Танцы на стеклах

      — Как мило. — Она вышла из машины. — И хватит шутить про воду, я все еще могу есть, но явно не тридцать стейков подряд.       — Наконец я это услышал. Уж начал думать, что ты действительно питаешься едва ли не воздухом. А вино-то хоть можно? Или все, что приносит удовольствие, под строжайшим запретом? — Двери перед ними открылись, Эрен назвал фамилию, и им осталось только ждать, когда подготовят заказанный столик.       — Можно. — Она закатила глаза, усмехаясь. — Просто это будет нашим секретом.       — Так уже веселее. — Йегер заметно приободрился, понимая, что хоть немного, но сдвинулся с мертвой точки в общении. — Лично я не ел с ночи. Голодный, как собака.       Когда их провели за столик, расположенный в удобном уединенном месте, Эрен быстро перечислил названия блюд официанту и попросил первым делом принести вино и крутоны с кунжутом.       — Все, что произойдет здесь, останется только между нами. Так что, можешь говорить, что хочешь, есть все, что пожелаешь… Не стесняйся и будь собой.       — Тебе не соблазнить меня этим. — Микаса улыбнулась, диктуя блюда, которые минимально ударили бы по ее диете. — И о чем ты собираешься говорить со мной? Или будем молчать?       — Я могу молчать. — Дернув плечом, Эрен стал более серьезным. — Главное, что ты не трындишь про всевозможные пластические операции, внезапное желание увеличить ту или иную часть тела… У вас правда все настолько строго? Пиксис показался мне слишком серьезным и требовательным, но отец дружит с ним довольно давно. Кстати, а ты не хочешь перебраться ближе к театру? Больше времени на сон, все дела. Я бы именно так и сделал. А еще… Купи себе что-нибудь для тренировок. Там ведь нужно наверняка. Можно найти супер-удобные пуанты, не знаю. — Криво усмехнувшись, Йегер провел ладонью по волосам. — Да, с молчанием у меня проблемы иногда случаются.       — Пуанты в любом виде не слишком уж и удобные. Мы их ломаем под себя, но для меня больше подходят более твердые. — Она улыбнулась. — Пиксис строг, но он мастер своего дела. Балет — искусство, где нужно рассказывать историю телом. Это требует идеально отточенной техники. Так что, да. У нас все строго.       — Будь моя девушка из балета, если уж настолько меня решит обжечь судьба, я даже знаю, с чем бы приперся к ней в момент какой-нибудь недомолвки или ссоры. — Улыбка появилась на его лице, но быстро исчезла. Официант аккуратно разлил вино по бокалам, но Эрен только вдохнул аромат, не пригубив. — Составлю тебе компанию морально. Пей. Остальное заберешь с собой.       — Я тебе надоела? — с интересом спросила она, делая небольшой глоток вина.       — Ну что за глупости? — Эрен искренне удивился, но сразу поджал губы. — Ты ведь иначе ничего не съешь. А вообще, если хочешь, могу еще остаться. — Он взглянул на часы чисто на автомате. Все равно дел никаких у него не было сегодня. А знакомые, оборвавшие уже смартфон, предлагали опять стандартную схему на ночь.       — Я не могу съесть столько, сколько хочется тебе, чтобы я съела. — Она внимательно следила за тем, как переливается вино в бокале. — Но я могу взять совершенно немного.       — Да мне-то… — Эрен фыркнул, и хотел добавить, что не его дело вообще, что и сколько ест Микаса, но принесли тарелку с двумя стейками. От этого запаха в животе мгновенно заурчало, и Йегер торопливо отрезал небольшой кусок. Наколов на вилку, он хитро посмотрел на Аккерман и протянул ей. — Давай. Здесь немного. Просто попробуешь.       Она потянулась и мягко сняла губами кусок, сразу же прожевывая и проходясь затем салфеткой по губам.       — Действительно вкусно. — Она усмехнулась, начиная есть свою порцию, запивая ее вином.       — Я же говорил! — Довольный собой, Эрен принялся за стейк. — Не хочу хвастаться, но вот мясо я жарю идеально. Ладно. Я хвастаюсь. Обычно это дело всегда было на мне. А ты? Как ты вообще успеваешь питаться? Судя по твоему графику, у тебя хватает сил только добраться до квартиры и вырубиться.       — Не знаю. Я успеваю поесть, убрать за собой и котом. В принципе, времени хватает. — Она хмыкнула. — Когда других дел нет — просто прокрастинирую.       — У тебя есть кот? — Отчего-то эта информация удивила Йегера. По его мнению, такие занятые дамочки едва ли могли найти время на себя, но чтобы заводить животное… Микаса определенно заслуживала уважения, если и впрямь находила в себе силы и на обычную жизнь. — Это внезапно. Просто ты всегда такая… И я подумал… Не важно. Лучше ешь, давай.       Бросив на Аккерман быстрый взгляд, Эрен хмыкнул, отмечая про себя, что в ней скрывалось куда больше, чем он думал. Да и общение проходило намного информативнее, чем с другими девушками, встречавшимися ему прежде.       — О, да. У меня самый лучший на свете кот. — Она гордо выпрямила спину. — Его зовут Капучино. Он выглядит грозно, но на самом деле очень добрый. Меня не бывает дома от четырех до восьми часов, так что у него предостаточно времени на свои кошачьи дела, а у меня — на работу. Мне просто повезло, что ему нужно много времени, чтобы быть одному.       Она сделала глоток вина и вдруг усмехнулась.       — Так сказал зоопсихолог.       — Ты сейчас описала какие-то идеальные нереальные отношения, — рассмеялся Эрен, доев мясо и отодвигая тарелку. — У каждого есть время на личную жизнь, не успевают надоесть друг другу. Он — суровый с виду, но в твоем присутствии становится милым котом.       — Что ж, действительно похоже. — Она засмеялась. — Просто так уж получилось, что я взяла его из приюта после абьюзивных хозяев. Там не очень приятная история, конечно. Мне пришлось потратить уйму денег на его лечение. И знаешь что? Теперь я потрачу уйму твоих денег на своего кота. Просто потому, что мне так захотелось.       — Это твои деньги. Все, которые есть на этом счету. Хоть отправляйся по всей Европе. — Эрен мягко улыбнулся, пожав плечами. — Потому что мне так захотелось. Но… Боже, никогда не думал, что буду содержать кота. Покажи хоть его что ли.       — Ну, хорошо. Сейчас. — Она залезла в телефон, ища фотографию кота. Долго искать, конечно же, не пришлось. — Вот.       — Да это же… Он больше пса моего деда! Зверюга. Слушай, может, организовать доставку корма мешками или сразу с бойни мясо? Он не пытался сожрать тебя, когда был голодным? — Эрен растерянно почесал затылок, держа смартфон, всматриваясь в фотографию.       — Нет. — Она засмеялась. — Но он может съесть тебя, если заподозрит неладное. Я, конечно же, его остановлю. Кто еще будет оплачивать ему дорогущий корм и комплекс витаминов?       — Все понятно. Вот причина общения — деньги на витамины для кота. А я-то уж думал, что тебе вино понравилось, выпитое втайне, или моя машина. — Беззлобно рассмеявшись, Йегер принялся активно уплетать принесенный сытный салат, но, чуть подумав, положил немного на тарелку Микасе. — Ты знаешь, что я не обманывал насчет вкуса. Пробуй.       — Мне все равно на машину. — Она безразлично пожала плечами, пробуя салат. — Я общаюсь с тобой ради витаминов, а ты... Да черт его знает. Отличная взаимовыгода.       — Просто мне иногда бывает скучно, а ты рассказываешь что-то новое. — Задумчиво поводив вилкой по тарелке, Эрен заметил, что это могло прозвучать как-то двойственно, из-за чего поспешил добавить: — Взаимовыгода — не больше.       — Может, тогда скажешь, почему действительно тратишь на меня деньги? — Она внимательно всмотрелась в его лицо. — Или в пункт о взаимовыгоде правда не входит?       — Зачем тебе знать это? Я обычный идиот, который разбрасывается деньгами. Давай оставим все так и не будем ничего усложнять. Тебе плохо так, как сейчас? Для чего тебе что-то знать обо мне? — Эрен буквально засыпал вопросами, старательно не подыскивая на них ответ самостоятельно.       Хмурясь сильнее, Йегер сам бы для себя не смог ответить честно, для чего именно устроил все это. Только лишь чтобы позлить отца? Или настолько нуждался в ком-то, способном выслушать? А если он тратит деньги, чтобы понять, только ли это привлекает людей в нем? Мысли неслись не туда и отпечатались гнетущим раздумьем на его лице.       — Просто заказывай витамины коту и пей вино, ходи по магазинам… Занимайся тем, что нравится. — Эрен подозвал официанта, попросив счет.       — Что ж. Так и поступлю. — Она снова прошлась салфеткой по губам, сразу же поднимаясь и становясь серьезной. — Но тогда не нужно приходить на каждое мое выступление и спать, чисто для того, чтобы потом пихнуть букет цветов и потащить куда-нибудь. Просто потому, что стало скучно. Я не игрушка-пищалка для развлечений. Я живой человек и, как минимум, достойна правды, а не оправданий.       Она вышла на улицу, вдыхая холодный воздух.       Машина блеснула фарами и издала вопросительный звук, будто и не готовилась, что они вернутся так рано. Эрен молча открыл дверь перед Микасой, забросил пакеты на заднее сиденье и занял водительское. Голова раскалывалась. И вот что он не так сказал сейчас? Чем вызвал подобную реакцию? Ведь общались вполне нормально и свободно. Он даже проигнорировал сам факт, что Микаса откуда-то знала, где он сидел на этих дурацких выступлениях, обратив внимание лишь на тон, которым все было сказано и на претензию к цветам.       — Не нравится мое общество, могла бы сказать сразу, я бы не таскал тебя насильно. Не имею привычки принуждать к общению с собой. Разбирайся сама со всеми покупками.       — Отлично. — Она уткнулась в окно, полностью абстрагируясь от его присутствия. Никогда Лондон еще не казался более скучным, чем сейчас. А дорога до дома была ужасно длинная и напряженная. — Просто ради справки: с тобой приятно общаться, но я ненавижу, когда от меня что-то скрывают.       Она захлопнула дверь, сразу же скрываясь в темноте парадной.       — Ненормальная, — пробурчал Йегер. — Хер тебе, все равно приду на выступление. И букет до выступления доставят.       Проведя оставшееся время до выступления в полном одиночестве в квартире, Эрен даже не расшторивал окна. И без того свет его раздражал в эти дни, так еще и выспаться нужно было как следует, чтобы доказать, что он способен и досмотреть выступление до конца. Осушив бокал виски, Йегер благополучно отрубился, уходя в полноценный сон.       В этот раз смотреть было интереснее, хоть и движения у некоторых балерин были странные. Еле заметно, но все же. Мать научила Эрена примечать детали, и теперь, всматриваясь в бинокль, Йегер обращал внимание на все. Но стоило признать, что Микасу не зря сделали примой. Она выкладывалась по полной, и Эрену даже стало немного стыдно за свою подавленную агрессию в общении с ней.       Едва все завершилось, Эрен последовал уже привычным путем к гримерной Аккерман, только вот ждать возле двери не пришлось. Услышав всхлипы и голос отца, он дернул дверь, почти врываясь внутрь, и тут же отшатнулся, бледнея.       — Что за блять тут происходит? Кто это сделал?! — Его голос выдал все негодование, вспыхнувшее внутри. — Анальгетик дал? Чем помочь?       Присев рядом, Йегер принялся внимательно осматривать кровоточащие ноги Микасы, замечая поблескивающие кусочки. Словно хлебнув концентрат ярости, он вскочил, почти зарычав:       — Кто это сделал, знаешь?       — Эрен! Ты отвлекаешь меня, мешаешь ей! Выйди отсюда! — рявкнул Гриша, продолжая манипуляции с ногой Микасы.       — Мне нужно знать, кто это сделал. Я не прошу большего. — Он смотрел на Аккерман так, словно она не имела права соврать или скрыть что-либо.       — Я не знаю! Кто угодно мог. — Она всхлипнула, не в силах наблюдать за действиями Гриши. — Не признаются, потому что выгонят.       — Значит, по каждому пройдусь, — упрямо заявил Эрен, почти скрипя зубами. — А начну с тех, кто был на прослушивании.       — Совсем с ума сошёл?! — выругавшись, Гриша начинал явно нервничать, едва не сделав больнее Микасе.       — Ненавижу я ваш балет. Вот и всё его лицо. Исподтишка гадить. Найду и заставлю ответить. — Йегер вылетел из гримерки, совершенно не понимая, с кого стоило начинать. Разбить бы морду уроду, да какому? Эрен стоял, тяжело дыша, раздумывая.       — Эрен! — Микаса приподнялась. — Стой! Не нужно пока. Останься здесь. Мистер Йегер, Вы можете поговорить с Пиксисом? Он не знает…       — Не думаю, что он вообще хоть что-то знает. — С явным пренебрежением заметил Эрен, опускаясь на стул напротив Микасы. Дождавшись, когда Гриша, бурча, вышел, он ловко устроил ее ногу на своем колене, вспоминая основы обработки подобных ран. — Что за доктор? Неужели элементарного пинцета нормального не нашлось. Он дал тебе обезболивающее? Что вообще за кретин такое устроил…       — Обезболивающее дал. — Микаса вздохнула, кладя ладонь на лоб. — Я не знаю. Даже подозрений нет. Хотя…       Микаса нахмурилась, начиная вспоминать тех, кто мог бы хоть как-то ей навредить из зависти. Какой клишированный способ! Ведь так давно уже не принято было делать. Чтобы так мелко раскрошить стекло нужно много времени. Но, вдруг дверь распахнулась, и внутрь вошел Пиксис.       — Моя дорогая прима, как же так? — Он осмотрел ногу и недовольно цокнул. — Как только вскроется, кто в этом виновен — выгоню. Ни в один театр не пройдет.       — Не знаю. Я меняла пуанты между актами, потому что прежние были ужасно неудобные. — Микаса хмурилась, вглядываясь в лицо хореографа. — Там везде камеры.       — В ваших интересах будет найти виновного, — прорычал Эрен, недовольно зыркая на Пиксиса. — Ей уход нужен. Разбирайтесь, и сообщите мне, как что будет известно.       — Зачем? Чтобы ты наворотил дров? — Гриша недовольно сжал плечо сына, но тот одернул его, вскакивая с места.       — К чертям иди! Я не хуже знаю, что делать. — Схватив пальто, Эрен накинул его на плечи Аккерман и, прихватив ее сумку, сразу поднял на руки. — Едем. Потом поговорим.       Он шел по коридору, старательно следя, чтобы не задеть и не повредить ноги Аккерман, вглядываясь в каждого, будто в лицо личного врага, из-за чего все отворачивались, даже не смея шептаться.       — Слушай, это было не обязательно. Я могу ходить. — Микаса нервно поджала губы, ловя на себе удивленные взгляды и один, пропитанный виной. Эта была та самая девушка, которую после проб действительно отправили в кордебалет. — В любом случае, дома будет намного лучше, чем здесь.       — Видел я, чего пытаешься мне-то доказать? Все же в меде такому научиться можно. Ничего с тобой не будет, если вне сцены на руках побудешь. — Хмыкнув, Йегер наградил какую-то очередную попавшуюся девушку своим взглядом, что она ойкнула и скрылась. — То же мне. Все, как листья дрожат.       Изловчившись, Эрен сумел открыть дверь машины и устроил Микасу на сиденье, сразу занимая свое место.       — Что-то еще осталось из того, что забрать надо? Или сумка — это все?       — Нет. Это все. — Она зарылась пальцами в волосы, массируя кожу головы. — Господи, ну и дурдом.       — В больницу или к тебе? Если к тебе, то мне нужно заехать к отцу, чтобы взять все для обработки. — Йегер остановился на выезде с парковки.       Отвратная ситуация. Догадаться, сколько слухов появится после его выходки, было не сложно. Да и пусть. Эрен отбросил все мысли. Микаса оказалась в беде, не мог же он ее бросить, не оказав должной помощи.       — Не нужно в больницу. Давай ко мне. — Микаса уткнулась лбом в окно, чувствуя, как обезболивающее начинало проходить, сменяясь точечной болью в стопах. Но обиднее всего было то, что это была даже не ее вина. Несмотря на то, что мать учила ее идти по головам, она старалась поддерживать со всеми хорошие отношения. — У меня там точно найдется.       — У меня нет инструментов. — Эрен с волнением взглянул на Аккерман пару раз, отвлекаясь от дороги. — Все нормально? Бледнеешь. Хотя, куда еще сильнее, я удивлен. Есть вообще мысли, кто мог это сделать?       — Не знаю. По камерам увидят. — Микаса махнула рукой, не желая продолжать. — Нормально.       — Зря меня остановила. Я бы быстро все выяснил. — Сжав руль, Эрен вырулил на шоссе. Ехать к дому отца совсем не хотелось, но он старался не думать об этом, отбрасывая все ненужные в этот момент мысли. Он был обязан оказать помощь, а это значило, что следовало заткнуть собственные обиды и сделать так, как было нужно. — Но я бы советовал сделать потом рентген. Вдруг что осталось. Ты объясни мне вообще одно. Зачем танцевала дальше? Для чего? Ты не задумывалась, что это могло быть твое последнее выступление?       — Я не могла сорвать все ради своих нужд. Это было бы чревато расходами и проблемами у меня, у имиджа театра и прочей фигни. Я просто не могла. — Аккерман уткнулась в телефон, желая избежать заведомо глупого разговора. Все и так понятно, что Эрен не поймет этого. — Если бы меня вернули в прошлое и дали выбор я бы все равно продолжила.       — Это очень странно. — Он не стал ругаться, не стал высказывать возмущение. Все равно это ничего бы не изменило в сознании Микасы. Только сильнее сжал руль, что костяшки побелели, и нахмурился. От него разило раскатами грома, готовыми пронзить любого, кто дернет не за те нервы. — Можно стараться задумываться не только о театре, но и о том, что окажись там что серьезнее, ты бы не смогла выступать, потеряла бы сама многое. Так что лучше? Ладно, не отвечай. Сейчас важнее то, чтобы обработать и надеяться, что не осталось ничего. Дурость какая. — Проведя ладонью по лицу, Йегер сжал зубы.       — У нас разное мнение на этот счет. — Микаса молча оглядела огромный особняк, к которому они подъехали.       Копаться в кабинете отца было совсем непривычно, но Эрен умудрился собрать в чемоданчик все необходимое, перерыв все ящики. Немного подумав, Йегер набрал знакомый код на сейфе и взял оттуда наличкой приличную сумму. Раз уж отец запаздывал с перечислением, значит, он возьмет сам, пока подвернулась такая возможность. Зашвырнув все на заднее сиденье, Эрен сел за руль и как-то нервно выдохнул, быстро заводя мотор, чтобы поскорее убраться отсюда. Еще не хватало застать приход отца.       — Никогда бы не подумал, что придется таскать что-то у отца. — Покачав головой, Йегер выжал из мотора больше, и машина послушалась, ускоряясь.       — Все бывает в первый раз. Я никогда не думала, что буду содержанкой. По итогу, сам видишь. — Она усмехнулась, тут же выдыхая.       — Да перестань. Считай, что просто заслужила своими стараниями лучшую жизнь, и кто-то решил послать тебе меня. Вот и все. — Сдержанно рассмеявшись, Эрен взглянул на Микасу. — Ну вот, хоть румянец появляется. А то белее бумаги была — непорядок.       — Хорошо, подарок божий. — Микаса откинулась на спинку кресла, чуть опуская ее. — Тебя не будут отчитывать за это?       — За что? Это такой же мой дом, как и его. — Дернув нервно плечом, Эрен резко выдохнул через нос. — Не его дело, чем я вообще занимаюсь. Да и я похож на того, кого до сих пор отчитывают? Дурацкая тема, Микаса. Сейчас другое важнее.       — Да-да. Маленькая прима поранилась. — Микаса закатила глаза. — Главное, чтобы Пиксису не взбрело звонить маме.       Замолчав, Эрен так и вел машину: молча, нервно и довольно агрессивно. Он не получил возможности выплеснуть свой негатив, так еще и не мог понять, как вообще оказался ввязан во все это.       Припарковавшись возле уже знакомого дома, Йегер вытащил с заднего сиденья чемоданчик, всучил его и сумочку Микасе, после этого сразу ловко поднял ее на руки, закрывая машину. Она пискнула, и Эрен направился к парадной, в которой всякий раз исчезала Аккерман.       — Этаж какой, квартира? — суховато поинтересовался он.       — Третий этаж, правая дверь. — Аккерман придержала дверь, морщась от каждого движения.       Шмыгнув носом, Эрен покосился на лестницу, но все же даже не дрогнул, не нарушил особо дыхания, поднимаясь по ступеням. Пусть и потребовалось приложить для этого усилия. Нет, Микаса не была тяжелой, но вот его образ жизни и сократившиеся тренировки играли свою роль. Дождавшись, пока Аккерман откроет ключом дверь, Эрен вошел внутрь. Пришлось помучиться, чтобы скинуть ботинки, но вскоре он прошел в первую попавшуюся комнату, оказавшейся спальней, хмыкнув про себя, что здесь было очень даже уютно. Теплые цвета, мягкий свет… Хоть места, конечно, было маловато. Опустив Микасу на кровать, Эрен сразу же взял лампу, подставляя ее ближе, включая весь возможный свет.       Спрыснув руки антисептиком, он подложил под ноги Аккерман подушку и, придвинув стул, нацепил на нос специальные очки отца. Со зрением у Йегера было все неплохо, но для того, чтобы разглядеть возможные осколки, это было необходимо.       — Держи. — Эрен бросил Микасе блистер с обезболивающим и бутылку с водой. — Можешь сейчас, можешь на ночь. Я в любом случае обработаю анестетиком, чтобы не так мешали раны спать. И может потом чесаться, когда заживать будет. Это нормально.       Облизнув губы и сглотнув, Эрен натянул привычно перчатки, всматриваясь в мелкие резаные ранки. Отчего-то он даже не заметил, как нахмурился по причине, что ему очень уж не нравился сам факт того, что Микаса испытывала боль.       Сразу же выпив обезболивающее, она легла обратно, кривясь от боли из-за того, что он вытаскивал маленькие, едва заметные крошки. В комнату вошел кот, важной походкой подходя к кровати и сразу же садясь рядом с ее ногами, внимательно наблюдая за всеми действиями Эрена.       — Капучино, отстань от него. — Кот сразу же дернул ухом и подошел к ее лицу, ложась клубком прямо рядом с ухом.       — Да он и руку перекусит, если вдруг кто к тебе полезет. Удачный друг. — Хмыкнув, чтобы хоть немного отвлечься, Йегер едва заметно улыбнулся. — Только… Микаса, я не уверен, что смогу достать все, я ведь… — Нахмурившись сильнее, Эрен замолчал, добавляя уже строже: — Тебе придется посетить больницу. Ждать, пока все заживет, а потом выковыривать иглой — не лучший вариант.       — Ладно. Завтра займусь. — Она устало раскинула руки, вглядываясь в потолок. — Да уж, веселый вечер.       Провозившись еще какое-то время, Эрен обработал ее ноги и снял перчатки, смотря на Аккерман поверх очков.       — Лучше не наступай на стопу как можно дольше, чтобы все зажило, не нагружай себя. Старайся запоминать, в каком месте колет, если будет колоть, конечно. Может, хочешь чего, пока я здесь?       — Хорошо. — Микаса неохотно согласилась. — Насыпь коту в миску корма, он на тумбе. Это все.       — Коту? И все? — Удивлению Эрена не было предела. — Ну ты даешь, конечно.       Вздохнув и сжав переносицу, Йегер зажмурился. И кто так себя ведет, когда предлагают помощь? Нет. Когда он предлагает помощь.       — Возьму твои ключи, скоро вернусь. Так и быть, тебе тоже перепадет. — Обратился он уже к коту.       — Эрен, реально не нужно. — Она приподнялась на локтях, глядя на Йегера. — У меня все есть.       — Ага, да. Все есть. Значит, пусть будет лишнее. Валяйся, я скоро вернусь. — Прихватив ключи, Эрен посмотрел на кота с каким-то уважением. — Охраняй.       Уже идя по улице, втягивая прохладу носом, Йегер поднял лицо к небу, всматриваясь в темные тучи, так и норовившие обрушиться снегом. Он забыл про то, что неплохо было бы запахнуть пальто, что наверняка после такой прогулки и у самого будет болеть голова. Небо завораживало, а мелкие капли, растворявшиеся в свете фонарей, создавали что-то непривычно уютное внутри. Фыркнув, когда первая крупная капля упала на его лицо, Эрен вновь вернулся в реальность. Вновь мимо засуетились люди, и пришлось запахнуть пальто, подняв ворот.       Ближайший магазин не особо отвечал желаниям Эрена, поэтому пришлось пройти чуть дальше, чтобы выбрать более подходящие продукты. Он бурчал на самого себя, пытаясь понять, когда вообще последний раз забредал в подобные места. Давно? Когда еще мама отправляла его за покупками. Если так смотреть, то не столько прошло времени… Нахмурившись, Йегер скидывал в корзину какие-то обезжиренные йогурты, несколько разных плиток шоколада, сливки, рис, мясо, овощи… Будет ли это все Микаса? Да плевать. Он все равно купит, даже если не нужно. Только на кассе он недовольно выдохнул, осознав, что набор продуктов даже подобрал под определенное блюдо.       Вернувшись в квартиру, Йегер стряхнул с волос влагу, аккуратно поставил промокшие ботинки и, подумав, устроил пальто так, чтобы оно не намочило другую одежду. Разложив все на кухне, он наполнил миску для кота, сменил ему воду и только после этого зашел в спальню. Он даже немного растерялся, увидев Микасу спящей. Чересчур спокойная и… милая. Моргнув, Эрен мотнул головой и, накрыв ее пледом, все же вывалил осторожно разнообразные сладости на кровать. Так, чтобы она не наткнулась на них во сне.       Потрепав кота, Йегер убедился, насколько же он был тяжелым.       — И она тебя такого обормота таскает? Надеюсь, ты не ложишься на нее ночью. — Усмехнувшись, Эрен прошелся по спальне, всматриваясь в разные мелочевки, расставленные на полках.       Не будучи любителем подобного, Йегер все же изучил фотографию Микасы с какой-то суровой женщиной. Видимо, матерью — слишком уж явно было сходство во внешности. С такой бы не особо хотелось пересекаться лишний раз. Хмыкнув, он достаточно долго вглядывался в фотографии с труппой, с ее партнером, но вот больше внимания привлекло фото Микасы и какого-то парня. Верхняя губа Эрена едва заметно дрогнула. Нет, определенно он ему не понравился, показавшись чересчур вычурным и наглым. Опустив фото вниз, он быстро выдохнул через нос и удалился на кухню. Лучше поторопиться, чтобы приготовить ужин.       Уже скоро квартиру наполнил аромат отварного риса с овощами и манящий запах куриной подливой. Даже у Эрена слюнки текли, когда он переворачивал на сковороде несколько кусков мяса, приправленных травой, поливая бульоном из говядины. Давно он не стоял у плиты, предпочитая все заказывать через доставку или питаться в ресторанах. Поэтому периодически обжигался, да и непривычно было с такой посудой.       Когда блюдо было готово, он постарался выложить все как можно презентабельнее на тарелку и вернулся к Аккерман, осторожно тормоша ее за плечо.       — Прости. Долго я спала? — Она провела ладонью по лицу, переставая обнимать кота, и поднялась. — Ты что-то приготовил?       — Типа того, да. Садись, я принесу. Не съешь все — не страшно. Все равно я давно этим не страдал. — Состроив самое серьезное выражение лица, Эрен бросил Микасе найденное полотенце и вернулся из кухни уже с едой и вилкой. — Не знаю, чего там тебе еще? Вода, хлеб?       Опустившись с шумом в небольшое кресло, он уткнулся в телефон, даже не смотря на Микасу. Сейчас наверняка будет ведь говорить, что все это ей нельзя, что диета… Ну и выкинет значит — не жалко.       Промолчав, она села глубже в кровать и начала есть, включив телевизор, висящий на стене. Когда осталось меньше половины, она отставила тарелку на тумбу, отвлекаясь на телефон.       — Алло, привет мам. — Микаса тут же легла, не меняя положения ног. Женщина сразу же начала с претензий, от чего у Аккерман разболелась голова. — Боже, ты так говоришь, будто бы я сама себе стекло в пуанты засунула! Хватит! Я сама разберусь, как мне работать. Пока.       Телефон упал на матрас, продолжая играть надоедливую мелодию, из-за чего Аккерман поставила беззвучный режим.       — Грёбаный Пиксис.       — Я так понял, что тебе еще и досталось, — скрывая интерес, спросил Йегер, бросив на Микасу короткий взгляд. — В какой-то степени я тебя понимаю.       Он вздохнул, убирая смартфон. Странно, что отец до сих пор не звонил, не давал о себе знать.       — Мать точно приедет. Не удивлюсь, если к восьми утра она будет уже стоять около двери, — как-то безразлично сказала она, вглядываясь в потолок. — Отвратительно.       — Не пускай. У тебя режим. Хочешь, заставлю отца выписать, протолкнешь ей через дверь, что тебе противопоказаны любые контакты с контролирующими органами? — Он выгнул бровь, невольно пытаясь хоть немного приободрить ее.       — Это бесполезно. — Она засмеялась, представляя лицо матери. — Главное, чтобы она не узнала о твоей вселенской доброте. Серьезно. У меня будут проблемы из-за этого.       — Тогда… Ну, не знаю. Снять другую квартиру, уехать… — Откинувшись на спинку кресла, Эрен устроил руки за головой. — Мой отец такой же. До сих пор пытается наладить со мной общение, высказать свое мнение… Но всякий раз оказывается в той же заднице игнорирования с моей стороны. Я уже давно не нуждаюсь в нем, а он… Да плевать. Доедать будешь? Там холодильник забит, если что. И вон… — Кивнув на рассыпанные рядом сладости, Йегер ухмыльнулся.       — Это собственность моей семьи. — Микаса хмыкнула, осматривая конфеты. Кинув ему одну, она стала рассасывать леденец. — Спасибо. Я до девятнадцати жила в Манчестере с матерью. Это был ад, если честно. Она не особо реализовалась в балете, поэтому была всегда ужасно требовательной.       — Нет, серьезно, не впускай ее. Какая-то тирания получается. Заставлять своего ребенка добиваться целей, которых не получилось самой добиться, требовать, заставлять… Нет, я бы точно так не поступал. — Эрен нервно поднялся из кресла, пригладив волосы, и уставился в окно, улавливая свое усталое отражение. — Я бы предложил тебе реже появляться дома, но с твоим этим балетом…       — Да ее бесит эта квартира, она в ней жить не будет. Снимет отель и будет несколько часов выносить мне мозги. — Микаса махнула рукой. — А еще она ненавидит живность, так что Капучино быстро ее выставит вон своим присутствием.       — Вот молодец. И впрямь охранник. — Повернувшись, Эрен улыбнулся. — Не зря я ему там тоже прикупил. Но, если что, говори. Да и деньги у тебя всегда есть, так что, думаю, можно будет и с этой временной проблемой разобраться. Не вечно же она тут в отеле жить собирается. Правильно?       Глянув на часы, Йегер сжал губы. Сегодня он, как назло, обещал друзьям прийти на открытие нового клуба где-то на окраине Лондона. Только вот совсем отчего-то не хотелось торопиться.       — Да на дней пять. Не знаю, пока танцевать не смогу, наверное. — Микаса пожала плечами. — Как же не вовремя, самый разгар сезона, а я выпала, как минимум, на неделю.       — Я заходить буду, если не против. — Эрен замолчал, быстро заморгав, решая, что прозвучало это точно странно и довольно не к месту. — В смысле, если вдруг нужно будет помочь, то… — Прикрыв глаза на пару секунд, он выдохнул и продолжил уже серьезно: — В общем, я заеду, когда решишь показаться в больнице. На днях. В остальных случаях — не жалей денег на счете, вызывай все на дом. Но старайся не тревожить ноги, никаких нагрузок. Обязательно обрабатывать, перевязывать. Да черт, просто вызывай на дом какую-нибудь медсестру. В крайнем случае, звони. Если будет время, я заеду.       Мысленно ударив себя по лбу, Йегер сглотнул, став абсолютно серьезным.       — Не стоит. Если мать приедет завтра с отчимом, я поеду с ней в больницу. — Микаса улыбнулась, наблюдая за тем, как он метался. — Впрочем, спасибо. Ты не был обязан делать столько.       — Может и не обязан. Но сделал. — Эрен пожал как-то наигранно равнодушно плечами. Чего он, в самом деле, переживает за ее состояние? Не все ли равно, как себя чувствует совершенно чужая для него девушка, хоть и попавшая в неприятную ситуацию? — Ладно, у меня все-таки существует лимит. Пригласил бы как-нибудь тебя, но… Друзья ждут, я опаздываю уже прилично, так что, если что… Ну, ты знаешь. На завтра еда вся в холодильнике. Ну, вроде как все. Пока что ли.       Развернув брошенную Микасой ему ранее конфету, он быстро закинул ее себе в рот. Ухмыльнувшись, он кивнул ей и, еще раз проверив все в кухне, спешно оделся. Вспомнив о чемоданчике отца, в котором так и осталась лежать наличка, Эрен засунул его поглубже в шкаф, накрыв какой-то вещью. Не таскать же с собой. А здесь все это еще могло пригодиться.       Одежда еще не успела высохнуть, но согреться получилось в машине с помощью климат-контроля. Добравшись до квартиры, Йегер лениво разделся, скинув все в корзину, чтобы отдать в химчистку.       Горячий душ быстро взбодрил и заставил думать активнее. Насыщенный день хоть и принес усталости, но и было в нем что-то спокойно-умиротворяющее. Особенно забавно оказалось наблюдать за Микасой в домашней обстановке. Невольно улыбнувшись, Эрен несколько раз умылся. А если ему и впрямь просто было настолько скучно, что он развлекался подобным образом, выбрав себе игрушку, которая надоест уже в ближайшее время? Но… Почему тогда не надоела до сих пор? Почему все еще хотелось сделать именно ее существование хоть чуточку позитивнее?       Оставив все размышления в душе, Йегер насухо вытерся и, переодевшись в более подходящее, прихватил ключи от машины. Все-таки пить он сегодня по какой-то причине не собирался.