Cold nights brings warm embrace

Молодой месяц кротко выглядывал из-за облаков, освещая небольшие тропки и лесные прогалины, однако его слабое сияние перебивалось искусственным светом фонарей одиноко стоящей гостиницы. Это место находилось далеко от основных населённых пунктов, поэтому большая часть комнат пустовала, но почти никогда не случалось такого, чтобы здесь не остановилась парочка-другая постояльцев. А всё потому, что гостиница была построена на геотермальном источнике, и даже в холодное время года люди могли понежиться в горячей воде. Когда Венти предложил это место для их следующего свидания, Сяо долго раздумывал над тем, соглашаться ему или нет. Всё-таки он не любил оживлённые места, где их могли увидеть простые смертные, поэтому путём долгих обсуждений они пришли к решению посетить горячий источник ночью. Хозяйка гостиницы выглядела несколько удивлённой, когда ближе к двум часам пополуночи пожаловали двое парней, но, получив положенную плату, выдала им ключи и объяснила, что где находится. В конце концов, это были не самые странные её гости. Сяо почти всё время тихо стоял в сторонке, оставив разговоры на своего возлюбленного, и выдохнул с облегчением, когда они, наконец, оказались одни. — Не переживай, нас никто не побеспокоит, – в который раз повторил Венти, ободряюще сжимая руку адепта. Он прекрасно знал о нелюбви Сяо выставлять их отношения напоказ. – Мы просто тихо искупаемся, а затем пойдём в номер. Вот увидишь, никто даже не проснётся. Коротко поцеловав парня в висок, бард принялся скидывать с себя одежду. Ночь была на редкость холодной для этого времени года, поэтому Венти не терпелось окунуться в горячую воду, чтобы наконец-то согреть заледеневшие пальцы. Оставшись в одном нижнем белье, юноша довольно неаккуратно сбросил все свои вещи на камни, а затем, немного подумав, избавился и от оставшегося кусочка ткани, прикрывавшего пах. Он справедливо полагал, что здесь им некого стесняться. Ночной ветер холодил кожу, вызывая мурашки, и Венти поторопился окунуться в исходящую паром воду. Поначалу было очень горячо, но это был приятный жар. — Давай ко мне, водичка просто чудесная! – бард поманил Сяо пальцем и демонстративно погрузился в источник по самый подбородок. Его косы тут же намокли, оседая вниз приятным грузом. Сяо всё топтался на берегу в нерешительности. Он немного нервно оглянулся по сторонам, но, не увидев никого, всё же принялся медленно раздеваться под хитрым взглядом бирюзовых глаз. Как только последняя деталь одежды была аккуратно сложена на камнях, он поспешил окунуться в воду, чтобы спрятать свою наготу. — Видишь, не так уж и страшно, – усмехнулся Венти, ненавязчиво притягивая его к себе. — В следующий раз место выбираю я, – ответил адепт, позволяя чужим рукам приобнять себя за талию. Некоторое время они просидели в тишине, наслаждаясь расслабляющей теплотой и огромным тёмным небом, раскинувшимся над головами. Жаль, что не было видно звёзд – их перекрывали облака и огни гостиницы, – но даже так атмосфера была чарующей. Венти закрыл глаза, принимаясь расплетать свои косы. Их кончики светились голубизной, приковывая к себе внимание, и Сяо поймал себя на том, что внимательно наблюдает за плавными движениями тонких пальцев. А бард, закончив с непослушными мокрыми волосами, откинул их за плечи. Его руки скользнули ниже по шее, затем переходя на ключицы и спускаясь на грудь. Сяо невольно сглотнул от вырисовывающейся перед глазами картины, хотелось самому прикоснуться к гладкой коже, провести пальцами по плавному перекату плеч и, возможно, оставить на идеальной белизне груди несколько неглубоких царапин. Он даже не сразу заметил, что за ним тоже наблюдают из-под полуопущенных ресниц. — Нравится? – внезапный вопрос застиг его врасплох, заставляя тут же отвести взгляд. – Не стесняйся, иди ко мне. Венти протянул к нему руки, приглашая в свои объятия, и адепт не удержался. Он пододвинулся ближе, запуская пальцы в тёмные волосы, слегка оттягивая их и припадая губами к открывшейся шее. Сяо покрывал поцелуями каждый миллиметр такой желанной кожи, тёплой и мокрой, слушал тихие вздохи, от этого распаляясь лишь сильнее. Обычно их свидания были куда более целомудренными, они гуляли по безлюдным дорожкам высоких гор, прятались от дневного зноя под кронами песчаных деревьев и наслаждались звуками природы в компании друг друга, изредка позволяя себе ни к чему не обязывающие прикосновения. Поэтому ночи, подобные этой, каждый раз пробуждали в душе настоящую бурю. Они были обнажены и открыты друг перед другом, касались сперва нежно, а затем жадно, словно виделись в последний раз. Сяо знал все чувствительные точки своего партнёра и из раза в раз атаковал поцелуями именно их, чтобы доставить удовольствие, распалить. Вот и сейчас, он поднялся поцелуями с шеи к уху, облизывая раковину, слегка прикусывая мочку и тем самым вызывая тихий стон. Уши Венти были чувствительны не только к нотам, но и к прикосновениям. Он цеплялся за плечи Сяо, оставляя на них розовые следы от ногтей, вжимался в него всем телом, будто прося не останавливаться. И якса останавливаться не собирался. Его руки блуждали по любимому телу, задерживаясь то на лопатках, то на сгибах локтей, каждый раз вырывая из горла Венти томные вздохи. Одного этого уже было достаточно для того, чтобы возбудиться, однако и сам бард не планировал отсиживаться в сторонке. Его руки спустились на грудь Сяо, принимаясь сжимать и аккуратно массировать соски. Теперь пришла очередь адепта тихо вздыхать возлюбленному на ухо. Он выгнулся, подставляясь под умелые пальцы, которые, надолго не задержавшись на старом месте, теперь опустились ему на живот. Венти знал об одном очень чувствительном месте на теле Сяо, но пока не спешил к нему прикасаться, медленно водя круговыми движениями по низу живота, иногда будто бы случайно задевая подушечками нежную кожу паха. — Ты специально меня провоцируешь? – голос яксы теперь звучал на тон ниже, в нём появился лёгкий оттенок хрипотцы. — Ты так думаешь? – пальцы скользнули ещё чуть ниже, но всё ещё недостаточно низко, чтобы перейти черту прелюдий. — Доиграешься, – в янтарных глазах сверкнул предупреждающий огонёк. Венти только коротко рассмеялся, но руки всё-таки убрал, переместив их Сяо за спину. У него уже были планы на остаток ночи, оставалось только немного подтолкнуть события. Не подозревая о мыслях своего партнёра, адепт немного расслабился, вновь перехватывая инициативу и теперь опуская руки барду на бёдра. Сперва он просто ненавязчиво поглаживал их, то поднимаясь обратно на талию, то опускаясь почти к самым коленям, но постепенно прикосновения становились всё более настойчивыми, даже немного грубыми, а пальцы переместились на внутреннюю сторону бедра. На этот раз Венти не сдержал громкого пошлого стона. Это было его самым чувствительным местом. А постепенно нараставшее возбуждение теперь явственно давало о себе знать, и юноша решил, что пора бы уже заканчивать с прелюдиями, потому что нельзя дразнить друг друга вечно, скоро это станет невыносимым. Он тоже опустил руки ниже, а его ловкие пальцы скользнули Сяо между ягодиц, останавливаясь на небольшой впадинке над копчиком. Теперь пришла пора Венти отыгрываться, и он сполна воспользовался этим, закинув одну ногу за спину партнёра и не позволяя ему отстраниться. Его пальцы скользили вверх-вниз, вызывая ощутимую дрожь. Якса всеми силами старался контролировать себя, чтобы не сорваться в совсем уж неприличные стоны, и ограничивался лишь частым сбитым дыханием. Из-за положения, в котором парни находились, они в полной мере чувствовали возбуждение друг друга, и это заводило лишь сильнее, вызывая однозначные желания. Первым не выдержал Сяо. Он подхватил любовника под бёдра и повалил назад, прислоняя к каменистой стенке источника. — Подожди, – Венти накрыл ладонью тянущиеся к нему губы. – Ты ведь не хочешь, чтобы хозяйка рассердилась на нас. — Плевать. — Нет-нет, так дело не пойдёт. С некоторым усилием скинув с себя чужие руки, бард поднялся на ноги, во всей красе демонстрируя, насколько и сам был возбуждён, но здравый смысл брал верх. Сяо окинул его голодным взглядом и неосознанно облизнулся, уже предвкушая, что сделает с этим соблазнительным телом. — Пойдём в номер, там нам будет удобнее. Венти с лёгкостью выпрыгнул из источника и обвязал вокруг бёдер полотенце. Как бы адепту ни хотелось остановить его и прямо здесь и сейчас повалить на мокрые камни и овладеть, он всё же смог взять себя в руки. Быстро выбравшись из тёплой воды и ёжась от ночного холода, он накинул на себя полотенце, собрал одежду и первым двинулся в сторону комнаты, то и дело бросая нетерпеливые взгляды на слишком медленного, как ему казалось, любовника. Стрелка часов приближалась к четырём утра, и скоро должен был заняться рассвет, но ничего, у них ещё было время, чтобы насладиться друг другом, пока ночь не закончилась. И стоило за их спинами повернуться ключу в замке, как сдерживаемое желание вырвалось на свободу. Сяо припечатал барда к стене, тут же впиваясь в его губы поцелуем. Его руки хаотично блуждали по бледной коже, нигде надолго не задерживаясь, однако стараясь уделить каждому участку тела должное внимание. И Венти отвечал ему со всей страстью, тоже ни на миг не переставая дразнить и обнимать, гладить а затем царапать. Плохо закреплённые полотенца соскользнули с бёдер на пол, и теперь между их телами не было никаких преград. Не разрывая поцелуя, Сяо подхватил любовника под бёдра и поднял над полом, лишь крепче вжимая того в стену. Венти тут же обхватил его ногами за талию, вплетая пальцы в спутанные мокрые волосы. Якса воспользовался обретённой устойчивостью и переместил руки на грудь, лишь плотнее вжимаясь в податливое тело. — Мне кажется, нам надо перебраться на кровать, – хихикнул бард, чувствуя, как в него настойчиво упирается чужой стояк. Сяо внемлил просьбе, снова меняя захват и в несколько шагов добираясь до кровати. Они вместе повалились на неё, из-за чего по комнате разнёсся протяжный скрип, но юношей это не волновало. Даже если они что-то сломают, разбираться с этим будут потом. От постоянных поцелуев горели губы, и Венти ненадолго оторвался, чтобы перевести дыхание. По сравнению с температурой снаружи здесь казалось невообразимо жарко, будто сам воздух раскалялся от их всепоглощающей страсти. Пользуясь временной передышкой, Сяо упёрся руками по обеим сторонам от головы возлюбленного, окидывая его жадным взглядом. Всё в этом хрупком теле казалось идеальным, начиная от обезоруживающей улыбки и заканчивая кончиками пальцев. Адепту безумно захотелось их поцеловать, и он не стал отказывать себе в этом удовольствии. Отстранив от себя изящную руку, он коснулся губами подушечки большого пальца, а затем аккуратно прикусил её. Получив в ответ на свои действия тихий вздох, он повторил это и с остальными пальцами, каждому уделяя особое внимание, после чего запечатлел короткий поцелуй на запястье, не переставая поглядывать за тем, как мимолётно меняется выражение лица Венти. А тот уже сгорал от нетерпения. Непрекращающиеся бережные ласки отзывались в его груди жаром желания. Бард подался бёдрами чуть вверх, скользя напряжённым членом по чужому животу и этим своим нехитрым действием вызывая гортанный рык у партнёра. Они оба были распалены до предела, и терпеть уже не было сил. — Здесь нет смазки, – сказал Сяо, бросая мимолётный взгляд на пустую прикроватную тумбочку. — Ничего страшного. — Но тебе будет больно. — Переживу, – отмахнулся Венти. – Я крепче, чем кажусь. Глянув на возлюбленного с некоторым недоверием, якса отстранился от него, усаживаясь поудобнее между разведённых ног, и, обильно смочив слюной указательный палец, осторожно ввёл его в Венти. Тот слегка поморщился от неприятных ощущений, но тут же одобряюще улыбнулся и кивнул, призывая продолжать. Сяо старался двигать пальцем медленно, чтобы не причинять лишней боли, почти сразу же находя бугорок простаты и надавливая на него. Ответом ему послужил приглушённый стон. С каждым движением бард раскрывался всё больше, он уже сам стал подаваться навстречу, не сдерживая короткие стоны и сминая в пальцах белоснежные простыни. Обхватив свободной рукой требующую внимания эрекцию, Сяо добавил второй палец, стремясь как можно скорее разработать тугое колечко мышц. Даже с учётом того, что Венти сам насаживался на его пальцы и явственно давал понять, что ему это нравится, адепт всё равно опасался навредить любимому. — Давай же, – хрипло простонал бард, сверкая в темноте бирюзовыми глазами. – Я больше не могу терпеть. Сяо уже и сам чувствовал, что его самоконтроль даёт сбой. Один вид разгорячённого просящего тела под ним до крайности заводил. — Скажи, если будет больно. Вытащив пальцы и закинув одну ногу себе на плечо, якса осторожно приставил головку к сжимающемуся входу. Без смазки было туго и проникновение даже для него самого оказалось болезненным, что уж говорить о Венти. Тот только сжал зубы, но не издал ни звука, казалось, даже на мгновение перестал дышать. Сяо решил не мучить ни его, ни себя, и вошёл до конца одним резким движением, после чего замер, давая время привыкнуть. Где-то с минуту тишину комнаты разрывали лишь два тяжёлых дыхания. Немного привыкнув к боли и чувству заполненности, Венти начал двигаться первым, давая понять, что он в порядке. Сяо поправил сползающую ногу на своём плече и тоже медленно качнул бёдрами. Меж неприятных ощущений стали постепенно вклиниваться нотки удовольствия. Бард был прав – он действительно не настолько хрупкий, каким выглядит. Хоть у него и человеческое тело, но даже без Сердца Бога оно было далеко не таким уязвимым. Уж простым сексом его точно не сломать. — Быстрее, – звучит в воздухе тихая просьба, которой адепт следует беспрекословно. Он начинает двигаться так, как ему привычно: быстро, немного грубо, впиваясь ногтями в бледную кожу. И это вызывает ответную реакцию в виде нарастающих стонов. Венти тянется к нему, и Сяо наклоняется, позволяя тонким пальцам вцепиться в его плечи. Нога окончательно соскальзывает с плеча, тут же перемещаясь за спину, чтобы обхватить за поясницу и лишь заставляя приблизиться ещё сильнее. Якса буквально ложится на своего возлюбленного, не боясь раздавить своим весом. Их губы вновь сливаются в жарком поцелуе, перемежающемся укусами и громкими стонами. Венти царапает спину адепта, зная, что раны всё равно быстро заживут и можно не сдерживаться. Комната наполняется пошлыми шлепками и надсадным скрипом кровати. Поглощённый страстью бард ни на секунду не позволяет отстраниться от себя, он чувствует, что уже на грани, поэтому позволяет себе особенно громкие стоны, надеясь так раззадорить возлюбленного. И Сяо ведётся на провокацию, начиная вбиваться в податливое тело с удвоенной силой. Он и сам знает, что долго не продержится, слишком развратный вид открывается перед глазами. После очередного толчка Венти запрокидывает голову и изливается себе на живот. По всему телу проходится приятная судорога, оседая в кончиках пальцев, и Сяо, чувствуя, как горячие стенки сжимаются вокруг него, с протяжным стоном кончает следом, без сил падая на любовника. Несколько минут они просто лежат, пытаясь восстановить дыхание, уставшие, но удовлетворённые. Первым признаки жизни подаёт бард, начиная возиться под яксой и упираясь ладонями ему в плечи. — Слезь с меня, ты тяжёлый. Слегка напрягшись, Сяо перекатывается в сторону, ложась на спину и устремляя пустой взгляд в потолок. Он начинает чувствовать, как пульсируют глубокие царапины на лопатках, а в воздухе, помимо собственного запаха их тел, распространяется тонкий аромат свежей крови. — Насыщенная ночка, да? – Венти поворачивает голову и улыбается возлюбленному. — Не то слово. И они снова затихают, каждый думая о своём. Наутро им точно придётся почувствовать последствия внезапной страсти, однако пока превалирующим чувством является усталость, перекрывающая даже затихающее удовлетворение. Бард тянется за сброшенным с кровати в процессе их перемещений одеялом и укрывает их, сам укладываясь под бок Сяо и обнимая его. Наверное, придётся извиняться перед хозяйкой гостиницы и другими постояльцами за шум и устроенный беспорядок, но это всё будет потом, а сейчас их обоих клонит в сон. Адепт кладёт ладонь поверх обнимающей его руки и закрывает глаза, перед тем, как уснуть, думая о том, что почаще бы они так интересно проводили совместные ночи.