Стена

Я открыл глаза. В комнате все ещё было темно, скорее всего, я снова встал ни свет, ни заря. Я смотрю на электронные часы, стоящие на тумбочке, рядом с моей кроватью. Шесть утра. Ну, да, как же иначе. Я слез с кровати и уселся на пол. Взял одну книгу из стопки книг, стоявшей на полу рядом с кроватью. Я повертел книгу в руках и положил на место. Я уже давно прочел все эти книги, и не раз. Он очень редко приносит мне новые книги. Просто он не знает, что я читаю. Он думает, я только рисую, так что цветные карандаши он мне чаще приносит. И бумагу. Я думаю, как мне скоротать время до 7 утра. В 7 он принесет завтрак, и, возможно, бумагу. У меня бумага уже давно кончилась, и я рисовал на обоях. Нельзя сказать, что от этого они стали уродливее, но и красивее они не стали. Я закрываю глаза и снова погружаюсь в сон. Прямо так, сидя на полу. Меня будит звук открывающейся форточки. Форточка находилась над моей кроватью, но выходила не на улицу, а в коридор. В моей комнате не было окон, потому что он боялся, что я могу сбежать. Когда мы только покупали этот дом, меня отсутствие окон почему-то не насторожило. Он всегда был странным, так что я принял это за ещё один его заскок и принял ситуацию такой, какой она была. Мою комнату освещала тусклая лампа под потолком. Очень часто, когда лампочка перегорала мне приходилось несколько дней сидеть в темноте, пока он не замечал, что у меня не горит свет и давал мне новую лампочку. Мне было не так-то просто менять лампочки! Для этого приходилось вставать на старый, скрипучий стул, так и норовивший развалиться прямо подо мной. Но выбора у меня не было, ведь сидеть в темноте — не вариант. Как я уже говорил, я проснулся от звука открывшейся форточки. Я встал на кровати и забрал с полки, приделанной прямо под форточкой (как подоконник, только пошире) тарелку с едой и блокнот. Не имею ни малейшего понятия, как он узнал, что у меня кончилась бумага, но спасибо ему. Теперь я снова могу рисовать. Я пообедал и поставил пустую тарелку на подоконник. Я слез с кровати и принялся за рисование. Я знал, он скоро заберет тарелку и отнесет её на кухню, чтобы вымыть и убрать на место. Интересно, как выглядит кухня? Я не был там уже очень давно, и почти не помню эту комнату, как, в прочем, и остальные. Я вообще плохо представлял себе, как выглядит этот дом. Я знал что окна есть только в его комнате, но там я не был уже несколько лет. В доме есть кухня, три туалета (в один можно войти через мою комнату, в другой через соседнюю, а третий в коридоре, в него ходит он). У меня за стеной была ещё одна такая же комната, без окон и с металлической дверью. Он поставил металлические двери, когда мы только въехали в этот дом. Это меня не насторожило так же, как и отсутствие окон. Было намного легче спихнуть все на его странность, чем признавать что он способен на что-то подобное. Подобное тому, что он совершил. Я прислонился лбом к холодной стене. Она была такой тонкой, что я мог бы легко её проломить, но зачем? Ну выберусь я в соседнюю комнату, а дальше что? Окон там нет, а пробираться к двери проламывая дыры в стенах комнат бессмысленно. Он заметит меня раньше, чем я успею пробить вторую дыру. Нет смысла думать о том, как отсюда выбраться, потому что это невозможно. Я не пытался, я просто знаю. Он бы не позволил, ведь он поклялся во что бы то ни стало уберечь меня от опасности окружающего мира. На самом деле, такая жизнь не напрягала меня. Раньше я жил как все, ходил в школу, гулял по улице и ходил свободно по дому. Просто однажды утром я услышал, как щелкнул ключ в замочной скважине. Он закрыл меня здесь. Я не барабанил руками по двери, не плакал, не молил его выпустить меня. Я знал, что это на него не подействует. Со смертью мамы он совсем с катушек слетел, он запер меня тут, но я его понимаю. Отчасти. Он просто боится за меня. О, он открыл форточку. Что на этот раз? Ух ты, он дал мне книгу. Круто. Будет чем занять себя несколько часов. Он редко делает мне такие подарки. У меня есть телевизор и DVD плеер. К телевизору кабельное не подключено, но я могу смотреть фильмы на DVD. У меня есть полка с книгами и письменный стол. Он позаботился о том, чтобы мне было комфортно, он сделал так, чтобы я не захотел уйти. И, да, он - мой отец.