Ты – мой покой.

/от лица Алексея/ Слова Ксюши крутились в голове холодной бурней, обжигая чёрное сердце и зачерствевшую душу. Никто не вызывал во мне столь противоречивых чувств за всю жизнь. Глядя на то, как она смеётся, самому хочется улыбаться так, чтобы щёки болели, просыпается желание быть её защитником, радовать эту девочку ещё сильнее. Но от понимания, что улыбка её адресована не мне, хочется убить того олуха, что посмел к ней приблизиться, а саму Ксюшу запереть под замок, скрыть от мужского взора. Причинить ей вред я никогда не желал, но она считает иначе. Думает, я только то и делаю, что обижаю её. Я стараюсь совладать своими чертовыми чувствами! Не хочу доставлять тебе неудобств со своей непрошенной и никому не нужной любовью! И никакая девушка, кроме тебя мне к чертям не сдалась. Даже та привлекательная блондинка, которую я привёл домой назло самому себе, не смогла впечатлить меня. Смотря на неё, я представлял только тебя. Пытался поцеловать её, но по голове будто молотком стучали, постоянно думал, что предаю тебя! Даже будучи в Лондоне, ни с одной девушкой я не зашёл дальше секундного поцелуя. А туда я улетел не только из-за учебы. В первую очередь, как трусливый мальчишка я хотел избежать смотреть на тебя каждый Божий день и понимать, что моё сердце, собственноручно вырванное из груди, лежит где-то у твоих ног. Я бы подарил тебе весь мир, если бы это дало уверенность в том, что мои чувства взаимны. Что однажды я услышу от тебя желанные слова, заключу тебя в крепкие объятия. На большее даже надеяться не смею, потому что знаю, даже при таком раскладе буду более чем просто счастлив. — Приехали. — сухо сказала девушка, выходя из машины. Я, пытаясь остыть, смотрел ей вслед, не спешил идти в дом. Она же, смешно морщась от противного ветра, плотнее закутывалась в шарф и отталкивала от лица каштановые волосы. Постояв на улице минут пять, я всё-таки зашёл в дом. В одну секунду хотелось отрезвиться, а в другую – напиться ещё сильнее, чтобы забыть её сладкий голос, толкующий колючие слова. Время было позднее, сумерки окутали дом, одиночество неприятно сказывалось на мыслях, от чего и нашлась постоянная компания – ви́ски. Первый стакан, второй... На восьмом потерял счёт, в ушах теперь неприятный гул, но перед глазами чётко мелькает полюбившаяся за столько лет улыбка. Мой «траур» нарушил отец, присоединяясь к скромной компании. Мы никогда особо не общались, поэтому я удивился, когда он попытался завести со мной разговор. — И чем ты сегодня её обидел? — очередной мерзкий вопрос, от которого кулаки сжались сами по себе. — Я никогда не обижал её, отец. — прошипел сквозь зубы я. — Но хотел привлечь к себе внимание. Зачем тебе это? — Чтобы скучно не было. — надёжно замаскированная ложь не осталась незамеченной. — А-а-а.. — улыбнулся мужчина, задумчиво глотая алкоголь. — Ты любишь Ксюшу. От этого заявления я даже вздрогнул. Даже если мои чувства заметил отец, то почему она не видит? Может, не хочет видеть? — О какой любви может идти речь? Я для неё моральный урод, каких только сжигать на кострах надо. — в привычной ироничной манере хмыкнул я. — А вот таких резких слов не надо, сын. В сердце Ксюши никогда не было дурного чувства к тебе. Может, вы просто путаете друг друга, не в силах признаться. Но лучше бы ты не временил с этим. Ксюшка у нас девочка хорошая, «нарасхват», как говорится. Поэтому, если ты не поспешишь завладеть её сердцем, это сделает кто-то другой. — Спасибо, пап. — откликнулся я, когда тот уже собирался уходить. В голове от этих слов прояснилось, но поспешных действий я решил не принимать. Надо все обдумать, а то я уже натворил делов своей глупостью. С этими мыслями я направился в комнату, но громкий голос Мироновой за дверью заставил остановиться, прислушаться. — Хорошо, Лид, клуб так клуб. Сегодня был тяжёлый день, мне надо развеяться. — черт, что за девушка, я рядом с ней даже выпить не могу. То она своими словами меня моментально отрезвляет, то внезапными выходками. — Молодец, Ксю, так держать! Подцепим мальчиков, повеселимся. В общем, через два часа мы с Юлей будем ждать тебя там, идёт? — четко доносился до меня голос Лиды, с которой Миронова говорила, видимо, по видеосвязи. — Идёт, до встречи. — после этого разговор утих, но тараканы в моей голове вели столь важные переговоры, что их, скорее всего, могли услышать окружающие. В какой клуб она отправляется на ночь глядя? Так ещё и «мальчиков подцеплять»! Не долго думая, я постучал в её дверь и услышав положительный ответ, вошёл в комнату. Подготовка шла во всю: на полу валялась одежда, сама девушка пыталась распутать длинные серьги. — Чего хотел? — пробормотала она, тихо чертыхаясь. — Мне тут помощь твоя нужна.. надо перевести один текст! — на ходу сочинял я. — Агапов, у тебя всё хорошо? Твои знания английского в разы лучше моих. — расхохоталась брюнетка. — Я не могу перевести некоторые слова. — стоял на своем я. — Потом, ладно? Я спешу. — Куда? — Тебя это не должно интересовать. — отмахнулась она и, прикрываясь дверкой шкафа, стала переодеваться. Я, отчего то смутившись, повернулся лицом к двери. — Раз я спросил, значит интересует. — Раз я избегаю ответа, то не хочу, чтобы ты знал. — силуэт девушки мелькнул рядом, поэтому я решил, что можем оборачиваться. Лучше бы так и остался стоять, идиот! Ксюша нацепила на себя откровенное вечернее платье, выше колена, с разрезом на груди и бедре. Пытаясь взять себя в руки, на меня взошла внезапная ярость. В таком наряде она не может куда-то пойти без меня. — Я иду с тобой. — в сию же секунду был вынесен вердикт. — Не глупи, я хочу отдохнуть вместе с девочками. — усмехнулась кареглазая, нанося на ресницы тушь. — В этом наряде к тебе может прицепиться любой подонок, а рядом не будет Агапова, который вытащит тебя из всех передряг! — вскрикнул я. — А может, я не хочу, чтобы меня от подобного рода передряг защищали? Я свободная девушка, могу встречаться с кем хочу и делать что хочу. Ты мне не указ. — в грудь мне прилетел крепко сжатый девичьй кулак. — Хорошо. Хорошо, иди к кому хочешь и делай что хочешь! Только чтобы потом я не оказался виноват за то, что ты куда-то встряла! — со злости выпалил я. — Вот и прекрасно! — крикнула брюнетка, набрасывая на плечи пальто. — Спасибо за разрешение. — она театрально поклонилась и схватив сумочку, убежала, звонко стуча каблуками. Оказывается, Кирилл был также недоволен поведением своей девушки, а Моцарт почему-то взялся за Лиду. Неужели я чего-то не знаю? Потом выясню. Было принято всеобщее решение отправится следом за нашими фуриями, делая вид, что случайно попали в тот же клуб. Может быть, именно эта ночь принесет ясность в наши с Мироновой отношения.