Пыльный очкарик из библиотеки Пустыни

      《 "..Давным-давно, много-много веков назад в наши дикие земли пришли кошки. Они были огромными и сильными, с мощными лапами и очень длинными клыками, о чем поведала нам земля во время вспашек.. А прогнала их сюда беспощадная природа Севера, выставив их в незнакомые и чуждые им земли. Они поселились здесь, в окрестностях Ар Эн, а вскоре перебрались на саму гору. Тут-то и наткнулись на пещеры. В пещерах они нашли древние-древние магические кристаллы. Здесь кошки наконец обрели свой новый дом, хорошо устроившись в волшебных лабиринтах кристальных пещер снежной горы Ар Эн. Шли десятки лет, столетия, и кошки преобразились: приняли человеческий облик. С момента, когда древние кошки встали на задние лапы, их принято называть Предками. Отсюда и начинается история - история Кошек.." - так начал свой рассказ Хэл, помешивая в котелке наш ароматный походный ужин..》

(По личным архивам Милиосу Шипа)

      Теплые руки коснулись щек. Мама? Его большие уши уловили звуки дождя, нос - запах мокрого камня, наполнявший спальню. А еще душный аромат трав, повисший над самой головой. Он только проснулся и еще не успел открыть глаза, вспомнил: это Шома. Не мама. Не папа. Старший брат. Приоткрыл глаза.       Комнату среди ночи освещали лишь два длинных тонких рога ну очень большого парня, наверное, дважды повторяющего рост мальчика, лежащего в огромной постели. Они молча смотрели друг на друга. Грустные мысли, заставляющие мальчика почти выть от тоски, снова стали заполнять голову, будто подушку мехом пружинорогого барана. Великан вновь дотронулся ладонью до лица мальчика и, тепло глядя, убрал его растрепанную прядь волос за ухо. Худые ручонки скрутились вокруг шеи любимого брата, одного единственного бывшего с ним все время рядом в эти тяжелые дни. Вздохнув, тот начал стягивать с него одеяло.       - Пойдем, Саха.. скоро начнется церемония, нам нужно быть там..       Притянув одеяло на себя, Саха укутался в него заново и устало стал шептать:       - Неужели он так и не передумал?.. Глубокой ночью?.. Да и в такую погоду?..       Саха проглотил свои сонные недовольства вместе с раскатом грома, так неожиданно рухнувшим над самым Королевством. Испугавшись, беззвучно скользнул под одеялко. Шома нащупал голову мальчика в совершенно другой части постели и погладил.       - Так сказал Ночи, - голос его был глубоким и задумчивым. Поправив на себе хламиду, повернулся к открытому окну, откуда дождь, сдуваемый ветром, начал стучать по каменному полу спальни. - Желает стать королем как можно быстрее.       - Шома.. Ночи меня пугает.. совсем пугает.. я не хочу идти.. - Саха чуть-чуть высунул голову и устроился у колена брата.       Он долго не отвечал. Потом повернулся и поцеловал, совсем по-отечески, Саху в лоб.       - Я буду с тобой. Он не тронет тебя.       Поднялся и закрыл окно. Усиливающийся с каждой минутой дождь заглох за толстыми деревянными ставнями. Шома подошел к стене и, осветив рогами вьющиеся лозы, провел пальцами по закрытым бутонам. Саха вновь завороженно наблюдал, как один за другим раскрываются из-под руки Шомы цветы с широкими мятыми лепестками, медленно освещающие древнюю белокаменную спальню.       Шома и Саха вышли из спальни в темный коридор, стены которого покрывали лозы со спящими бутонами оранжевых цветов. Братья не посчитали нужным будить растения, чтобы пройти до другого конца коридора: не только потому, что в собственном доме они узнают в кромешной тьме каждую рельефную фигурку на стене, но потому что их зоркие взгляды улавливали очертания всех углов извивающегося коридора.       Но вдруг Саха остановился у двери в одну из комнат. И снова всхлипнул.       - Зачем так скоро убрали портрет мамы и папы с их спальни?.. - еле слышно шепнул Саха через ком в горле. Уткнулся носом в край теплой хламиды.       Шома подошел к нему и прижал к себе рукой. Он молча глядел на дверь, брови его нахмурились. Ему решительно не нравилось то, что творит их брат Ночи - без пяти минут король, между прочим. Обняв Саху за плечи, повел его дальше по коридору. Маленький Саха нервно шмыгал носом, чувствуя исходящее от Шомы стремительно нарастающее волнение.       Захлопнув за собой толстую деревянную дверь, они прошли по узкой винтовой лестнице вниз, к еще одной такой же двери. Открыв ее, Шома пропустил вперед себя Саху. От света он, сонный, зажмурился и прикрыл глаза рукой.       - Шома!       Тонкие ноги-тростинки Сахи подкосились, когда появившиеся откуда-то руки пихнули его со спины. Саха уткнулся носом прямо в бок этой девушки. Черноволосой, как Шома, такой же пахнущей различными, но приятными чувствительному носу травами и, к слову, сильной. Сахе пришлось немного повозиться, чтобы ослабить ее хватку. Занята девушка была Шомой. Шома тоже беспокойно глядел на нее.       - Эргин ушел. Он отказался заниматься Главным залом и просто ушел вместе с остальными.       Шома стоял на месте, в его голове носились мысли со скоростью разогнавшегося длинноногого йеми. Саха понял: Эргин и его люди должны были украсить Главный зал Совета и устроить вечер для народа, пришедшего на церемонию. "Только не вечер, а утро," - думал Саха. - "Неважно. Раз Эргин ушел.. значит, ничего не будет? А Ночи должен стать королем с минуты на минуту, ничего нельзя будет успеть. Так ведь?" Он принялся рассматривать лица брата и девушки, будто заведенная игрушка на пружинке ворошившей спину Сахи. Им не до него сейчас, очень-очень.       - У тебя ведь совсем не было видений?.. - девушка подошла к Шоме ближе и положила руку на его шею, пальчики подобрались к самому уху и почесали за ним. Шома прикрыл глаза и коснулся ее руки своей. Саха выполз из объятий и встал позади, пробегая скорым взглядом по освещенному белыми цветами залу и стараясь высмотреть, пытались ли вообще украсить эту комнату. Пытались: повсюду лежит пыль и валяется мусор от пышных всяких украшений, где-то за шторой испуганно застыли крошки-осколки от стеклянной игрушки.       "Наверное, игрушки тоже испугались грозы и спрятались здесь," - он подошел к шторке и поднял треснувшую лапку разбитой птицы. "Здесь все судорожно покидали. Неспокойно.."       Где-то все еще рыкал гром. Саха невольно вздрогнул, снова прислушался: дождь идет теперь не такой сильный. Но что же будет на церемонии Ночи? Шома попросил Саху подойти и снова обратился к девушке.       - После церемонии я поговорю с ним, - Шома дотронулся до своих длинных рогов. Нахмурился.       Девушка прислушалась.       - Идем. Сейчас начнется.       Она снова обняла Саху, и втроем, кучкой, они быстро пошелестели через другие залы.