно должен побывать в городе ветров и свободы! Поверь, не пожалеешь. — юноша сделал «трунь» и спрыгнул с ветки. — Я уже там был… — Ну так ещё раз сходи. Кто мешает-то. — улыбнулся он и, пожав плечами, развернулся в сторону города. — Хммм. Надо бы и мне наведаться. В Доле ангелов все, наверное, уже соскучились по моим песням. Альдейн встал и выпрямился, прогнав оставшийся сон. Ему надо было возвращаться в орден Бездны: работы там всегда хватало, даже с утра пораньше. Но чёрт возьми, как не хочется… Он взглянул на радостного и счастливого барда, который уже собирался отправиться в Мондштадт. Мелькнула мысль ещё немного задержаться. Совсем чуть-чуть. Хотя бы просто прогуляться. В конце концов, куда торопиться. — Ты со мной? — Да-да. Нам как раз по пути. — спешно согласился Альдейн и приулыбнулся. — Отлично! Тогда пойдём. Компания направилась в сторону Мондштадта. Венти (таким оказалось имя этого талантливого барда) был очень разговорчивым и позитивным, его голос — звóнок, а музыка — красива. От такого не грех заразиться хорошим настроем. Скоро вдалеке показались стены города ветров. Альдейн с Венти прошли через мост, распугав местных голубей и словив недовольный взгляд мальчика, который, казалось, там мог стоять и кормить птиц круглые сутки. Альдейн его знал: это был Тимми. Когда-то мальчик попросил его покормить уточек… — Эээхх, вот мы и на месте. — Венти с довольной улыбкой сложил руки на талии. Утро начало постепенно входить в свои права. Рынок возле входа в город оживал, на улицу выползали люди. Бард шустро ускакал в сторону таверны, а вот Альдейн едва успел составить для себя маршрут, куда сходить (да вот, хотя бы к собору Барбатоса), как девочка, стоящая за прилавком с цветами, помахала ему рукой. — Привет! — Здравствуй, Флора. — кивнул Альдейн. — Подойдите пожалуйста сюда. — нетерпеливо позвала Флора и несдержанно улыбнулась во всю ширь, когда Альдейн подошёл к прилавку, полному цветов всех форм и размеров. Девочка была в довольно радостном предвкушении. — Да? Что такое? — парень с любопытством склонил голову набок. — Помощь нужна? — Нет-нет. — спешно ответила Флора и опустила взгляд, будто от стыда. — Помните, вы спасли меня и мою сестру от хиличурлов? Ну, на дороге к храму Тысячи ветров? — Да. Припоминаю. — кивнул Альдейн. — Так вот… Мы с Клорис решили сделать тебе маленький подарок. — Флора протянула руку и раскрыла ладошку. Альдейн одними кончиками пальцев взял дар девочки, будто боясь его повредить, и не смог сдержаться от улыбки. — И пусть тебе благоволят ветра. — Архонты... Какая красота. — смущённо произнёс Альдейн, разглядывая рукодельную аккуратную закладку с крупным цветком ветряной астры. Несмотря на то, что цветок был засушен, он практически не утратил своего характерного оттенка. Но самое ценное было в этом подарке — душа. Цветок мягких ветров невольно напомнил о выборе, который пытается сделать Альдейн. — Спасибо тебе. — Рада, что вам понравилось… — ещё больше оживилась Флора, заметив восторг и тепло в глазах Альдейна. Девочка так и не успела договорить, как кое-кто её оборвал… -- Ты?! Что ты тут делаешь?! Улыбка спала с лица Альдейна, и тот обернулся на потревоживший его голос. Он чуть было не отшатнулся от удивления: парень так увлёкся разговором с Флорой, что не заметил, как к нему подошли двое человек, и причём оба были знакомы. Итэр едва слышно вздохнул на вопли и красноречиво покосился на чересчур эмоциональную спутницу, которая сердито и возмущённо нахмурила брови и скрестила руки на груди. Паймон начала пристально сверлить взглядом Альдейна, мол, как у тебя вообще хватило наглости здесь появиться. Разумеется, её крик привлек внимание одного из стражников. У Альдейна был довольно безучастный и вместе с этим разочарованный взгляд. Ну, он, конечно, ожидал похожей реакции от Паймон или Итэра, но всё равно было неприятно. — Не волнуйся. Только собирался уходить. — как можно более холодно бросил Альдейн, спрятав подарок Флоры в карман, развернулся и как ни в чём не бывало зашагал на выход из города, чтобы никого не провоцировать на конфликт и самому не искать неприятностей. — Паймон, угомонись. — Итэр не стал стоять столбом и прошёл мимо цветочного магазинчика следом за Альдейном. — Что значит «угомонись»?! Он же из… — Ты слишком громко вопишь на человека, который никого не трогает. — …Мало ли что он задумал! — после паузы ответила Паймон. — Но сейчас-то что он тебе сделал? — Потом может сделать. — Можно подумать, я во сне вижу, как кому-нибудь от всей души напакостить с утра пораньше. — не выдержал Альдейн и развернулся лицом к Паймон: он всё слышал, до последнего слова. — Больше же мне делать нечего. — Тогда зачем ты пришёл в город? — …Просто погулять. — Погулять?.. — недоверчиво переспросила Паймон. Компания уже вышла за пределы города. — А зачем же ещё? — Предлагаю перемирие. — выставил руки вперёд Итэр, на что Альдейн сразу же кивнул: лишних ссор совсем не хотелось. И пока Паймон не успела опять начать возмущаться, Итэр взял диалог в свои руки. — Ты, кстати, как себя чувствуешь-то? Сражение выдалось тяжёлым. На мне-то не было и царапины, а тебя нехило помяли. Альдейн хлопнул глазами, думая, что тут явно какой-то подвох. В глазах Итэра не было никакой издёвки, лишь заинтересованность и тепло, а голос не содержал ни одной ноты негативного подтекста. Проще говоря, вопрос был задан от сердца, и оттого смутил. Итэр заметил замешательство собеседника, но виду не подал. — У меня всё хорошо. Раны на мне заживают, как на собаке. — Отлично. — приулыбнулся Итэр и сложил руки на талии. — А мы собирались выбраться на поручение. После погрома, который учинил Ужас бури, рыцари заняты нейтрализацией последствий и оттого у них ощущается особенная нехватка рук. Хиличурлы тем временем начинают бедокурить на дорогах и понаставили кучу баррикад. — И теперь это безобразие надо устранить. — Именно. К слову, ты куда собираешься? Альдейн уже и не знал, что и ответить на такой вопрос. — Я с вами пойду. Разумеется, если вы не против. У меня ещё есть свободное время. — наконец-то отозвался он и неловко провёл рукой по затылку. Его нисколько не интересовала ни суть поручения, ни награда, но и точно сказать, почему он так спонтанно решил пойти с Итэром и Паймон, было сложно. Казалось, причин сто и одна штука. Но сам факт, что Альдейн согласился и уже поздно поворачивать назад. — С нами? Да без проблем. — легко пожал плечами Итэр, на что Паймон, разумеется, возмутилась. — По последним данным, хиличурлы обосновались на юге и востоке от Мондштадта. Альдейн кивнул, и Паймон, показав жест я-за-тобой-слежу-падла, исчезла. Итэр с улыбкой покачал головой, и компания поспешила на места происшествия. По прибытии всё оказалось так же, как и описывал рыцарь Ордо Фавониус: дорога была перекрыта баррикадами из кольев, кругом понаставлены какие-то сооружения и костры, а их хозяева сидели подле, постоянно озираясь. Итэр с Альдейном притаились за деревом и кустами, пытаясь незаметно сосчитать всех врагов и зафиксировать их местоположение. В итоге, по подсчётам, оказалось шестеро хиличурлов, один митачурл и гидро шамачурл. Разнести эту не самую организованную кучу не составляло труда. Альдейн переглянулся с Итэром. Последний одобряюще кивнул, предоставляя право атаковать первым. Альдейн расправил крылья и сделал два пробных взмаха, после чего одним мощным вызвал сильный порыв ветра, направленный снизу вверх. Он подхватил пламя костров, распространив его по всей площади баррикад и зацепив почти всех врагов, которые подскочили, как ошпаренные, и начали беспорядочно бегать в поисках нарушителя, одновременно пытаясь потушить огонь на своих гривах. Впринципе, они его быстро заметили: Альдейн не пытался прятаться. Под треск пламени он ворвался в бой. Гидро шамачурл не успел призвать дождя. Итэр выскочил с другого боку и рассёк лезвием рапиры шею мага, и хиличурлы, озлобленные, направили свои арбалеты на убийцу их товарища. Звёздный путешественник уверенно скользил меж врагов и уворачивался от выпадов и арбалетных болтов, одновременно делая молниеносные взмахи Стальным жалом, в его руках не знающим промаха. Итэр умелый и смертоносный танцор, что подобен золотому вихрю среди кровавых искр. Красота, внешняя невинность и опасность объединились в невероятный союз. И с завершением исполнения номера упал замертво последний враг. — Вот и всё. Первый зачищен. Остался ещё один. — удовлетворённо кивнул Итэр и стряхнул кровь с рапиры (та легко стекла с лезвия из-за специального гидрофобного покрытия — иначе забодаешься чистить каждый раз вручную). Баррикады догорали эффектым кострищем. Альдейн призвал духа, и тот помог окончательно разрубить препятствия в щепки и деликатно смести в кучку на край дороги. После окончания работы, компания направилась ко второму месту происшествия, которое по ситуации оригинальностью не отличилось, но и врагов там было поменьше. На этот раз, пока дух разгребал обломки и мусор от баррикад, Альдейн отошёл чуть в сторону, привлечённый посторонним движением. Итэр обернулся, чтобы посмотреть, чем так заинтересовался член ордена Бездны. Альдейн стоял у одного из невысоких кедров и пристально смотрел на ствол дерева. Вдруг он медленно коснулся пальцем коры и развернулся боком. — Что ты там нашёл? — Смотри. — Альдейн показал свою находку. На ладони сидела пушистая чёрно-жёлтая гусеничка в полоску. Она сначала скукожилась, а потом вытянулась во весь рост и поползла по пальцам. Казалось, гусеница была не особо довольна тем, что её так бестактно потревожили, (если она вообще поняла, что произошло), а вот Альдейн довольно улыбался, прям как солнышко. Конечно, он быстро спохватился и по привычке спрятался под шарф. — Кажется, это гусеница редкой бабочки Арксис. Итэр с лёгкой улыбкой покачал головой. Альдейн вроде как вполне взрослый и грозный в бою парень, но на мгновение в нём можно было увидеть довольно любопытное дитя, которое лучилось теплом и мягкостью. — Хмм. Я не очень хорошо разбираюсь в этом, так что точно сказать не могу. — признался он и снова улыбнулся. — Но гусеничка очень красивая. Альдейн ещё немного подержал гусеницу на руках и посадил обратно на дерево, туда же, откуда он её взял, после чего покосился на виднеющийся вдалеке мыс Веры. В голове напомнили о себе мысли о выборе. На душе немного потяжелело, но Альдейн нахмурился. Пора взять себя в руки и наконец-то решить… — Что-то не так? — насторожился Итэр, заметив перемену в настроении собеседника, причём довольно резкую. Воцарилась напряжённая тишина. Внезапно Альдейн глухо произнёс: — Я не хочу оставаться в ордене. Вот так. С гусеничек на вопрос жизни и судьбы. Итэр сначала промолчал, хлопнув глазами. — Так понимаю, в орден ты попал случайно? — Да. Я сновал возле руин старого Мондштадта, когда попал в Тейват. И, должен сказать, с бешенства и непонимания устроил парочку небольших погромов. Благо, что за пределы старого Мондштадта они не вышли. — И орден Бездны под шумок решил тебя к себе загробастать. — понимающе добавил путешественник. — Я не поддерживаю их стремлений. Но в то же время не мог себя заставить уйти. — Ты ведь помнишь о своей мечте? — Итэр положил руку на плечо Альдейна. — Надо прожить так, чтобы в конце пути не жалеть о содеянном. Думай усердно, действуй быстро. Но если что случится… Можешь попросить у меня помощи. Я сделаю всё, что в моих силах. Альдейн опустил взгляд и прикрыл глаза, не зная, что и ответить. Он непроизвольно прижал крылья к телу, смутившись. Итэр мягко тряхнул его за плечо, обратив на себя внимание. — Правда. — Спасибо. — Альдейн очень хотел приобнять Итэра: с ним было очень приятно находиться рядом, как и ощущать тёплые прикосновения. Но всё-таки не решился. Оттого лишь кивнул и на прощание махнул рукой, неловко улыбнувшись. — Надеюсь, мы ещё встретимся. — И не как враги. — согласно произнёс Итэр. Он проводил взглядом крылатый силуэт, который исчез в звёздном разломе, ведущему в Бездну. И завершающим актом был удивлённый возглас взявшейся из ниоткуда Паймон. — Вот это делаааа!