Ярко-синие глаза в монохромном мире

На мирно стоящем в углу радио уже с минуту играла привязчивая мелодия, которую Чуя ненавязчиво настукивал пальцами по столешнице, от скуки. Осаму наконец от него отлепился, и они, переглянувшись, допили содержимое стаканов. — Хочу потанцевать. — немного даже капризно сказал Накахара, пялясь на пустой стакан. — Так расплачивайся и пойдём. — с некоторым вызовом проговорил детектив. Казалось, рядом с Чуей он совсем забывал обо всей серой меланхолии, творящейся вокруг, и мог согласиться на всё, что тот ему предложит, лишь бы подольше смотреть в эти синие глаза. На услышанное, мафиози заулыбался и позвал бармена, прося счёт. Потом надел перчатки, шляпу, вытащил из кошелька нужную сумму, рассчитался и, перевесив плащ через плечо, направился к выходу, не забыв остановится и, глядя на напарника, кивнуть в сторону двери. Дазай лишь молча согласился, последовав примеру Накахары и махнув рукой на прощание парню за барной стойкой. Наконец-то улица. Можно вдохнуть по-вечернему прохладный, апрельский воздух и слегка протрезветь. — Ты обещал, так что теперь не отвертишься. — задорный тон только придавал рыжему мафиози соблазнительности, счётчик которой, в голове Осаму, кажется, превысил шкалу до всех двух сотен процентов. Может, так заставляет думать алкоголь в крови, а может он и правда настолько горяч. Кто знает. Чуя подошёл поближе и положил свободную руку на плечо бинтованного собутыльника. Второй он придерживал перекинутый через плечо плащ. Неполноценный схоже держал пальто, но оно у него просто висело на предплечье, хотя второй рукой шатен таки взял напарника за талию, ещё немного притянув его к себе. Как ни удивительно, вне заведения было ещё различимо слышно то радио, потому, можно не угадывать мелодию вслепую, а кружится и пританцовывать под имеющуюся. Мотивчик был схожий, весёленький. Ну тут грех отказать в таком небольшом капризе, как танец. Первые пара шажков в стороны, слегка смазанных, но уверенных. Только устойчивость оставляла желать немножко лучшего. Поворот и ещё шаг. Это, оказывается, весело. В танцах у Двойного Чёрного, так же, как в бою — хорошо угадываемые движения и настрой друг-друга, задор, общая притягательность совместных действий — в общем, заводило не хуже. И настроение поднимало тоже. Шаг навстречу, небольшой наклон, снова поворот и Накахара кружится вправо на все триста шестьдесят градусов, пока Дазай крутит ладонь в перчатке у того над головой. После немного неуклюжего пируэта, они по инерции подались вперёд, друг к другу, что, после того, как мафиози перекинул руку через бинтованную шею, стало ещё больше напоминать романтические обнимашки. Музыка остановилась. Осаму на секунду показалось, что вообще всё вокруг, из серого и мрачного, стало цветным, ярким и необычайно новым, исключительно из-за объятий с одним человеком. — Хочу тебя поцеловать. — особо не задумываясь над сказанным, почти что прошептал Неполноценный, снова завороженный синими огнями чужих глаз, которые с последним замечанием разгорелись только ярче. — Хах, а знаешь, желания у нас совпадают. — без какой-либо агрессии, сарказма или несерьёзности согласился Чуя, — Давай, я готов. — и встал на носочки, чтоб сократить расстояние. Дазай на это хохотнул, но всё же наклонился поближе к чуть-чуть веснушчатому лицу и подцепил чужие губы своими. Поцелуй был смазанный, неглубокий, но до одури пьянящий и чувственный. Вся любовь и нежность, осевшие где-то глубоко внутри за все те четыре года, были вложены в это незначительное прикосновение. Где-то, может, через десять секунд они отстранились, смотря друг-другу в глаза. Затем поцелуй повторился. Потом ещё, и ещё, становясь всё более требовательным, а объятия откровенными. Безумно хотелось чувствовать это снова и снова, а когда удавалось получить это чувство вновь, эти порывы не исчезали — оставались внутри, растекаясь в крови и концентрируясь тягучим комом внизу живота, ещё более добавляя кайфа происходящему. — Ах..! — тихо вскрикнул Накахара, прервав поцелуй, когда Осаму ещё сильнее прижал к себе, случайно задев пах. Глаза слегка закатились, а рот приоткрылся. — Хах, — только и мог выдать Неполноценный, засмотревшись на подобную картину. — Чё «Хах»?! «Извини» надо сказать!! — возмутился рыжий больше реакцией, чем действием, толкнул напарника в плечо и отошёл, состроив агрессивно-обиженную позу. Дазай на это лишь усмехнулся, засунув руки в карманы. — Дурак… — буркнул мафиози, отведя свой чудесный взгляд от раздражающей ухмылки. — Ладно-ладно, прости. — в итоге, всё же промурлыкал суицидник. Всё, лишь бы эти голубые глаза продолжали на него смотреть. Чуя, уже менее нахмуренный, подошёл к стоявшему неподалёку заборчику и опёрся на него поясницей, вздохнув и запрокинув голову. Нужно немного времени, чтоб прийти в себя. Передышка закончилась спустя немного времени, и он, всё так же опираясь на забор, достал из кармана пачку красных Мальборо, вместе с зажигалкой. Прикурил, медленно затянулся и снова прикрыл глаза, выдыхая дым. Осаму встал рядом. Достаточно близко, чтоб можно было прижаться щекой к его плечу. Может быть, Накахара так и сделает, когда докурит. Да, скорее всего. — Дашь затянуться разочек? — чуть наклонился к напарнику Неполноценный. В ответ, с явным согласием, рука в перчатке протянула ему сигарету. Он, ещё немного опустив голову, обхватил губами фильтр и вдохнул дым. Выпустив изо рта табачное изделие, которое всё ещё держал между пальцев мафиози, Дазай выдохнул сероватую дымку. А выждав секунду, то же самое сделал Чуя, после затяжки. Так, по-очереди, они и курили. В тишине, на ночной улице. Блаженство и спокойствие — двумя словами. Спустя где-то минуту, окурок, охваченый красным свечением, прилетает в ближайшую мусорку. А Накахара, как и хотел, положил голову на плечо бинтованного напарника. — Кажется, кому-то уже пора домой? — с явно вопросительной интонацией прозвучало, всё же, утверждение. — Ага, щас. Ночь — время портовых псов, так что хрен я сейчас в кровать лягу. — максимально обиженно стал препираться исполнитель, удобно умостив голову на чужой конечности. — Разве что… — он усмехнулся и поднял взгляд на Осаму. — Разве что, если ты пойдёшь со мной. Чуя поднял голову, привстав на носочки, рукой поглаживая обмотанную бинтами шею, и слегка потёрся пахом о чужое бедро, ещё больше прижимаясь к Неполноценному. Попытка в кокетливость очень бросалась на глаза, но прибавляла нужной соблазнительности. Явный намёк. Устоять просто невозможно. И это именно тот эффект, которого добивался Накахара. — Ты ведь понимаешь, что я не смогу отказаться от столь… — Дазай сделал паузу, ответно обнимая мафиози, параллельно пытаясь подобрать вертящиеся на языке слова. — Заманчивого предложения. — Ну, в таком случае… — Чуя ухмыльнулся и, секундно задумавшись, легонько оттолкнул от себя удивившегося Осаму, что лишь вопросительно приподнял бровь. Пройдя пару шагов, исполнитель обернулся на напарника. — Эй, раз уж не хочешь отказываться от ночи со мной — не тормози.

***

Дорога до дома Накахары, оказавшаяся весьма короткой, запомнилась очень смутно и размыто, но тот момент, когда Чуя толкнул детектива на свою кровать, зубами стягивая с себя перчатку, а потом и его сладкие стоны — уж точно ярко отпечатаются в памяти обоих.