Обмен телами

На кухне повисла тишина, но вот в голове Курамы было совершенно не спокойно. Сам блондин сидел с закрытыми глазами, поскольку находился в подсознании. Усевшись по-турецки на холодный бетон и подперев голову рукой, Курама следил за истерикой Наруто. — Как я мог про него забыть?! — орал Наруто, ходя кругами по клетке. — Я ведь отца два месяца уламывал написать рекомендацию, а теперь я провалюсь… — он сел и понурил голову. Курама возвёл глаза к потолку канализации, коей являлось подсознание джинчурики. — Угомонился? — спросил Курама, когда истерика закончилась. — А теперь давай думать, что делать. — Может, правду рассказать? — Ага, и что я скажу? Здрасте, я девятихвостый демон лис, меня тут перекинуло в тело вашего сына, поскольку моего недо-джинчурики не научили, что нельзя трогать незнакомые свитки?! — закончил он уже недобрым тоном. — Я уже сто раз извинился! — И ещё столько же раз повторишь, — ответил Курама. — Ладно, для начала нужно нормально научиться ходить, — парень начал исчезать из подсознания, оставляя Наруто истерить в одиночестве. Появившись в реальном мире, Курама ухватился за стол и спинку стула и начал вставать. Когда это ему, наконец, удалось, он приступил к следующему шагу своего обучения: немного пьяной и ковыляющей походкой он начал ходить по кухне. Иногда он терял равновесие и хватался за различные предметы или сильно размахивал руками. — Ку, давай лучше на улицу иди, — предложил Наруто, когда Курама, в очередной раз потеряв равновесие, чуть не скинул мамину вазу. — Ладно, и куда же? — обувшись, он вышел из дома. — Давай на полигон около леса. Там хоть людей не бывает, — сказал Наруто. — Там не бывает, а по пути будут, — проворчал Курама, — хотя какое мне дело, грохнусь — угорать всё равно потом будут с тебя, — оскал сразу же поселился на лице блондина. — Эээ, ты чего? Даже и не думай! Или. или… — Наруто начал осматриваться в поисках того, чем бы можно было пригрозить в ответ, и его взгляд упал на хвосты, — или я налысо побрею твои хвосты! — А ты попробуй, и я тебя побрею налысо, — Наруто замолчал, поняв, что тут он явно проиграл, и Курама, выдохнув, поковылял к полигону. Взгляды людей нужно было видеть. Дети даже не стеснялись тыкать пальцем в его сторону, спрашивая родителей, почему он так странно ходит. Благо, никого знакомого они по пути не встретили. Придя на заветный полигон, Курама сразу же опёрся о ствол дерева и сел на траву, тяжело дыша. В груди была пульсирующая боль, которая немного усложняла дыхание. — Мда, походу ты был прав по поводу ребер, — проговорил он. — А я о чём, — гордо подтвердил Наруто, радуясь, что не ошибся. — Ладно, — Курама выдохнул, морально готовясь ко всему, — придется тебе их лечить. Наруто, конечно, обрадовался тому, что Курама ему доверился, но вот страх накосячить был очень сильным. — Не дрейфь, — проговорил лис, — слушай внимательно... О, Ками, — Курама взялся за лоб, будто только осознав, на что он подписался. — Ладно, в твоём распоряжении находится моя чакра, которую ты должен, осторожно, я еще раз повторю, осторожно направить на ранение. — Да понял я, понял. — Что-то в твоём ответе мне подсказывает, что ты ничего не понял. — Ку, я хоть разумом не блещу, но не совсем тупой, — Наруто снова приготовился слушать. — Ладно, очаг, как и твой, находится в районе живота. Моя чакра циркулирует вместе с твоей, поэтому ты должен направить её через центральный канал. Он у тебя достаточно широкий, но лучше не переборщи, не то порвешь. Понял? — Понял, — Наруто начал концентрироваться, чтобы уловить очаг, который на его удивление оказался просто неимоверно огромным. Он даже немного нервно сглотнул. — Попробуй закрыть глаза и визуализировать процесс. Будет легче, — Курама нервничал не меньше Наруто, поскольку если он накосячит, то всю боль придется терпеть ему. Наруто послушался его совета и, закрыв глаза, начал представлять, как алого цвета чакра мелкой струей растекается по чакроканалам. Курама же тоже почувствовал, как районе живота начало расплываться тепло. — Хорошо, продолжай, — сказал он шепотом. Наруто начал двигать чакру немного быстрее, но из-за этого несколько просчитался в количестве. В канале чакра начала набираться всё быстрее, и в итоге в нём появилась небольшая трещина. В груди мигом появилась острая боль. Курама схватился рукой за грудь и упал на бок, сжимаясь калачиком. — Остановись, — прохрипел он. Наруто, услышав его вялый хрип, распахнул глаза полностью позабыв про концентрацию. — Курама? Курама, что происходит? — сердце в его груди стало биться чаще, а алые глаза бегали с одного угла в другой в ожиданий ответа от друга. Из-за потери концентрации поток чакры стал ещё сильнее, что нанесло новую волну боли парню. — Кха, остановись, — сказал тот немного громче, продолжая лежать на траве. — Как? — на Наруто начала накатывать волна паники. — Что мне делать? Курама? — дыхание снова участилось. Курама, услышав его начинающуюся истерику, понял, что нужно брать всё в свои руки. — Угомонись, придурок. Аааа! — новая волна боли заставила мышцы сократиться, и тело начало биться в судорогах. Изо рта потекла струйка крови. — Я не могу, я не знаю, как остановить поток, — Наруто увидел, что дела идут паршиво, и если Кураме скоро не окажут медицинскую помощь, он попросту умрет. Он начал глубоко дышать, чтобы успокоиться, и стал думать, что делать. Сам он его не остановит. Значит, нужно просить помощи из вне. Вспомнив про печать отца, он начал направлять в неё чакру, молясь всем богам, чтобы он быстро откликнулся. Минато, почувствовав, что его печать на сыне стала активна, сразу же переместился к нему и увидел эту ужасную картину, а именно немного подрагивающее тело сына. Возле рта уже набралась небольшая лужица крови. Глаза были открыты, но казалось, что зрачки смотрели в никуда. — Наруто, — он быстро подошел к нему и начал его поднимать в сидячее положение, но болезненный крик блондина не позволил этого сделать, и Хокаге снова положил его на траву. — Что произошло? — попытался он узнать причину такого состояния. Курама уже открыл рот, как снова скривился от волны боли. Минато не знал, что делать. Поднять его он не мог и, не зная причины такого состояния, не мог оказать нужной помощи. — Ну, чё ты стоишь? — прокричал Наруто. — Сделай что нибудь. Черт, только не этот взгляд, — Наруто заметил тот взгляд Минато и понял, в чём проблема. — Он не может понять, что происходит. — Это чакра Кьюби, — немного шокировано выговорил Минато спустя несколько минут молчания. Он судорожно потянулся к карманам жилета. — Он догадался? — непонимающе проговорил Наруто. — Но как? — тут у Наруто отрубилась ментальная связь, и он понял, что отец скорее всего воспользовался печатью подавления. Минато, увидев просачивающуюся из-под свитера красную чакру, сразу же понял, кем был источник проблемы и, достав из кармана жилета печать подавления, приложил её ко лбу парня. Судороги прекратились, и Курама, почувствовав облегчение, начал медленно закрывать глаза. Минато, увидев, что сыну стало лучше, облегчённо выдохнул и, взяв тело на руки, незамедлительно переместился в больницу Конохи. — Хокаге-сама, — регистраторша, увидев бегущего в ее сторону Минато, встала и уже готовилась делать поклон. — Где Цунаде? — спросил с ходу четвёртый. Его взгляд бегал по полубессознательному телу сына, отмечая его неестественную бледность и закатившиеся от боли глаза. Девушка, увидев на руках Хокаге бессознательного сына не на шутку перепугалась. — Скорее всего у себя в кабинете, — ответила она. — Несите его в 210 палату, я оповещу Цунаде-саму. — Минато кивнул и помчался в сторону палаты. Цунаде зашла спустя несколько минут, хотя они казались ему вечностью, и он ходил из угла в угол, не зная, куда ему деться. Сенжу, зайдя в палату, не проронила ни слова и сразу же начала обследовать Наруто мистической рукой. Как только рука дошла до грудной клетки, её глаза расширились. — Что такое? — спросил стоящий напротив мужчина, заметив такую реакцию. — Разрыв центрального чакроканала, — Цунаде, нажав на рычаг, опустила кровать и, сняв с тормозов, помчалась в операционную, оставив остолбеневшего Минато в палате. Операция длилась несколько часов и, к невероятному счастью родителей мальчика, имела положительный исход. Курама проснулся спустя несколько часов после окончания операции. Только распахнув глаза, он увидел заплаканное лицо Кушины, а в нос ему сразу же ударил острый запах лекарств. — Наруто, — Кушина незамедлительно заключила того в крепкие объятия. Курама же ничего не ответил, так как женщина его сжала так, что он не мог даже вдохнуть. — М., отпусти, я задох… — Кушина, услышав хриплый голос сына, сразу же его отпустила и начала стирать скатившиеся на щёки слёзы. — Как же ты нас напугал, — проговорила она немного хрипло. — Уже проснулся? — послышался голос Цунаде, а вскоре перед ним появилась и сама главврач. Она выглядела немного измотанной, но держалась твёрдо. Подойдя к блондину, она снова начала осматривать его мистической рукой. — Ну, прошу, не томи, — проговорила Кушина, когда врач закончила осмотр. — Что я могу сказать, — она посмотрела в сторону Кушины. — Наруто явно родился в рубашке, поскольку его состояние намного улучшилось, но вот пользоваться чакрой в ближайшие дни тебе категорически запрещено. К тому же тебе придётся остаться в больнице, — Цунаде уже готовилась слушать крики мальчика, ведь он с детства не любил больницы, но на удивление всех присутствующих, никаких криков не последовало. Блондин просто тяжело вздохнул. — Раз так надо, останусь, — сказал он. Цунаде с Кушиной, конечно, сильно удивились, но виду не подали. — Хорошо. Рассказывай, как ты умудрился разорвать центральный канал? — спросила Цунаде. — Он у тебя очень широкий. — Курама немного растерялся, не зная, что ему и ответить, но в его голову не могла не прийти идея. — Я решил провести небольшой эксперимент, — ответил он. Цунаде молчала, показывая, что готова слушать. — Я решил попробовать совместить режим отшельника с чакрой девятихвостого. — Зачем? — робко спросила Кушина. — Ты ведь знаешь, какие последствия от использования данной чакры. Ты думаешь, мы просто так запрещаем тебе ею пользоваться? — на глаза Кушины снова навернулись слёзы. Волосы, обычно демонстрировавшие эмоциональное состояние хозяйки, как-то потускнели и грустно рассыпались по её сутулым плечам. — Прости, — Курама выдавил из себя скупую слезинку, — мне просто было интересно. — Интересно ему было, — проговорила она, опуская голову, на платье появились влажные пятна. — А о нас ты подумал? Мы не могли себе места найти! — Я… я не хотел. Я не думал, что так получится, — Курама опустил взгляд. Ему и правда было немного стыдно, пусть он и не до конца понимал, почему. Уж кто-кто, а он виноват в этом не был… Наверное. — Хватит вам, — спокойно проговорила Цунаде. — Главное, что всё хорошо закончилось. Идём, Кушина, ему нужно отдохнуть, — женщина нехотя встала и, поцеловав сына в лоб, вышла вместе с Сенджу из палаты. Курама снова лёг и, закрыв глаза, погрузился в подсознание. Он снова появился перед клеткой, где увидел лежащего на полу лиса, вот только выглядел он очень убито, а щёки его были влажными. Наруто почувствовал, что Курама зашёл в подсознание, но не смог посмотреть ему в глаза, поэтому смотрел в стену. — Прости, — больше прохрипел, чем проговорил он. Из глаз снова вырвались слёзы, — я… я не хотел. Курама не знал, что ему сказать. С одной стороны ему хотелось наорать на него и высказать всё, что он думает, но с другой… он чувствовал, насколько ему тяжело. Ему ли не знать этого чувства, когда джинчурики больно, и ты не можешь ничем помочь, и в конце концов ты чувствуешь свою вину? Винишь себя за то, что не смог помочь, а то и сделал ещё хуже, чем было. Курама выдохнул и снова схватился за бок. Он начал медленно шагать к клетке, но, сделав несколько шагов, снова упал. Наруто, увидев, что парень идёт в его сторону, протянул лапу через прутья и положил раскрытую ладонь перед другом. Курама взобрался на её, и Узумаки аккуратно перенёс его и уложил себе на голову. В подсознании зависла неловкая тишина, которую первым прервал Курама. — Никогда не думал, что ожоги от моей чакры такие болезненные, — проговорил он, смотря на потолок. Его тело пробрала дрожь от воспоминаний. Наруто непроизвольно ухмыльнулся. — А я никогда не думал, что когда-то снова почувствую это. — Что? — спросил Курама. — Беспомощность, — без промедлений ответил Наруто. — Ненавижу это чувство. Господи, какой я идиот. — Трудно не согласиться, — Курама тоже ухмыльнулся. — Прошли всего сутки, а я уже угробил себя, то есть, тебя, аргх… короче, ты понял, — голос звучал максимально подавлено. Наруто смотрел на воду и когтем создавал небольшие брызги. — Может, я и вправду бездарность? — уши опустились и сильно прижались к голове. — Ну не скажи, — встрял в монолог Курама. — Может, у тебя вместо мозгов и лапша, но ты ведь додумался позвать Минато. Наруто слабо улыбнулся. — Просто подумал, что он сможет помочь… — И, как оказалось, не промахнулся, — закончил Курама и после зевка начал медленно закрывать глаза. Наруто, услышав, прикрыл его одним из хвостов и тоже начал засыпать. — Ооо, моя шерстка, — послышалось напоследок. Наруто улыбнулся, закрывая красные лисьи глаза.