Стеклянное сердце

      — Что ты там видишь? — Камило игриво мазнул носом по щеке дяди и, пока тот спрятал смущенное личико в темных кудряшках, попытался заглянуть ему через плечо, но это не сработало. Бруно как будто знал все уловки парня наизусть, поэтому упорно сторонился его, уворачиваясь, уходя от цепких пальцев, что так и норовили отобрать у мужчины «предсказание». — Ну же, покажи мне!       Бруно еще раз свернул вбок, уклоняясь от резвого выпада, но не сразу осознал, что уже летит вниз, пока не приземлился мягким местом на прогретую солнцем землю. Злополучный камень впился острием прямо в ягодицу, отчего мужчина ойкнул, до скрежета стискивая зубы под заливистый хохот мальчишки. Но легкая атмосфера продлилась недолго. Когда провидец понял, чего же не хватает, паника нагрянула штормовым цунами, заставляя его бегло оглядываться по сторонам в поисках плитки. Зеленое стекло, словно в замедленной съемке, прошло точно перед глазами, отражая размытые фигуры двух Мадригалей, и разлетелось на десятки осколков у них под ногами, опасно осыпая оголенную кожу ступней. Камило с нескрываемым удивлением и страхом смотрел то на острые кусочки, то на дядю, чья аура, казалось, стала мрачнее грозовой тучи Пепы, и незаметно стряхнул все со своей сандалии, пытаясь вглядеться в части разбитого рисунка.       — Там было твое будущее, Камило, — провидец поднял пустой взгляд на племянника. Нервные смешки разрезали тишину вечерней улицы, заставляя мальчишку напрячься еще больше. Его Бруно никогда так не делал. — Думаю, нам пора поговорить.

***

      Камило спустился по лестнице на первый этаж, жмурясь от вовсю палящего солнца. Лучи будто бы специально целились прямо в глаза парню, из-за чего тот шел буквально на ощупь, точно обходя каждое препятствие на своем пути. Почти. Бруно вышел из-за угла так же неожиданно, как и брюнет врезался в него, чем перепугал мужчину до чертиков.       — Что за...?! — только и успел выпалить Мадригаль прежде, чем это чудище вновь двинулось на него. Мальчишка закрыл глаза, из-за чего они стали похожи на тоненькие щелочки, спутанные ото сна кудряшки съехали на лицо, а полураспахнутая рубашка с криво накинутым пончо на нее дополняла выразительный образ. — Камило, ты что ли? — Бруно усмехнулся, заслоняя своей фигурой окна, из которых лился яркий свет, и обволок густой темной тенью племянника. Крупная ладонь мягко коснулась волос, смахивая их со лба, на что Камило фыркнул, несколько раз чихнув.       — Скажи, красавчик же! — парень одернул воротник рубашки и с улыбкой подмигнул дяде, вызывая у него уже такую привычную реакцию: вздох, молящийся всем богам взгляд, устремленный к потолку, поджатые губы, слабая усмешка, несильный подзатыльник непутевому племяннику. — Ай, да за что?! Разве я солгал? Вот и не смотри тогда на меня так. Идем, сегодня великий день. И великий я должен набить наивкуснейшими блинчиками свой живот, чтобы к вечеру быть в полной боевой готовности, — парень схватил Бруно под локоть и поволок на кухню, попутно здороваясь со спускающейся со второго этажа Изабеллой. Девушка приветливо помахала рукой, послав мальчишке воздушный поцелуй вместе с парочкой нежно-фиолетовых бутонов, и зевнула.       Провидец спешно поприветствовал племянницу в ответ и тут же взглянул на Камило, который, хоть и улыбался от уха до уха, все равно нервно поджал губы, стараясь не обращать внимания на способность кузины. Парень кинул на мужчину беглый взгляд и, заметив, что тот снова пытается проанализировать его поведение, несильно ткнул Бруно в плечо, кивая головой в сторону ломящегося от изобилия еды стола.       — Не переживай слишком сильно, ладно? — провидец обогнал племянника на несколько шагов и остановился прямо перед его носом, смотря точно в переливающиеся свежей зеленью глаза напротив. — Антонио обязательно получит свой дар, — Мадригаль недоверчиво провел пальцами по краям желтого пончо, слабо кивая. — Ты же веришь мне?       — А как я могу не верить своему соседу по комнате? — протянул риторический вопрос Камило, пожав плечами. — Конечно, братишка получит дар, об этом и речи быть не может. Меня просто распирает любопытство от того, каким же он будет, — парень скрестил пальцы обеих рук, как это делал дядя, когда сильно нервничал, и постучал три раза по голове, перекинув через левое плечо невидимые крупицы чего-то.       — Я же вижу, что...       — Ну так закрой глаза на несколько минут и освежись, — огрызнулся брюнет, но быстро одернул себя от паршивых слов, хмурясь. Кулаки Камило сжались, но больше он ничего не сказал, возвращаясь к столу, где их уже заждалась потихоньку подходящая семья.       Бруно устало выдохнул, решив, что лучше пока оставить племянника наедине со своими мыслями и не тревожить. Все-таки сегодня праздник Антонио, и им не обязательно ругаться прямо сейчас, чтобы испортить настроение не только себе, но и остальным членам семьи. Все и так с самого утра сидели как на иголках: одни встревоженно переговаривались, другие затыкали уши и старались абстрагироваться от суматохи. Но, стоило солнцу только-только показаться из-за горизонта, а петухам лениво расправить крылья, готовясь с боем вырывать жителей города из сладких лап сновидений, семья Мадригаль уже вовсю носилась по дому и украшала его. Может, только взрослые, Бруно не мог сказать наверняка, потому что до последнего мучился с тем, чтобы поднять спящего мальчишку с кровати, а потом спустить его с бесчисленного количества ступенек. Хотя, что уж таить, Камило отказался идти самостоятельно уже на третьей, поэтому провидцу пришлось лично тащить его на спине до самой двери, зато, как только сандалия парня ступила на пол Каситы, его как будто подменили. Наверное, утренняя суета прибавила ему сил. Мадригаль был совершенно не против потратить свободное время на марафоны по этажам, делая вид, что помогает, но на самом же деле воруя еду с каждой неправильно стоящей тарелки.       Оставил одного всего на час, а он уже успел превратиться в настоящий маленький ураган. По внешности так точно.       Мужчина сел на свое место и принял все, что невпопад родственники пихали в руки, начиная с салата и заканчивая десертным пирогом. Спустя минуту его тарелку можно было спутать с тарелкой Камило, который без помощи остальных прекрасно справлялся с ее заполнением, а прямо сейчас опустошал вторую половину своей порции, чуть ли не мурча от удовольствия.       — Приятного аппетита, — пожелал Бруно родным, но на самом деле обратился только к парню, который упорно пытался его игнорировать, жуя постную лепешку. Хотя было видно, что тот еле сдерживался от того, чтобы не заговорить.       И на сколько же тебя хватит?       Мадригаль неопределенно очертил что-то для себя в воздухе и принялся за еду. Он знал лучше других, что все такие вот пустяковые обиды мальчишки не проживают и получаса, поэтому не сильно беспокоился по этому поводу. Его больше волновало другое.       Дар Антонио, да...       Горячий чай приятно обжег кончик языка, оставляя во рту фруктовое послевкусие. Несколько лет назад, когда Камило исполнилось только пять, он так же, как и все родственники, волновался. Он ворочался всю ночь под боком у провидца, читая какие-то свои заговоры на удачу, которым научился у него же. Он пытался казаться взрослым, когда поднимался по заветной лестнице, ловя на себе поддерживающие взгляды родителей и жителей Энканто. И он так долго не мог сделать первый вдох, когда его кусочек пламени испарился, словно тонкая полоса дыма от свечи, скрывая дверь комнаты в стенах Каситы.       Тогда племянник несколько дней отказывался выходить из башни Бруно, не переставая корить себя за что-то, из-за чего ему могла не достаться магия, и постоянно терроризировал мужчину с просьбами о предсказании. Мадригаль слишком долго увиливал от ответа, настолько, что в один из дней сдался и решил все-таки провести для Камило ритуал.

Стекло было пустое.

      Бруно помнил тот день много лет назад, когда сердце мальчишки чуть не пропустило последний удар, стоило ему увидеть абсолютное «ничего». У него как будто не было будущего.       — Бруно, ты чего завис? — парень пощелкал пальцами перед носом дяди. — Ау, прием. О господи, с тебя что, песок сыпется?!       — Где?! — мужчина встрепенулся, выныривая из своих размышлений. Прямо перед ним, умостив свою жопку на уже убранном столе, сидел Камило, упираясь ладонями в коленки. — Что, уже прошло полчаса? — провидец весело хмыкнул, стоило мальчишке закатить глаза и так же улыбнуться одними уголками губ.       — Не позови я тебя, просидел бы здесь до вечера, — констатировал факт брюнет и спрыгнул со стола, грациозными, словно первоклассный танцор, шажками добираясь до дверного проема и подзывая дядю пойти вместе с собой. — Позволите мне, прекрасная сеньорита, пригласить вас на танец сегодня вечером, когда все взрослые поднимут бокалы за нового помощника семьи Мадригаль?       — Какая я тебе сеньорита? Сеньора, — подыграл племяннику Бруно и демонстративно вложил свою ладонь с «кольцом» на безымянном пальце в его, соприкасаясь с горячей кожей. — Пойдем, повеселимся сегодня как следует.       — Ну, если Вы так просите, — Камило поклонился и, под рассерженные возгласы Пепы о том, что до сих пор еще ничего не готово, повел мужчину в незамысловатом танце по коридорам, в самые потаенные уголки, чтобы их никто не нашел и не заставил украшать Каситу или готовить для такого количества гостей.       Бруно слышал, сколько боли было вложено в эти слова. Грустные нотки изредка проскальзывали в тоне мальчишки, выдавая его с потрохами. Скоро он снова, хоть и всего на мгновение, почувствует себя лишним, стоя в эпицентре ликующей толпы горожан. Будет счастливыми глазами смотреть на брата и радоваться вместе с ним, постепенно съедая себя змеями зависти изнутри. Как бы хорошо это не понимал провидец, но ничего поделать не мог. Все, на что он был сейчас способен, — это продолжать дарить Камило легкую улыбку и, путаясь в ногах, двигаться с ним в такт.

Пока что.