Ближе, чем ты думаешь

Утро выдалось необычно прохладным, но Сахароза проснулась окутанная мягким теплом. Она сонно поморгала и потерла глаза левой рукой. Все вокруг было размыто. Она совершенно не помнит где именно оставила прошлым вечером свои очки. Раненая рука все еще ноюще побаливала, но уже не так сильно. «Поднимай своего принца», — внезапно услышала она недовольный голос Сяо, который заметил, что она не спит. Девушка досадно вздохнула, ведь можно было для виду не открывать глаза и спать дальше. Еще немного понежиться в комфорте и уюте, который она наконец-то почувствовала за такое долгое время бесконечной череды беспокойных и суетливых дней. Она вдруг поняла смысл услышанного. Это быстро выдернуло ее из сонного состояния. Проснувшись, она и не заметила Альбедо, который тихо спал рядом и выполнял функцию обогревателя. Ну как рядом, если быть точнее, ее голова лежала прямо на его плече. Она могла слышать ровное дыхание, спокойное сердцебиение, отличное от ее частого. Он впервые был так близко. Она могла рассмотреть каждую черту лица, светлую кожу, пушистые ресницы век, что прикрывали голубые, глубокие и чистые, словно небо глаза, суховатые пряди пшеничных волос, к которым так хотелось притронуться, запустить руку чтобы взъерошить… Почувствовав значительный прилив крови к щекам, она с уверенностью бы сказала, что лежала вся пунцовая. Если бы не ее рука, которая предательски отказывалась слушаться, она бы давно уже поднялась на ноги и пулей выскочила куда подальше. Но сейчас она вынуждена лежать пластом, без возможности самостоятельно подняться. Сахароза затаилась: стало страшно, вдруг услышат ее взволнованное дыхание. Дышать прямо под ухом, в чью-то шею… Она должна придумать как ей разбудить алхимика. «Мистер Сяо так добр. Такими легкими заданиями мало кто разбрасывается», — нервно посмеялась про себя она. Голова лихорадочно пытаясь что-нибудь придумать, пока разум безнадежно туманил приятный легкий сладко-терпкий аромат, исходящий от чужой рубашки. Внезапно захотелось уткнуться в теплую ткань, прижаться поближе, вновь закрыть глаза и провалиться сладкий мир грез. — Не смешно, — сонно пробубнил Альбедо, потирая глаза, а Сахароза испуганно вздрогнула и пуще прежнего залилась краской, прогоняя свои мысли, которые так не соответствовали реальности и были лишены смысла, — и совсем не смешно будить так рано. Я слышу ласточек, Сяо, ласточек, — потер он глаза. — Если поспешите, сможете в «Ваншу» поспать, — глухо ответил Сяо с улицы. — Но мне то в Ли Юэ, а не с вами. Адепт беззвучно вздохнул. Будто он мог забыть об этом. На самом деле, Сяо надеялся провести с ними побольше времени. «Возможно Альбедо, увидев следы, тоже заинтересуется и решит остаться?» — думал он. А разбудив пораньше, выигрывает побольше времени, которое можно потратить на разговоры позже. — Ночью вам стало холодно, — объяснил Альбедо причину своего местонахождения буквально под боком, — Как себя чувствуете? — спросил алхимик, аккуратно вытащив плечо из-под головы девушки, пытаясь ненароком не задеть ее руки. — Намного лучше, — честно сказала Сахароза, пытаясь говорить как можно ровнее, но получалось весьма сбивчиво. Она надеялась, что это спишут на недавнее пробуждение и не проснувшийся голос, а обилие красного цвета на ее лице на игру света. Альбедо помог ей сесть и подал очки. Затем, он стянул с руки перчатку и приложил тыльную сторону ладони к ее лбу. — Температуры нет, — заключил он, а затем потянулся к рюкзаку за новыми бинтами. Знал бы он как у Сахарозы, тем временем, все дрожало внутри от смущения и волнения. Она повторяя про себя, что все это просто забота как о коллеге, друге. «Глупо, Сахароза, — повторяла она себе, — глу-по!» Закончив перевязку, Альбедо помог подняться Сахарозе на немного ватные ноги. Как только они расположились недалеко от костра, Сяо вручил каждому по порции яичницы, дав начало отсчету последующим десяти минут, в течение которых Сахароза мучилась с вилкой в левой руке. Быстро позавтракав и убрав за собой, вся компания снова двинулась в путь. Время от времени, Альбедо интересовался у Сахарозы как она себя чувствует, на что получал натянутую улыбку и «все в порядке», а затем снова равнялся с Сяо и продолжал безмолвно идти, лихорадочно размышляя и кидая взгляды на вялую походку девушки. Он уже с самого утра заметил у нее отсутствие какого-либо настроения. Это беспокоило. Адепт, тем временем, хотел начать разговор о чем-нибудь, разбавить напряженную тишину, но на ум ничего не приходило. «О чем я могу спросить его? — размышлял Сяо, — В алхимии я совсем не разбираюсь, свои интересы Альбедо не озвучивал. Рисование? Я и тут ничего не знаю. О самом Ли Юэ? В горах Альбедо просидел лишь несколько месяцев, а не всю жизнь сидел как в Энканомии, и без меня знает что, да как, — выходит, остается последнее: поделиться своими переживаниями. Но он еще не готов, да и рядом Сахароза». Тем временем, впереди вырисовывалось большое дерево, на котором, собственно, и расположился постоялый двор. Когда до начала моста, что вел на небольшой островок, осталось несколько метров, Сяо остановил алхимиков: — На этом моменте я должен покинуть вас, — серьезно произнес он. — Как? — удивилась Сахароза, — Я думала мы дойдем с вами до самого Ваншу, вы же мой проводник. — При входе вас встретит другой человек и проводит до нужного места. Моя работа здесь окончена. Сахароза расстроилась, вздохнула и помявшись, поблагодарила того за помощь, что он оказал им. Альбедо сделал то же самое, за исключением протянутой в конце его руки, что была поднята машинально. Он уже одернул себя и решил извиниться, опустив руку, но Сяо внезапно пожал ее. — Мистер Альбедо, вы идете? — позвала Сахароза алхимика, будучи уже на расстоянии в несколько метров. — Вы идите, я вас догоню, — ответил Альбедо и повернулся на адепта. Он понял, что тот хотел что-то ему сказать, раз привлек к себе такое внимание. Подождав, пока Сахароза отойдет на безопасное для разговоров расстояние, Сяо повернулся обратно на алхимика и решил не медлить: — Ты ведь уже понял, что я… — Не совсем человек? Адепт кивнул: — Так же как и ты. Альбедо тоже кивнул и обернулся на постоялый двор, на фоне которого маячила фигурка девушки. — Ты не останешься? — все же спросил Сяо, долго рассматривая повернутый профиль собеседника. — Нет, — покачал головой алхимик, повернувшись обратно, — Все таки меня ждут в городе. Я и так немного запоздал. Создаю не благоприятную репутацию Ордо Фавониус, — грустно улыбнулся он, пожав плечами. — Понимаю, — приуныл Сяо, но постарался не показывать этого, — тебя подбросить? До города. — Подбросить? — не понял Альбедо. — С ветром, — ответил Сяо, но не заметив изменений в вопрошающем выражении лица, поспешил добавить: — Ничего страшного, увидишь. — Хорошо, — согласился Альбедо, — Подождешь немного? Мне нужно все же довести Сахарозу до места и устроить ее там, просто не могу оставить ее вот так. — Жду здесь же, — кинул Сяо под конец тому вслед. Альбедо отправился в сторону Ваншу. При входе в здание он невольно подслушал разговор небольшой компании, состоящей из студентов, явно прибывших издалека. Они настолько громко вели свой разговор, что некоторые постояльцы недовольно посматривали на них. «Весьма интересная постройка», — говорил один из них, задрав голову, оглядывая помещение. «Говорят, это здание было построено для самого Алатуса, единственного выжившего Яксы, — отвечал второй загадочным голосом и водя кругами руки в воздухе». «Поговаривают, — подхватил третий, подправляя сползающие с носа очки, — что некий агент Цисин в ходе неизвестного приказа построил Ваншу, как прикрытие для поддержания жизни Адепта и его борьбы со злыми духами, представляешь?» «Да, у каждого предмета и места здесь, в Ли Юэ, есть своя богатая история», — кивнул второй. «Ну или легендами, в которые такие как вы, верят», — усмехнулся первый. «Темнота!» — чуть ли не в один голос воскликнули остальные оба. Дальнейшие разборки и ссору Альбедо не было дано услышать: молодые люди повернули на лестницу. Сделав еще несколько шагов, он заметил рядом с административной стойкой Сахарозу, а с ней рядом какую-то женщину с невзрачным видом. Аккуратно уложенные короткие волосы до плеч были черными, а одета она была в темных тонов одежду. «А не погиб ли кто здесь?» — подумал Альбедо, еще раз кинув быстрый взгляд на мрачное одеяние. На самом деле, он надеялся застать Сахарозу одну. Ему не давал покоя ее поникший вид. — Да, да, — улыбнулась Верр Голдет, — вы можете посетить данную комнату после обеда. Девушка в черном вяло кивнула и перевела не менее безразличный взгляд на Сахарозу, что заметно оживилась при виде Альбедо. «Значит дело не во мне?» — все никак не мог понять он. — Юйлинь, — сонно представилась девушка. Казалось ее только-только подняли с постели и она была готова свалиться обратно спать прямо сейчас и здесь на месте. — Альбедо, — ответил алхимик, подумав, что было бы намного лучше, если Сахароза по-прежнему оставалась на попечение Сяо. Он был бы более спокоен за нее. Дав пару наставлений, как, делать во время перевязку, следить за своим самочувствием и особо не перетруждаться, он попрощался с обеими дамами и вышел на улицу. — Что-то случилось? — спросил Сяо, приметив хмурое выражение лица алхимика. Альбедо чуть вздрогнул. Он и не заметил как ноги донесли его до нужного места встречи, настолько углубился в свои мысли. — Весьма пренеприятно, что не ты остаешься с ней, — сказал как есть Альбедо. Сяо промолчал, не зная, собственно, что и говорить. — Возьмись за копье, — лишь попросил Сяо, держась одной рукой за металлическое древко, стоящее перпендикулярно земле. Альбедо немного помедлил: «Так он не шутил про «подбросить?» — Да не убью я тебя, — успокоил его адепт, заметив некое замешательство. Альбедо кивнул и решительно взялся за оружие, — наверное. Алхимик было уже повернулся на собеседника, открыл рот для вопроса, но не успел ни слова вымолвить, как все потемнело, а внутри все сжалось, включая легкие, в которые все никак не удавалось набрать воздуха. Несколько секунд, проведенных в таком удушающем состоянии, казались целой минутой. Все прекратилось так же неожиданно, как и началось. В последние мгновения, он почувствовал сильный ветер, что ударил в лицо, но после чувствую плавно исчезло. Альбедо открыл глаза. Он стоял на небольшом пригорке, с которого открывался прекрасный вид на весь город. С первым тяжелым и рваным вдохом, в легкие наконец поступил кислород, который тут же начал драть засохшее горло. Алхимик закашлялся. — У тебя немного растрепались, — сказал Сяо, кинув взгляд на парня. Сам он стоял ровно и одернул себя на мысли поднять руку хоть немного пригладить взъерошенные светлые пряди, — Нормально себя чувствуешь? — Как? — лишь выдавил Альбедо в перерывах между кашлем, все еще пытаясь отдышаться. — Ну, полетаешь так еще немного и привыкнешь. Ко всему можно привыкнуть. Того гляди и дышать в процессе по пути на большие расстояния получится. — Я не про это, — выдохнул алхимик и выпрямился. — Не человеческие навыки, плюс глаз бога, — пожал адепт плечами, — Кстати, для первого раза весьма неплохо. — Первого? — Нет, ну если ты хочешь идти обратно с неделю… — Нет, я не против, — ответил Альбедо, начав с интересом изучать состояние Сяо, — Жаль я так не умею. — Зато ты не так восприимчив к таким перегрузкам. Дальше ты сам, я должен идти, — развернулся адепт к нему спиной. — Ты в Ваншу? — спросил белокурый, пока тот еще не ушел, желая проверить одну свою шатко живущую теорию. Сяо не развернулся и не ответил. Был явно удивлен, но не ответил. Альбедо нарушил тишину, правильно поняв молчание: — Присмотри, пожалуйста, за Сахарозой. Она, конечно, самостоятельная, но иногда может быть слишком робкой и неуверенной. Без тебя она затеряется там, на новом месте, в гуще незнакомых людей. Сяо мелко кивнул. — Ждать тебя тут? — спросил Альбедо, но тут же зажмурился, так как в лицо ударил порыв ветра и он заметил рядом с собой пустоту — Сяо исчез, — Значит тут… — пожал он плечами. *** — Мисс Сахароза, вот ваша комната, — монотонно пробубнила Юйлинь, открывая дубовую дверь в номер. — Ч-что вы, можете и без «мисс», — заволновалась Сахароза из-за непривычной церемонности со стороны кого-то, кроме Альбедо. — Хорошо, мисс, — протяжно ответила девушка, не слушая биоалхимика. Ей было явно все равно как к кому ее просят обращаться, она просто следовала формальностям. Ей думалось, так к ней не смогут придраться. Будет меньше проблем. Казалось она сейчас зевнет. — Располагайтесь. Сахароза вошла в комнату и быстро пробежалась взглядом по стенам, особо не приглядываясь. Она повернулась на свою проводницу: — Спаси…- прямо перед ее носом бесцеремонно с грохотом закрыли дверь, — бо… «Она просто не в настроении», — подумала Сахароза. Чуть дернув ушками, она вздохнула и принялась осматривать предоставленные ей апартаменты. По сравнению с пещеркой на Драконьем хребте или любой попавшейся лужайкой с костром, это были, своего рода, хоромы. Не то, чтобы она жаловалась на такой образ жизни, когда приходится спать, если вообще спать где попало. Просто время от времени всем нужно немного баловать себя. Сахароза подошла к небольшому окну с тяжелыми темно-зелеными занавесками. Более темные узоры в виде листьев поблескивали на солнце. Через кристально чистое стекло, по которому очевидно несколько десятков раз прошлись тряпкой до ее прихода, был виден небольшой клочок земли, что был перед самим зданием. Внимательный взгляд заметил кусты шелковицы, которые росли розовыми шариками то тут, то там. Сахарозе давно хотелось рассмотреть эти цветы поближе, тем более ей нравился их насыщенный аромат. «Который, правда, не сравнится с тем, что я почувствовала сегодня утром…» — подумала Сахароза, а затем зажмурившись, стыдливо покачала головой, испугавшись внезапному появлению мыслей не о том. Ей хотелось бы собрать пару экземпляров нежно-розовых бутонов, но ее смущало то, как на нее после этого будут смотреть окружающие люди: персонал и постояльцы. Насчет первых она волновалась меньше: уж точно видели чего похуже. А вот вторые, прибывшие издалека, способные поведать кому попало о странной девушке, что капалась в кустах гостиницы, пугали ее больше. Она представляла эти осуждающие, прожигающие насквозь взгляды со всех сторон, колющие насмешки, острые ухмылки. Оторвав взгляд от окна, Сахароза начала переводить его с одного предмета на другой: одинокий платяной шкаф, небольшой столик из темного дерева, небольшая кровать из такого же материала, с чистым белоснежным покрывалом, недавно застеленным сверху. Светлые стены тоскливо и одиноко занимали небольшие скучные и тусклые картины пейзажей Ли Юэ, в золотистой рамочке. Сахароза вздохнула. Здесь ей было как-то пусто. И дело не в мебели или дефиците, к примеру, ярких гобеленов. Ей не хватало своеобразного тепла. Такого знакомого и родного, но такого далекого и недосягаемого. «Тоска по дому? Странно, ведь раньше такого не было». Нет, все же дело и не в ином регионе, ведь пусто было в душе. Чувствовался холод и сырость. Словно ее оставили одну мокнуть под дождем, а сами ушли в сухое уютное место и развели там костер, запретный огонь от которого маняще дрожал в темноте. Через какое-то время, она поняла, что ей не хватало той их тихой и спокойной компании, с которой она провела относительно мало, но такого приятного и роднящего времени. Да, большую часть она молчала, да и общих тем для разговоров у них не было, но та тишина была комфортной и умиротворенной. А теперь, то, как резко и быстро они расстались, оставшись каждый сам по себе, нагоняло тоску. В дверь постучали. Сахарозу вернул этот звук из раздумий. Она поспешила дернуть за ручку. «Сяо!» — хотела радостно воскликнуть девушка, но на нее пронзительно и строго глянули, тем самым заставив все же промолчать. — Прошу, тихо. Меня не должны здесь видеть, — в пол голоса произнес адепт. Сахароза кивнула и впустив неожиданного гостя в комнату, прикрыла за ним дверь. — То есть, ты не снял комнату? — спросила она, — Ты здесь не по правилам? Или как правильнее выразиться… — Что ты, нет, конечно. Я…живу на этаже выше. Сяо был, мягко сказать, удивлен. Когда еще его виду так радовались? Или Сахароза действительно, как и сказал Альбедо, настолько не любит и побаивается нового окружения, что рада и ему? В любом случае он должен держаться от нее подальше, чтобы ненароком не навредить. — А где мистер Альбедо? — спросила Сахароза, кинув взгляд за спину адепта. — На пути в Ли Юэ. — Что же вы не ушли вместе? Вам же надо было туда же. Вместе было бы не так скучно, — с небольшим упреком произнесла девушка. — Он попросил приглядеть за тобой, — сразу признался Сяо, а затем увидев не совсем понятную эмоцию, а точнее их смесь на ее лице, поспешил на всякий случай добавить, — Он боялся, что здешний персонал может несколько пренебречь твоей раной и сказал, что ему будет намного спокойней, если рядом будет свой человек. «Зачем мне компания? — подумала Сахароза, — Здесь есть Юйлинь, люди, много людей. Да, пусть с ними почти невозможно поговорить, но это будет получше бездушных окрестностей Ли Юэ». Она представила как белокурый алхимик одиноко идет по пустой тропинке, один ночует, ест и если что, не дай архонты, сражается один. Она не сомневалась, что он справится и сам, нет. Больше ей не нравится это сопровождение, в течении всего пути Принца, навязчивого липкого и неприятного чувства, что она ощутила сама минутами ранее. От этого ей стало тоскливо. — Я буду время от времени заходить, ладно? — пытаясь игнорировать грустный вид девушки, Сяо, чтобы хоть куда-то деть свои глаза, быстро оглядел комнату, — Если что, можешь найти меня на балконе верхнего этажа. В шесть вечера. Сахароза молча кивнула, опустив взгляд. Адепт долго смотрел на девушку и прикидывал, стоит ли ей что-нибудь сказать. А даже если и сказать, то что? И стоит ли вообще говорить что-либо в таких ситуациях? Но ясно было одно: она была дорога Альбедо, а Сяо обещал приглядеть за ней. Значит, он, как бы не протестовали его привычки, не может оставить ее вот так. Не то надумает будучи в одиночестве чего похуже. Без ее голубоглазого маячка, который умело вытаскивал ее из этой пучины, — Сяо часто был свидетелем того, как алхимик несколько раз так спасал ее, — она могла запросто утонуть в своих мыслях, и было понятно, это более чем вероятно. Выходит, делать что-то нужно, определенно. — Слушай, ты бы легла, поспала, — придумал наконец Сяо, — А то, действительно, я слишком рано вас сегодня поднял. Да и тебе отдых нужен. Сахароза снова неопределенно кивнула и поплелась к постели. «Все равно делать нечего», — подумала она, снимая очки и складывая их на прикроватную тумбочку. — Высыпайся, — сказал он, занавешивая окна, — увидимся после обеда. Проводив парня взглядом до двери, Сахароза положила голову на подушку, чуть смяла одеяло, чтобы обнять его и уснула. Ей снился неразборчивый сон, такой суетливый и размытый. Он туманил голову, не давая мозгам отдохнуть. — Мисс! — в четвертый раз громко позвала ее Юйлинь. Быстро нащупав очки, Сахароза поспешно нацепила их и села. Было чувство, словно она и вовсе не спала. — Что-то случилось? — сонно и взволнованно спросила она. — Нет, особо нет. Сейчас время обеда. Я не видела вас на завтраке и подумала, что вам захочется есть. Я как раз собиралась вниз. Желаете спуститься? — Да, да, конечно, — быстро ответила девушка. Ей было немного не по себе от этой всей официальности в свою сторону. Пообедав восхитительными Нефритовыми мешочками в не совсем живой компании своей сонной проводницы, Сахароза отправилась в номер, для осмотра которого ее и вызвали. Юйлинь же сообщила, что присоединится позже. Она извинилась и куда-то удалилась. Сахароза в одиночестве ступила в комнату, которая значительно отличалась от ее и в первую очередь, размерами и роскошью. Интерьер комнаты был выполнен в красных, коричневых и светлых цветах. Вся мебель была изготовлена из редкой древесины. Гладкая лакированная поверхность менялась резными узорами. То тут, то там замечался бархат и шелк. Завихрения на стенах с расписными обоями разбавляли тонкие и искусные работы красками, исполненные на бумаге и помещенные под стекло. Изящные и плавные линии элементов декора радовали глаз. Возле большого окна с алыми портьерами, стоял рабочий стол со стулом, обитый светлой тканью. От всей комнаты веяло чем-то величественным и завораживающим. В воздухе витала своеобразная атмосфера. «Кто вы? Кто вас впустил?» — внезапно раздалось у Сахарозы за спиной резким мужским голосом. Она дернулась от неожиданности и обернулась. Перед ней стоял грозного вида мужчина, одетый в темно-синюю одежду. На носу его были прямоугольные очки, за которыми недовольно посверкивали темные глаза. — Ну? — громко спросил он, ожидая ответа. Тут за его спиной появилась Юйлинь. Она с извиняющимися глазами глянула на Сахарозу и с кислым видом небрежно кинула взгляд на чужую спину, что преградила ей путь. — Вообще, — начала она с вызовом, протискиваясь между мужчиной и какой-то тумбочкой, — это тот самый ученый, посланный из Мондштадта. — Да хоть из Цисин! — воскликнул он сложив руки на груди, — Нечего шастать тут всяким посторонним и мешать ходу работы. — Мисс Сахароза является членом Ордо Фавониус, так вы представляете Ли Юэ официальному лицу соседней страны? — встала девушка перед алхимиком к ней спиной, закрыв собой. — Приветствую вас, Сахароза, — обратился он к Сахарозе, отодвинув проводницу, натянув улыбку, — от лица всей нашей команды, что ведет расследование. Я, Лианг Лю, исполняю должность главного здесь. Если понадоблюсь, можете передать это Юйлинь, а она, в свою очередь, мне. Приятного времяпровождения в Ли Юэ! — закончил он, а затем, вздернув нос, глянул на девушку в темном. Он фыркнул с нескрываемым недовольством и процедил сквозь зубы "просьбу": — У меня есть график, которому я должен следовать, Юйлинь. Делайте что вам положено и уходите! — закончил Лианг Лю и фыркнув, ушел. Как только след его простыл, Юйлинь сразу же смягчилась и расслабилась: — Вы не заостяйте на нем особо внимания и знаете, лучше не старайтесь найти общего языка. Сложно все это и особенно с ним. Он лишь снаружи такая колючка, — сказала проводница Сахарозе, а затем с серьезным выражением лица в пол голоса продолжила: — в душе он терновник. «Юйлинь!» — громко позвали девушку из соседней комнаты. Шумно вздохнув и извинившись, она ушла, оставив Сахарозу снова одну. Постояв немного в тишине, биоалхимик неуверенно шагнула чуть вглубь комнаты. — Зря он так про Цисин, — услышала она знакомый голос и обернулась. Это был Сяо, который как ни в чем небывало стоял, опершись о дверной косяк. — Один из представителей ведь скоро прибудет сюда. Возможно, чтобы разобраться с чем-то, — небрежно выписал он окружность, имея в виду комнату, в которой они находились, едва двигая кистью, — а возможно кем-то… Сахароза ничего не понимая, чуть приподняла брови. — Расскажу чуть позже, — лишь ответил Сяо и выпрямился, — ну, как идут дела? — А, я только пришла, вот, осмотреть. — Осматривай, — кивнул адепт, а затем резким движением указал на угол тумбочки, рядом с котрой он стоял. На мебели виднелись царапины от больших когтей, — например, вот тут, — он указал на испорченную поверхность стола, — и здесь, и тут, и на подоконнике. — Ты уже был здесь? — удивленно спросила Сахароза, сидя на корточках и аккуратно водя подушечками пальцев по царапинам. — Скажу больше, я видел его. — Стой, что? — А ты думала почему именно я веду вас сюда? После краткого рассказа Сяо, у Сахарозы было более или менее четкое понятие ситуации: Существо это больше человека, ну или разве что размерами с особо крепкого мужчину. Свечение ей ни о чем не говорило. Царапины на мебели глубокие, расстояние между ними говорило о размере лапы. Сама эта комната снималась некой Джиао Лю, которая прибыла в Ли Юэ для подписания контракта о продаже парфюмерных изделий. После происшествия, на полу был найден флакон, который упал со столика и разбился при побеге существа. — Шелковица, — заключила Сахароза, когда Сяо предоставил ей идентичный флакон. Сам Сяо, при этом, сделал предположение, что тот аромат, который он чувствовал в тот вечер был от тех самых духов. «Выходит, — думал он, — существо было с этим запахом, раз побывало здесь. Вычислять его по такому скудному арсеналу примет глупо: пол Ли Юэ пользуется маслами разных сортов шелковицы, да и было это давно. Оно могло успеть смыть следы. И в том, и в том смысле». Но тут же эта догадка была отброшена в сторону, так как запахи совсем не совпадали, они были абсолютно разными. Тот первый аромат Сяо уже слышал, еще давно, находясь рядом лишь с одним человеком. Человеком прошлого... Но это не может быть он, исключено. Хотя бы орудуя тем, что его уже нигде не найти. Или нет, найти то можно, но... — Ладно, мне нужно идти, — задумавшись, сказал вдруг Сяо и стремительно покинул помещение. «Наверно пошел думать», — пожала плечами Сахароза, проводив его взглядом. — Время! — внезапно и громко воскликнул Лианг Лю, появившийся непонятно откуда. Сахароза чуть подпрыгнула, но он не обратил внимания и продолжил говорить громогласным голосом, — Ну что? — Похоже на следы геовишапа, — начала медленно Сахароза, оправившись от испуга, — Но я не могу утверждать. Эти следы немного иные. Видите, вот здесь они… Ее перебили: — Благодарю, ваша помощь бесценна, — улыбнулся мужчина и указал на дверь, — А теперь, на выход! *** Солнце уходило за горизонт, даря красноватый закат. Облака в небе окрасились в нежно-розовый, подобно сахарной вате и плыли по играющему красками небу. Сахароза стояла на абсолютно пустом балконе, заламывая руки и нервно осматриваясь. Она была в назначенном месте, в назначенное время «Меня же не могли обмануть ради шутки, верно?» — волновалась она. — Прости, припоздал, — извинился Сяо, внезапно появившись и сунув девушке в руки закатник, доедая свой. — Я узнавал новости, — подошел он к ограде на краю балкона и облокотился на нее, устремив взгляд куда-то вдаль, — Они прикрыли дело. Побоялись огласки. — Оу, — лишь ответила Сахароза. — Выходит, твои услуги им больше не нужны. — Они и не были нужны, — сказала девушка, вспомнив их «теплый прием». — Именно, — кивнул Сяо, — Они испугались не шумихи насчет существа. Оно не появлялось уже давно, а значит, можно сообщить, что его прогнали и отправили восвояси, не желая мешать его жизнедеятельности. Будь сейчас у власти Нин Гуан… Приспичило же ей вместе со своими людьми нанести визит в Сумеру и оставить нас именно сейчас! Кстати, этого монстра назвали обычным геовишапом, — усмехнулся Сяо. Сахароза возмутившись, нахмурилась. После, Сяо коротко и ясно рассказал всю суть. На самом деле, главная проблема была в другом. Оказывается, эта Джиао Лю, которая, собственно, и снимала ту комнату, оказалась крупной мошенницей. Во-первых, она являлась до не возможности нечестной перекупщицей, во-вторых, она еще и разбавляла готовый качественный продукт водой для пущей выгоды. Такого ценители насыщенного и полноценного аромата не оценили. Когда часть ее, еще и незаконно приобретенного, имущества была повреждена существом, Джиао Лю надеялась устроить скандал, подать в суд и выиграть большую сумму моры, которые добавятся к выручке с контракта. Приличное количество моры с несколькими ноликами она, в свою очередь, задолжала банку Северного королевства. Отдыхала она в Ли Юэ не на свои средства. Среди вещей были замечены и поддельные документы. Тут Сахарозе стало ясно это безразличие Лианг Лю к тому существу. Это все было лишь обманкой, обложкой, то, что скрывало совершенно другую начинку. И девушка невольно поучаствовала в этом процессе выстраивания ширм. — Выходит, тебя использовали для галочки, — заключил Сяо, — что очень обидно. Поиздевались над чужим талантом, чтобы потом сообщать, что «по словам эксперта» это был обычный геовишап. Чудовища. Вообще, по идее, я не имею права во все это вмешиваться, но все же, могу похвастаться: я добился того, чтобы твое имя или намеки на личность нигде не фигурировали. Думаю, ваш магистр поймет, что это лучше, чем те камни, которые могут полететь в тебя, в случае, если все всплывет наружу. Сахароза кивнула и также подошла к ограде. Она сложила руки на перилах и положила на них голову, тяжело вздохнув: во что ее вляпали? В этом вздохе хорошо различалась грусть, разочарование и усталость. — Прошу прощения, что тебе пришлось так бессмысленно мотаться, — произнес Сяо, уловив в ее поведении печаль. То было естественно. — Сяо, прошу, не бери всю вину на себя, — повернула она голову в его сторону, — Я тебя ни в коем случае не обвиняю. Ты совсем тут не причем. Ты не мог знать всех обстоятельств, так как был с нами. Да, и, почему бессмысленно? Я познакомилась с тобой, хорошо провела время в обществе друзей. Сяо задумался на пару секунд, обдумывая услышанное. Действительно, эти дни подарили и ему хорошее окружение и разряженную атмосферу. Все эти посиделки возле костра, сон под открытым небом, разговоры на разные темы… И все это теперь кануло в лету. Исчезло. Навсегда. Их тройка без третьего, который, собственно, и задавал все время ритм спокойной мелодии их коллектива, общую тему, которая сдружила их, становится пустым звуком, не способной создать уют. Такой поход вряд ли уже повторится. «Странно, мы понимаем цену вещей только тогда, когда теряем их». Сяо будет скучать по всему этому. «Но сейчас, все, как и было», — это и вернуло его в реальность. И странно, что реальность эта стала скучнее. Сяо не знал, что серая рутина может быть еще хуже. Он тихо вздохнул: — Если бы я знал, что все так сложится…- голос его при этом стал хриплым. Он поспешил прочистить горло. — Мистер Альбедо знал, — сказала Сахароза. Сяо удивленно повернулся на нее. — По дороге сюда, — начала она, не замечая действий адепта. Она снова с головой погрузилась в мысли и воспоминания, что ничего не замечала вокруг, — он пару раз говорил мне, что ему кажется это весьма подозрительным и ненадежным. Он удивлялся: из Ли Юэ послали за биоалхимиком. Именно за этим специалистом. Именно за мной. Кто-то знал все обстоятельства. Они заранее знали, что я - единственный биоалхимик. К тому же, они знали мой…нерешительный характер и… — Хочешь сказать, — начал Сяо, вспомнив, как ему поступило строгое наставление из временного правительства просить услуги именно Мондштадтского биоалхимика. Не с Фонтейна, не с Сумеру, с Мондштадта, — у вас есть подозрения, что в Мондштадте шпионы? — Возможно. Иначе магистр Джинн точно посоветовала бы кого-то более просвещенного в этой теме. Значит, им зачем-то нужен плохо разбирающийся человек в определенной сфере. Человек той профессии, которую можно косвенно связать с темой, и незнающие люди точно клюнут, — закончила она и снова вздохнула. — Интересно, как у него дела? — Уж точно лучше наших, — усмехнулся Сяо, но поняв, что для девушки сейчас это было пустым звуком, продолжил: — Уверен, что все хорошо. Тропинка до города прямая, доберется без проблем. А с монстрами он и сам в силах разобраться. — Ага, — вяло ответила Сахароза, снова задумавшись, не отнимая головы от рук. Солнце почти полностью зашло за горизонт, уступая место тихой ночи. Подул легкий ветерок. Он покачивал листья деревьев, травинки, фонарики, что ближе к вечеру разливались мягким светом, пряди светло-зеленых волос. Взгляд Сяо задержался на девушке. Вид у нее был уставший. Вся она поникла, а в глазах читалась печаль. Странная печаль, своеобразная. Она не была вызвана недавними событиями с бесполезным расследованием и тратой времени, в них не было злости или разочарования «Она устала, — предположил он, но тут же понял, что и усталость не причем, — Значит..., выходит, она…» — Он тебе нравится, — заключил Сяо вслух. — Что? — тут же встрепенулась Сахароза. Она активно замотала головой и замахала руками, — Нет, нет, с чего ты вообще взял? — Я утверждал, а не спрашивал. — Значит… значит ты ошибся, — тихо ответила она, прижав ушки к голове. — Разве? — спросил он, чуть наклонив голову. Последовала тишина. Ответ он получил лишь через добрых секунд десять. Сахароза, пытаясь собраться с мыслями, прикрыла и после вновь открыла глаза, и прерывисто вздохнула: — Это так заметно? — Ну, я, как понял, Альбедо еще не в курсе. — Ну и прекрасно. — Ты не собираешься признаваться? Сахароза стыдливо опустила взгляд и отрицательно покачала головой. — Сахароза, нельзя так упускать возможность. Вы же хорошо ладите, у вас прекрасные дружеские отношения, которых никто с вами кроме вас самих к друг другу не может добиться. — И которые я особенно не хочу ломать. Сяо возмутился: у нее есть шанс, она может рассчитывать на что-то, в отличие от него. Сам он скован воспоминаниями прошлого, которые не дают спокойно продохнуть, начать что-то заново. Какой-либо отголосок его чувств причиняют большую боль. Он помнит, он виноват, он подвел… У нее же просто раздолье и свобода. К чему медлить? К чему убегать, отсрочивая неизбежное? Как же ей объяснить, что этот момент, когда все еще возможно не вечен? Часть негодования дало соответствующий интонационный окрас словам: — И потому выбираешь ломать себя и топить чувства в работе? — Я… — протянула она, водя пальцем по перилам, а затем мотнула головой и уткнулась в свои руки, — Сяо, нет. Я не могу. — Не думаю, что он такой бессердечный, что оставит тебя страдать одну после этого. Он поймет. Да и даже если не ответит взаимностью, тебе же самой станет легче. Он не такой человек, который будет акцентировать на этом внимание, и ты быстрее сможешь отпустить это все. — Нет, да, нет, же! — воскликнула она и начала так оживленно тараторить, что Сяо даже не пытался ее перебить: — Понимаешь, он может подумать, что эта вся моя несобранность и робкость из-за этих чувств, из-за него. Что, возможно, отчасти и правда. И потому он захочет отдалиться, чтобы не мешать мне работать и «спокойно жить», — сделала она в конце кавычки пальцами в воздухе, — Я не хочу рисковать теми дружескими стабильными отношениями, что есть сейчас. Я счастлива, когда он счастлив. И мне вполне достаточно того, что он просто находится рядом. Тут Сяо признался себе, что ее слова не лишены логики. Он уже понял, что она просто боится быть отверженной. Ее пугает неизвестность. В таком случае, он не может заставлять делать то, что она так старательно от себя отталкивает. Да, он считает, что это неправильно, но в данной ситуации нет смысла ее уговаривать, если она сама этого не хочет. «Не все решается силой», — это то, что ему показало прошлое, но он, по каким-то причинам, забыл об этом на долгое время, до тех пор, пока об этом не напомнили принципы Альбедо. Сахароза, тем временем, решила пойти в наступление: — И вообще, почему бы тебе самому не общаться с ним больше? Сяо промолчал. Он понимал, что это почти невозможно - он, как защитник Ли Юэ обязан все время находиться в городе. Да, может быть изредка он сможет их навещать, но что за дружба с такими пробелами? — Ну чего ты молчишь? Да и тебе такое общение не в тягость, — она вздохнула, — Знаешь, а может, будет даже лучше, если мы сохраним нашу тройку. Правда мы с тобой знакомы очень мало и я не могу говорить наверняка, хотя бы потому что много чего о тебе не знаю. По крайней мере меньше мистера Альбедо. — Сяо еле заметно хмыкнул. — Но мне все равно почему-то кажется, что ты хороший. А представь, если вы вдвоем будете хорошими друзьями, и тебе не будет одиноко. Ты с ним ладишь даже лучше чем я. Я ведь с ним-то нормально и заговорить не могу. Тогда мне, как ты сказал, можно будет все переварить, спокойно отпустить и при этом я и дружбу сохраню, пока ты меня заменишь. Ну, если останется что сохранять. — грустно улыбнулась она. В ее голосе слышалась горечь. У Сяо внутри словно что-то неприятно шевельнулось. С одной стороны Сахароза дает ему шанс больше сдружиться с Альбедо, а с другой она дает понять, что сдается. Это печально. Да и он попросту не может - не хочет когда-нибудь снова кого-то подводить. Повисла тишина. Сахароза зевнула. — Иди, отдыхай, — сказал Сяо, цепляясь за новую тему, — Мне нужно идти. Кто-нибудь сможет сделать тебе перевязку? — Да, думаю, Юйлинь согласиться немного помочь, — кивнула девушка. «Я, тогда наверно отправлюсь обратно завтра же. Как раз успею в Мондштадт заглянуть», — сказала она больше себе, чем собеседнику, пожелала доброй ночи и поплелась на нижние этажи. Сяо еще с минуту постоял на месте, смотря той вслед, а затем исчез, оставив после себя темную с бирюзовым дымку. *** Вздохнув, Сяо открыл глаза. Долина ветров. Как давно он здесь не был… Вечный ветер этого места покручивал оранжево-красные лепестки ветряных астр. Кристальные бабочки, спокойно порхающие туда-сюда, выглядели намного загадочнее и красивее ночью, в темноте. Звон их крыльев, шелест листвы — все, так же, как тогда. Когда одуванчики тихо покачивались на ветру, до слуха доносилась мелодия лиры бродячего барда, звенел веселый смех, жизнью задорно блестели глаза, сияли бирюзовые косы... Адепт открыл глаза и поднял взгляд на статую Барбатоса. От каменного архонта свободы и ветра летели элементальные частички. «Он достойно погиб в бою, — сказал далекими годами ранее Властелин камня, обращаясь к Сяо, когда они любовались горным пейзажем Ли Юэ. Сяо тогда промолчал, борясь со своими мыслями и чувствами, переполнявшими его тогда. — Он и в последнее время силой не отличался, а после этого инцидента с потерей сердца Бога…совсем ослаб. "Сердце Бога, - прогремело в голове Алатуса, - выходит, из-за меня..." Он и не шевельнулся, предпочел подавить в себе нарастающую бурю». «Надеюсь ты смог бы меня простить...» — тихо произнес парень, как зачарованный, не отрывая взгляда от статуи. *** Альбедо стоял на небольшом балконе одного из домов Ли Юэ. Луна сияла на небе, разливаясь серебристым светом на крыши улочек города, уютно освещенными фонариками. Чем дольше Альбедо наблюдал за Ли Юэ, тем меньше на улицах становилось людей: все расходились спать. Подул ветерок. Он прикрыл глаза и блаженно повернул лицо к свежим и прохладным потокам воздуха. Сяо долго еще мог наблюдать за тем, как светлые пряди волос забавно качаются на ветру, как алхимик чуть покачивался под еле различимый умиротворяющий шум морских волн, наслаждаясь моментом. Но такой долгий ветер был бы весьма подозрительным. Алатус опустил руку, прекратив движение потоков воздуха. — Доброй ночи, — появился адепт рядом с Альбедо. Он, сложив руки на груди, уперся плечом в стену. — Доброй, — мягко улыбнулся алхимик, — рад твоему приходу. Я уже потерялся в догадках к какому именно месту мне нужно будет завтра идти. — Туда же, — ответил Сяо. Он вздохнул. Спокойная аура белокурого принца возымела свой эффект, и Алатус, закрыв на миг глаза, словно сбросил с себя все накопившееся напряжение. Уже раскрепощенно он двинулся к алхимику, встал рядом, сложив руки на балюстраду и направив взгляд на знакомые пейзажи, тихо добавил: — Прости. — Ничего страшного, бывает. Как там дела? «Рассказать как есть или предоставить в распоряжение Сахарозы лишнюю тему для разговора?» — подумал Сяо, но у него появилась новая мысль, которая, по началу, казалось хорошей. Но то было по началу. — Сахароза…она… — неуверенно начал было Сяо, но его перебили. — Что-то случилось? — по тону Альбедо было ясно, что он заволновался. — Нет, она просто сказала, что завтра уже начнет путь обратно, — пошел на попятную адепт. Ну не может он рассказать то, что не имеет к нему отношения. У него просто язык не повернулся предательски сдать ее. Да, ему очень хотелось помочь Сахарозе, но алхимик все же должен услышать это именно из ее уст. — Тогда хорошо. А чего так рано? Что-то произошло? — Да там, долгая история, — махнул рукой Сяо. — У меня есть вся ночь впереди, чтобы послушать. — Нормальные люди ночью спят. — Значит, я не в их числе.