Молчание

Ветер — страшная стихия. Она может сгибать деревья, точить скалы, сносить дома, разрушать до основания надежды на лучший исход, но при хорошей погоде та не более чем повод улыбнуться. Так могут размышлять люди. Но существуют и небожители, которые придерживаются того же мнения, их, умудренных временем, большинство. У Шин Цин Сюань много знакомств, она умеет быстро нравиться собеседнику, всегда знает что и как сказать, но понимает, что настоящих друзей у нее нет. Потому Повелительница Ветра из последних сил скрывает свою горечь, когда дело касается Повелительницы Земли. Трудно сказать, в какой момент ветер Шин Цин Сюань в присутствии Мин И начал напоминать грустное, еле ощутимое веяние сквозняка в коридорах покинутого всеми дворца. Все лучшее в любой жизни случается неожиданно. Ши Цин Сюань может сказать только то, что ее привлекло словно мотылька на огонь. Это что-то во взгляде Мин И, что-то в движениях, нечто невыразимое и такое далекое, что нельзя обозначить одной емкой фразой. Ее молчание. Из нее редко можно вытянуть хоть слово, если это не касается дела. Хоть Мин И порой и уступает тому, что взбредет в голову Ши Цин Сюань, но всегда остается неразгаданной, отстраненной, зацикленной на чем-то своем, где Повелительнице Ветра нет места. Это не укладывается в голове и разбивает самообладание Ши Цин Сюань, но она берет себя в руки, смахивает выступающие слезы и сжимает свою волю в кулак. В замутненном думами взгляде Мин И кроется высокомерие, ярость, отвращение к чему-то. Ши Цин Сюань догадывается об этом, чувствует сердцем, усиленно и отчаянно бьющемся в странном чувстве, которому она не может подобрать названия. Ее легкость, отмеченная в ней каждым, разбивается о мрачную сосредоточенность Мин И. Ее молчание говорит Ши Цин Сюань больше, чем любой разговор, который она только может представить себе. Именно поэтому она называет ее своей лучшей подругой. Она видит, что это не так, знание этого распространяет от кончиков ушей до пяток, сражая как тысячи игл, воткнутых в тело. Но она упорно не отстает от Мин И, ведет себя при ней так же развязано, как при других, чтобы никто не видел ее настоящих чувств. Старается веселиться, забывая о мире вокруг с его сложностью и непостижимостью. Вытворяя какую-нибудь легкомысленную глупость, она оборачивается и часто видит взгляд Мин И. В нем она созерцает пустоту. И воспринимает это с благодарностью. Ей глубоко плевать в такие моменты на восторги других, что смотрят на нее, затаив дыхание. Насколько это возможно Ши Цин Сюань скрывает свой восторг этому ото всех. Повелительнице Ветра нравится случайно коснуться Мин И, взять ее за руку, шуточно поцеловать в щеку, опасаясь позволить себе большее. Тогда она чувствует, как ее ветер расстилается так, словно треплет колоски в поле, не желая ни охладить, ни сбить пыль. Ощутимая бесполезность. Встречая при этом никуда не девшуюся, ни на что не отвечающую стену молчания, Ши Цин Сюань хочется грустно улыбнуться. Будет течь бесконечная река времени, а Повелительница Земли останется все такой же, какой она ее увидела впервые. За эту постоянность Шин Цин Сюань ее и обожает всеми силами, что у нее есть. Брат не сможет ее понять, она уверена, с ним о своих переживаниях говорить не хочется. Слишком запретное, непонятное, волнующее… Иногда, когда кажется, что ее чуши, которую она мелет в разговоре, чтобы только удержать Мин И напротив себя, не будет конца, она ощущает по взгляду, что та осознает, какую значимость для нее составляет. Все внутри превращается в бурю от одной мысли, что это возможно. Глупая улыбка так и стремится растянуть губы. И ей все равно, что скорее всего она это придумала. Ши Цин Сюань ощущает себя счастливой. Ветру не дано думать. Ветру дано чувствовать.