Букет белоснежных лютиков

Что это за ужасные звуки в соседней комнате? А, это просто Джаспер осваивает гитару на досуге. Недавно его посетила мысль о том, чтобы зарабатывать путем игры на каком-нибудь музыкальном инструменте в центре города. Выбор парнишки пал на гитару. За свои двадцать четыре года жизни он в первый раз касается струн и царапает о них и без того истерзанную кожу на пальцах, а вместе с тем пытается напеть заядло надоевшую Эстелле песню группы The Beatles. Уже неделю Джаспер мучает гитару под аккомпанемент лая Мигуна, который, как и Эстелла, давно не выносил “Yesterday”[] и неумение парня ставить аккорды. Гитарист-самоучка, что поделать. А откуда, собственно, он ее взял? Ответ заставит вас пораздумать - это была чуть ли не единственная вещь, не считая продуктов, которую ребята купили. Точнее, Джаспер взял немножечко сбережений из общего бюджета, за что этим же вечером отхватил подзатыльник от негодующей Эстеллы, пока Хорас дожевывал последние хлопья, которые оставались в «Берлоге». В прочем, к обучению Джаспер приступил основательно. Он даже купил книжечку с подробной информацией о том, как настраивать инструмент, как менять струны, как играть, чтобы не получить мелких травм пальцев, и прочими плюшками. Только музыкального слуха у парня не было от слова совсем. Каждый вечер Миллер работала, умывалась, засыпала, а утром вставала, умывалась, завтракала и собиралась на работу с соответствующим сопровождением, Хорас выдвигался на грабеж один, в тайную обижаясь на друга, за то, что он предпочитает новое увлечение привычному заработку, Мигун с каждой минутой нахождения дома становился все более беспокойным. Поэтому Эстелла была только рада оказаться в модном доме Круэллы, подальше от семейного хаоса. Что не день, то кошмар какой-то… —Миллер, я тут спросить тебя хотела.. — сказала однажды начальница, приглашая девушку в свой кабинет. В животе у Эстеллы тут же екнуло. Если Де Виль говорит так, это значит, что ожидает не самая приятная беседа. Уж лучше домашние концерты Джаспера, чем «пять минут и конечная» с Круэллой. Вы наверняка спросите, что значит «пять минут и конечная»? За любые провинности следовал выговор от Де Виль. Это касалось всех. А получение порции гнева от начальницы приравнивалось к смерти. Все время от объявления Джона о том, что она вызывает кого-то в свой кабинет, до звука захлопнувшейся двери застекленной комнаты, было названо работниками «пять минут и конечная». Даже сам Джон усек эту фишку, и когда на чье-то плечо опускалась массивная рука, следом обязательно следовала угнетающая фраза «пять минут и конечная», в исполнении Джона звучавшая немного страшнее. Позднее так стали называть любой вызов работника к Де Виль. Миллер поняла всю серьезность тогда, когда ее в первый раз позвали на «конечную» и в мастерской воцарилась тишина. Перекрестившись около двери кабинета, девушка проникла внутрь, а затем дворецкий оставил ее наедине с монстром. А потом последовала фраза Круэллы, упомянутая ранее. —Тот несчастный, так неумело играющий на гитаре в Риджентс парке - твой парень Джаспер? — с легкой издевкой спросила Де Виль, заканчивая рассматривать свои блестящие ногти и подняв взгляд на Эстеллу. Девушка выдохнула с облегчением. А то от Круэллы можно ожидать чего угодно. —Да, это он. — спокойно ответила Миллер, уже собираясь покинуть помещение. — Только не парень, а просто друг. —Просто друг, с которым вы пьете простой дружеский чай? Эстелла кивнула. —Все-таки у вас есть что-то общее. Но играет он так, что мне самой хочется оплатить ему уроки гитары.. — Де Виль вновь уставалась на свои ногти. —Этого не нужно. — добродушно ответила Миллер, положив руки на колени. —Я же сказала, что только хотела.. — Круэлла перевела пустой взгляд с ногтей на подопечную. —Вы закончили? Я тогда пойду. — Эстелла уже отодвинула кресло и собиралась уходить. —Это все. Девушка поднялась и направилась прочь из кабинета, благодаря Бога за то, что эта беседа не принесла ей ничего серьезного. Если Эстелла ежедневно слушала песни для гитары в исполнении своего дружка-любителя, то Круэлле очень не хватало подобной музыки в своем огромном доме. Не хватало этому готическому массиву чего-то простого и несерьезного. Де Виль относилась к классике жанра нейтрально-отрицательно - считала, что такое не для нее. Но музыку модный дизайнер любила, еще как - раз в неделю, как правило, вечером в субботу, она устраивала в Хелл-Холле концерт рояля в собственном исполнении. То, на что не обратила внимания Миллер, когда оставалась у Круэллы на ужин - черный рояль, стоявший в столовой у дальней стены, где буквально день назад появился огромный портрет самой госпожи, исполненный лучшим художником Англии. Теперь девушка могла делать две свои любимые вещи одновременно - любоваться собой и играть на рояле. Третья ее любимая вещь, которую она, увы, не могла исполнять, пока проходится по Шуберту и украдкой посматривает на идеального человека - унижать работников, когда они допускают ошибки. Джон присутствовал на еженедельных концертах, не смотря на то, что Де Виль старалась выпроводить его из столовой (порой, в очень грубой форме), когда он замечал, как девушка пытается туда проникнуть. Тогда дворецкий сидел у дубовой двери, прислушиваясь к каждой звонкой ноте и тихонько шепча: «боже, как это прекрасно..» Но это так, небольшое отступление от самой истории. Болезнь совсем подкосила Джона. Он чуть не упал в обморок прямо на рабочем месте, и потому тем же вечером попросил у Круэллы незамедлительный больничный. Девушка нехотя, закатывая глаза, выписала дворецкому бумажечку, пока он кашлял и держался за сердце. Но кто же заменит Джона, пока тот поправляет здоровье в деревне близ Лондона? Конечно - Эстелла. Для самой Миллер это выглядело как специально подстроенная симуляция, лишь она подольше побыла с Де Виль. Эта близость пугала малышку Эсти - Круэлла непредсказуема, может в любой момент сделать или сказать что угодно. А под горячую руку попадает тот, кто находится к ней ближе всего - Джон. А теперь это будет Эстелла. Девушка несла в руках стопку альбомов, на страницах которых красовались новенькие эскизы дизайнеров модного дома. Их было столько, что Миллер приходилось наклонять голову, чтобы увидеть дорогу впереди себя. Когда девушка соглашалась (ну как, соглашалась.. Никто ее и не спрашивал) временно занять пост Джона, она не думала, что придется выполнять работу подобного рода. Впереди, чуть поодаль от своей работницы, шла сама Круэлла, властно стуча тростью по полу. Этот не самый приятный звук отражался в ушах Эстеллы, и она невольно жмурилась при каждом ударе. Слева от девушки шел высокий охранник, заложив руки за спину и поглядывая то на Миллер, которая вот-вот уронит стопку альбомов, то на начальницу, идущую спокойным шагом. —Куда это все надо нести? — я опаской поинтересовалась Эстелла, смотря на Круэллу поверх стопки. —В кладовую. — ответила Де Виль, не обернувшись. —Куда-куда? — очки девушки съехали на нос, однако возможности поправить их не было. —В комнату с тканями, Миллер. — надо было достаточно разозлить начальницу, чтобы та остановилась и обернулась. — У меня сейчас нет времени всем этим заниматься. Посмотрю завтра утром. — она вновь обернулась и продолжила путь. —Но до вашего кабинета все-таки ближе. — Эстелла нелепо улыбнулась, чувствуя, что в спину даме можно было сказать все, что угодно, без единой капли страха. — Да и чем вы там таким занимаетесь, что не находите время раскритиковать наши эскизы… Круэлла гневно стукнула тростью об пол. Миллер смолкла. —Раз я говорю в кладовую, значит в кладовую. А в мои дела нос не суй, ничего хорошего ты от этого не получишь. — девушка повернула голову, не удосужившись развернуться к бесстыжей работнице полностью. — Я на все вопросы ответила, так? И кстати, рекомендую тебе держать язык за зубами. Просто небольшой совет на будущее. Не удивительно, что Эстелле именно в этот момент захотелось высказать Круэлле все, что она о ней думает, и плевать, какая будет реакция и какое наказание последует. Миллер сразу начало бесить то, как Де Виль ведет себя с остальными, кого из себя строит. Они с Баронессой как две капли воды, но если к последней Эстелла питала глубокое уважение, с Круэллой так не работало. Скорее всего, в этом свою роль играли возраст и опытность. Ну, и возможно то, что из-за Де Виль Баронесса оказалась за решеткой. —Карл, — бросила Круэлла из-за спины охраннику, — проводи бедняжку Миллер до кладовой, а то сама она не справится. С этими словами начальница завернула за угол и скрылась в другом коридоре, а Эстелла на секунду остановилась, чтобы перевести дух. Стопка была не легкая. Охранник тоже любезно притормозил, ожидая, когда девушка отдышится и продолжит путь. Миллер выпрямила спину, сделала шаг и полетела на пол - каблук подкосился. Вместе с девушкой на пол попадали альбомы, пролетев некоторое расстояние. Обеспокоенный Карл предложил ей помощь, и, получив утвердительный ответ, подал руку, чтобы она встала. В целом, они успели принять должный вид для работников модного дома, пока из примыкающего коридора не появилась разъяренная Круэлла. В обязанности дворецкого не часто входил перенос тяжестей. В основном они состояли из наблюдения за работниками и донос на них Де Виль. Туда же входил и призыв на конечную, наверное, самая интересная часть работы. Эстелла любила смотреть на то, как меняются лица людей, когда они слышат, что Круэлла хочет видеть их в своем кабинете. Но оказаться на их месте Миллер точно бы не хотела. Сегодня под горячую руку попала малышка Сюзан, которую Эстелла застала за отдыхом вне обеденного времени и поспешила рассказать начальнице. Миллер Сюзан не любила. Она постоянно чем-то хвасталась, пока две ее подружки поддакивали. Любимые их темы для разговоров - парни-красавцы и работницы дома, не подходящие под их стандарты. Как в подростковых сериалах, честное слово. Безумно раздражала Эстеллу и чрезмерная ее ухоженность. Каждый день девушка появлялась с идеально-прямыми волосами в таких же идеально-выглаженных вещах. Однако Сюзан можно было назвать отличной работницей - Круэлла часто выбирала и хвалила ее эскизы, девушка явно смыслила толк в моде и всегда носила при себе новые выпуски модных журналов. Иногда они с начальницей могли заговориться на некоторое время, и это время однозначно было самым спокойным в модном доме. Сюзан могла найти с Де Виль общий язык. Что не скажешь об Эстелле. Ее Круэлла словно недолюбливала, заставляла выполнять грязную работу и никогда не хвалила. И всегда, видя начальницу с коллегой, Миллер пробивало странное чувство. Толи злость, толи огорчение, толи ревность… Хотя, а с чего вдруг Эстелла ревнует Круэллу? Девушка думала, что это чувство ей в принципе чуждо, ведь никогда еще ей не приходилось кого-то ревновать. Ревность Миллер была очень близка к злости, поэтому девушка старалась не заострять на этом внимания и говорила своим друзьям просто: «Меня так бесит, что она хвалит эту Сюзи.. Ну почему она, а не я?..» Итак, Эстелла засекла Сюзан за отдыхом. А ведь Круэлла не любит, когда кто-то отдыхает в неположенное время. Возможно, хоть донося жалобы на работников Миллер получит какое-то внимание и похвалу от начальницы. Однако, вместо того, чтобы поджать губы и устремить взгляд на провинившуюся девушку, а затем проговорить короткое «в мой кабинет», Круэлла лишь расслаблено прошептала: —Я разрешила ей передохнуть пару минут, она только что сдала мне три прекрасных эскиза, работу над реализацией которых начнет уже после всеобщего обеденного перерыва. Не трогай Сюзи, последи лучше за Майклом, я ему не доверяю.. В груди Эстеллы что-то екнуло. Затем резкое чувство подавленности сменилось злостью, причем с той же неожиданностью. Сжав ладони в кулаки, девушка выдохнула и направилась прочь из кабинета, в общую мастерскую. Определенно, когда-нибудь идеально-прямые волосы Сюзан будут идеально вырваны и разбросаны по ее рабочему месту. Но точно не сейчас. Не сейчас…