Царство снов

Засыпать по ночам было для него столь же сложно, как для обычного человека полететь в космос. Закрывая глаза, он не чувствовал облегчения, не чувствовал покоя. На их место приходила извечная тревога и чувство вины. Он чувствовал себя ребёнком, который панически боится темноты и просит маму остаться рядом и почитать сказку. Только вот читать эту самую сказку совершенно некому. Нет ни мамы, ни папы, вообще никого нет. Он у себя остался один, и, честно, это уже даже не вызывает у него той боли, что была раньше. Он просто привык. Привык к вечному чувству незавершённости, собственной ненужности и одиночества. И пусть по настоящему один он не был, но ощущение, что на всём белом свете не осталось не одного человека, который мог бы его понять, давило на сознание всё больше и больше. Он раздражённо откидывает одеяло, поднимается с постели и идёт за кофе. Он не думает, что это хорошая идея, но это хотя бы не бутылка джина, что уже не может не радовать. Алкоголь делает только хуже, ведь напившись до бессознания , не так сложно словить «белочку», не самую приятную, и уж точно нежданную. Когда то эта гостья чуть не загнала его в петлю. Больше он таких ошибок не совершает. Он хочет спать. Глаза закрываются, но стоит только векам перекрыть доступ к свету, как он в ужасе открывает их. Засыпать ему буквально страшно. Кошмары стали настолько частыми гостями, что он уже даже не надеется на сон без них. Насколько частыми, настолько и ужасающими они были. Мёртвые, изуродованные лица, лужи крови и горы сломанного оружия. Он сидит в грязи, ему противно и мокро, а взгляд так и прилип к руке, оторванной от тела. Рука в пальцах сжимала часть когда то целого щита. Он чувствует, как к горлу подкатывает тошнота и трясёт головой, стараясь отогнать наваждение. Этот сон снится ему чаще всех, но он и рядом не стоит с теми, что сняться реже. Он не хочет их вспоминать. Но они сами всплывают в голове, проигрываются чёрно-белыми картинками, и только кровь в них ярко алого цвета. Он всё таки наливает виски прямо в кофе, укладывает голову на спинку дивана и старается не закрывать глаза. Кофе обжигает горло, но ему, честно, плевать, виски приятно горчит на языке, идеально сочитаясь с горечью у него на душе. Он слышит тихие шаги за своей спиной, затаивает дыхание и жмурит глаза. Он прекрасно знает, кто это, как и знает зачем этот человек сюда пришёл. - Вы опять не спите. - со вздохом говорит Питер Паркер, стягивая паучью маску со своего лица. Он подходит к нему, садится рядом и вытаскивает из его руки горячую чашку. Тони молчит. Ему нечего сказать на это. Что вообще можно сказать, когда ты не можешь закрыть глаза, не чувствуя безграничного отчаянья. Да и не надо ему говорить, Паркер и сам всё знает. Мальчик аккуратно проводит ладонью по его волосам, оставляет слабый поцелуй на ухе и тянет голову Тони себе на колени. Старк шумно вздыхает, сжимает ладонь на колене Паркера и прикрывает глаза на свой страх и риск. Тихо. В его голове тихо. Это ощущается как дар божий, даже учитывая то, что в бога Тони не верит, однако прямо сейчас он готов молиться кому угодно, только бы эта тишина длилась как можно дольше. Мягкая рука в волосах успокаивает и он позволяет себе беспомощно скрутиться в клубочек, прижимаясь к Питеру. Он не первый , кто узнал о его проблеме, но он единственный, кто нашёл способ помочь. Парень, по мере возможности, приходил к нему почти каждый день, укладывал рядом с собой и молчал. Только в такие моменты он отгонял свой вечный лепет, сосредотачиваясь на чужом дыхании и считал минуты до того, как Тони провалится в сон. Старк был благодарен ему, ведь только благодаря этому он мог хоть немного поспать. Особенно он был рад, когда Питер не уходил. Потому что заснуть это лишь часть дела, а вот отойти от кошмара в одиночку уже совсем другое. - Ты останешься сегодня? - тихо спрашивает Тони, будто боясь проявить ещё большую слабость. - Останусь. - коротко шепчет Питер и может с точностью почувствовать, как тело Старка расслабились. Может, сегодня ему и приснится кошмар, но теперь он точно будет знать, что рядом есть тот, кто поможет ему зализать свои раны.