Осколки прошлого Вики Уокер

      – Расскажи, с чего всё началось? – серьёзный мужской голос с трепетной осторожностью обволакивал девушку рядом.       Демоны сидели на обрыве летающего острова в лучах оранжевого закатного солнца. От женской фигурки исходили волны тяжелого напряжения, а голова её понуро покоилась на собственных острых коленках.       – В 5… по земным меркам, я впервые узнала, что такое грубая пощёчина…

Воспоминание

      Я помню, сколько суеты было в тот день. Маль не принёс зачёт с экзамена по крылоборству. В первый и, к слову, в последний раз. Для отца это означало полнейшее разочарование в сыне и угнетение семейного уважения в обществе.       Бедный демон не знал как же ещё выслужиться перед высшими, дабы его заметили, кроме как отрываться на собственных детях. Бесконечные, тяжелейшие и изнурительнейшие тренировки сопровождали нас с тех пор, как мы научились ходить и хоть немного летать.       Как и в тот раз. Целый месяц брат не имел и минуты передышки, не говоря уже о полноценном отдыхе. Отец заставлял его оттачивать фигуры в воздухе снова и снова, круг за кругом. При том, что за любую, даже малейшую погрешность в исполнении получал дополнительные задания и кучу ругательств в спину. Маленький мальчик, которому на тот момент было около 8, не понимал, за что так жестоко поступал с ним отец.       Иногда усталость и боль достигали такой степени, что хотелось разрыдаться от бессилия. Но он не позволял себе, ведь знал, что мужчина явно будет недоволен.       «Слёзы – для слабаков!» – так детям всегда твердил Берт.       И вот однажды после очередного круга Ада Маль случайно увидел беззаботно играющих в салки детишек. Их счастливые улыбки и задорный смех дикой болью отразились на его вмиг погрустневшем лице. Обида захлестнула с головой и, прибежав домой, демон просто упал на кровать, зарываясь лицом в подушку, дабы приглушить рыдания.       Отец ещё не успел вернуться, застряв с кем-то на дворе, а я, ещё не до конца понимающая, как всё в этом мире устроено, полетела за братом.       – Маль, что случилось? Отец опять тебя бил? – я помню, как тяжело мне давались слова от горечи и обиды. Как саднило горло от подступающих у меня самой слёз.       – В-вики, не сей-час… – и как больно мне было слышать надрывающийся голос родного демона.       – Пожалуйста, не отталкивай меня. Как я могу помочь? – я с щенячьими глазками пыталась заглянуть к нему, но он лишь отдёрнул меня за руку.       – Не лезь. А то и тебе достанется!       Громкий стук двери заставил нас двоих подскочить от испуга.       – Ну и где ты, слюнтяй?! – неприятный резкий голос раздался совсем у входа в детскую.       Всего за секунду у меня перед глазами пронеслась картина дальнейших событий, как они начали превращаться в реальность.       Отец, конечно же, заметил красное опухшее лицо Маля, что знатно его взбесило. Со всей ненавистью и презрением он подлетел и оттолкнул брата в другой конец комнаты.       – Я что тебе говорил?! Ты ничего так не добьёшься!!! Ты же не какая-то девка, вроде неё, – он тыкнул пальцем в мою сторону, даже не глядя, – Чтобы реветь! Разве я так тебя воспитывал?! – Берт угрожающе нависал над мальчиком, чуть не потерявшим сознание. В его глазах горел огонь, способный сжечь всё. Даже самые тёплые и приятные воспоминания о некогда «нормальной» семье.       Я молча стояла сбоку, закрыв лицо руками и глотая слёзы. В маленькой головке не укладывалась такая беспощадная жестокость. Но когда я услышала, как тихо вскрикнул брат от нанесённого удара, я не могла бездействовать. Его шёпот был громче криков в адских темницах, и я уже ни о чём не думала, пока неслась к нему.       – Папочка, нет! Папочка, не надо, пожалуйста! – мои щёки пылали от горячих слёз, а пелена застилала взор. Я видела лишь размытый силуэт, но я чётко видела перед собой не человека, даже не демона, и уж точно не отца. А самого настоящего тирана в человеческом облике.       – Ты ещё и защищать его решила, мелкая ты тварь?! – он грубо отпихнул меня вбок, и я ударилась головой об прикроватную тумбочку. – Какой позор, Маль! Тебя вызвалась защищать девчонка, – он истерично рассмеялся. Но смех его был хриплым.       – Вики… – только тихо произнёс брат.              Даже металлический привкус крови во рту не помешал мне, пошатываясь, встать со своего места и вновь направиться к отцу.       Отчаянная? Безусловно.       Глупая? Возможно.       – Хм, храбрая сильно? – он презрительно хмыкнул.       – Отойди от него! Маль старается, а ты ему делаешь больно!       – Да ты что?! Больно?! Иди сюда, мелочь! – я не успела спохватится, как он больно сжал свою массивную ладонь вокруг моего запястья, да с такой силой, что я думала, он раздробит мне кости.       – А-а-а!!! – я кричала… В этом не было особого смысла. Просто потому, что это было единственное, что я могла сделать. И я делала.       – Нет, отец! Она ни в чём не виновата!       – Заткнись, щенок. Ты ни черта не стоишь, как и твоя сестра!       И он ударил меня. С таким остервенением, будто я разрушила его жизнь. Будто во мне кроется причина всех его жизненных неудач…

Наше время

      Брюнет со всей внимательностью слушал рассказ рядом сидящей голубоглазой шатенки не в силах отвести взгляд. Он не заметил как вдруг подвинулся ближе, как накрыл её руку своей и сплёл пальцы, вкладывая в этот, казалось бы, незначительный и маленький жест всю свою поддержку.       Его алые омуты горели адским пламенем, даже несмотря на все его усилия сдерживать свою агрессию в сторону этого мужчины. Девушке это сейчас вовсе не нужно было.       На первый взгляд, она бездумно пялилась вперёд, но бегающие от волнения зрачки выдавали её переживания. Она боялась смотреть в глаза мужчины рядом, потому что он бы увидел как блестят её глаза от подступивших слёз.       – Что было дальше? – тихо прервал тишину демон, стараясь угомонить и своё бешено колотящееся сердце, что начало стучать с такой скоростью сразу после услышанного темпа её.       – Я привыкла к этому, Люцифер, – она неопределённо пожала плечами. – А затем отец придумал новое развлечение…

Воспоминание

      Это случилось в один пасмурный холодный день. Погода на улице оставляла желать лучшего, и я осталась дома на выходных. Маль полетел в школу к друзьям на тренировку, но вот-вот должен был вернуться.       Отец любил выпивать со знакомыми демонами неподалёку в баре. Обычно он приходил пьяный, срывался на крик и засыпал как ни в чём не бывало.       Но сегодня был совершенно другой день.       Я тихо сидела в своей комнате и перечитывала историю становления иерархии демонов и ангелов, когда внезапно услышала громкую возню в коридоре.       – Папа. Папа, тебе помочь? – я подбежала к отцу и только сейчас заметила разбитую голову. На седых волосах и лице были видны пятна запёкшейся крови. Под глазом сиял фиолетовый фингал, а большие тёмно-серые крылья были пошарпаны.       – Отвали, дрянь, – от него несло таким жутким перегаром, что я невольно скривилась.       – Давай я что-нибудь сделаю? – я хотела коснуться его руки, видя как его шатает из стороны в сторону и как тяжело ему передвигаться, но он опередил меня и схватился мертвой хваткой за волосы.       – Из-за тебя… – злобно прошипел он. – Это всё из-за тебя!       – Ай, отец, пусти, мне больно! – я попыталась вырваться, но он слишком крепко меня держал.       – Ты уже сделала всё, что могла. Испоганила нам жизнь своим появлением, маленькая зараза! – он плевался ядом, а из моих глаз сами по себе брызнули слёзы. Его тон, его сила, его энергия, я была не в силах противостоять этому чудовищу, пока он вёл меня в неизвестном направлении.       Я еле поспевала за его огромными размашистыми шагами, плетясь чуть сзади, придерживаясь за его руку. Пока не поняла, что он хочет сделать…       – НЕТ! Нет! Пожалуйста!       – Заткнись!       В ванной комнате, к моему огромному удивлению и к его счастью, оказалась полная ванна воды. Одному Богу известно каким образом так «удачно» сошлись все обстоятельства…       Я начала упираться и кричать пуще прежнего, словно озверев, но в свои 12 не могла поделать ничего против этого свирепого мужчины. Берт схватился уже второй рукой за мою шею и окунул головой в воду.       Всего на секунду меня парализовало от страха, а затем я начала биться в истерике прямо под водой. Я кричала, но мой крик утопал в глубине бесцветной жидкости. Я пыталась отстраниться руками, но моей силы просто-напросто не хватало.       Воздух заканчивался, вода заполняла нос, рот, дыхательные пути… ногти были содраны в кровь.       Всего на пару секунд он достал меня из воды, чтобы сказать:       – Ты! Ты убила вашу мать. Ты ничтожное отродье, не стоящее жизни в этом доме.       И снова моя голова оказалась под водой. Он знал, что не убьёт меня. Но знал, что это доставляет мучения. И он наслаждался этим. Моими беспомощными криками, бессмысленными попытками вынырнуть.       Лёгкие словно сковывало в тиски. Кровь приливала в мозг. Глаза пекло от воды вперемешку с солёными слезами. Уши заложило от собственных криков и всплесков воды.       Я отчаянно пыталась вылезти, но всё это было бессмысленно. Я кричала, но это не помогало. Я просто молилась. Молилась, чтобы эта пытка поскорее закончилась. Неважно как.       Когда сознание постепенно стало ускользать из реальности, я почувствовала как кто-то отдёрнул Берта и вытянул меня за плечи.       – Вики, господи! Солнышко, дыши, пожалуйста. Всё будет хорошо…       И я позволила себе отключиться на руках у Маля, учуяв родной аромат его тела…

Наше время

      Позу, в которой сидел Дьявол, можно было спутать со скульптурой, настолько твёрдо и напряжённо он сидел. На лице ни единой эмоции, а в душе целая буря. Словно на лице его была восковая маска, он выглядел отстранённым. Сложно было понять, что сейчас за мыслительные процессы происходили внутри у этого демона.       Девушка же была полностью погружена в себя, вновь проживая каждую секунду ужасных воспоминаний. Одна небольшая, но такая горячая и до одури солёная слеза скатилась по розовой щёчке. Девушка не сдержалась и провела свободной рукой по лицу, смахивая капельку.       Они оба молчали. Не знали, какие слова подобрать дальше. Но они и не нужны были, ведь в следующую секунду мужчина повернул голову в сторону девушки и мягко коснулся её подбородка, вынуждая посмотреть на него. Их взгляды пересеклись и были гораздо многословней. Её тревожный, разбитый, опустошённый, и его серьёзный, тяжёлый и грубый, но не по отношению к ней. Люцифер точно решил, что будет делать.       Он тихо прислонился своим лбом к её, перед этим оставив там почти невесомое касание губ, от которого у девушки на мгновение перехватило дыхание, и произнёс, прикрыв веки:       – Я больше никому не позволю тебя обижать. Никогда.