Чёрный Георгин

В доме Ханагаки стояла гробовая тишина. Харучиё и Ясухиро стояли перед связанным юношей. Они смотрели на него грозными лицами, а у длинноволосого вздулась вена на лбу, а на устах было подобие оскала. А у гиганта уже чесались руки. Перед ними сидел парень с золотыми глазами и милированными волосами. Под его левым глазом была родинка, а на его лице красовался страх. - Мучо, Хару. Не пугайте его. Спокойным тоном произнёс Такемичи, попивая чёрный чай. Горячий напиток обжигал горло, а на языке был яркий терпкий вкус. Переместив свой взор на юношу, парень подпёр своей ладонью подбородок и уставился прямо на Ханемию. - Ханемия. Скажи мне, зачем ты следил за нами и пробрался в мой дом. Всё с таким же спокойным тоном произнёс Ханагаки. Он хорошо помнил Казутору. Такемичи хоть и было глубоко плевать на всех своих старых друзей, но помочь им он обязан. Ради хорошего будущего для всех. Он готов проглотить своё отвращение к ним, лишь бы они были счастливы. Его синие глаза смотрели прямо в золотые глаза Казуторы. Такемичи было жаль этого паренька, но дать ему по тыкве очень хочется. Поэтому Ханагаки решил завоевать его доверие и начать им манипулировать, чтобы тот не зарезал Баджи. И возможно он станет весьма полезной фигурой в шахматной доске Такемичи. Ханагаки знает о плане Кисаки. Что тут говорить, он сам говорил про то, что собирается в дальнейшем сделать с Тосвой. Но по просьбе самого Такемичи, Тетта дал обещание, что не причинит вреда его друзьям. Кисаки ненавидит всех, кроме Такемичи. Всё же он его первый и единственный друг. Так что любой его каприз будет исполнен. Такемичи встал со своего насиженного места, так и не допив свой напиток. Подходя ближе к Казуторе, он прокручивал каждое своё слово. Ханемия напрягся. Он не знает что будет делать с ним Ханагаки. Так что он зажмурил глаза и готовился к своей участи. Но вдруг он почувствовал мякгую ладонь на своей голове. Она невесомо поглаживала его по жестким осветленным волосам. Казутора, сам того не понимая, стал ластиться к руке Ханагаки и чуть ли не мурчать от его прикосновений. «Он заглотил наживку~» - подумал про себя Ханагаки, продолжая гладить тигрёнка по голове. Такемичи опустил свою руку на щеку Ханемии. Мягкие подушечки пальцев проводили по родинке и по пушистым ресницам. Гипнотические движения завораживали испуганного тигрёнка. Дыхание Казуторы стало ровным. Теперь он просто принимал ласку от Такемичи. Он даже не понимал, в какую ловушку дьявола он попал. - Так, ты ответишь на мой вопрос? Продолжая гладить щеку Казуторы, спросил Такемичи. Фантомная ласка и забота даст Такемичи доверие Ханемии. Однажды этот парень, со сложной судьбой и тяжёлым грузом вины, хорошо пригодится в будущем. - Я.. Я.. Я хотел попросить о помощи.. Неуверенно проговорил Казуторы. Он говорил тихо, но так, чтобы его слышал только Ханагаки. Казутора придумал простой план. Он хотел, чтобы эти люди вступили в Вальхаллу. С ними они смогут уничтожить Тосву. Казутора чувствовал стыд за то, что просит о помощи, но другого выбора нет. Слепой гнев затуманивал разум, он хотел просто уничтожить Тосву. Даже не зная почему. Для него они все как открытая детская книга со сказками. - Ясно. Мы поможем тебе. Проговорил Такемичи. На его устах расплылась ухмылка. Он схватил подбородок Ханемии и заставил его посмотреть ему в глаза. Глаза Казуторы расширились, они показывали непонимание и страх. - Но я попрошу об одном условии. С хитрой улыбкой и слащаво сладким голосом проговорил блондин. В его синих глазах сверкнули алые огоньки. - Ты должен отказаться от Баджи Кейске. Холодно. Снова этот холодный тон. Он сковывал всё тело: оно становилось свинцовым, и пальцем нельзя было пошевелить. В горле застрял ком. На его лице красовалась пустая улыбка, не выражающая ничего. - Конечно, ты не обязан полностью от него отказываться.. Но. Ты не должен принимать Баджи в Вальхаллу. Со слов Ханагаки, обладатель золотых глаз обамлел. Тора не мог отвести свои глаза от Такемичи. В этих пустых глазах он увидел смерть. Нет. Не ту смерть, что изображается как старуха с косой. Казутора будто бы увидел само проявление смерти, лиц было не разобрать, но каждый из них был тяжело ранен, в этих же самых ранах капошились опарыши. Кожа во многих местах разложилась и отслаивалась. Волдыри и ссадины были полны гноя. Все они кричали одно: "СПАСИ НАС!! ПОМОГИ НАМ!! ". Милированному казалось, что если он продолжит смотреть в эти глаза, то станет одним из этих кричащих душ. Тело парня начало дрожать, он не понимал откуда этот страх. Почему он видит искалеченных людей, что издалека похожи на его бывших друзей. А посередине этого ада, стоял знакомый профиль с чёрными волосами.. Из его живота вываливались кишки, ржавый нож, что торчал из-за спины, из рта водопадом хлестала кровь. Форма Вальхаллы была вся в засохшей крови. Была ли это иллюзия? Или же недалёкое будущее? Из золотых глаз начали течь слёзы. Казутора не мог понять, что с ним происходит. Он мотал головой из стороны в сторону, чтобы отбросить этот образ, что маячил перед его глазами. Звон колокольчика только раздражал самого Ханемию. Но перестать мотать головой он не мог. Перед глазами всё ещё был этот отвратительный образ, от него хотелось блевать. Ком в горле застрял, не давая дышать. По всему телу прошёлся холод, хотелось скрыться от всего мира, лишь бы не видеть этого. Хотелось размазать свою черепную коробку, чтобы забыть это. Вдруг. Плечи золотоглазого обвили чужие руки. Они мягко прижали его тушку к груди. Снова эта мягкая рука начала гладить его по волосам, приговаривая что-то. Из глаз всё ещё текли слезы. И снова он как брошеный котёнок стал прижиматься всё сильнее и сильнее к груди Ханагаки. Ища тепло и защиту. Клетка захлопнулась. Теперь этот тигрёнок под крылом и властью дьявола.