Идеальная жертва

-Что, уже 1358?

-Нет…

-Ну так и пиздуйте отсюда!

Ведьмак 3

— Да, Ваше Сиятельство, — прощебетал Чимин, смотря в зеркало. А потом откашлялся. Нет, не годится. Выглядело так, будто он выслуживается из страха, а это не про него. Вообще, не было никого, кто мог бы вызвать страх у омеги. Он боялся лишь упасть в грязь лицом. Опозориться перед всеми. Чима и так предполагал, что ему придется краснеть, но только не за себя. Он снова повторил эту фразу и на этот раз цокнул — ну, кто красит глаз и разговаривает? Стрелка, однако, получилась ровной. А как ещё сказать?! Ваше сиятельство… Звучит настолько лизоблюдно. Настолько, будто ты это блюдо и вылизал. Хоть Ким Сокджин персона охренеть какая влиятельная, до такого Чимин не опустится. — Да, Господин Ким, — серьезно посмотрел Чимин в зеркало. Блять, там же будут два господина Кима! А как они поймут, к кому он обращается?! Омега встал, чтобы собираться дальше. Его комната была самой живой в доме. Кругом цветы, зелеными лианами свисающие по стенам, большие веера пальм, загораживающие углы стен, и совсем малюсенькие ротики мухоловок, которые на пять с плюсом делали свою работу. В этих миниатюрных джунглях на подоконнике, в специальном пространстве, расчищенном от цветов, свернулся клубочком кот. Сверкнув на хозяина желтым глазом, он вновь закрыл его и засопел, потеряв интерес. Помимо комнаты Чимина, им с котом неплохо жилось на кухне и в лаборатории, остальной же дом принадлежал ему… Вообще, с самого начала это было поместье Чонгука, но он так и не смог жить здесь в одиночестве. Альфа сразу же пригласил Чимина к себе. Мол, может я и мертв, но предпочитаю, чтобы дом был жив. Сколько омега не боролся за «жизнь» этого самого дома, на стороне альфы это давалось трудно. Цветы не хотели расти, даже если Чимин на них кричал, хотя делал он это крайне редко, находясь в дружбе с флорой. Любая беда, которая могла случиться с жилым помещением (насколько вообще можно назвать ту часть дома, где жил человек, у которого не билось сердце) происходила именно в крыле Чонгука. Весь этот год Чима боролся с плесенью (хоть что-то живое проникло в часть дома Чонгука), которая атаковала восточное крыло. К концу этой «войны» умерло два человека из клининговой компании, три сэсовца, но больше всего было жалко гроб. Чонгук хранил его как самую большую ценность в доме, но по закону всемирного свинства, которое никогда не давало осечек, его пришлось сжечь, потому что спать в нем стало невозможно. После этой огромной потери, альфа горевал два дня на полную катушку, и Чимину потребовалось около недели, чтобы замести все следы. А ведь ему ещё пришлось отчитываться перед шерифом, который с каждым таким визитом становился всё мрачнее и мрачнее. Стоило омеге переступить порог полицейского участка, как до этого относительно свежее лицо альфы приобретало серый оттенок, от чего становился похож на… Чонгука. Чимину это совсем не нравилось. В конце концов, Чону сделали новый гроб, точную копию старого, и он, поблагодарив омегу, поклонился и ушел в горе на неопределенный срок. Вот они — прелести жизни главной ведьмы города. Хотя Чимин все-таки выглядел как ведьмочка благодаря своей внешности. Как бы его стиль не был мрачен. Да, Чима обожал в свой образ добавлять что-нибудь кожаное, будь то штаны или просто ремешок на шее. Сейчас его образу как раз не хватало кожаного бомбера. Все-таки наряд должен соответствовать месту, куда собрался омега. Вся расшитая бисером, она все равно мрачнела, стоило омеге накинуть ее. Последний штрих — прозрачный блеск на губах, и можно отправляться. Чима сменил розовые тапочки на сапожки и постучал каблуками по деревянным полам дома. По мере приближения к части дома, где обитал вампир, зелень, украшавшая стены, редела, сменяясь старинными, и так подверженными ненавистной плесени, портретами всех дальних и близких родственников, которые когда-то были у Чонгука. Лампы на стенах стали встречаться реже, постепенно погружая коридор в темноту. В общем, дом переходил в свое первозданное состояние (с учётом косметической коррекции под четким руководством Чимина). Хотя одна комната здесь всё-таки «пострадала». Как бы это не показалось странным, но у Чонгука была и обычная спальня с кроватью и ванной комнатой. Выдержанная в современном стиле, она была оснащена всей техникой, необходимой для комфортного проживания. Но это ворчливое создание обитало в тех покоях, только когда их грел кто-то живой, а значит сейчас вампир в комнате с гробом. Это было маленькое помещение, по большей части состоящее из воска. Десятки свечей медленно плавились аж с 1912 года и каплями стекали вниз, пачкая стены и пол. Зайдя в комнату, Чима щелчком зажёг все, что еще имело фитиль. Комната побагровела, а кислород быстро пропал. Вампирам не нужен стук сердца, ровно так же, как кислород. Многие из-за этого и не дышали, что выглядело странно, особенно для новичков. Но некоторые продолжали дышать и заставляли сердце биться, чтобы для самих себя казаться живыми. Чонгук дошёл до того, что имитировал даже аккомодацию зрачка, хотя с его тёмными глазами получалось плохо, просто потому что не особо заметно. Как и сейчас, стоило омеге открыть крышку гроба (Чонгук никогда не клал его горизонтально. Ящик всегда стоял), как альфа открыл глаза. — Чего тебе нужно? — как обычно бывало после пробуждения, с мистической хрипотцой спросил альфа. — Ничего сверхъестественного, так что голос и лицо попроще, — Чимин выставил руки перед собой, скрещивая их на груди. Навряд ли поможет, если Чонгук нападет, но, с другой стороны, альфа сразу понял, что ругают его за дело. — Уже приехали? — он сделал шаг вперёд, заставив омегу рефлекторно отступить. — Нет, но… — омега не успел договорить, потому что его перебили. — Тогда какого черта ты меня разбудил?! — закричал Чонгук, уже во всю используя свой запугивающий демоничесикий голос. — Потому что ты мне должен за постоянное прикрытие твоей задницы! — прокричал Чима в ответ. По большей части пропищал, тем более на фоне Чонгука. Но омега вложил в свои слова намного больше злобы, и это подействовало. Альфа закрыл свой клыкастый рот (у вампиров всегда так. Никакой эрекции по пробуждению, а вот клыки выходили всегда) и посмотрел на Чимина с ухмылкой в глазах. Ему как будто нравилось, когда омега ставил его на место. Толкнув языком в щеку, он встал в ту же позу, что и Чимин. — Ну и какого хрена тебе нужно? — Пошли в клуб, — выдохнул Чимин и развернулся на каблуках. С альфой или без него, он пойдет туда, но делать это в трезвом виде скучно. Так что для начала он закинется текилой на кухне, а в клубе уже кто-нибудь угостит. Омега плохим самочувствием после приема алкоголя не страдал. И градус понижал и смешивал то, что смешивать в голову даже самым отбитым не придет, а на утро красив и чист, как слеза младенца, ну точно ведьма! Совсем бесшумно Чонгук вылез из своего любимого ложе и побрел за омегой. И как бы он не старался скрыть свое присутствие, Чимин почувствовал его и, усмехнувшись про себя, улыбнулся.