30 апреля

— Ты видишь опечатки? — Нет. — И я не вижу, а они есть. ПБ всегда открыта))

***

Дилюк наконец-то получил свой Глаз Бога, что может обозначать то, что его наконец допустят к тренировкам, что радовало, а то Дилюк уже устал строить искренне заинтересованное лицо и играть удивление, каждый раз, когда учителя с таким торжественным видом говорят ему то, что он уже знает. Кейя тоже ходил на занятия, только лицо удивленное не строил и почти не задавал вопросов. Ах да, Кейя. Еще одна причина почему Дилюк хотел поскорее закончить с теоретическими знаниями. Выбраться на волю было проще, ведь Дилюк и впрям знал практически все, а «внезапный прорыв» в игре на скрипке, на которой Дилюку было очень сложно научится играть, в силу проблемм с терпением. «Повзрослел!» — Твердили старшие в один голос. Как же… Композиция, что Дилюк исполнил, была едва ли не единственной, что Рагнвиндру удалось в его прошлой жизни выучить. Так окрыленный свободой Дилюк наконец смог проводить время подальше от Кейи, тренируясь с клеймором. Нужно готовиться. Начиная с сегодняшнего дня.

***

— Дилюк, не хочешь пойти на пикник? Аделинда приготовила много твоих любимых блюд. — Отец заговорщески покачал корзиной, от которой и впрямь очень аппетитно пахло, пойти с отцом обозначало провести время в компании Кейи, чего очень не хотелось. Прошло три года с тех пор, как младший Рангнвиндр стал владельцем Глаза Бога. Дилюк стал спокойнее относится к Альбериху, но от того проводить больше времени с ним не стал. Наоборот избегал, как чумы. И сколько бы раз Крепус ни разговаривал с сыном, сколько раз бы не божился, что любит Дилюка не меньше, чем раньше (при чем тут вообще это), младший Рагнвиндр стоял на своем и избегал любых встреч. — Прости, не могу. — Извинения и впярмь были искренними, но если Дилюк хотел все исправить и спасти отца, тренироваться надо уже сейчас. — Надо тренироваться. Крепус тяжело вздохнул. — Я знаю, как сильно ты хочешь стать рыцарем, но это не значит, что нужно все время посвятить тренировкам. — Старший Рагнвиндр крепко сжал плечо Дилюка. — Иногда надо проводить время с семьей. Ты отличный фехтовальщик и ничего не случится если ты отдохнешь денек-другой, а рыцари и прочее… — Стой-стой! Погоди! С чего ты взял, что я хочу стать рыцарем? — Быстро остановив речь отца Дилюк с недоумением уставился на последнего. Повисла долгая пауза. Мастер винокурни раскрывал и закрывал рот, не зная, что ответить на этот вопрос. Все красноречие улетучилось. Но Дилюк вспомнил свою детскую мечту стать рыцарем и, как он всем уши тогда прожужжал об этом. Поэтому поспешил все объяснить. — Я…больше не хочу быть рыцарем. — Сообщил младший Рагнвиндр с тяжелым вздохом, будет не сложно объяснить. — Но почему? — Отец вопросительно развел руки и с глубоким недоумением уставился на сына. — Это, ну. — Надо было придумать все заранее, из-за тренировок совсем забылось, что отец все еще думает, что Дилюк упорно тренируется для вступления в Ордо Фаврниус. — Я хочу стать искателем приключений. Снова повисла неловкая пауза. После долгого молчания старший Рагнвиндр все же нарушил тишину. — Дилюк, сын. — Глубокий вдох, — Ты уверен в своем решении? — Да, отец. — Нет, ты не подумай, что я осуждаю твой выбор, но Искатель приключений — это неблагодарная работа, к тому же грязная. — Неудивительно, что Крепусу не нравится эта идея, все же редко искатели приключений заканчивают хорошо и чаще всего работа и впрямь неблагодарная: оплата нередко не соответствует потраченным на нее усилий. — Да и с чего вдруг ты так спонтанно изменил свое решение, как давно? Почему ты не сказал мне? — Пап, все хорошо, я хорошо подумал об этом и…я решил стать Искателем приключений…прям как Стенли. — Ложь лилась на удивление легко, было неприятно врать отцу, но все же, легко. — Я хочу оставить, что-то за собой, чтобы обо мне писали книги и пели барды. А еще Искатели приключений работают только на себя. Им не нужно переводить бумагу ради того, что можно сказать словами. Я долго думал об этом и решил…что такое мне больше по душе. Из уст отца вырвался немного нервный смешок. — Никогда не замечал за тобой такого стремления к популярности. — Прозвучало как-то отстраненно, словно старший Рагнвиндр не мог уложить подобное у себя в голове, но отец не был бы отцом, если бы не поддержал сына. — Но вот часть, про бумажную работу и впрямь верна, у тебя же шило в одном месте, чтобы ты на месте и несколько часов. — Сказав это Крепус добродушно рассмеялся. — Эй! — Дилюк со смехом возмутился. — Ну так, что? Может все-таки на пикничок? Слышал, у Искателей приключений есть такое правило: не путешествуй на пустой желудок! — Последнюю фразу мастер винокуорни сказал карикатурно-поучительным тоном. — В путешествии ведь! А я — тренироваться иду! — А может… Сын! Слушай, давай ты тренируйся, а мы с Кейей рядышком посидим, как устанешь — айда к нам. — Упоминание Кейи испортило весь задорный настрой Дилюка, дело ведь не столько в самом пикнике, а в его компании. Находится рядом с Кейей все еще невыносимо. — Да нет. Я еще пыль подниму, потный весь буду, весь аппетит вам отобью. — Так мы же не впритык сядем. — Сказал, как самую очевидную истину Кремус. — Слушай. Чего ты так торопишься, вся жизнь впереди. Сын… — о нет, Дилюк ненавидел, когда отец начинал говорить таким тоном, словно он уже старый дед, который все в соей жизни повидал, а Дилюк — пятилетний малыш. И это всегда начиналось одинаково. Крепус клал руку на плечо, делал короткий вдох, облизывал губы и с многозначитеьным «сын» начинал свой монолог. За столько лет прожитых вместе с ним, уже привык к подобному, главное дать закончить, а потом стой на своем. — Как давно мы вообще проводили время вместе? Как отец и сын. — Сделав глубокий вдох, словно готовясь к этому вопросу Крепус продолжил. — Послушай. Это из-за Кейи? «О нет!» — Мысленно простонал Дилюк. — «Началось.» — Я, знаю, что с тех пор не мог проявлять тебе столько же внимания, как и прежде, но он тоже славный парень, уверен, если вы пообщаетесь хоть немного, вы найдете общий язык. «О да. С кем, с кем, а вот с Кейей я всегда находил общий язык. Пока не понял, что это все была ложь.» — Верить, что все это время Кейя врал не хотелось, но предательские мысли сами наполняли голову. — Он просто очень тихий и недоверчивый. — Крепус выглядел, так словно решался что-то сказать. — Послушай, с ним случилось ужасное и я не мог поступить так с ним, это бы обозначало снова бросить ребенка, которого недавно и так оставили родители. То, что с ним произошло и врагу не пожелаешь. На фразе «случилось ужасное» сердце Дилюка предателски екнуло от испуга, а потом он услышал осталную часть предложения. «Так вот, что он сказал отцу, занятно.» — Снова накатило раздражение, как смеет эта змея врать отцу и манипулировать им. Кулаки предательски сжались. Крепус все продолжал, что-то вещать. — Отец! Словно очнувшись от наваждения мастер винокурни замолчал и с удивлением посмотрел на сына, так редко поднимавшего на отца голос. — Идите на пикник вдвоем, мне правда надо тренироватся. — Сделав сильный нажим на слово «надо» Дилюк сделал то, что еще ни разу не делал, ни в одной из жизни — отвернулся от отца.