Зеркальная буря

— Вот то место, — произнесла Маинья, указывая рукой на обзорный экран. — Спускайся. Мстислав направил антиграв вниз, выпустив опоры на травянистой поляне у реки. Лунный свет посадочных огней осветил заросшие мхом прибрежные камни и пушистый кустарник. — Мы не одни, — заметил он, вглядываясь в датчик радара. — Они не помешают, — бросила девушка, выскакивая из наружу по развернувшейся причальной дорожке. — Смотри! Уже начинается… Вдалеке виднелся огромный плавник приземлившегося чужого антиграва. У берега ручья доживал свой век какой-то экспонат доисторической эпохи — Маинья не знала его названия. Она сходу перескочила на другой берег, балансируя на краю древнего канала. Бетонные плиты, по которым она босиком продвигалась, давно перекосились, и между ними пробивалась сорная трава, щекотавшая её пятки. Юноша одёрнул её, стаскивая на твёрдую землю. — Ой, да ладно тебе! — ткнула его в бок Маинья. — Ты хоть сейчас можешь смотреть не на меня, а вон туда? Вдалеке, куда уходил горизонт, медленно спускалось в воду солнце. В тот самый момент, когда оно коснулось контура земли, у Мстислава помутилось в глазах. Он упорно пытался их протереть, чтобы не пропустить тот самый «волшебный момент», но глаза только слезились, а картинка — расплывалась всё больше. Как будто оказалась не в фокусе, как если бы он смотрел через очки с огромной диоптрией, или сквозь водяную каплю. — Классно, правда? — Маинья хлопнула его по плечу, окончательно выбив из равновесия. — Когда я вырасту, я хочу отправиться далеко-далеко за горизонт — туда, где это становится правдой! Юноша обернулся на неё, затем обратно на небо, снова на неё. Ничего не помогало — начавшие появляться звёзды пропали, и тёмное небо сумерек превратилось в огромное зеркало, куполом нависшее над землёй. — Это же невозможно! — возмутился он, тыча пальцем в причудливые отражения выстроившихся антигравов, оставшихся далеко позади гор и замершего между ними студёного озера. Всё казалось словно искажённым в кривом зеркале — такое же, но не такое: немного растянутое, сплющенное или вовсе непохожее на настоящее. Из-за того, как резко менялась точка зрения на картинке, у него кружилась голова при каждом резком движении. — Ага, сейчас начнёшь про освоение фронтира, долг колониста и далёкую материнскую планету. Всё слышала уже много раз, спасибо! — Я не об этом! Что это такое, там, в небе? Это природное явление, вроде северного сияния? Почему его видно только из этой долины? Или это меметический эффект, от пыльцы растущих здесь галлюциногенных цветов? — Ух ты, сколько длинных и странных слов, — девушка показала ему язык, вскакивая на металлическую скорлупу разведывательного зонда, ещё времён первого заселения. — Смотри, там мы с тобой! Мстислав напряг отчаянно слезящиеся глаза, всматриваясь в самую ближайшую часть картинки. Там, за полотном реальной воды, на другом берегу стояли высыпавшие из нереального антиграва фигурки и махали им в ответ. — Привет! — отчаянно махала рукой Маинья, и её отражение радостно отвечало тем же. — Почему ты решила, что это именно мы? — Я сразу нас разглядела. Смотри: у меня волосы в таких колечках по обе стороны головы, а ты подле меня — как античный рыцарь, с мечом на перевязи! Ой, моё платьишко в отражении выглядит ещё уродливее, чем на самом деле. Не думала даже, что такое возможно. Или… всё же одинаково? Мстислав промолчал, присматриваясь. Он теперь точно узнал её отражение, корчившее ему гримасы с нереальной картинки. Но возле него не было никого. Раздался литой удар колокола, и зеркальное небо покатилось, завертелось вокруг него, снижаясь всё ниже. Вот под ним скрылись самые вершины гор, вот оно подмяло собой тупые верхушки антигравов, вот прижалось уже вплотную к нему, сдавив со всех сторон, уронив на землю и растирая под своей невыносимой тяжестью… — Кончилось, — зевнула девушка, растирая глаза. — Теперь почти целый год ждать следующего случая… Слав? Вот чёрт! Ребята, сюда, помогите скорей!!! Мелюзга, устроившая пикник на площадке под антигравом, у лампы дневного света, нестройной стайкой двинулась в её сторону. Вскоре корабль уже взлетел, унося их всех прочь, в сторону ближайшего посёлка, где можно найти госпиталь. Маинья сидела на полу, баюкая на коленях голову своего друга. Глаза юноши были широко открыты, и из них струйками катились бесстыдные слёзы — но они были серебряные, словно маленькие зеркала, и не видели абсолютно ничего.