Kimetsu no Yaiba Imagines

Аой в сотый раз вздыхает, заметив, как ты приближаешься к ней. Ты с улыбкой ярче солнечного света и бинтами, обмотанными вокруг конечностей, машешь ей, как будто ее внимание не было привлечено твоим присутствием. – Аой! — весело здороваешься ты, ускоряя шаг, чтобы догнать ее. Аой не упускает из виду, как ты вздрагиваешь, когда ускоряешь темп. Она сужает глаза, — эй, Аой! Я просто искала тебя. Я рада , что нашла тебя. Аой кладет руки на талию и смотрит на тебя. – Что ты делаешь за пределами своей комнаты? Я думала, что сказала тебе остаться там и отдохнуть? Тебе еще нельзя ходить! Ты мило дуешься. Как будто это подействует на нее. Ха. — Но мне там было одиноко. Аой вздыхает и снова идет в сторону твоей комнаты. Ты верно следуешь за ней. – Знаешь, это не светский сбор, — говорит Аой, - ты здесь, чтобы поправиться, а не веселиться. Ты хмуришься. – Это звучит скучно. Я бы предпочла остаться с тобой. Аой останавливается и раздраженно тычет тебя в лоб. — Это твоя вина, что ты так безрассудно вела себя во время миссий, - она продолжает идти, оставляя тебя плестись за ней, - клянусь, ты просто убьешь себя из-за скорости, с которой ты идешь, если не в бою, то из-за того, что не даешь себе как следует отдохнуть. Не помогает то, что ты настаиваешь на том, чтобы ходить и следить за ней, пока она занимается своими повседневными делами. На самом деле ты ведешь себя как надоедливая тень, а та раздражающая, беспечная улыбка, которую ты изображаешь для нее всякий раз, когда она ругает тебя, только усугубляет ситуацию. Как сейчас. Ты улыбаешься ей, потому что нечего сказать. Аой хмуро смотрит на тебя и открывает дверь в твою комнату. — Входи, — зовет она. Она следует за тобой внутрь, когда ты проскальзываешь обратно в свою комнату, как послушный щенок. Ее полное намерение состояло в том, чтобы убедиться, что ты действительно вернулась в свою кровать и уснула, но теперь, когда она здесь, Аой решает, что может сначала заняться своими делами в этой комнате. Твои глаза следят за каждым ее движением. — Аой, — неожиданно говоришь ты, удивляя девушку. Она поднимает глаза от смены простыней на кровати рядом с тобой, о которой идет речь, и вздрагивает от твоего пристального взгляда на нее, — ты действительно так ненавидишь видеть меня здесь? Она закусывает губу и на минуту бросает работу, чтобы полностью сосредоточить свое внимание на тебе. Ее брови хмурятся. – Что ты имеешь в виду? — Ну, знаешь, — говоришь ты, почесывая затылок, — ты всегда кажешься злой на меня, и большую часть времени я не знаю почему. — Конечно, я сержусь на тебя! - закатывание глаз, - ты глупая! Каким другом я была бы, если бы мне нравилось видеть, как тебе больно? А потом ты всегда здесь, прыгаешь вокруг, как будто ты не ранена, и делаешь себе все хуже, когда должна отдыхать! Ты смотришь на нее, ошеломленная на мгновение. – Друзья...хм. Аой краснеет и быстро возвращается к смене простыней, чтобы ты не видела, как она краснеет. Ее руки слегка дрожат. – Ну, да. Мы друзья, верно? – Наверное, — скажешь ты. Аой не хочет признавать разочарование, которое она испытывает, услышав это. – Мне очень нравится проводить с тобой время, — признается она, все еще повернувшись к тебе спиной. Она берет грязные простыни в руки и пытается успокоить свое сердце, прежде чем вернуться к тебе, — я просто хочу, чтобы тебе не было больно, когда мы веселимся. – Мне тоже очень нравится проводить с тобой время, — бормочешь ты, - единственная причина, по которой я слежу за тобой, это потому, что я хочу проводить с тобой больше времени. Электрический удар по ее венам. При этом Аой наклоняет голову и теребит ткань в руке. Должно быть, тебе странно разговаривать с кем-то, кто стоит к тебе спиной, и Аой действительно должна вести себя вежливо и смотреть тебе в лицо, но она боится того, что может означать ее счастье, если ты это увидишь. Она делает глубокий вдох и зажимает губы, чтобы не улыбнуться так широко. — Тогда тебе следует поскорее поправиться, — вместо этого говорит она, медленно поворачиваясь на ногах, чтобы встретиться с тобой взглядом. Аой пытается изобразить строгое выражение, но, судя по выражению твоего лица, это не так эффективно, как ей хотелось бы, — я не буду с тобой тусоваться, пока ты полностью не выздоровеешь. Задумчивая тишина. Аой надеется, что ты бросила это и просто согласилась с ней на этот раз, как вдруг ты снова заговорила. — Знаешь, — говоришь ты, нахально ухмыляясь девушке, — может быть, мне было бы лучше, если бы ты меня поцеловала. Смелое заявление заставляет ее напрячься, глаза расширились, когда она прижала ткань в руках ближе к груди. Аой сглатывает внезапный прилив тепла, разлившийся по ее щекам, и щурится на тебя с нехарактерной для нее застенчивостью. Она открывает рот, чтобы заговорить, но ее мысли не складываются в слова, и она выглядит как тупица, а твоя улыбка становится все шире и шире. Ее щеки горячие. — Просто… Просто иди спать, ладно? - ей наконец удается пискнуть. Аой вздрагивает от высокого тона своего голоса, - я проверю тебя позже! Ее сердце почему-то не перестает колотиться. Она выбирается из твоей комнаты, а твой смех — это звенящий звук, который преследует ее, даже когда она захлопывает дверь. Оказавшись снаружи, Аой делает глубокий вдох и закрывает глаза, соскальзывая по стене и садясь на пол. Она прижимает ладонь к груди и пытается сдержать улыбку, которая хочет расцвести на ее губах. На вкус он отчетливо напоминает первые проблески весенней любви и малейший намек на сожаление. Может, ей стоило принять твое предложение. Она прячет лицо в ладонях.