Shine Me The Way Home

Макс прыгал вокруг Алека и вертел головой во все стороны. Косой переулок оброс башенками строительных лесов, и витрины понемногу приобретали былой яркий и гостеприимный вид. — А мы зайдём в «Волшебные вредилки»? А в кондитерскую Шугарплама? Представляешь, в Америке не выпускают шоколадных лягушек! Алек уже понял, почему мама так легко согласилась отпустить Макса с ним. В магазине Мадам Малкин он весь искрутился, пока ему подгоняли новую школьную форму. Рот у него совершенно не закрывался, и Алек уже подумывал, не зайти ли им и правда к Уизли, и не скормить ли Максу ириску «Гиперъязычок». — Мантии в Хогвартсе ужасно скучные. Неужели все круглый год ходят в чёрном? — Иззи один раз опрокинула на себя котёл на Зельеварении, и её мантия стала канареечно-жёлтой, — улыбнулся Алек. — Кошмар, — прокомментировал Макс. — Но ведь это же Иззи. Она может взорвать даже чашку с чаем, если решит её подогреть. Спортивное царство «Всё для квиддича» Макса не очень впечатлило, зато из «Волшебного оборудования для умников» его пришлось вытаскивать силком: Макс, кажется, готов был скупить весь магазин. Алек вручил ему зачарованные песочные часы в дополнение к подаркам на прошедший день рождения, и брат засветился, как огонёк Люмоса. В ожившей лавке письменных принадлежностей шуршали свитки нового пергамента и точились разноцветные перья. У окна развернулось самоочищающееся полотно для проб, и Макс по очереди перебрал весь ассортимент, выводя разными чернилами «Привет, я Макс». — Как думаешь, на какой факультет я поступлю? — А куда ты хочешь? — Алек облокотился на стену и смотрел, как Макс сосредоточенно тестирует самозаправляющееся фазанье перо. — Не знаю. В Ильвермони меня выбрали Рогатый змей и Птица-гром. Я пошёл к Змею. Он же никакой не родственник Слизерина? — Скорее Когтеврана, если проводить аналогии, умник. Хотя я не удивлюсь, если шляпа отправит тебя в Гриффиндор, едва услышит, что ты Лайтвуд. — Почему? Алек потрепал его по волосам, вызывая недовольный возглас. — Ты что, забыл? Мы Лайтвуды, мы ломаем носы и принимаем последствия. Во «Флориш и Блоттс» Алек чуть не потерял растворившегося среди книжных полок брата. Макс немедленно прикипел к «Расширенному курсу перевода древних рун», и Алеку пришлось напомнить, что предмет у него начнётся только со следующего года, а чтобы продолжить их изучение на шестом курсе, сначала придётся сдать СОВ, и неизвестно, каких оценок будет требовать новый профессор. Когда они вышли из книжного, время уже близилось к обеду. Новый котёл Максу был не нужен, а вот в аптеку за ингредиентами для зелий пришлось зайти. Макс рассматривал сушёных тараканов в банках и связки клыков вампиров, свисавшие с потолка, с таким интересом, что Алеку стало не по себе. Если на Максову тягу к экспериментам наложится пиромания Иззи, класс Зельеварения в Хогвартсе ожидают весёлые шесть лет. Наконец с покупками было покончено, и Алек отправил последние пакеты домой. Они с Максом медленно шли по мощёной булыжником улице, пока ноги не остановились рядом с маленьким обшарпанным зданием на южной стороне Косого переулка. Золотые буквы на вывеске стёрлись окончательно, но окна сияли чистотой, а в витринах не было ни пылинки. — Зайдём? — спросил Алек, уже хватаясь за ручку. — Зачем, мне не нужна палочка? — удивился Макс, но послушно зашёл в лавку, и Алек отпустил дверь, которую придерживал для брата. Маленькое помещение почти не изменилось с тех пор, как Алек был здесь в последний раз, разве что приняло несвойственно ухоженный вид. Как будто к небрежной руке мастера добавилась ещё одна. Рука человека, который привык держать вещи в чистоте. Да ещё голос продавца стал моложе. — Добрый день, первый раз едете в школу? А, Алек, это ты. — Привет, Магнус. Алек широко улыбнулся. Магнус расслабился и оперся локтем на стол. Пиджак он видимо снял, оставшись в вышитом жилете, а рукава его белой рубашки были закатаны по локоть. — А ты, должно быть, Макс? — Точно, это мой младший брат. Знакомься, Макс, — это Магнус. Он теперь помогает в лавке волшебных палочек. — Тот самый Магнус? — хитро прищурился Макс, церемонно пожимая руку новому знакомому. — В зависимости от того, что Александр тебе рассказал. — Магнус состроил испуганное лицо, и Макс хихикнул. — Ничего он мне не рассказывал, это Иззи. — Тогда нет. Я точно другой Магнус. На сто процентов. Так ты в этом году едешь в Хогвартс, Макс? — Ага. Маме с папой не очень понравилось, как учат в Ильвермони. Там Магловедение обязательно с первого курса, а ещё они разбирают теорию магии индейцев, а я в этом вообще ничего не понимаю. И некоторые дети до сих пор оставляют в школе палочки на каникулы, хотя уже давно разрешили. — Ты свою получил уже после распределения? — заинтересованно спросил Магнус. — Можно взглянуть? Макс гордо достал свою палочку светлого дерева и протянул Магнусу. Тот прошёлся по ней изучающим взглядом. — Ясень, — вынес он свой вердикт. — Правильно? А внутри… — Магнус взмахнул палочкой, вызывая сноп золотистых искр. — Похоже на перо феникса, но… — Америка, молодой человек! Из-за стеллажей выплыл бледный как привидение Олливандер. Вежливо кивнул посетителям и уставился на Магнуса пронизывающими серебристыми глазами. — Точно, Америка. Значит, Птица-гром. Перо из хвоста Птицы-гром. — Сможете определить мастера? — Эээ… так. Йонкер инкрустирует перламутром, Бове запретили продавать палочки несовершеннолетним, Кинтана работает только с белыми речными монстрами, значит Вольф. Шикоба Вольф. — Как охарактеризуете? — Очень своенравная. Чувствительна к любым видам магической опасности. Дерево с одной стороны поддерживает тенденцию к упрямству, а с другой ограничивает совсем сильные выпады, что сводит возможность несчастных случаев к минимуму. Отлично подходит для Трансфигурации. Олливандер улыбнулся и положил руку Магнусу на плечо. — Неплохо, мистер Бейн. Делаете успехи. В магазин зашла семья, отправляющая детей в Хогвартс, и Алек с Максом распрощались, потому что стало совсем тесно. Они заглянули в кондитерскую и в лавку приколов. Макс был счастлив, и его счастье было бурным, детским, искрящимся, оно толкало его от витрины к витрине, заставляло дёргать Алека за руку и без умолку трещать обо всём сразу. Алек думал, что его счастье было спокойным. Тихим, как безоблачный день, и бескрайним, как не тревожимое ветром зеркало Чёрного озера. Наверное, то же самое чувствовал Магнус, когда Клэри поступила в Хогвартс и ходила за ним хвостом. Макс отправился домой через камин, стряся с Алека обещание, что они будут друг другу писать, что сходят на первую игру Джейса — после войны он без сожалений оставил своё министерское кресло и вовсю тренировался в составе «Стоунхейвенских сорок», — что Алек придёт проводить его на платформу девять и три четверти, и что разрешит приехать к ним с Магнусом на Рождество. Алек шутил, что они с Иззи разорвут его пополам, но он постарается, чтобы каждая половинка была хорошим братом. °•°~°•°~°•° Магнус пришёл поздно: перед самым закрытием попался сложный клиент. Дом встретил приятным полумраком, разбавленным ярким светом на кухне, аппетитным запахом ужина и мягким комком, путающимся у него под ногами. — Привет, — обалдело сказал Магнус, поднимая комок на руки. Прямо на него смотрел котёнок с короткими лапками. — Мяо, — с готовностью ответил кот, моргая крупными зелёными глазищами. — Это ты поздоровался? Или представился? Из кухни выглянул Алек. — Ты пришёл. Привет. Ты как раз вовремя, проходи, буду тебя кормить. — Ни с кем не хочешь меня познакомить, Александр? Магнус подошёл к нему, и короткий поцелуй мягко огладил губы непроизнесёнными «привет», «я скучал», «рад, что ты здесь». — Это Председатель, — улыбнулся Алек. Кот снова глубоко мяукнул, то ли подтверждая, то ли споря. По недовольному виду Магнус поставил на второе. — А он с тобой не согласен. Он сказал мне, что его зовут Мяо. — Продавщица назвала его Председателем, но пожалуй она и правда могла забыть подписать «Мяо». — Что скажешь? — обратился Магнус к коту. — Так лучше? Председатель Мяо затарахтел. Магнус почувствовал себя гордым отцом. — Провожал сегодня Макса и подумал, у меня же тоже скоро начнутся занятия в Аврорате. Тебе будет грустно ужинать без меня, да и в целом я давно хотел… Ты же не против? Магнус почесал доверительно ластящегося к нему кота между тёмных ушей, подумал, что уже соскучился по очищающим и латающим одежду заклинаниям, улыбнулся и покачал головой. Всё становилось так, как надо.