Оборотень

       Вновь очнувшись в непонятном месте, но в шикарной кровати, Ёна ощутила довольно смешанные чувства. Как бы и удобно, но всё ещё некомфортно и страшно. Ещё и милая незнакомка сидела рядом и смотрела на неё.        Окончательно придя в себя, Ёна резко отшатнулась к спинке кровати, опасливо оглядываясь по сторонам. Это всё нереально. Это сон. Обычный сон. Кошмар. Когда она уже проснётся у себя в квартире?         — Не пугайся так, Бэмби, тебя здесь никто не обидит, — голос незнакомки был довольно дружелюбным, но девушку это не сильно успокаивало.         — Я не Бэмби. И мне не нравится это сравнение. Волки ведь едят оленей, — как она должна перестать бояться, когда её сравнивают с маленьким оленёнком, который, судя по всему, попал в стаю волков? Это так жутко.         — Точно, плохие сравнение. Извини, — девушка встала с кровати и отошла на пару шагов. — Меня зовут Даён, а тебя?         — Ёна, — нехотя ответила она. — Где я? Что это за место?         — О, это наша территория, место нашей стаи. Мы обосновались в лесах, здесь красиво.        — Лес? — какой кошмар, кругом и правда лес, как теперь выбраться? Место стаи. Здесь целая стая оборотней. Вероятность того, что при попытке побега её поймают и съедят в лесу очень велика. И что теперь делать? — Я хочу домой.         — О, детка, мне так жаль. Наши правила не позволяют нам отпускать тех, кто знает о нас, всё ради безопасности. Как быть решит наш Альфа. Если он разрешит, ты сможешь уйти.        — А если нет? Мне придется остаться здесь с этим… он вообще похитил меня, забрался ко мне домой и начал мозги мне пудрить, а затем превратился в это…         — Не беспокойся, за это он обязательно получит от отца. Он нарушил правила, так что ему сильно достанется. Но да… если Альфа не разрешит уйти, тебе придётся остаться здесь с Чонгуком. Как бы там ни было, он твоя пара.         — Какая к чёрту пара? Я его вообще не знаю, вчера первый раз в жизни увидела, отношения так вряд ли начинаются.         — У нас, оборотней, всё иначе. Мы любим всего раз и на всю жизнь. У нас может быть только одна пара, мы сразу её узнаем, если встретим, и если это случится, то мы больше не сможем жить без пары. Это как жить без воздуха. Далеко не всем везёт встретить свою половинку, некоторые так и умирают в одиночестве. Тебе просто нужно больше узнать о нас, чтобы понять значимость этих уз. Чонгук... он вообще неплохой, идиот конечно, но так часто бывает, всё парни глупые, особенно когда влюблены.         — Но это нереально. Оборотней не существует. Такое только в фильмах бывает, — верить всё ещё не хотелось, здравый смысл отрицал и пытался объяснить даже то, что она видела своими глазами, но не получалось. Оборотни, стая, Альфа, какие-то правила и, похоже, на самом деле влюбленный в неё парень. Что делать с этой информацией, как быть? Одна мысль о том, что её не отпустят, пробивает до дрожи.        Да, Ёна ненавидела свою жизнь, она была скучной и однообразной, но всё-таки безопасной, её жизни ничего не угрожало. Конечно, она хотела перемен, хотела, чтобы жизнь обрела краски и стала лучше, но похищение оборотнем и пребывание в стае волков, словно в фильме ужасов, это явно не те перемены, которых она ждала.         — Мы просто хорошо скрываемся, — пожала плечами Даён, краем уха уловив движение у двери, и уже спустя секунду раздался стук. — Чонгук, уходи, ты её пугаешь.         — Мне очень жаль, я не хотел всего этого. Я просто был на эмоциях и совсем не думал головой. Я очень сожалею, — сожалел он на самом деле, особенно после того, как Юнги надавал ему по ушам и прочитал лекцию о хорошем поведении.         — Ты ещё недостаточно сожалеешь, иди вниз и жди своего отца, и уже после того, как получишь от него за всё, приходи с извинениями на коленях.         — Нуна, не будь так жестока. Позволь разочек посмотреть на мою любимую, мне нужно приободриться и набраться сил, чтобы вынести наказание отца. Один взгляд на неё придаст мне сил.        — Не заслужил, — увидев, как медленно открывается дверь, а в образовавшуюся щель пробираются пальцы, Даён быстро подскочила и захлопнула дверь, прищемив парню пальцы так, что они аж захрустели, явно сломавшись. — Уходи.        — Ты сломала мне пальцы. Так больно, — скулил он жалабно под дверью, в надежде, что Ёна проникнется к нему сочувствием и пожалеет, но ничего подобного не произошло. Не видать ему сочувствия.         — Чонгук, твой отец пришёл, — послышался откуда-то снизу голос Юнги. Чонгук сразу отбросил свою несерьезность и нехотя побрёл вниз по лестнице. Сейчас ему достанется за всё.         — Отец, я готов с достоинством принять любое наказание, каким бы оно ни было. Прости меня.       За нарушение правил наказание грозит любому, это нерушимое правило стаи. Нельзя уходить без ведома Альфы за пределы их территории. Нельзя приводить чужих без разрешения Альфы. Нельзя посвящать людей в их тайну. И, конечно же, нельзя плохо обращаться со своей парой. А он плохо с ней поступил, когда украл и насильно притащил к себе домой. Внушительный список проступков. Следовательно, и наказание должно быть немаленьким.        — Ты никогда не нарушал правила, никогда не уходил из стаи. Зачем ты ушёл? — мужчина прошёлся вдоль комнаты, неотрывно глядя сыну в глаза, готовый поймать его на лжи в любую секунду.         — Я отправился искать свою пару. Мне было очень одиноко в последнее время, я чувствовал, как пустота в моём сердце поглощает меня, это было начало депрессии.         — Многие ещё не встретили пару, и есть те, кто в разы старше тебя, думаешь, одному тебе так сложно?         — Нет, отец.        — Ты должен был пересилить себя, а не поддаваться импульсам.        — Я знаю. Прости, что не смог этого сделать. Это была моя слабость. — Мужчина лишь тяжело вздохнул на такой ответ. Ни слова лжи не было. А он даже не подозревал, что его сын так страдал, что ему было настолько тяжело в одиночестве.         — Где она? — от упоминания девушки Чонгук не смог сдержать улыбку.         — Наверху.        — Как она?        — Ну… напугана.         — То есть, по-твоему, это нормально? Твоя пара не должна тебя бояться. С женщинами вообще словно ни разу не общался? Идиот. Как ты посмел её похитить и привести сюда без согласия? Так, по-твоему, можно обращаться со своей парой? Особенно, когда она человек. Одна на всю жизнь, ты должен был быть умнее. А теперь знаешь, что может быть? У неё может случиться отторжение твоих чувств.         — Отторжение? Что это значит?         — Это значит, что она может никогда не ответить на твои чувства взаимностью.         — Но… это ведь невозможно, она просто обязана чувствовать то же самое… Она…        — Обязана? Она человек, а люди не ощущают этой связи. Ты должен был ей сначала понравиться, а не вестись на поводу у своих импульсивных желаний просто обзавестись парой. Знаешь, что теперь может с тобой случиться, если она тебя не примет? Ты хоть головой думаешь иногда?         — Что… может случиться? — Чонгук никогда не слышал ничего подобного, он даже не представлял, что есть какие-то нюансы в отношениях с парой. Когда двое встречают друг друга, сразу понимают, кто друг другу, непринятие чувств невозможно, так он думал. Но неужели это не так? Он, конечно, понимал, что поступил ужасно, похитив девушку, но даже представить не мог, что возможен вариант развития событий, где она может так и не полюбить его.        — А что случается с волком, который теряет свою пару? Что происходит с лебедем, который лишился любимой? Это то же самое, Чонгук. Надеюсь, у тебя всё обойдется, — вздохнув, мужчина окинул взглядом приунывшего сына и направился к выходу из дома. — Пойдём, тебя ждёт наказание.         — А что на счёт Ён? Она может здесь остаться?         — Ён? Это её имя?         — Вообще-то Ёна, но Ён звучит так мило.         — Ясно. Я ещё не решил. Пойдём уже.        Возможно, отец просто его так напугал и ничего страшного не произойдёт, возможно, это часть наказания. В любом случае сейчас об этом думать некогда, его ждёт кое-что посерьёзнее и болезненнее.

****

        — Скоро Альфа придёт поговорить с тобой, так что ещё есть время принять душ и переодеться. Пижама милейшая, но не разгуливать ведь в ней весь день. — Посмотрев на свою пижаму с морковками, которая состояла из футболки и шорт, Ёна засмущалась. Не самый её лучший вид.         — У меня больше ничего нет.        — К счастью, этот идиот ждёт тебя уже давно, так что здесь можно найти абсолютно всё: от одежды до самых нужных женский штучек, — когда Даён открыла дверцу шкафа, а за ней оказалась целая гардеробная увешанная одеждой, обувью и прочим, Ён аж рот раскрыла. Так много всего. И всё такое красивое. — Всегда, когда мы бывали в городе, он покупал что-то из женской одежды, скупал всё, что приглядывалось. Готовился. Всё твердил, что у его любимой должно быть абсолютно всё. Особенно в последние пару месяцев. Он был просто одержим. Говорят, что оборотень сходит с ума, когда близится встреча с парой. До этого момента думала, что это неправда, но, судя по всему, раз он тебя нашёл, есть в этом доля правды, — Даён улыбнулась и пропустила девушку в гардеробную. Здесь словно целый магазин. Выбирай что хочешь.         — Никогда не видела столько красивой одежды, у меня столько никогда не было.         — У меня тоже. Наверное даже у Юнги вещей больше чем у меня.         — А Юнги это твой… парень?         — Боже упаси, он мой брат. Свою пару я ещё не нашла. Выбирай,что хочешь, и прими душ, я не буду тебя смущать и пойду вниз. Как закончишь — спускайся, ты, наверное, голодна, нужно поесть.        Даён ушла. Ёна немного постояла в гардеробной и, выбрав себе удобные джинсы и рубашку, направилась в душ. Освежиться и правда не помешает.        Ванная была огромной, здесь была и душевая кабинка и большая ванна, умывальник, красивые тумбочки, в которых можно было найти всё что угодно, мягкие бархатные полотенца, и куча шампуней, и средств для тела и волос. Похоже её здесь и правда ждали.        Приняв душ, Ёна быстро оделась и вернулась в комнату. Расчесывая волосы у зеркала, она раздумывала над планом побега. Оставаться здесь не хочется. Даён, конечно, очень хорошая девушка, она была мила с ней, но она оборотень, как и все в этом месте. В каждом она видит потенциальную угрозу для себя. Страх нельзя убрать так быстро, он никуда не делся. Конечно, она немного успокоилась, но кто знает надолго ли это? Нужно выбираться. Среди незнакомцев она оставаться не собирается, а жить с одним из них тем более. Пофиг даже что красавчик.        Спускаться вниз не хотелось, да и голода она не ощущала, возможно, из-за стресса, но она всё-таки решилась и вышла из своей комнаты, но, увидев в конце коридора стоявшего и по всей видимости ждавшего её Юнги, испугалась и забежала обратно в комнату. Такой суровый и серьезный, одним своим видом вызывает страх.         — Эй, ну ты чего, я ведь не кусаюсь, — Юнги позабавило поведением девушки, смеясь, он направился к двери её комнаты и постучал. — Не бойся, я тебя не трону. Выходи, позавтракаешь.        Ён колебалась, страх быть съеденной не позволял и шага сделать. Но если она не выйдет, Юнги может войти сам, а этого не хочется совсем. Всё-таки на свой страх и риск девушка приоткрыла дверь и выглянула в коридор.         — Только не подходи ко мне.         — Как скажешь, принцесса. — Нахмурив брови, Ён вышла из комнаты и легко прикрыла дверь, она не хотела поворачиваться к парню спиной, поэтому медленно шла под стенкой не сводя с него глаз, что веселило его ещё больше. — Буу! — резко сверкнув золотистыми глазами и тихо зарычав, Юнги сделал резкий выпад в сторону девушки, пугая её. Ён от ужаса закричала и быстро бросилась бежать по коридору и вниз по лестнице, где и столкнулась с Даён.        — Что такое, детка, почему ты кричала?         — Он хотел убить меня, — указав пальцем на смеющегося Юнги, который шёл позади, Ён испуганно спряталась за спину девушки.         — Юнги, зачем ты её пугаешь, ей ведь и так страшно.         — Извини, не смог удержаться, это было так забавно. Она так похожа на маленького испуганного кролика.         — То, что она боится — это нормально, и мы не должны её пугать. Ещё раз так сделаешь, и всю неделю только и будешь питаться кроликами, которых сам себе и поймаешь в лесу. Понял?         — Ах ты, вредная букашка, угрожать мне вздумала?         — Ты меня услышал. Идём, детка, пора тебе покушать, — обратилась она уже к Ён и, приобняв за плечи, повела на кухню, где хозяйничала милая женщина в забавном фартуке с мультяшными волчатами. — Познакомься, это тетушка Чонён, она здесь работает.         — Здравствуйте, — вряд ли милая старушка тоже оборотень, во всяком случае на это надеялась девушка.         — Добро пожаловать домой, — уж чего Ён не ожидала, так этого того, что женщина низко ей поклонится. — Ты, наверное, голодна, сейчас я быстро накормлю. Такая худенькая, но ничего, неделя или две, и от худобы не останется ни следа               Сев за стол, Ёна окинула взглядом блюда, выглядело как обычная еда корейцев, но… что за мясо они используют? Свинина, говядина, может дичь или… или что-то с двумя ногами? Хотя Даён утверждала, что людей они не едят, но вот Чонгук вчера заявил, что загрыз несколько сбежавших заключённых.        Девушка долго не решалась притронуться к еде, но всё-таки пересилила себя и попробовала. Говядина. Очень вкусная. Зря боялась. И кимчи очень вкусные, свежие овощи, даже фрукты. Похоже, оборотни питаются как и все обычные люди.        — Сколько тебе лет? Ты живёшь сама или с родителями? — после трапезы Даён решила немного расспросить молчаливую девушку. Если она здесь останется, что вероятнее всего, они могут стать подругами. К тому же Ён казалась ей очень милой.         — Мне двадцать, и я живу одна.         — Ещё такая малышка, а уже живёшь одна? Удивительно, мне вот двадцать шесть и я живу с братом, родители к сожалению живут в другом городе в другой стае, мы с Юнги смогли сбежать, там всё было… куда сложнее. Здесь лучше. В разы. Скажи ведь, Юнги.  — Да, здесь очень хорошо. Альфа позаботился о всех, кто пришёл к нему в поисках нового дома. Нам очень повезло попасть сюда в стаю. Наш прежний Альфа… был не таким добрым, скажем так.        — Да, и здесь у нас есть хорошая работа и куча друзей. Тебе здесь понравится. Не придётся больше жить одной.        — Рада за вас но… я не такая как вы, мне здесь не место. — Она ведь не оборотень, так что вряд ли у неё здесь будут друзья, их и среди людей ведь нет, да и жизнь здесь свою она не представляет. Ей нет места ни среди людей, ни уж точно среди оборотней.        — Здесь не так плохо как ты думаешь, и мы вовсе не так сильно отличается от людей. К тому же здесь есть те, кто раньше тоже были людьми.         — В каком смысле?         — Многие, конечно, были рождены оборотнями, но есть и те, кого обратили, — пояснил Юнги, чем явно вызвал ещё больший ужас у девушки.         — Обратили? То есть… укусили? Это работает так?        — Да, но это сработает только если укусит Альфа, и то выжить могут не все. Укушенные становятся бетами, это самые приближенные Альфы, самые преданные ему… — замолчав, Юнги перевел взгляд на входную дверь и встал с дивана. В то же мгновение дверь открылась и в дом вошёл высокий мужчина с короткими волосами и большим шрамом на левой щеке, а за ним вошёл её похититель, но выглядел он совсем не так радостно, как с утра. Когда Даён говорила о наказании для него, Ён даже не догадывалась, что его изобьют. Вот так здесь наказывают? Жесть какая.        — Что произошло? Что было за наказание? — встрепенулись Даён, с сочувствием глядя на разбитую губу и бровь парня. Рана на брови всё ещё не затянулась и кровоточила, отчего кровь залила правую сторону лица.         — Неужели тебя пустили в Волчий Круг? — удивлялся Юнги.        — Ага, жесть как больно было. Тэхен, сука, сломал мне пару рёбер, а я ведь думал, что мы друзья. Похоже, никому нельзя доверять, — Чонгук постарался улыбнуться, даже несмотря на то, что испытывал ужасную боль во всём теле, от сломанных костей и отбитых внутренностей. Жестоко с ним, но радует то, что оборотни быстро восстанавливаются. Конечно, всё бы зажило в разы быстрее, если бы пара приласкала его, но, похоже, с этим ему придётся подождать.         — Сурово.        — Сурово, — согласился Альфа, — но если учесть сколько правил он нарушил за одну ночь, вполне справедливо. Согласен, сынок?        — Да, отец. — Неожиданно было узнать, что Чонгук, оказывается, сын Альфы. Похоже, особого отношения здесь нет даже к родным. Все равны. Но радует то, что избиение, похоже, считается суровым наказанием. Хорошо что не убивают.         — Что ж, — вздохнув, мужчина перевел свой взгляд на Ён, отчего она аж сжалась. — Меня зовут Чон Хансо, я вожак этой стаи. Поговорим, дитя? — Ён бросила неуверенный взгляд на Даён и, получив её утвердительный кивок, встала с дивана. Мужчина открыл входную дверь, давая понять, что хочет говорит на улице. И, похоже, наедине. Такой расклад событий доводил девушку до жути, но она всё-таки пошла за ним на улицу.         — Ты такая красивая, — услышала она шепот Чонгука и поймала его улыбку, когда проходила рядом. Какой же он всё-таки странный.        Выскочив на улицу, Ён поспешила за мужчиной и села на лавку под деревом, как и он, но на другой конец, чтобы, если что вдруг, успеть спрятаться за дерево.         — Мне очень жаль, что мой сын так поступил с тобой, он не должен был этого делать, прими мои извинения.         — Спасибо, конечно, но мне не нужны извинения, я просто хочу домой. Я не собираюсь болтать о том, что видела здесь и слышала, вряд ли кто-то поверит даже если я расскажу.        — Понимаю, это вполне очевидное желание, но есть несколько нюансов, — вздохнув, Хансо посмотрел на неё. — Я верю, что ты никому ничего не расскажешь, но отпускать людей, узнавших наш секрет — против правил. Обычно мы обращаем таких и они остаются в стае, но такое случается редко, а с тобой совсем другая ситуация. Обратить тебя я не могу, потому что это тоже против правил. Ты пара моего сына, и ни один волк не имеет права прикасаться к тебе, даже Альфа. У нас очень трепетное и особое отношение к своим парам. Но и отпустить тебя я не могу по этой же причине. Чонгук уже не сможет без тебя, затоскует и пропадёт.        — Мне не понять этих ваших уз между парами, простите, но я человек и я не могу чувствовать то же, что чувствуют волки. Для меня ваш сын — незнакомец, который проник ночью в мою квартиру, напугал до смерти и украл. Я не чувствую никакой связи. Единственное чувство которое у меня есть — это страх. У людей так сразу не возникают чувства, — переступать через себя и пусть даже через страх быть убитой, она не горит желанием быть в плену и играть в любовь с незнакомцем. Не сможет, даже если захочет. Так ведь не бывает. Чтобы жить с парнем в гармонии и любви, чувства должны быть у обоих. Может, Чонгук и правда любит её, но она не может ответить на его чувства тем же.         — Верно, так всё и есть. Хоть тебе и страшно, но ты честно говоришь то, что чувствуешь. Это хорошо. Что ж, я принял решение, — встав с лавки, мужчина бросил взгляд на дверь дома и она тут же открылась, и к ним вышли Юнги, Даён и уже умытый Чонгук. Он выглядел радостным, несмотря на то, что его недавно здорово поколотили. — Я принял решение насчёт девушки. Думаю будет правильно…         — Да, — ещё даже не дослушав, Чонгук расплылся в улыбке, уже представляя их вечера с Ён на диване перед телевизором, их прогулки в лесу, и ещё так много всего. Он подождёт, когда она полюбит его, и тогда он получит и объятия, и нежность от девушки, её поцелуи, а затем они разделят и постель. Всё это обязательно случится. Но его улыбка испарилась, когда отец закончил предложение.        — … отпустить девушку домой.        — Что? Но… но почему, отец? Я ведь… я…         — Успокойся, Чонгук, перестань думать только о себе. Девушка боится тебя, и неужели ты правда думаешь, что сможешь насильно её удерживать здесь? Лучшим вариантом будет позволить ей уйти. Но без сопровождения. Постарайся найти путь домой самостоятельно, — произнёс мужчина, глядя уже на девушку.         — Хотите, чтобы я пошла в лес одна? — такого девушка не ожидала, вот тебе и подвох. Её отпустят, только если она сможет уйти сама. А что там в чаще леса? Есть ли там кто-то, кроме оборотней? Идти в лес одной очень опасно.         — Никто из оборотней тебя не тронет, ты сможешь уйти не беспокоясь о том, что кто-то на тебя нападёт.         — Нет, не говори ей этого, — встрепенулся Чон, не веря в то, что отец правда так поступает. — В лесу очень опасно, там волки и медведи, и дикие кабаны, а ещё опасная скалистая местность. В лесу легко потеряться, да и выбраться отсюда, не зная безопасной дороги, практически невозможно. Зачем ты так поступаешь, отец? Она ведь погибнет там, — даже некоторые оборотни погибали, передвигаясь в лесу, с обрыва сорваться так просто, что уже говорить о человеке, о хрупкой девушке? Она не выживет. Одна только мысль об этом делает мучительно больно, в разы больнее, чем все удары, которые ему достались. Это наказание намного хуже того, что он уже получил.  — Я принял решение. Она может уйти и рискнуть, либо может остаться. Выбор только за ней.         — Не уходи, — Чонгук тут же перевёл взгляд на растерянную девушку, умоляя её остаться. Он не переживёт, если с ней что-то случится.        Возможно, самостоятельно искать выход и бродить в лесу и было равносильно смерти, но это был шанс. Шанс, который Ён не собиралась упускать. Возможно, ей повезёт и она сможет выбраться. Возможно, Чонгук просто её пугает, чтобы она не уходила, он в принципе может это делать. Поэтому она решила на свой страх и риск всё-таки попытать удачу.         — Прощайте, — бросила она и, развернувшись в сторону леса, поспешила уйти.        — Она смелая или дурная? — вместо ответа Даён только недовольно ткнула брата между рёбер. Сейчас явно не время для шуток.         — Не смей ходить за ней, — естественно, Чонгук не собирался оставлять всё так, и позволить девушке одной уйти в лес, поэтому бросился следом, но отец перехватил его, не давая уйти.         — Зачем ты так? Ты позволил ей уйти на верную смерть. Это так жестоко. За что?         — Ты должен вынести урок, Чонгук.         — Какой урок? Ты погубить меня хочешь! — недовольно сверкнув красными глазами, Чон отбросил руку отца, собираясь убежать, но тот с силой скрутил его руки и повалил на землю. — Отпусти меня!        — Угомонись и иди в дом. Если только подумаешь пойти за ней, я изгоню тебя из стаи, понял? — то, что дойдёт до такого не ожидал никто, особенно Чонгук. Этим ультиматумом отец просто выбил почву из-под ног. Что хуже, волк без стаи или волк без пары? Отец хочет, чтобы он выбрал. Но для волка, который уже нашёл свою любовь, этот выбор просто ужасающий. — Отведи его в комнату, Юнги.        Юнги колебался, он считал поступок Альфы неправильным, глупым и жестоким, но неповиноваться он не мог. Подняв Чона с земли, он взял его под локоть и повел в сторону дома. Парень даже не сопротивлялся. Он был слишком удивлен поступком отца, так что позволил отвести себя в свою комнату.         — Чонгук, мы что-то придумаем, не переживай. Всё будет хорошо, — приободряюще похлопав парня по плечу, Юнги поспешил вниз. — Я не понимаю, зачем вы так поступаете с ним? Это так жестоко и неправильно.         — Да я же не серьезно всё это говорил. Это продолжение наказания, — спокойно ответил оборотень, садясь на диван перед телевизором.         — В каком смысле продолжение наказания? — удивилась Даён.         — Мне интересно, что он выберет, что для него важнее окажется в итоге. Это должен быть его осознанный выбор.         — И какой же выбор правильный?         — Конечно же пойти за девушкой.         — Вы хотите, чтобы он сделал это с мыслью, что больше никогда не сможет вернуться домой? Это тоже часть наказания?         — Верно, — согласно кивнув, Хансо бросил взгляд на лестницу. — Что-то он тихо сидит там, пойди проверь, Юнги.        Кивнув, Мин поспешил подняться по лестнице, и когда открыл дверь спальни парня, его уже не было, только открытое окно и ветер, который трепал занавески. Выглянув в окно, Юнги огляделся, но убегающего парня не увидел. Неужели он сбежал сразу, как только он ушёл? Другого объяснения нет.         — Он ушёл, — сказал Мин, спустившись вниз.         — Уже? — удивился Альфа. — Ничего себе, похоже, даже не раздумывал.         — Что будем делать?        — Ничего, занимайтесь своими делами. Чонгук, надеюсь, что сможет вернуть её к нам. Если нет, чувствую, что больше мы его не увидим.         — Думаете, что если она не согласится вернуться сюда, он просто уйдёт с ней?         — Вот когда встретишь свою пару, сразу поймёшь, что выбора у него особо и нет. Либо они вернутся вместе, либо не вернётся никто.