Невозвратное

В это время шатен стоял перед зеркалом в расстёгнутой рубашке и рассматривал раны, появившееся вчера. Они были по всему торсу, груди и немного шее. Каждый нанесённый порез отдавался чем то болезненным внутри. В голове крутились воспоминания вчерашнего вечера... Через несколько минут рассматривания, шатен услышал как кто-то тихонько шмыгнул носом. Он развернулся и увидел наполненное ужасом лицо парня. С глаз капали крупные капли и ударялись о пол. Чуя сразу устремил свой взгляд на торс парня, а тот отвёл взгляд. Накахара всё также стоял на месте и смотрел на израненное тело. Полностью покрытая шрамами кожа, была очень бледной, но в некоторых местах покраснела. Он всхлипнул и перевёл взгляд на бесчуственные карие глаза. Слезы не останавливались, ощущение что их становилось ещё больше. Дрожащие ресницы были полностью пропитаны влагой, щеки покраснели, а голубые глаза стали темнее, но всё же ярче от хрустальных капелек. – Зачем ты это делаешь... Перестань резать себя, Дазай!.. Он срывал голос на парне, пытаясь сказать что любит его и всё должно быть хорошо, в то время как тот всё так же бесчувственно смотрел в пол. Через минуту криков он перевёл леденящий взгляд на Чую. Это заставило его замолчать. Он вытер слезы, отвернулся и ушёл в ванну. Щёлкнув замком, он уселся на пол, прижав к себе колени. Рыжевласый уткнулся в них, а слезы полились с новой силой. Спустя минут 20 он услышал тихий, родной голос. – Чуя.. Может выйдешь уже? Накахара вытер нос и открыл глаза. – Открой дверь. Так или иначе я всё равно смогу это сделать. Парень встал и протянул руку к замку. Как только он повернул его, дверь открылась снаружи и перед ним предстал уже перебинтованный шатен. Тут же погрузившись в воспоминания, перед ним уже был вид его тела без бинтов... Чуя шмыгнул носом и тихонько прижался к кареглазому. Он вновь издал этот звук и потерся щекой о грудь шатена. Руки в бинтах скрестились у рыжика на спине. Он чувствовал как маленькое тело парня дрожит. Когда его тело перестало дрожать, а слезы высохли на щёчках, он принялся выбираться из объятий. Ему всё же удалось, он порвал один из бинтов и снял их с парня. Вновь встретился с этими ранами, но в этот раз не разревелся, а вновь прижался к нему и обнял. – Дазай, не нужно прятать их под бинтами.. Но и не режь себя больше.. Кареглазый отвернулся от него и молча пошёл к кровати. Накахара, ничего не поняв, последовал за ним. Шатен лёг на кровать и отвернулся от стоящего Чуи. Тот обошёл кровать и лёг так, чтобы мог видеть лицо Осаму. Рыжевласый нежно примкнул в искусаным губам, всего на несколько секунд, а после спустился вниз. Он сидел рядом с торсом шатена и рассматривал все ранки и шрамы, оставлял на них лёгкие касания, такие, которые немного щекотили темновласого, но доставляли множество приятных ощущений. После сегодняшнего дня Чуя очень устал. Но даже так, он постоянно что-то рассказывал шатену, пока тот лежал и бездумно пялился в телефон. Конечно, рыжик заметил что темноволосый не слушает его. Несколько секунд он разглядывал темно-карие глаза, а после лёг рядом с ним и обвил руками. Он уткнулся тому в грудь и начал засыпать. Шатен глянул на Чую, тяжело вздохнул, будто тот уже надоел ему, но приняв тот факт что он уснул, не стал будить голубоглазого. Шатен сам отложил телефон и прикрыл глаза. На следующее утро Чуя проснулся и не увидел Дазая рядом. Глянув на свой телефон, он решил позвонить. Шатен, видя звонок от парня, отклонил вызов. Так было несколько раз, пока это не начало его бесить и он не отключил телефон. Рыжик не понимал что произошло... Но всё же решил подождать вечера. За весь день он успел дочитать очередную книгу, полистать соцсети и даже немного убраться. Всё это время телефон находился рядом с ним, ну вдруг всё же перезвонит... Шатен стоял на мосту возле реки, дело близилось к вечеру. Уходящие лучи солнца падали на гладь воды и блестели так, что слепило глаза. Он прикрыл их. Почувствовал как ветер ласково перебирает пряди его немного кудрявых тёмных волос, прощающееся солнце всё ещё немного согревает как всегда холодное, бледное тело. Открыв глаза, шатен перекинул ноги через ограждение и свесив их, сел. До желанного оставалось всего ничего, как вдруг, он почувствовал как чьи то руки резко схватили его за талию и перетянули обратно. – Хватит это делать! Какой ты дурак, ты понимаешь что ты сейчас мог сделать?!! Ты совсем обо мне не думаешь, да?! Голубые глаза, вновь наполненные слезами глядели в карие. – Тебе то какая разница... Осаму обошёл парня, и засунув руки в карманы, начал отдаляться. "Он просто ушёл..? Неужели.. Ему и правда плевать..?" Чуя стоял на том же месте, пока с глаз одна за другой падали хрустальные капли. Он глядел в пустоту, всё никак не осознав произошедшее. Его тело содрогнулось и он будто вернулся в реальность. Поднёс трясущиеся руки к лицу и принялся рукавами тереть глаза, убирая слезы. Краснота и опухшие губы всё также присутствовали на его лице. Он обернулся и улицу пронзил крик. – Какая разница?! Я люблю тебя, как ты не поймёшь?! ЛЮБЛЮ! Если бы я умер, что бы ты чувствовал?!! Сжав кулаки, он стоял и разглядывал отдаляющийся силуэт. Дазай обернулся всего на секунду и сейчас.. Чуя услышал убившие его слова. – Ничего, мне всё равно. "Всё равно..." – Эхом отдавалось в голове у рыжика. Слышать подобное от любимого человека на самом деле больнее чем самые страшные пытки. Разум окутали лишь эти слова, словно густой непробиваемый туман. В его голове звучал этот голос, произносивший те слова... Будто выстрел в спину... Предательство? Чувство что для него умер последний человек, который мог бы дать надежду и желание жить. И нет.. Это не предательство... Шатен же ничего не говорил про свои чувства. Сейчас вот и стало понятно. Было очень жестоко с его стороны поступать именно так, будто пребывание рыжика в его жизни было ничем. Накахара вернулся домой. Пройдя в комнату он обессиленно упал на кровать. Прикрыл глаза. Тело иногда тихонько вздрагивало, реснички, прикрывавшие голубые глаза, дрожали. Момент когда казалось бы и выхода нет нигде, ты остался заперт в четырёх стенах и не знаешь что делать, в то время как любимый человек чувствует себя замечательно. Разбив сердце напарника, шатен провёл весь вечер в раздумьях об этом. "Ну хоть кто то любит... Какая жалость.". Осаму ухмыльнулся своим мыслям, вновь сидя за барной стойкой и выпивая. Обычно алкоголь его не берёт, но с текущими событиями хотелось выпить до такой степени, чтобы забыться хотя бы на вечер... Чуя почти уснул, лёжа в той же позе подогнув под себя ноги. Часы, стоявшие на тумбочке показывали что дело уже близится к ночи. Накахара всё ещё иногда вздрагивал.