Kimetsu no Yaiba Imagines

• Зеницу встречает тебя глубоко в лесу, и слезы на твоих щеках отражают его собственные крики отчаяния. Он пытается сбежать от своего дедушки, в одной руке у него спортивная сумка, а в другой — тренировочный клинок. Он останавливается как вкопанный и смотрит на тебя, загипнотизированный с первого взгляда, даже когда ты всхлипываешь, дрожишь и плачешь.

• Он приближается к тебе, действуя настолько доблестно, храбро и лихо, насколько может, вытирая слезы со своих щек. Ты поворачиваешься к нему и рефлекторно обнимаешь, и хотя это уже не первый раз, когда его обнимают, Зеницу все равно чувствует, как душа покидает его тело.

• Твоя история проста: ты искала своего друга, который заблудился в лесу и испугался приближающихся сумерек. Рассказывая о демонах, которые поедают людей в этом лесу и, охваченная страхом, ты стоишь там и беспомощно дрожишь от страха.

• Демон. Здесь.

• Демон.

• Здесь.

• Зеницу может умереть. Он думал, что в безопасности от дедушки, если он попытается потерять его в лесу, но нет, в этом лесу наверняка обитает демон. Конечно, он тут есть. Какая гнилая удача. Ему снова хочется плакать.

• Но потом он смотрит на твое заплаканное лицо и останавливается. Нет. Быть слабаком не годится! Он должен тебе помочь! Нет времени плакать!

• Итак, он дает большое обещание убить демона, чтобы ты была в безопасности, и Зеницу чувствует себя невероятно виноватым во лжи (он? убить демона? Кайгаку рассмеялся бы), но ты смотришь на него широко открытыми, полными надежды глазами, и Зеницу думает: он мог бы попытаться.

• Все, что угодно, только бы твои слезы перестали течь.

• Он встречает демона в нескольких шагах от тебя, и момент такой ужасный; демон рассказывает ему шаг за шагом, как его разорвут на куски, а затем медленно смакуют, а Зеницу обнажает меч, но он не может перестать трястись, чтобы нанести удар.

• Он такой неудачник. Он надеется, что ты будешь в безопасности, что, возможно, он будет достаточно хорошей едой для этого демона, чтобы он не охотился сегодня вечером. Он надеется, что ты сможешь найти своего друга и благополучно вернуться домой.

• Все затемняется.

• Когда он приходит в себя, демон мертв, его хаори и клинок в крови, и он дрожит. Зеницу лихорадочно ищет того, кто убил демона — каким добрым этот человек должен быть, чтобы убить демона вместо него и не украсть его меч!

• Однако он не находит никого поблизости и, немного разочарованный, возвращается туда, где ты прячешься. Он гордо хвастается «своим» достижением:

— Демон мертв! Я убил его!

• Ты смотришь на него в шоке. Слезы высохнут с твоего лица, а потом ты улыбнешься, и у Зеницу снова перехватит дыхание.

• Твоя улыбка очень, очень красивая. Просто идеальна, украшает мир так, как ничто не может. Даже солнце не может сравниться.

• Если бы ты только могла продолжать так улыбаться… Зеницу думает, что на самом деле все может быть в порядке.

• Но затем приближается мужчина, и твоя милая, милая улыбка исчезает из его поля зрения, чтобы быть направленной на этого другого мужчину — ты сияешь ярче, чем когда он впервые увидел тебя, чем когда он только что утверждал, что спас тебя. И тут у него щелкает.

• Тот человек… он наверное твой жених, да? Имеет смысл, правда. Вы оба выглядите такими счастливыми и довольными тем, что вы вместе.

• Зеницу уже сдается. Это безнадежное дело, еще одно горе — действительно, такими темпами он как будто вычеркивает вещи в списке: разбитое девушкой сердце, сделано; солгать девушке, сделано; привязаться к девушке, сделано.

• Это уже не сюрприз. Может быть, ему действительно суждено быть грустным и одиноким. Может быть. Он больше не знает. Он просто вдруг такой усталый и такой холодный. Вы двое поворачиваетесь к нему и благодарите его, но все, что он слышит, это помехи и биение твоего сердца, которое только усилилось, когда ты увидела этого человека.

• Это больно, но он все равно улыбается и отвечает. Зеницу наблюдает, как твоя спина отступает в полной и абсолютной тишине; что-то ломается, и это звучит, как гром, падающий на землю.

• Нет.

• Нет-нет-нет-нет-нет. Нет.

• Это не так, как должно было пойти. Он устал от этого. Все должно было пойти не так.

• Он должен был спасти тебя, а ты должна была пасть в его объятия, горячо благодарить его, влюбиться в него, выйти за него замуж, а потом, возможно, родить от него детей и жить с ним. Он должен был сделать тебя самым счастливым человеком на свете.

• Конечно, он знает, что он не такой красивый, как тот другой мужчина, или высокий, или храбрый, или учтивый, или богатый, или что-то

еще, но он пытается. Разве этого недостаточно? Он так старался, хотя все так страшно, и все, чего он хочет, это свернуться калачиком и умереть — он все еще здесь и все еще пытается.

• Разве не было такой поговорки? Что, если ты достаточно постараешься, тебя вознаградят? Если так, то почему единственная награда, которую когда-либо получает Зеницу, — это разбитое сердце? Разве он недостаточно старается?

• Может быть нет. Но если есть что-то, что Зеницу хорошо знает, так это настойчивость.

• Или нет. Зеницу нравится думать, что он хороший человек, трудолюбивый и вдохновляющий спаситель, как его дедушка, но каждый может видеть сквозь ложь, которую он говорит себе. Единственное, что в нем необыкновенно, — это его волосы и впечатляющий список его разбитых сердец. Ничего больше. Приходит дедушка и снова ругает его за попытку бежать, и на этот раз Зеницу молчит, все понимает.

• На следующий день, когда он идет в город за припасами, город гудит. Зеницу намеренно замедляет шаги, чтобы подслушать.

• — Прошлой ночью был убит человек

• — Ага! Как страшно! Я слышал, что тело было изуродовано и порезано на куски — как будто его убило какое-то чудовище.

• Пониженный голос, щелчок веера.

— Юки-тян говорит, что это демон.

• Разговоры продолжаются, но Зеницу наслушался. Он быстро делает покупки и бежит к дому своего дедушки, дрожит по коже, вдыхая призрачный холод по спине. Демоны? Здесь? Он напуган до невозможности — он почти чувствует зубы на затылке, кровь, боль, смерть.

• Он не хочет умирать! Еще нет! Он еще даже не женат!

• Но потом он видит, что ты плачешь за деревом, останавливается, спотыкаясь о ноги, и смотрит на тебя. Даже плача, ты выглядишь прекрасно, и одного этого зрелища достаточно, чтобы вытравить страх из его организма, не оставив ничего, кроме приятного гудящего ощущения, которое наполняет все его тело теплом.

• Ах… Он должен подойти к тебе. Ты, наверное, боишься демона, да? Он это понимает — он тоже напуган, но, может быть, Зеницу сможет подавить свой страх, чтобы защитить тебя. В конце концов, это то, для чего он тренировался, верно?

• Ты смотришь вверх. Твои глаза встречаются с его глазами, и у него сердечный приступ. Выражение твоего лица грустное, невероятно печальное, но ты слегка улыбаешься и машешь рукой, когда узнаешь его. Сердце Зеницу расцветает.

• Ты помнишь его! Правда, вы встретились только вчера, но тот факт, что ты не оттолкнула его и не скривилась от отвращения при виде его, заставляет его сердце биться от радости. И ты тоже улыбнулась ему! И помахала так, как будто хотела его увидеть!

• Ты, наверное, тоже в него влюблена? Это должно было быть так, верно? Никто не был бы таким добрым и милым, если бы не был влюблен, верно?

• Ты! Влюблена в него! Сбылась мечта, правда.

• Зеницу улыбается в ответ и машет рукой, готовясь броситься к тебе и сделать предложение прямо сейчас. В конце концов, он не должен отпускать такую ​​жемчужину, как ты!

• Зеницу сделал один шаг к тебе, прежде чем снова остановился. Мальчик выглядывает из-за дерева, на котором ты отдыхала. Его первым побуждением было забрать тебя, потому что кто это, черт возьми, но потом ты улыбаешься ему, слабо, слезливо и хрупко, но ты все еще улыбаешься кому-то другому.

• Твоя улыбка, она действительно прекрасна. Даже если оно направлено на другого мужчину.

•Верно. Зеницу просто не из тех парней, которым такие люди, как ты, так улыбаются. Он ожидает, что испытает обычную депрессию, но вместо этого волна глубокого гнева оседает в его желудке. Он не знает, кому это адресовано.

• Недостаточно. Все еще недостаточно. Он идет домой и дуется.

• Ты влюблена в него, и какой-то парень пытается тебя украсть! Это так сводит с ума, так расстраивает и так пугает. Что, если ему удастся украсть тебя? Что тогда? У него не может быть этого!

• На следующий день Кайгаку будит его. Его голос гремит по всему дому, он спорит с дедушкой о том, что демон в городе, и они должны убить его, прежде чем он потребует третью жертву. Зеницу бледнеет.

• Еще один. Демон убил еще одного.

• Он хочет убежать сейчас, в безопасное место. Он хочет домой.

• Дедушка бьет себя по голове в упрек и отправляет их в город для расследования. Зеницу неохотно волочит ноги, но сразу же оживляется, увидев тебя. Ты застряла у магазина, и за тобой следует волна сплетен, хотя все, кажется, избегают тебя. Ты, кажется, не возражаешь — твои опущенные глаза тусклые и обведены лиловыми кругами.

• — Т/и… Я слышал, что она проклята. В последнее время все, кто был рядом с ней, мрут как мухи.

• — О боже. Что ж, лучше избегать ее сейчас, иначе мы тоже умрем.

• — Да, да. Я уже сказала своему Киё-куну, чтобы впредь держался подальше от этой женщины. Она такая страшная.

• Зеницу смотрит на сплетников и, встревоженный, входит в твой пузырь и слушает вздохи, когда горожане бормочут о вас двоих.

• — Э-э-э, Т/и? С вами все в порядке?

• Он ненавидит, что его голос слишком высокий, слишком писклявый, абсолютно ненавидит, что он такой нервный беспорядок перед тобой, в отличие от тех учтивых, крутых мужчин, с которыми ты общаешься и которые заставляют тебя улыбаться. Почему он не может быть больше похож на них?

• Ты поворачиваешься к нему, и мертвый взгляд в твоих глазах заставляет его вздрогнуть. Но даже тогда твой звук невероятно, невероятно добр, как гармоничная симфония, предназначенная только для его ушей.

• Кроме:

— Пожалуйста, оставьте меня в покое.

• Получить наглый отказ от девушки, сделано.

• Это не имеет смысла. Мир плывет, плачет и резко сбивается с орбиты. Ты снова плачешь, глаза блестят от слез, когда ты уходишь. Вдалеке он слышит, как разговоры переключаются и обращаются к нему, жалея о своем горе, как об экспонате, и убегают.

• Это не имеет смысла.

• Это не имеет смысла.

• Почему ты была такой холодной? Т/и, которую он знает и любит, не такая холодная. Ты теплая и милая, а твоя улыбка так скрашивает мир, что солнце тебе завидует! Что случилось?

• Холодок страха пробежал по его спине: ты?.. Ты разлюбила его? Твои чувства к Зеницу занял какой-то мужчина? Это так? Ты ненавидишь его сейчас? Ты больше не влюблена в него?

• Ему холодно и жарко одновременно. Ярость пузырится из-под его кожи, как лава, неконтролируемая и готовая взорваться.

• Он не может этого вынести.

• Но не похоже, что он может что-то сделать. Ведь он бесполезен. Странный и жалкий, слабый и бесполезный. Он ничего не может сделать — он не будет. Он слишком слабовольный и трусливый для этого.

• Ночью он спит беспокойно. Впервые за долгое время ему что-то снится: ты смотришь на него, и твои глаза широко раскрыты и остекленели, волосы в беспорядке, а губы накрашены красным, как кровь. Ты плачешь — нет, смеешься. Ты спрашиваешь его, почему, но Зеницу просыпается прежде, чем успевает ответить на вопрос.

• На следующий день дедушка отправляет в Корпус гонца, чтобы отправить в город Убийцу Демонов.

— Еще одно убийство, — вздыхает Дзигоро. — на этот раз женщина. Это действительно может быть демон, и я чертовски уверен, что не позволю этой твари убить еще одного.

• Зеницу тихо кивает, когда Кайгаку возражает, что он мог бы легко убить демона в одиночку. Обычный стёб, как будто жизнь продолжается. Он рано выходит из-за стола и уходит в свою комнату.

• Его меч все еще в крови. Скоро нужно это убрать, размышляет он, но пока он будет барахтаться в своих страданиях и плакать.