Путешествие

      Было ещё только раннее утро, и Джейлин потихоньку выскользнула из каюты, чтобы в тишине насладиться морозным воздухом и живописным видом, неспешно проплывавшим мимо. В Стамбуле погода зимой стояла тоже довольно прохладная, частенько пронизывая насквозь холодными ветрами, налетавшими с Босфора, но здесь всё же было гораздо холоднее. Поёжившись, она запахнула ворот куртки посильнее и натянула на уши пёстрый берет, купленный вчера утром по прилёту в Прагу.       Это Ильгаз сделал неожиданный сюрприз — купил две путёвки на новогодний речной тур по Европе. Неожиданно, но безумно приятно. Джейлин усомнилась, могут ли они позволить себе это посреди всех бед, свалившихся на их головы, но её сомнения тут же развеялись, разбившись о твёрдую уверенность, исходившую от фиктивного, но такого родного мужа. Ильгаз сказал, что ей пойдёт на пользу оторваться от удушающе-тяжёлой обстановки в Стамбуле. Что им обоим это нужно…       Ильгаз оказался прав. Впрочем, как всегда. Удивительный человек, всегда правильный и всегда правый. В душе Джейлин восхищалась им, но старалась не показывать ему, насколько сильно было это восхищение.       Как только самолёт пересёк границу Турции, случилось странное — в душе и теле возникла восхитительная лёгкость, словно всё, что тянуло, давило, вся безысходная печаль оказались где-то там внизу, мрачные тени остались в Стамбуле. Джейлин знала, что вернётся обратно, и всё будет по-прежнему. Знала, но это будет не сейчас. А может такое случится, что когда они вернутся, всё изменится? Не может! Ничего не изменится — смерть Инжи, Энгин — психбольной убийца её сестры, загадочное исчезновение отца, Метин с его старыми тайнами. Конечно, ничто никуда не денется, но… Могут ли измениться она сама, Ильгаз и их отношения? Джейлин хотела этого всем сердцем.       Какой прекрасный был вчера день! Глубоко втягивая носом холодный воздух и глядя на серые воды Влтавы за бортом, Джейлин улыбалась сама себе и своим мыслям, вспоминая прогулку по городу. К вечеру ноги просто отваливались, несмотря на то, что она почти сразу переобулась в удобные кроссовки, которые тоже пришлось купить по настоянию Ильгаза. Очень изящные, но при этом безумно узкие сапожки с каблучком совершенно не годились для булыжной мостовой Праги.       Как только о Праге не говорят — Злата Прага, Каменная мечта, Город ста шпилей. Они с Ильгазом прогулялись по уютным мощёным улочкам Старого города от Старогородской площади до Карлова моста, перешли через Влтаву и оказались на Малой стороне, поднялись на Пражский Град, завернули на Злату улочку, восхитились Собором Святого Вита и купили Джейлин очень нежные и красивые фирменные украшения с россыпью мелких тёмно-красных гранатов — серёжки и кулон в виде сердечка, от которых она пришла в неописуемый восторг. Побывать в Праге и не купить украшения из гранатов — разве такое возможно?       Вечером супруги Кайя заселились на теплоход «Принцесса», где их ждала комфортабельная каюта и прекрасный ужин с дегустацией лучших сортов чешского пива, после которого они вырубились сразу, как только добрались до постели. А наутро теплоход двинулся в свой путь по капризной «дикой» Влтаве, чтобы отвезти отдыхающих туристов в чешский город Мельник. Там река впадала в Эльбу, по которой проходил их дальнейший маршрут через Чехию и Германию.       Предаваясь приятным воспоминаниям, Джейлин не сразу заметила появление на палубе ещё нескольких человек, и лишь только когда резкий мужской голос прорезал тишину, вздрогнув, обернулась.       — Постой, Ада! Ты не веришь мне? Я тоже очень расстроен!       Джейлин увидела светловолосую женщину лет тридцати, которую заприметила ещё вчера за ужином, плавно перетёкшим в весёлую вечеринку в ресторане теплохода. Блондинка выскочила на палубу, небрежно накинув короткую шубку из серебристой норки прямо на шёлковый пеньюар. Она была сильно возбуждена и явно очень рассержена.       — Вернись в каюту! Холодно, да и ты не одета… — мужчина попытался увести её в сторону кают, но спутница нервно стряхнула руку со своего плеча, окатив гневным его взглядом.       — Отвали! Ты расстроен? Не смеши меня! Это я расстроена! Не просто, я убита, Джеральд!       Джейлин понимала, что, разгоряченные спором, они даже не замечают её. Разговор происходил на английском, который Джейлин прекрасно понимала, и ей стало как-то не по себе от того, что пришлось стать свидетелем чужой ссоры, поэтому она отодвинулась в сторону так, чтобы её не было видно.       Ссора всё больше накалялась, у женщины по щекам покатились слезы, размазывая макияж.       — Ты же знаешь, как я этого хотела! — выкрикнула Ада в лицо мужчине. — Я так радовалась, что получила это приглашение! — выставив руку с зажатой в кулаке карточкой, она тыкнула им в нос Джеральду. — И что? Теперь нужно срочно возвращаться домой, потому что у тебя возникли неотложные дела! У тебя всё время неотложные дела! Первый раз выбрались в отпуск на праздники за несколько лет, да к тому же нас совершенно неожиданно пригласили мои дальние родственники на закрытый приём в замке! Я хотя бы познакомилась…       Ада схватилась за голову, нервно теребя волосы.       — Ну поедем на следующий год… — попытался уговорить её Джеральд.       — На следующий год нас уже не пригласят! Возвращайся один! А я останусь!       — Ты же сама говорила, что никогда не общалась с этими твоими чешскими родственниками, с чего вдруг они вспомнили о тебе? — возразил он, на что Ада только всхлипнула. — Я никак не могу проигнорировать сообщение с фирмы, дорогая. Сейчас всё не так! Всё, что мы имеем, стоит на кону, и поэтому, если ты хочешь и дальше вести тот образ жизни, к которому привыкла, то нужно летать в Лос-Анджелес немедленно. А это всё ещё будет, если, конечно, мне удастся сохранить наше состояние… Не понимаю, что для тебя важнее — побывать у родственников, которые даже не вспоминали о твоём существовании много лет, или поддержать мужа в столь критический момент!       Джеральд уже тоже разозлился, его лицо побагровело, а глаза гневно прожигали супругу. Внезапно он резко развернулся и пошёл к каюте.       — Делай что хочешь! — зло бросил он через плечо. — Как только теплоход сделает остановку, я схожу и отправляюсь в аэропорт.       Ада некоторое время стояла, чуть покачиваясь и прижимая кулак с заветным приглашением к груди, потом медленно оторвала руку и с сожалением глянув на карточку, вдруг бросила её себе под ноги на палубу и в сердцах наступила на неё носком домашней туфли, отделанной пушистым мехом.       — Джеральд, подожди! — сорвавшись с места, она бросилась догонять мужа.       Как только они скрылись, Джейлин вышла из своего укрытия и посмотрела на приглашение, оставшееся валяться на палубе. Подняв его, она прочитала: «Госпожа Ада Монтгомери! Просим оказать честь присутствовать на ежегодном костюмированном балу в замке Гоуска, который состоится 31 декабря в 22.00».       Разглядывая причудливый каллиграфический текст, написанный на приглашении золотыми буквами поверх довольно мрачного рисунка средневекового замка, Джейлин отошла к бортику теплохода и вдруг краем глаза заметила, что Ада возвращается. Женщина остановилась в том месте, где бросила карточку и растерянно шарила глазами по полу. Джейлин непроизвольно сунула руку с приглашением в карман.       — Вы что-то потеряли? — прежде, чем успела подумать, выпалила она.       — Да, — вскинула на неё глаза Ада. — Вы не видели здесь небольшую карточку? Приглашение на приём… Наверное, его унесло ветром в реку, — не дав Джейлин ответить, сделала вывод Ада.       В Джейлин боролись противоречивые чувства: с одной стороны, нужно было, конечно, вернуть приглашение владелице, но с другой, сама не зная почему, она медлила. Карточка словно прилипла к руке, и внутри всё противилось тому, чтобы отдать её обратно. Пока Джейлин раздумывала, что делать, Ада вздохнула и, печально посмотрев куда-то вдаль, произнесла, не то чтобы обращаясь к Джейлин, а скорее говоря самой себе:       — Да и какая разница. Всё равно, мы уже не сможем там побывать, никто и не поймет даже, что меня не было, потому что никто нас там не знает, — переведя взгляд на Джейлин, Ада добавила. — Так… Хотела оставить на память себе. Ну да ладно! Это уже не имеет никакого значения.       

***

      Время, события, люди, неожиданные повороты — всё менялось до невозможности быстро, так быстро, что иногда мозг не успевал осознать и принять что-то одно, как происходило другое, переворачивающее все представления на сто восемьдесят градусов. И во всём этом бесконечном водовороте жизни лишь одно почему-то оставалось незыблемым. Именно то, что Джейлин отчаянно хотела изменить — их отношения с Ильгазом. По документам они оставались супругами, и с тех пор, как Ильгаз «потерял» заявление на развод, никто из них не заводил больше о нём речи. На деле они были очень близки духовно — Ильгаз постоянно находился рядом, поддерживал во всём, и Джейлин уже привыкла к тому, что его твёрдое мужское плечо всегда к её услугам. Но чтобы стать настоящими супругами не хватало только одного — близости физической. И вот тут происходило странное — несмотря на то, что Ильгаз хотел её не меньше, чем она его, он не допускал того, чтобы это случилось. Джейлин считала, что она умеет прекрасно убегать, но на деле оказалось, что Ильгаз гораздо лучше справляется с тем, чтобы не убегая избегать. Он словно выстроил между ними невидимый барьер. И это препятствие оказалось практически непреодолимым. Что-то всё время останавливало его. Джейлин была просто уверена, что если хоть раз он отпустит себя и поцелует её, то уже не сможет остановиться, но при всём его отношении, Ильгаз умудрялся сказать «стоп» в самый нужный (или, как с досадой думала Джейлин, самый ненужный) момент.       Прибыв в Прагу как семейная пара, они, естественно, заселились в один номер и на теплоходе, где по плану туристического маршрута должны были провести несколько дней и ночей, сплавляясь по Влтаве, а затем по Эльбе, встретить Новый год в прекрасном старинном городе Дрездене на территории Германии и уже оттуда вернуться домой.       Всё ещё сжимая приглашение в кулаке, который прятала в кармане куртки, Джейлин вернулась в свою каюту.       — Я уже собирался выйти на твои поиски, — Ильгаз поднялся ей навстречу с узкого диванчика, того самого, на котором и провёл ночь.       Джейлин окинула взглядом каюту — весьма комфортабельная, словно номер в дорогом отеле, если бы не характерные для водного транспорта округлые небольшие окошки и не прикрученная к полу мебель, можно было бы подумать, что они в обычной комнате. Ильгаз успел привести в порядок и себя, и постель — его чуть ли не военная быстрота, дисциплина и аккуратность вызывали у Джейлин лёгкое замешательство, поскольку сама она не могла заставить себя делать всё по правилам и чёткому расписанию.       — Пойдём позавтракаем в кафе на палубе? Там очень холодно? — с улыбкой глядя на её покрасневший нос и щеки спросил он. — Уверен, горячий кофе будет весьма кстати.       — Согласна, — отозвалась Джейлин и вновь развернулась к выходу.       — Но если ты замёрзла, то можно заказать в каюту…       — Нет, всё нормально, — Джейлин слегка улыбнулась, подумав, что Ильгаз заботлив, как всегда, — пойдём.       И под руку, совсем как обычная супружеская пара, они отправились в открытое кафе на носу теплохода.       Грея руки о чашку с кофе, прекрасный аромат которого на свежем морозном воздухе казался ещё вкуснее и приятно щекотал нос, Джейлин не торопилась его пить, с наслаждением делая маленькие глоточки. Приглашение всё ещё лежало в её кармане, и она всё ещё не знала, что с ним делать. Задумчиво поглядывая на Ильгаза, который с аппетитом поглощал вкуснейшую яичницу с колбасками, Джейлин в уме прикидывала, есть ли вариант, что он может согласиться отправиться на этот прием вместо четы Монтгомери. Тряхнув головой, она постаралась прогнать от себя эти совершенно идиотские мысли — Ильгаз никогда и ни за что не согласится! Точка!       Теплоход прибыл в чешский город Мельник, в котором им предстояло провести полдня, прежде чем отправиться дальше, и Джейлин увидела, как супруги Монтгомери сходят с теплохода с чемоданами. Проводив их взглядом до момента, пока они не скрылись из вида на парковке возле речного порта, Джейлин внезапно обратилась к Ильгазу:       — Замок Гоуска не входит в наш маршрут, кажется?       Ильгаз с удивлением вскинул на неё глаза:       — Нет, а почему ты вдруг про него спросила? Он остаётся в стороне, до него нельзя добраться по реке.       — Ты ответил сразу же, значит, ты знаешь, о каком замке идёт речь?       — Знаю, — слегка улыбнулся Ильгаз, — и на самом деле, мне самому безумно хотелось бы в нём побывать — потому что это самый загадочный и мистический замок в Чехии. Считается, что именно там находятся врата ада.       Джейлин удивленно дёрнула бровью.       — Правда? Надо же… — протянула она.       Держась за руки и медленно проходя мимо парковки, чтобы прогуляться по городу в отведённое туристам свободное время, Джейлин увидела, как Ада и Джеральд садятся в такси. Ада, также заметив её, помахала рукой на прощанье.       — До девяностых годов прошлого века замок принадлежал Чешскому государству, и в нём хранился архив национальной исторической библиотеки, а затем, когда сменилась власть, его передали потомкам бывших владельцев, и теперь это частная собственность, — глаза Ильгаза загорелись, а щёки слегка раскраснелись, можно было бы предположить, что это от легкого морозца, но у Джейлин создалось другое впечатление. Кажется Ильгаз не на шутку интересовался этим местом.       Джейлин проверила в кармане карточку — она, конечно же, никуда не делась.       — Я был здесь в Чехии дважды, но попасть в замок не смог…       — А ты бы хотел? — Джейлин внимательно посмотрела на него, в уме прикидывая как рассказать про приглашение.       — Да, хотел. В этом замке пересекаются две вещи, которыми я интересуюсь… Кроме турецкой юриспруденции, — усмехнувшись прибавил он, — история и мистика.       Видя удивление, появившееся в глазах Джейлин, Ильгаз расплылся в широкой улыбке, говорящей о том, что ей очень мало известно о нём самом и его увлечениях.       — Ты полон загадок, — проговорила Джейлин, — видимо, мне ещё очень много предстоит узнать о своем… — она, конечно, собиралась сказать «муже», но замялась, растерявшись от того, что не знает, имеет ли право так его называть.       — Нам обоим ещё много предстоит узнать друг о друге, — Ильгаз сжал её руку в своей и развернулся, осматривая небольшую площадь городка, куда они тем временем вышли.       — Ильгаз… Хочу сказать кое-что… — Джейлин прикусила уголок губы и выжидательно посмотрела на него.       — Говори, — обернулся Ильгаз.       — Я нашла приглашение… на палубе валялось…       — Какое приглашение?       — На закрытый костюмированный бал в замке Гоуска.       Встретив вопросительный взгляд, Джейлин поспешила объясниться:       — Оно именное — на имя Ады Монтгомери…       — Ну, раз мы знаем имя хозяйки, то нужно его вернуть.       — Да, конечно, я так и хотела, но встретила утром Аду Монтгомери — это та самая блондинка, что садилась в такси вместе с мужем, и она сообщила, что у них возникли неотложные дела, и первым рейсом они возвращаются в Америку.       Джейлин пыталась сказать всё как можно быстрее, чтобы Ильгаз не успел возразить, и замолчала только тогда, когда вылила на него все факты.       — Так что теперь это приглашение никому не нужно… Ииии…       — И что?       — И мы могли бы пойти на прием вместо господина и госпожи Монтгомери.       Джейлин состроила умоляющее выражение лица.       — Мы не можем.       — Конечно, можем. Их там никто не знает — она сама так сказала. И потом, ну что случится? Самое страшное — раскроют, что мы не те, за кого себя выдаем, и выгонят нас оттуда. Мы так далеко от Турции, нас здесь тоже никто не знает, и поэтому никто не будет свидетелем нашего позора.       Джейлин уговаривала его, чувствуя, что Ильгазу самому очень хочется попасть в замок, и поэтому справедливо считая, что его оборона накануне сдачи. Она замолчала, израсходовав все свои аргументы и ожидая, что он ответит, но Ильгаз медлил, видимо обдумывая все «за» и «против».       — Решительно и бесповоротно — «нет», — произнёс он наконец.