Three generations

— То есть, ты хочешь свести своего папу с моим дядей? — Намджун откусил кусок своего бутерброда и посмотрел на друга. — С ума сошёл? — Они никогда в жизни сами не пошевелятся, уже четыре дня прошло с их встречи, а твой дядька хуй клал, — двое подростков сидели в школьной столовой отдельно от других друзей по инициативе Юнги. — Нужно сделать так, чтоб они хоть номерами обменялись, а дальше сами разберутся. — Не-е, бро, я в этом дерьме отказываюсь участвовать. Если дядя Тэ узнаёт, что это мы придумали — прикончит обоих нахер. — Не прикончит, если его мысли будут заняты моим папой. — Фу, блять, как ты можешь думать о своём папочке в таком ключе?! — Извращенец пубертатный, — альфа, нахмурив брови, посмотрел на друга и ударил его по затылку. — Я о том, что они нам ещё спасибо скажут. — Если серьёзно, то ты уверен, что дядя Чонгук заинтересовался моим родственничком? — Намджун поднял бровь и сделал тот самый противный звук трубочкой от сока. — Если Тэхён ещё хоть спрашивал что-то про дядю Чонгука, то твой папа ведь вообще не интересовался им. Он даже не знает, что дядя Тэ младше на семь лет. — В их возрасте на такое не обращают внимание. Тем более папа всё ещё молод в душе. А твой дядя как старый ворчливый дед, может его хоть мой папа задобрит. — Тэхён намерено ни с кем не встречается, он занят работой. Мы только подружились с ним, он точно разозлится, если узнаёт. — Ты боишься своего дядю? — Да блять, боюсь, это страшный человек в гневе. Он когда-то сам избил компанию альф, которые обидели его подругу омегу. — Вот и супер, будет папу защищать, — Юн пожал плечами и продолжил есть свой бутерброд с авокадо. — Ты вообще слушаешь меня, дебил? — Да, — Юн закатил глаза и тыкнул длинным пальцем в бок Кима. — Успокойся ты уже, план безобидный, им просто нужно познакомиться. — Ты настолько сильно хочешь стать кузенами? — Я настолько сильно хочу мужика для папы. Ну и стать кузенами тоже, конечно. Что в этом плохого? Я пытаюсь быть хорошим сыном. — Ты будешь хорошим сыном, если не будешь лезть в личную жизнь своего папы. — Он никогда в жизни сам не познакомится с альфой. — Это ты так думаешь, а, может, он та самая омежка-кокетка... — Боже, фу, не порочь образ моего папы, — альфа опять ударил друга по голове и скривился. — Но ты ведь совершенно не знаешь его! Вы только один раз откровенно болтали. — Я и не должен знать про него подобное. Меня это не касается никак. — Ещё как касается, ты так на свет появился... Ай, хватит бить меня! — Какой же ты противный, невозможно. — Невозможно устоять? — Нам закусил губу и заиграл бровями, прикалываясь. — Невозможно не блевануть... — Юнги скривился и посмотрел на друга как на умственно отсталого. — Так ты в деле?

***

— Ты ведь говорил, что до часу. Можешь дольше гулять... — Просто у дяди Тэ получится забрать нас в одиннадцать, — телефон стоял на громкой связи, пока он с Намджуном курили на улице около клуба. — Позже он будет уже дома и за нами не поедет, а больше нас некому подкинуть. — Такси вызовите. — Ты там чем-то занят, что не хочешь, чтоб я раньше приехал? — Да нет, просто не понимаю в чём подвох. — Ну я хотел Намджуна на ночёвку позвать, там фильм классный вышел... — Ах вот оно что! — Гук отвлёкся от ноутбука со статьёй и расслабил плечо, которым держал телефон около уха, взяв его в руки. — Ладно, пусть остаётся, но чтоб сидели тихо, мне завтра утром в офис. — Без проблем, будем как мышки. — Когда ты так говорил прошлый раз, вы пол ночи угорали как кони. — В этот раз правда тихо будем. — Очень надеюсь. Вас Тэхён-щи не первый раз забирает, я так понял? — Нет, далеко не первый. Я даже ночевал как-то у него дома. — Что? Почему? — Ну, ему было лень везти меня домой, так что он закинул нас троих с Намом и Хосоком к себе. — Он так много нам помогал, оказывается, что уже неудобно... — Чон вздохнул и потёр переносицу, на которой мгновение назад держались очки. — Так да... — Нам с Юнги переглянулись и кивнули друг другу. — Может, пусть зайдёт к нам на чай? — Человек, наверняка, с работы, уставший, хочет лечь спать. В другой раз как-то. — Ну я его спрошу, может на поздний ужин зайдёт. Предложу ему прямо сейчас, напишу, чтоб, если согласен, у тебя было время приготовить что-то. — Ну спроси, напишешь, что он скажет. — Окей, пока тогда, — альфы начали беззвучно дёргаться от радости, что половина дела сделана. — Пока. Юнги выбил звонок и дал Джуну пять. — Звони дядьке. — Чего ты, можешь его уже отцом называть, — Намджун хохотнул и уклонился от подзатыльника. — Завали ебало. — То, что ты старше на месяц, не делает тебя главным, — Нам пробурчал это и набрал номер. — Чего? — на том конце провода слышно клацанье по клавиатуре и шуршание бумаг. — Папа Юнги дал добро остаться у них и пригласил тебя зайти на ужин, — Намджун знал, что с этим человеком нужно коротко и по делу, так что не тянул кота за хвост. — Хорошо, зайду. — Возьми вина к ужину, — Ким посмотрел на друга, что жестами активно показывал виноград, бананы и яблоки. — И фрукты. — Угу, тогда может раньше заехать за вами на пол часа, чтоб не ужинать так поздно? — Как тебе удобно. Наберёшь и мы выйдем, — альфы опять начали ещё активнее беззвучно прыгать и махать руками. — Да, — как это обычно происходит, Тэхён просто выбил звонок, не прощаясь. — За это нужно выпить, брат. — Согласен, брат. Парни выбросили окурки и, закинув руки на плечи друг друга, пошли обратно в клуб довольные, что их план идёт как по маслу.

***

Через несколько часов их, весёлых и пьяненьких, дядя Тэ уже вёз к дому Юнги, где Чонгук доготавливал ужин и ждал альф, прибравшись в квартире и приведя себя в порядок. Юнги предупредил, что они будут немного раньше, так что звуки в коридоре в пол-одиннадцатого омегу не удивили: он вышел встретить пришедших, закутавшись в кардигане. — Не разбрасывайте обувь. Там полочка рядом, — Чонгук улыбнулся, наблюдая за подростками, что держались друг за друга, чтоб не упасть после выпитого, и посмотрел на старшего альфу. — Здравствуйте, — омега улыбнулся Тэхёну и забрал у него пакеты, чтоб тот мог нормально разуться. Мужчина всё так же в шикарном классическом костюме, только снизу чёрная рубашка, а сверху пальто. Сегодня его волосы уложены с пробором сбоку, открывая половину лба. Он не сразу ответил на приветствие, засмотревшись на омегу перед собой. Чонгук этого не заметил, а вот Юнги — да. У его папы есть пристрастие к шортам, широким футболкам и длинным кардиганам, коих у него около десятка. Тэхён вовремя отвлёкся от созерцания чужих стройных ног и поздоровался, проходя в дом. Юнги начала прекращать нравиться идея найти для папы ухажёра. Они прошли на кухню, садясь за стол. Пока Чонгук накладывал всем еду, а Тэ наливал вино, Намджун не прекращал о чём-то трещать, чтоб не было и секунды неловкого молчания. Юнги помогая папе, поглядывал на Тэхёна, что иногда кидал совсем безобидные взгляды на его папу и улыбался ему. Юнги же даже обычный ответ на вопрос о том, не нужно ли альфе положить больше еды, казался каким-то лицемерным и жадным. Намджун, замечая нахмуренные брови и злой взгляд, пихнул друга в бок, как только тот сел рядом. Нельзя было всё испортить, когда они зашли так далеко. Чонгук сел за стол рядом с Тэхёном и пожелал всем приятного аппетита. Первые несколько минут никто не говорил ничего кроме похвалы еде и тому, кто её приготовил. Потом, когда желудки были немного набиты, снова продолжились разговоры. Юнги с Намджуном сцепились за что-то и спорили, а старшие не стали долго это слушать. — А чем Вы занимаетесь? — Гук заинтересованно посмотрел на альфу, отправив помидор с салата в рот. — Своя компания, связанная с перевозками машин и деталей, — Тэхён отпил вина, которое его никогда совершенно не брало. — А Вы? — Журналист, в газете работаю. — Интересно. — Да, хоть и учился на переводчика. Теперь есть два высших образования. — Вау, это очень круто. — Да, но было не так уж и круто сдавать сессии с ребёнком в коляске, — Гук хихикнул от воспоминаний, тоже отпив вина. — Ух, не хочу и представлять. — У Вас ведь своих детей нет? — Нет, занимался карьерой, а потом как-то всё равно стало. — Тэ пожал плечами и посмотрел на омегу, который понимающе кивал, сложив губы трубочкой. — И давай говорить на «ты». Я младше на семь лет. — Правда? — Чон поднял брови, а потом цокнул языком и закатил глаза. — Чего я удивляюсь, ты ведь выглядишь на тридцать. Прости, просто я иногда забываю, что мне скоро сорок, — Гук неловко хихикнул и положил в рот кусочек мяса. — Я на самом деле был удивлён, когда понял, что Юнги — твой сын. Никогда бы не дал тебе сорок. — Я слежу за собой, — омега глянул на подростков, что продолжали что-то увлечённо обсуждать. — Не думаешь начинать искать омегу? Или уже не хочется? — Не знаю даже. Иногда появляется желание, но сразу наваливается куча работы, и понимаю, что совершенно нет времени на любовь, — альфа развёл руками в стороны и немного грустно улыбнулся. — А ты почему не вышел замуж второй раз? — Да кому нужен потасканный жизнью омега с прицепом в придачу? — Гук пожал плечами. — Альфы все странные какие-то. У самого с прошлого брака трое детей, а чужого принимать отказывается. Им в сорок чистого и непорочного восемнадцатилетку подавай, а у меня хватает гордости не выйти за неотёсанного страшного альфача, срущего деньгами. — Да, ты достоен лучшего, — Тэ улыбался, наблюдая харизму и внутренний стержень в омеге напротив. Такое появляется только после предательства. — Я знаю, — Чонгук самодовольно ухмыльнулся и подмигнул, — но в какой-то момент я понял, что альфы мне уже надоели. Мне хватает одного, ради которого я живу, — омега глянул на сына, и на его губах сразу проскользнула нежная улыбка, что не скрылась от внимательного взгляда Тэхёна. — Жаль, что ребята это не понимают... — Я повёлся, чтоб самому услышать это от тебя. Так и думал, что они попытаются нас свести, так что решил прийти, чтобы не трепать надежды детей. — Юнги с Намджуном, которые затеяли спор только, чтоб старшие могли поговорить, уже действительно ссорились и их даже не слышали. — Но было бы круто дальше общаться. Запишешь мой номер? — Угу, — Гук улыбнулся и протянул альфе свой телефон. Тэхён записал номер, позвонил на него и протянул телефон обратно Чону. — Мне уже пора, завтра утром на работу. Ужин был очень вкусный, ты бог кухни, — омега на это хихикнул и поблагодарил за комплимент. Тэхён собрался, получил с собой лоточек с едой и уехал домой. Младшие пошли в комнату Юнги, когда помогли убрать со стола, а Чонгук сложил всю посуду в посудомойку и пошёл спать. Альфы действительно вели себя тихо, как и обещали, так что Гук быстро уснул, разнеженный вином.

***

— Что? Зачем я понадобился шефу? — Чонгук непонимающе сдвинул брови к переносице и снял очки, отвлекаясь от компьютера. У него на ноутбуке нет специального сайта их газеты, так что приходилось иногда ездить в офис, чтобы найти материалы для работы. Обычно он заходил в свой кабинет пару раз в неделю, предпочитая работать дома. Иногда к себе звал шеф, но редко, ведь в основном они общались через секретаря или SMS. Так что то, что он вызывал к себе без видимой на то причины — редкость. — Не знаю что ему нужно, но вроде что-то срочное, — девушка чертыхнулась, собирая документы. — У него странное настроение, а мне нужно срочно поехать в редакцию. Так что удачи, ничем не помогу. — Ну, спасибо и на этом, — Гук уже шёл по коридору к лифту, совершенно не представляя, о чём хотел поговорить господин Чхве. Это мужчина сорока пяти лет, на этой должности уже лет пятнадцать, а в газете в целом больше двадцати пяти. Он строгий, честный и очень требующий, что отображалось в полной мере на его секретаре. Она всегда в ворохе бумаг, в курсе всех дел газеты, бегала по любым поручениям и получала огромную зарплату за это. Его честность тоже видно на её фотографиях с отпусков на островах, где девушка в полной мере могла отдохнуть от тяжёлой работы несколько раз в год. Да и в целом с ним в компанию пришёл порядок и организация работы, ведь раньше творился полный хаос, газета погибала, но с твёрдой рукой и запретом коррупции всё наладилось. Чонгук начал здесь работать уже когда газета стала на ноги, так что не знал, что было раньше, но старшие коллеги всегда превозносили шефа и говорили о нём только хорошее. Чонгук уже постучал в дверь кабинета начальника и зашёл, услышав разрешение. Он сел на стул за столом для сотрудников перед рабочим местом Чхве. Альфа попросил его подождать, что-то внимательно читая в компьютере, так что Гук просто сидел, дёргая ногой от нервозности. В какой-то момент мужчина резко встал, отодвигая стул, и пошёл к омеге, потирая уставшие глаза. Чон сконцентрировался на начальнике и внезапно учуял странный запах. Глаза расширились, а тело само непроизвольно дёрнулось в сторону от альфы. Тот сразу заметил и понял, что Гук уже учуял. Запах концентрированный и тяжёлый, заставлял метаться от того, чтобы сбежать отсюда как можно скорее и неподвижно сидеть, полностью подчиняясь сильному альфе. Чонгук смог определиться, встав со своего места и как можно быстрее говоря что-то вроде «простите, мне нужно идти». Но ему не позволили сделать и шагу, резко дёрнув за талию и прижимая к столу поясницей. Из глаз брызнули слёзы, а по телу начали противно бродить руки, но сопротивляться не получалось от едкого запаха, заползшего в лёгкие. Грубые жилистые руки схватили под ягодицы, усадили на стол, разложив тонкие ноги, и побрели на талию под широкой рубашкой. Пока альфа утыкался носом в пахучую железу на шее и шептал что-то низким голосом, что омега даже не слышал, по его щекам текли слёзы и с губ срывались тихие всхлипы. Всё тело сильно трясло, хотелось оттолкнуть от себя мужчину и сбежать, но не получалось. Руки были способны только упереться в плечи, совершенно не сдвинув альфу с места. Мерзко, противно, но тело отзывалось на прикосновения мурашками и выделением смазки, понимая что сейчас будет. От этого было ещё более отвратительно. Чонгук правда старался просто отключиться прямо сейчас, когда альфа начал стягивать с него брюки, но не получалось. Приходилось терпеть всё, сильнее рыдая. Вот мужчина откинул штаны, расстегнул свою ширинку, облизал железу на шее, начав стягивать с омеги бельё, как раздался стук. Альфа застыл, приходя в себя, всё также держа руку под бельём Чонгука, нажимая на мокрый вход двумя пальцами. Он резко убрал руки, застегнув свою ширинку, и бросил: «уходи и никому не говори об этом». Он подошёл к своему месту, громко сказав человеку за дверью подождать. Совершенно не соображая, Чонгук быстро оделся и вылетел с кабинета, не обращая внимание на феромон, коим насквозь пропитался. Он быстро зашёл в кабинет, забрал свои вещи и пошёл на парковку, желая побыстрее убраться отсюда. Омега сел в машину, смотря стеклянными глазами вперёд, и вовремя понял, что от такого всплеска феромонов точно скоро начнётся течка. В бардачке нашлись таблетки, которые есть в каждой сумке на всякий случай, и бутылка воды. Выпив подавители, Чонгук старается успокоиться, чтоб безопасно доехать домой. Через пару минут он выехал с парковки и вскоре приехал домой с открытыми окнами, всю дорогу стараясь полностью опустошить голову от мыслей. Дальше Гук не помнил, как дошёл до квартиры, бросил в коридоре верхнюю одежду и ушёл в ванну, не обратив внимание на Юнги и Намджуна, что наверняка только проснулись и завтракали. В ванне в корзину для белья летит вся одежда, хотелось бы ещё бросить туда собственную кожу и лёгкие, чтобы позже постирать. Омега зашёл в душевую кабинку, включив прохладную воду, и сел на пол, обхватив плечи руками. Начала проявляться течка, но вовремя выпитые таблетки её сдерживали, не позволяя высвободиться запаху омеги. Когда стало немного легче, Гук взял мочалку, вспенив её гелем для душа, и начал тереть кожу до красноты, особенно стараясь над шеей. Из глаз опять полились слёзы, Чонгук бросил мочалку и закрыл рот и нос рукой, чтоб не закричать от съедающего изнутри отвращения. Запах смыть не получалось, он только немного развеялся, став не настолько концентрированным, чтобы ощущать не гниль, а яблоки сладкого сорта. От такой концентрации перед этим хотелось блевать, представляя вонь от яблок, которые месяц пролежали в каком-то сыром месте. Гук лёг на пол душевой кабины на бок и поджал ноги к груди, трясясь от истерики. Никакой альфа не прикасался к нему уже больше трёх лет, так что воспоминания последней близости сразу всплывали в голове. В ушах белый шум, а таблетки уже прекращали действовать из-за истерики, но омега это не замечал, содрогаясь всем телом. Через несколько минут аромат распространился и на кухню. Альфы переглянулись, прекратив говорить, как только это учуяли. — Мне ведь не кажется? — Намджун глянул в сторону ванны и снова на друга. Юнги сразу встал и достал аптечку, выдавил две таблетки, быстро выпив одну, и поставил вторую перед Кимом. — Это блокаторы? — Да, пей давай. — Я лучше домой поеду, — Нам встал и поставил чашку с под кофе в мойку. Намджун собрался как можно скорее и сразу ушёл, не задерживаясь ни на минуту дольше, чем нужно. — Пап, ты в порядке? — Юнги подошёл к двери и приоткрыл маленькую щель, чтоб его было слышно. — У тебя течка? Я выпил таблетки, не волнуйся. — Хорошо, я в порядке, иди к себе, — голос под конец предательски дрогнул, но Юнги всё же ушёл, ведь понял, что точно не сейчас они об этом говорить будут. Благодаря альфе Чонгук собрался с мыслями и домылся. Он накинул сверху банный халат, вытер волосы и вышел, сразу поспешив на кухню выпить таблетку. Нервничать больше нельзя, так что Гук заодно выпил успокоительное и быстро зашёл в комнату. Живот резко сжало в спазмах, заставляя лечь на кровать и скрутиться в клубочек. Он закинул сверху на себя плед, лежащий рядом, и залез руками под халат, прижимая ладони к низу живота. Сзади снова сильно течёт, а таблетки не успели начать действовать перед приступом течки. Чон даже не понял, как сам опустил руку с живота ниже, прикоснувшись к головке чувствительного члена. Он закусил губу, лишь тихонько проскулив, и начал неспешно надрачивать, уткнувшись лицом в подушку, чтоб не издавать громких звуков. Вторая рука протиснулась между бёдер, нажимая пальцами на вход, один из которых вскоре вошёл внутрь, сразу найдя простату. Он неспешно растягивал дырочку, останавливаясь часто пальцем на простате и мыча в подушку от наслаждения, что пробегало по всему телу как маленькими иголочками. Гук лишь иногда на пару секунд отрывал лицо от подушки, чтоб вдохнуть, глуша все звуки. Через пару минут омега добавил второй палец, двигая ими быстрее и постоянно проходясь подушечками по чувствительному набухшему бугорку. Вторая рука в том же темпе двигалась на текущем аккуратном члене, иногда задерживаясь на головке и потирая её большим пальцем. Когда внизу живота уже начало скручивать только от удовольствия без намёка на боль, Чонгук поднял бёдра выше, став на колени, чтоб двигать пальцами внутри было удобней. Он разложил ноги шире и прогнулся в пояснице, уже сжимая подушку в зубах, чтоб случайно не застонать слишком громко. Движения рук стали быстрее, внутри уже было три пальца, что пошло хлюпали смазкой, текущей по внутренней стороне бедра. Со временем коленки начали дрожать, а вход пульсировал. Гук сильно закрыл глаза и поджал пальцы на ногах, кончая и тихо высоко проскулив в подушку. Он завалился на бок и ещё некоторое время отходил от оргазма, глубоко дыша и облизывая покусанные губы. Только через минут десять получилось полностью успокоиться. Таблетки начали действовать, и тело было полностью расслабленным как после массажа, а в голове приятная пустота. Чонгук сходил быстренько снова в ванную, подошёл к комнате сына и понял, что тот работает над музыкой в наушниках, так что наверняка ничего не слышал. Омега вернулся в свою комнату, оделся в домашнюю одежду и поменял постельное бельё, сразу ложась в кровать. Мысли про шефа снова полезли в голову, от чего не избавиться, но хуже было даже не от них, а от воспоминаний трёхлетней давности, которые всплывают в памяти лишь изредка. Избавиться от эпизодов прошлого получается довольно быстро, ведь уставшие глаза быстро закрываются и омега засыпает, обнимая одеяло. Сны всё время снились хаотичные и непонятные, не позволяя нормально отдохнуть. Когда раздался стук, который разбудил Гука, омега чувствовал себя ещё более усталым. Внутрь сначала осторожно просунулась только голова, а потом альфа прошёл полностью, держа в руках поднос. — Ты не выходил часа четыре, я принёс тебе покушать и чай с сладким, — Юн нежно улыбнулся старшему, всё так же стоя у входа. — Будешь? — Буду, спасибо, солнце, — Чонгук скопировал его улыбку и сел на кровать, опираясь спиной на изголовье. Юнги зашёл внутрь и поставил поднос на ножках перед папой. Тот только выпил таблетки и поправил футболку на плече. Альфа сел на край кровати и наблюдал, как Гук начал с аппетитом кушать. — Уже лучше себя чувствуешь? — Мин заговорил, уже когда старший пил чай с шоколадным печеньем. — Да, всё в порядке. — Мне Намджун предложил к нему на пару дней с ночёвкой пойти. — Было бы хорошо, тебе вредно пить так часто блокаторы. — Тебе тоже нельзя столько пить подавителей, — альфа немного нахмурился и поставил руку на ногу родителя через одеяло. — У тебя была течка не так давно, от чего она началась в этот раз? Что произошло? — Ничего такого, просто снова началась, — Гук опустил глаза, не собираясь что-то рассказывать. — Так не бывает, — младший пытался заглянуть в глаза папы, немного наклонив голову к плечу. — Поделись, не держи всё всегда в себе. — Я не собираюсь говорить об этом с тобой. — И почему же? Кому ты бы это рассказал? Своему альфе? Прости конечно, но единственный альфа, который у тебя есть — я. — И что ты сделаешь? Пойдёшь разбираться с моим начальником, который из-за гона чуть меня не изнасиловал? — истерика снова начала подходить, так что Чон даже не думал, что говорит и кому, ведь его личное пространство, что так важно для омеги в течку, бессовестно нарушали вопросами. — Что ты сделаешь теперь с этой информацией? Тебе восемнадцать, ему сорок пять. Когда ты поймёшь, что не нужно соваться в мою личную жизнь?! Зачем ты привёл к нам Тэхёна? Зачем мне в душу лезешь? — на глаза выступили слёзы, и омега уже кричал на сына. — Я не нуждаюсь в твоей жалости. И без этого жил нормально. — Это не жалость, а поддержка! — взгляд у Юнги обиженный и немного виноватый. — Я знаю, что могу неправильно её показывать, тебе это вообще жалостью показалось. Но я пытаюсь сблизиться с тобой, чтобы ты мог мне доверять. Дядю Тэхёна я привёл, чтоб ты понял, что всё ещё кому-то можешь нравиться. Что всё ещё имеешь шанс быть любимым. Он весь вечер на тебя пялился как заворожённый, — младший закатил глаза и поджал губы, ведь до сих пор бесился из-за этого. — И тебе лучше уволиться с этой газеты... По взгляду Юнги было видно, что он ужасно злился, думая о начальнике папы, но понимал, что действительно ничего сделать не мог. За свою истерику стало стыдно. — Прости, я не должен был кричать на тебя. Конечно, ты не хочешь мне сделать хуже... — омега отвёл расстроенный и виноватый взгляд. Младший вздохнул и убрал поднос на пол, ложась головой на живот Гука и обняв за талию. Он прижался к хрупкому телу и прикрыл глаза. — Всё в порядке, не вини себя. Тебе больно от того, что произошло, а я лезу не в своё дело,— альфа улыбнулся, почувствовав в волосах ладонь, что поглаживала голову. — Он ведь остановился? — Да, и я сразу ушёл. — Отвратительно, что такое поощряют... Тебе за это только моральная компенсация будет? — Я не буду об этом рассказывать кому-то. — Что? Ты должен пойти в полицию. — И что потом? Искать новую работу? — Да, — Юн поднял голову и растерянно посмотрел на Чона. — Ты собираешься как ни в чём не бывало продолжать работать там? — Именно. В моём возрасте нет места справедливости. Ему этот штраф ничего не сделает, зато меня выпрут с газеты и в других местах не возьмут. Уж Чхве об этом позаботится. — Это не нормально... — Он осознанно позвал меня, — Чонгук перебил сына и закрыл глаза, вздохнув. — Попросил секретаршу меня позвать к нему, сделал так, чтоб она ушла. Когда я пришёл, он абсолютно спокойно работал, а потом без единого слова выпустил феромон. Это не была случайность, за которую я услышу извинения. — Если бы у тебя был альфа, он бы зассал. — Он бы выбрал кого-то другого. И вообще у него жена есть, без понятия, зачем ему я. Юн потёрся щекой об живот папы и вздохнул. Альфа услышал сладкий запах, от которого по телу разлилось приятное спокойствие. Жасмин мягко обволакивал своим ароматом и заставлял желать уткнуться носом в его источник... Источник. Юнги резко отстранился и закрыл нос, испуганно смотря на папу. — Всё в порядке, просто пойди выпей таблетку, — Чонгук сразу понял, что произошло и отреагировал спокойно. — Я сейчас вернусь, — альфа поднялся, почти вылетел из комнаты, всё ещё закрывая нос, и выпил быстро таблетку. Не хотелось даже на секунду думать о папе неправильно, так что Юн сел на кухне у открытого окна. Он вернулся в комнату к родителю только тогда, когда в воздухе абсолютно не чувствовался витающий аромат. — Нужно было выпить таблетку перед тем, как идти к тебе, — Юнги снова сел на край кровати, посмотрев на лежащего на боку омегу. — Вообще, нет ничего страшного, если бы ты не побежал пить таблетку. Из-за родства ты мою течку воспринимаешь не как другие альфы. В детстве, когда не понимал что это такое, ты очень любил обниматься со мной. — В детстве понятно, а сейчас я считаюсь взрослым альфой. Понятия не имею, как могу отреагировать на твой запах. — Взрослый он... — омега хихикнул, посмотрев на надутого сына. — Ну, мне от твоего запаха спокойно. Пусть я его немного плохо слышу из-за подавителей, но мне даже чуточку легче стало, пока ты обнимал меня, — течка заставляла становиться более ласковым и милым, защищая организм от очередной истерики. — Полежать с тобой? Может, снова уснёшь. — Было бы неплохо. Юнги лёг рядом, позволяя уткнуться папе лицом в свою грудь, и обнял его, поглаживая спину. Не успело пройти и пятнадцать минут, как послышалось тихое посапывание. Младший на это улыбнулся и полежал ещё немного рядом, перебирая приятные на ощупь волосы. После он встал, получше накрыл папу одеялом и вышел с комнаты. Альфа начал тихо собираться, решив-таки побыть пару дней у Намджуна. Он оставил записку на холодильнике и зашёл ещё раз в комнату старшего. Юнги подошёл к родителю и осторожно поцеловал его в висок, пожелав шёпотом сладких снов.