Изгой

      Вэнь Жохань затянулся сигаретой и, подняв взгляд на собеседников, усмехнулся. Сзади стоял бессменный Вэнь Чжулю, охраняя его, как и всегда. Он не мог назвать Лань Цижэня или Цзинь Гуаншаня своими союзниками или приятелями. Скорее, те являлись его клиентами, причём самого высокого уровня.              — Чем я могу помочь столь уважаемым господам? Вам снова потребовалась моя помощь? — мафиози, улыбнувшись, затушил остатки сигареты в пепельнице и, откинувшись назад, кинул быстрый взгляд на подчинённого.              «Я сто раз пожалел, что отправил на это дело Чжулю. Целых десять лет… я обещал, что вытащу его за пару лет, но сократить срок так и не вышло. Блядство! До сих пор злость берет…»              Вэнь Жохань не знал, что такое чувство вины, но когда рядом находился Чжулю, он был сам не свой. Жохань подобрал Чжулю когда тот был ещё подростком-беспризорником и, решив пригреть под боком, получил самого верного подчинённого, готового отдать даже свою жизнь.              «Не хочу ввязываться во что-то, но если они снова предложат большие деньги, придётся согласиться. К тому же сейчас у меня предостаточно пушечного мяса. Чжулю больше никогда не будет участвовать в чём-то подобном. Я не позволю!»              Жохань нервно потёр лоб, не понимая, почему эти двое молчат, переглядываясь. Наконец, первым заговорил Лань Цижэнь:              — Мои племянники прознали об аварии, которая случилась четырнадцать лет назад. Они запросили все материалы дела из тюрьмы, в которой отбывал срок ваш человек. Более того, во всём этом заинтересован генеральный прокурор…              «Что за чёрт? Надо срочно отправить Чжулю за границу… Может, отправить его к Вэнь Чао? Этот придурок в последнее время совсем распустился…»              — И что вы мне предлагаете? — спокойно спросил Жохань, беря в руки стакан с виски, в котором плавали кубики льда.              — Мы бы хотели услышать ваши предложения, господин Вэнь Жохань. В любом случае, мы все повязаны в этом деле и будет очень неприятно, если каким-то образом вскроется правда и найдутся доказательства, — в разговор, наконец, вступил судья. Человек с большой властью и связями, тот, кому было опасно противостоять.              — Мои предложения? Ну, конечно же, идеальное решение — убить обоих племянников. Однако, как ни крути, это будет подозрительно. Лучше убить одного, самого опасного — старшего. А вот с младшеньким можно поступить иначе — отправить учиться за границу. У вас ведь есть над ним опека, верно?              Лань Цижэнь побледнел. Он, конечно, ожидал такого исхода, но был совершенно к нему не готов. Взяв воду, он дрожащей рукой поднёс стакан ко рту, делая несколько больших глотков.              — Это… это слишком радикально, — хрипло произнёс Цижэнь, громко ставя стакан на стеклянный стол, заставленный фруктами, закусками и алкоголем.              — Ладно. Как говорится, сегодня не предугадаешь завтрашнего утра. Раз уж вы отказываетесь, будем действовать по ситуации. Но вы должны понимать, что ваш старший племянник является серьёзной угрозой, да ещё и в союзе с Вэнь Цюнлинем.              Цзинь Гуаншань аккуратно спросил:              — Если мы согласимся на заказное убийство, сколько это будет стоить? И не поймают ли нас?              Вэнь Жохань усмехнулся.              — Пятьсот миллионов юаней. Правда, учтите, что всё давно поменялось и скрыть убийство не получится так просто, как четырнадцать лет назад. Идеального убийства уже не существует. Ну, можем снова попытаться устроить аварию, но вы же должны понимать, что в таком случае совпадение будет катастрофическим. Это всё равно, что признаться всему миру в том, что авария у отца парней была также не случайна. Два наследника огромной корпорации Лань погибают в результате несчастного случая — это бред.              — Тогда что вы предлагаете?              — Ну, будет логичнее, если его убьют при попытке ограбления где-нибудь в тёмном переулке. Нужно только будет его туда как-нибудь заманить. Конечно, одному из моих людей снова придётся взять всю вину на себя.              — Хах, и всё равно, прайс-лист довольно… — Цзинь Гуаншань замялся, продолжая проводить переговоры, когда как Цижэнь всё время молчал, глядя куда-то на свои пальцы. Кажется, его очень шокировала необходимость идти на убийство.              — Вам кажется цена слишком завышенной? Но время меняется. Сейчас убить кого-то и правда сложно, да и скрыть от судмедэкспертов что-либо практически невозможно. Я — человек, у которого ещё ни разу не было проколов. Вы согласны с моим предложением или нет? Я совершенно точно не снижу цену.              — Но вы повязаны в этом с нами! Вам же будет хуже, если он докопается до чего-то! — рявкнул Цзинь Гуаншань, ударяя по столу. Неожиданно его запястья коснулась холодная ладонь Лань Цижэня.              — Прекрати. Всё нормально. С расценками я согласен. Мне понадобится время, чтобы собрать необходимую сумму наличными.              Вэнь Жохань усмехнулся, сложив руки на груди.              — Ну, вот и хорошо. В таком случае свяжитесь со мной, когда всё будет готово. А я пока подыщу человека.              Жохань, поднявшись со своего места, протянул руку Лань Цижэню. Тот, поколебавшись, тоже поднялся и, слегка наклонившись, пожал его руку в ответ.              — Я бы хотел, чтобы это всё было сделано… быстро. Чтобы он не мучился.              Мафиози посмотрел в глаза председателю, замечая там смесь самых разных чувств. Так выглядел человек, решивший идти по пути, который ему был противен. Этот взгляд чем-то ему напомнил взгляд Вэнь Чжулю.              «Если бы я не подобрал его тогда… он бы прожил лучшую жизнь? Десять лет гнить в тюрьме просто из-за того, что я ему пообещал, что помогу выйти досрочно. Он ведь… он ведь за всё время ни разу не высказал недовольства, а когда вышел, сразу же вернулся ко мне…»              — Я понял, господин Лань. Я передам ваше желание своему человеку. Ну, позвольте откланяться. Господин Цзинь, до свидания.              Вэнь Жохань вежливо улыбнулся и, поклонившись обоим, развернулся, чтобы уйти из этого чересчур дорогого места.              Вэнь Чжулю шёл по пятам, ни слова не говоря, как и всегда. Жохань сел на заднее сидение вместе с Чжулю и, приказав водителю трогаться, снова достал сигареты.              — В ближайшее время ты уедешь за границу. Будешь жить где-нибудь поблизости от Вэнь Чао и приглядывать за ним.              Зрачки Вэнь Чжулю сжались до точек. Он вдруг коснулся руки босса и, сжав её, заставил посмотреть на себя. Отчаяние на лице Вэнь Чжулю заставило сердце Жоханя пропустить удар. Изо рта выпала сигарета.              — Пожалуйста… что угодно… но только не отсылайте меня. Я в чём-то провинился? Я не хочу… не хочу покидать вас… — Вэнь Чжулю осёкся, но потом добавил немного тише, — не хочу покидать вас снова.              Жохань нервно отвёл взгляд в сторону, не зная, как справиться с этим чёртовым чувством вины. Его нервы в последнее время представляли собой оголённый провод под напряжением. Он не понимал, что с ним такое.              — Ты уедешь для твоей же безопасности. Если на тебя выйдут… всё только усложнится. Ты уедешь и это не обсуждается. Как раз присмотришь за моим сыном, в последнее время он только и делает, что пьёт и трахается налево и направо, вместо того, чтобы продолжить карьеру в спорте или учиться. Я чертовски устал от его выкрутасов, раньше он не был таким невыносимым.              Вэнь Чжулю вдруг убрал руку от босса и, сев ровно, перевёл печальный взгляд в окно. От него снова безжалостно отказались.              — Вэнь Чжулю? Ты чего молчишь? Так сильно не хочешь?              — Не хочу, — упрямо выдал он, опуская взгляд на наколки на кистях рук.              Вэнь Жохань тяжело вздохнул.              — И всё-таки ты поедешь туда. Прекращай упрямиться. Это всё для твоего же блага, сколько раз мне повторять?              — Я бы предпочёл умереть, но только рядом с вами. Меня не волнует собственная безопасность, господин.              Вэнь Жохань нервно выдохнул, в очередной раз сходя с ума от столь искренних признаний Чжулю. Его преданность была чем-то запредельным, чем-то, с чем он не мог справиться.              — Замолчи и более не высказывай мне такого. Ты будешь делать всё, что я тебе говорю! Отвечай!              — Д-да, господин.