Оборотень

      Добежав к окраине леса, Чонгук остановился, спрятался за широким стволом дерева и обернулся проверить, не погнался ли за ним кто-то. Преследования пока не было. Но это не повод расслабляться. Впрочем, его не волнует даже если кто-то пойдет за ним, отец дал ему выбор, и он его сделал. Назад пути нет. Хотя есть ощущение того, что если он всё-таки вернётся, отец его не накажет и примет обратно. Но это сейчас не важно.        Сосредоточившись, он попытался уловить запах Ён. Он был очень сильным, она не ушла далеко. Он легко её найдёт. Но, наверное, будет лучше, если он некоторое время не даст девушке понять, что он идёт за ней. Появиться нужно в подходящий момент. Возможно, он подождёт, пока девушка столкнется с медведем или кабаном, чтобы потом героически её спасти и дать ей понять, что с ним будет безопасно. Да, хорошая идея. К тому же это хорошая возможность понаблюдать за её действиями в критической ситуации. Как далеко она сможет уйти? Интересно.        Решив придерживаться этого плана, Чонгук бросился в лес в сторону девушки. Догнал он её очень быстро, пару минут, — и он уже рядом и может видеть как она в растерянности пытается понять в какую сторону ей нужно идти, чтобы выйти из леса. Долго она не раздумывала и направилась направо. Выбор Чонгук её не одобрял, выбрала путь, пожалуй, самый опасный. Он ведёт к обрывам и горному ручью. Помимо плохой дороги она может встретить медведя. Плохо.       Сама же Ёна была совсем потерянной, она не уверена, что выбранный путь приведет её к выходу, да и лес словно жил своей жизнью. Постоянные шорохи со всех сторон, огромные деревья, ужасная дорога с до ужаса крутыми спусками, спускаться было так сложно, она едва ли могла удержаться на ногах, чтобы не покатиться вниз. Очень страшно.        Довольно несправедливо получается. Её притащили сюда без её ведома и согласия, а сейчас дали возможность уйти только при условии, если она сама сможет найти путь. А она ведь ни разу в жизни не была в лесу, её шансы на выживание ничтожны. Будет чудо, если она сможет дожить до наступления темноты.        А что будет когда стемнеет? Конечно, похолодает и, вероятнее всего, проснутся хищники, которые будут не против поужинать ею. Кажется, погибнет она в любом случае. Шансов на выживание нет. Но, несмотря на эти пессимистичные мысли, она упорно шла дальше, отдаляясь от дома оборотней всё дальше и дальше. Теперь она не сможет вернуться даже если захочет. Пути назад она точно не отыщет.        Несколько часов пути её очень вымотали, возможно, она прошла бы больше, если бы местность была более благоприятной для пеших прогулок. Устав, девушка присела на поваленное дерево. Куда идти дальше? Кругом одни деревья и нет ни малейшего намёка на нормальную тропинку, по которой точно бы кто-то ходил. Медленно, но пыл её угасал. Услышав шелест позади, Ён быстро обернулась, ожидая увидеть дикого кролика, как было до этого, но, увидев огромного дикого кабана с огромными клыками, который бежал прямо на неё, Ён в ужасе вскочила с бревна и бросилась к ближайшему дереву. Карабкалась на дерево она чисто на адреналине, откуда только силы взялись так быстро взобраться на безопасную ветку. Сердце выпрыгивало из груди, ещё бы чуть-чуть и её бы растерзал дикий кабан. Оказывается, Чонгук не соврал, когда говорил как здесь опасно. Получается, он правда хотел её обезопасить, а она, глупая, не поверила и безрассудно бросилась в лес, считая это шансом на спасение. Впрочем, поздно сожалеть.        — Мистер дикий кабан, не могли бы вы уйти отсюда и пообедать какими-нибудь желудями или грибами, которые найдете в другом месте? — кабан не уходил, всё кружил возле дерева, иногда поглядывая на неё, уходить он явно не спешил. Вопреки её ожиданиям кабан начал рыть землю кругом и жевать какие-то корешки. — Прекрасно.        На дереве она застряла где-то на час точно, кабан так и не ушёл, но удачно заснул недалеко от дерева. Заметив это, Ён начала думать. Сможет ли она слезть с дерева и убежать, чтобы кабан не проснулся и не бросился за ней в погоню? Вероятнее всего, нет. Это точно глупая идея. Но другой у неё нет. Оставаться на месте нельзя.        Рискнув, она медленно начала спускаться с дерева, стараясь как можно меньше шуметь. Кабан всё ещё спал, когда она ступила на зелёную траву и медленно начала удаляться, то и дело оглядываясь. Единственный шанс на спасение — это взобраться вверх на крутой холм, кабан точно не сможет забраться туда. Она даже приободрилась, но тут же пыл угас, когда она случайно наступила на ветку и та так громко треснула. Испугавшись, она резко оглянулась, к своему ужасу заметив, как кабан проснулся и начал подыматься.        Не медля, она бросилась бежать со всех ног к холму. Он был всё ближе, но и кабан не отставал, его жуткие крики в перемешку с похрюкиваниями и топот вызывали дрожь в коленях. Ноги еле держали, но она не останавливалась. Топот был всё ближе и она уже понимала, что не успеет, пара мгновений и кабан собьёт её с ног, но это случилось ещё раньше. Она просто споткнулась о выпирающий из земли камень и упала на землю, тут же сжавшись в ожидании смерти, но вместо этого позади послышался ещё один страшный звук, а затем дикий крик кабана. Понимая, что это её шанс, Ёна быстро поднялась и начала взбираться на холм, так ни разу и не оглянувшись до тех пор, пока не забралась на самый верх. Только тогда она, немного успокоившись, посмотрела вниз.        Кабан просто лежал на боку и не двигался. Сперва она даже не поняла что произошло, но затем всё-таки смогла рассмотреть кровь вокруг. Его убили. И то, что его убило, где-то поблизости. Это был волк? Альфа обещал, что её никто не тронет из оборотней, следовательно, это был обычный волк. И он, кстати, может легко добраться до неё, если, конечно, уже не где-то поблизости, учитывая то, что кроме мертвого кабана на поляне никого не видно.        Вздохнув и немного переведя дыхание, девушка двинулась дальше. А впереди за холмом был крутой каменистый спуск и где-то внизу, в чаще леса, шумел ручей. Возможно, если она будет идти за течением, сможет выйти из леса. Глупая идея, но другой, пожалуй, нет. Так она и поступила. Чонгук старался не отставать, но держаться на расстоянии, продолжая идти по пятам. Девушка его удивляла всё больше. Такая упрямая и безрассудная. Скачет по камням, как обезьянка, даже и не думает сбавлять ход и остановиться. Её страх он чувствует очень ярко, ей очень страшно, но она не сдаётся. Чуть не погибла недавно, а сейчас прыгает по камням, словно ничего и не было. Как хорошо, что он рядом. Успел буквально в последнее мгновение сбить кабана с ног. Ещё бы чуть-чуть и тот бы затоптал Ён.        Дальше Чонгук старался быть более внимательным, и как только видел поблизости хищника, который был бы не против навредить девушке, старался его скорее прогнать.        Когда начало темнеть, а девушка продолжала идти, он начал беспокоиться. Идти всю ночь опасно, лучше где-то затаиться и переждать. Видимость становилась почти нулевой, теперь путь освещал только свет луны. Ён наконец-то остановилась.        Его сердце разрывалось на части, видя, как она опустилась на землю и прижалась к большому камню. Замёрзла, устала и наверняка голодна. Всё его нутро рвалось к ней, желая помочь. Он бы легко согрел её в своих объятиях, но, понимая, что, скорее всего, девушка не позволит к себе притронуться и может даже убежать, он не решался дать о себе знать. Появится ли такой шанс или ему и дальше придётся наблюдать только со стороны?        Удивительно, но Ёна дожила до наступления темноты, вот только это совсем не радовало. Темнота была пугающей. И если днём она могла увидеть издалека опасность и успеть спрятаться, то сейчас это невозможно. Если дикий зверь увидит её и захочет съесть, то он легко это сделает. Мало того что в темноте она не увидит куда бежать, так ещё и усталость не даст ей даже подняться. Ноги очень болели от ходьбы и бега, да и она ничего не ела и не пила, сил просто не оставалось.        И в этот момент пришло понимание. Она здесь умрёт. Стоит ей уснуть, как дикий зверь нападёт на неё и съест. Волки могут её учуять. Прятаться негде. Это, пожалуй, конец. И что расстраивает больше всего, так это то, что даже если она умрёт, никому не будет до этого дела. Её никто не будет искать, никто не хватится. Она никому не нужна. В такие моменты хочется иметь хоть кого-то кто бы беспокоился, и в случае чего, хотя бы огорчился её кончине.        Вздрогнув от порыва ветра, Ён придвинулась ближе к камню, вдруг услышав звук падающего камня где-то впереди. Замерев, она постаралась вглядеться в темноту и, к своему ужасу, заметила несколько пар горящих в темноте глаз. Волки. Нашли её раньше, чем она успела попрощаться с жизнью.        Бежать было некуда. Это конец. Злобное рычание приближалось. Свет луны освещал небольшой участок прямо перед ней, и когда три волка вышли из темноты, Ён смогла разглядеть их. Дружелюбием от них и не пахнет. Окружают её, скаля свои огромные острые клыки, которыми растерзают её тело за секунды. Может, это хотя бы случится быстро и она ничего не почувствует.         — Ешьте меня уже! — волки словно поняли её и, ускорив шаг, готовы были броситься на неё, но резко остановились, когда прямо из-за камня выпрыгнул огромный волк, преграждая им путь. Понимая, что это оборотень, Ён в ужасе прижалась к камню. Его рычание было куда громче и злее, чем рыки волков, таким пугающим, что пришибло до самых костей, заставляя задрожать всем телом. Но испугалась не только она, — волки, чувствуя чужое превосходство, поспешно скрылись в темноте. Замечательно конечно, вот только легче вовсе не стало.        Когда оборотень резко обернулся к ней, Ён испуганно визгнула и вскочила, но тут же упала обратно, чем воспользовался волк и навис над ней, сверкая красными глазами. Задрожав от ужаса, Ён всё-таки не сдержалась и заплакала.         — Не убивай меня, — так глупо, готовилась умереть, а теперь снова хватается за свою жалкую жизнь, словно что-то изменится и в ней за секунду появится смысл.        Удивительно, но оборотень жалобно заскулил и отошёл от неё, присев в паре метров. Не веря своим глазам, Ён медленно присела и, глянув на волка, который не сводил с неё взгляда, поджала ноги, тут же пряча лицо в коленях. Что происходит? Чего он ждёт? Некоторые хищники любят играть со своей добычей, дают им надежду, а затем, когда жертва успевает расслабиться, нападают и убивают. Так будет и с ней?        Почему всё это происходит с ней? Разве она мало страдала в жизни? Почему её жизнь должна закончиться именно так, в лесу, растерзанной зверем? Это то, что она заслуживает? А может это намёк, что пора заканчивать то, что бессмысленно?         — Можешь убить меня, — тихо прошептала она, не решаясь посмотреть на зверя. — Все равно моя жизнь бессмысленна. Никто не будет скучать, никто не кинется меня искать, никому не будет дела до того, куда я делась, никто даже не заметит этого. Ну, разве что Господин Ли, и то только потому, что я не пришла на работу и не выдраила до блеска полы и каждый уголок его тупого магазина. — Так больно осознавать то, что так всё на самом деле и будет. Она старалась не думать о бессмысленности своей жизни, но иногда всё-таки такие мысли посещали её. — Я устала хвататься за жизнь и пытаться выжить в этом мире. Ничего не получается. Мне нет места здесь. Я всегда знала, что тоже должна была умереть в тот день.         — Почему ты так говоришь? — услышав человеческий голос рядом, Ён тут же перевела взгляд в сторону, но вместо огромного волка на неё теперь смотрел её похититель.         — Что? Почему ты здесь? Ты что… следил за мной? — чего уж она не ожидала точно, так это того, что этот парень попрется за ней. Хотя, если учесть его слова о любви, то, наверное, этого стоило ждать.        — Следил — неподходящее слово, я присматривал за тобой.         — И как давно?        — С тех пор как ты ушла одна в лес. Я беспокоился, поэтому пошёл следом. Предвидя то, что ты мне не будешь особо рада, я просто держался в стороне, защищая тебя от местной живности. — Замолчав, Ёна вспомнила то, что случилось с кабаном. Выходит, его убил вовсе не волк. Это был Чонгук. Он спас её. Логично. Будь то волк, он бы, после убийства кабана, кинулся за ней. Да и после того случая ей больше никто не попадался на пути. Потому что Чонгук был рядом и не давал этому случиться?         — Не стоило ходить за мной.         — Я не мог иначе. Защищать тебя — моя обязанность.        — Не говори этого, — не хочет она и не может принять тот факт, что парень на самом деле любит её, причём до такой степени, что готов сломя голову броситься защищать её несмотря ни на что. — Так не бывает. Не со мной.         — Почему нет?         — Я никто, у меня ничего нет, я точно неподходящая кандидатура для «жили долго и счастливо». Я не заслуживаю этого.         — Для меня не важно, кто ты и что у тебя есть, дело ведь не в этом. Не говори так больше, не унижай себя.         — Перестань! Ты даже не знаешь меня.         — Может и так, но я надеюсь, что скоро смогу узнать тебя лучше. Ты можешь не верить в это, не чувствовать ничего и продолжать отрицать то, что чувствуя я, но от этого ничего не изменится, это никуда не денется. У нас всё не так как у людей, нам не нужно ждать годы, чтобы влюбиться, чтобы понять настоящие ли чувства и есть ли они к тому человеку с которым ты встречаешься. Чувства уже внутри нас. И, встречая свою половину, мы сразу понимаем, что любим. Я этого тоже не знал на самом деле, пока не встретил тебя. Чувства вспыхнули от одного взгляда на тебя.         — Но так не бывает. Как ты можешь любить меня даже не зная, что я за человек?         — Я знаю то, что ты моя половина. Я знаю то, что ты в этот мир пришла вместе со мной. Я полчеловека, ты полчеловека, но вместе мы одно целое. Два кусочка которые идеально подходят друг к другу. Я чувствую это. Для меня это очевидно. Если бы ты только могла почувставать то, что чувствую я, ты бы перестала сомневаться, — слова Чонгука смутили девушку. Никогда за всю свою жизнь она не слышала ничего подобного, никто не говорил ей даже доли того, что сказал Чонгук. Это не только смущало, но и больно било в самое сердце. Он не знает её, но при этом любит. Любит за то, что она просто есть. Так бывает?        — Может ты ошибаешься? Может ты ищешь вовсе не меня?        — Я не могу ошибаться. Просто прими это.         — Как будто это так просто. Может для вас, оборотней, подобное в порядке вещей, но у людей иначе.         — Да, зачастую у людей такая грязная любовь, если, конечно, она есть на самом деле. У нас же она самая настоящая, искренняя и безоговорочная. Встречая свою половину, мы любим её до конца дней, несмотря ни на что. Я тоже буду любить тебя всю свою жизнь. Буду всегда защищать и заботиться. Я буду хорошим мужем для тебя…         — Каким ещё мужем? Ты можешь перестать толкать свои речи, ты меня смущаешь, я уже не знаю куда себя деть.       Любовь до конца жизни. Она существует? Вероятно, у оборотней всё так и есть. Как в сказке, что ли? Всё так сладко звучит. Заманчиво. Ён даже поймала себя на мысли, что хотела бы тоже полюбить кого-то так сильно, чтобы любви хватило на всю жизнь. Будет ли это Чонгук? Как-то странно даже рассматривать его кандидатуру.         — Ну, лучше ведь смущаться, чем умирать от страха, верно? — по крайней мере, она отвлеклась от дикого ужаса, которым была охвачена ещё пару минут назад. Её напряжение немного спало. Это хорошо. — Почему ты сказала, что тебя никто не будет искать? Разве родители не должны были забить тревогу?        — Их нет, — погрустнев, Ён отвела взгляд в сторону, всматриваясь в темноту. — Никого нет.        — Почему?         — Почему? Потому что… они умерли. Когда мне было четыре года мы попали в аварию, к сожалению, родители погибли в тот день. Бабушка… она не захотела стать моим опекуном, она всегда ненавидела моего отца и меня, так что служба опеки определила меня в детский дом. К сожалению, в семью меня никто не забрал больше, — грусть девушки была такой ощутимой, что Чонгук невольно сжался. Она одна. Совершенно одна. Это разбивает его сердце.         — Почему тебя никто не взял?         — Не знаю. Но я всегда думала, что на меня никто не обращал внимания, потому что я была не такой как другие, в плохом смысле этого словосочетания. Я постоянно находила кучу причин в себе, почему это не происходило. Может, одна из них или же все, на самом деле реальны.         — И… что было дальше?         — Да ничего. Когда мне исполнилось шестнадцать, я пошла работать, государство мне выдало ту квартиру в которой я живу, хоть что-то хорошее, ну а дальше работа, работа и работа. Я знала, что кроме меня никто не позаботится обо мне, поэтому мне приходилось всё делать самой. Последние годы я только то и делала, что работала, больше ничего не происходило. Это была вовсе не жизнь, а выживание. Ну, а затем меня похитил оборотень и я едва ли не стала ужином для волков.        Ничего хорошего. Совсем ничего. Одна только работа. Бесконечный круговорот. И правда не жизнь. Выживание. Без любви и заботы. Всё в одиночку. Чонгук рос в любви, тепле и заботе, в окружении родных и друзей, его жизнь была беззаботна, легка и полна радости. Его жизнь полная противоположность жизни девушки. Она была лишена всех благ, а у него всё было в избытке. Она страдала, а он был счастлив. Так не честно. Это несправедливо. Если они пара, то всё должны были разделить пополам. А сейчас у него такое чувство, будто всё плохое, что могло произойти, от него уходило к Ён, а всё хорошее, что могло бы быть с ней, доставалось ему. Так неравноценно.        От такой несправедливости стало до одури больно, в груди сдавило с такой силой, что дышать стало практически невозможно. Он словно прочувствовал всю ту боль, печаль и страдания девушки в один момент разом. Он не помог ей разделить всё это, когда было нужно, потому что его не было рядом. И это так не честно.         — Что с тобой? — заметив, как парень свалился лицом вниз на холодные камни и практически не двигался, Ёна напряглась. Вдруг он сейчас обратится или ещё что произойдёт. — Ты ведь не умираешь? Эй!        — Нет… — вздох дался с трудом, в груди всё ещё болело, но он нашёл силы подняться. Такая связь с парой была открытием для него. — Всё нормально… Я просто… Я всегда буду рядом, Ён, я никогда тебя не оставлю, — вдруг выпалил он, чем снова ошарашил девушку.         — Что? Ён?        — Да. Больше ни один день твоей жизни не заставит тебя грустить, никто и ничто не причинит тебе боль, и ты больше не будешь одна никогда. Куда бы ты не захотела пойти, я пойду следом.         — Господи, — сил уже нет слушать его бесконечные сладкие речи и признания в любви, для неё это перебор. — Всё, я устала.         — Точно, уже довольно поздно. Спи, Ён, я буду рядом охранять твой сон.        — В моём имени и так всего три буквы, зачем его сокращать до двух?         — Потому что это очень мило, — тихо посмеиваясь, Чонгук придвинулся ближе к девушке, но она, заметив это, отодвинулась дальше. — Здесь холодно, давай я тебя обниму.         — Не стоит.         — Но станет ещё холоднее, да и камни холодные. Садись ко мне на колени, не хочу чтобы ты простудилась.         — Так, держи дистанцию. Я как-то обойдусь без твоих колен и объятий. Всё!         — Вредная, — спорить Чонгук не стал, но и оставлять всё так как есть не собирался. Нужно согреть девушку. И если он не может сделать это в облике человека, то стоит попытаться в облике волка, может это не будет её так сильно смущать.        Снова увидев перед собой волка, Ён испугалась, но быстро успокоилась, понимая, что это Чонгук, который точно не тронет её. В этом она больше не сомневалась. Но она всё равно боялась его волчьего обличия, слишком уж огромен. Рядом с ним она выглядела максимально ничтожно, а когда он лёг у её ног и своей мощной лапой притянул её к себе, она практически исчезла из поля видимости. Страшно, но так тепло. Волк был не то, что тёплым, он был горячим, и, что странно, от него совсем не воняло псиной. Дурманящий запах шоколада окутал её и вскоре она уснула, надеясь на то, что утром она точно поймёт что делать дальше.

****

       Проснувшись утром от боли в руке, которую она отлежала, Ён медленно поднялась с нагретого камня, сонно оглядываясь по сторонам. Она всё ещё в лесу, чуда не случилось, и произошедшее снова не оказалось сном.        Растирая руку, девушка обернулась, не понимая куда делся оборотень. Вместо него, рядом на камне, раскинув руки в стороны, спал Чонгук, видимо, потерявший свой облик волка во сне. Он выглядел очень мило во сне. Впрочем, Ён и так находила его привлекательным и милым. Но сейчас, когда он безмятежно спал, она смогла его наконец-то получше рассмотреть. Тёмные волосы растрепались во все стороны и забавно торчали, длинные ресницы подрагивали от дуновения ветра, губы слегка приоткрыты, алые и припухшие, словно после поцелуев. Ён отметила, что у него довольно много проколов, все уши в серьгах, на брови и даже на краешке губ тоже был пирсинг. Выглядело красиво. Да и сам он выглядел далеко не хилым сморчком.        Помотав головой, прогоняя непрошенные мысли, Ёна встала и отряхнула одежду, отходя в сторону. Пока парень спит у неё есть шанс убежать. Вот только куда бежать? Кругом всё ещё лес и дикие животные в нём. Идти за течением явно было не лучшей идеей, это ни к чему не привело. Да и она вообще не имеет ни малейшего представления, какое направление выведет её из леса. Впрочем, идти нет никаких сил. День в лесу вымотал её. Что же делать?        От мыслей отвлекли шорохи позади. Проснулся Чонгук. Теперь она точно не убежит от него. Парень быстро вскочил на ноги и, растрепав волосы, поспешил к ней.         — Куда пойдем? — быстро согнав с себя сонливость, Чонгук потянулся, разминая затёкшие мышцы и подошёл к девушке.        — Откуда я знаю. Иди куда хочешь.        — Как хорошо, что я хочу с тобой. Нам по пути.         — Ты правда собрался преследовать меня, что ли?         — Ну да, моё место теперь с тобой, поэтому куда ты туда и я.        Ничего не ответив, Ёна отвернулась от парня. Для него всё так просто. Знать бы ещё ей куда идти.         — Как далеко отсюда город?         — Ну, если идти пешком, то где-то чуть больше дня пути, а если идти к тому месту откуда я тебя забрал, то околу двух дней. На машине было бы в разы быстрее.        Два дня пути? Это так долго, ещё, оказывается, и так далеко, она точно не осилит такое расстояние. Сил уже нет идти. Шансов выбраться отсюда просто нет. Да даже если каким-то чудом она всё-таки выйдет из леса и вернётся домой, то что делать дальше? С работы её уже точно уволили. А найти новую не так просто.        Закрыв лицо ладонями девушка осела на землю, снова заплакав. Ей и так жилось несладко, а теперь всё кажется стало ещё хуже. Она так и умрёт в лесу. Если не от клыков диких животных, так от усталости или голода.        — Прости, это всё из-за меня, — чувствуя вину, Чонгук опустился на корточки рядом с девушкой. — Я поступил эгоистично не дав тебе права выбора. Это не оправдание, но я просто сошёл с ума от новых нахлынувших чувств, я поддался им. Мне так жаль. Что я могу сделать для тебя?         — Просто уходи. Иди домой.         — Мой дом теперь с тобой, я не могу уйти. Дом это не место, это человек, с которым тебе хорошо, — вздохнув, Чонгук задумался. Что ему делать дальше? Уходить он не собирался. Нужны идеи, чтобы всё-таки склонить девушку к тому, чтобы вернуться с ним к нему домой, но он был так голоден, что ничего придумать не мог. — Ох, ты наверное голодна, — вскочив на ноги, Чонгук виновато окинул девушку взглядом. Он даже не подумал об этом, а ведь она целый день вчера бродила по лесу как и он. — Никуда не уходи, я сейчас.       Обратившись в волка, он скрылся в лесу, Ён лишь проводила его изумленным взглядом, к такому привыкнуть вообще возможно? В одно мгновение человек, в другое — волк. Как хорошо, что он голоден не настолько, чтобы съесть её.       Вернулся Чонгук довольно быстро и, к её удивлению, бросил к её ногам задушенного серого кролика. Сам сел рядом и бросил уже возле себя парочку таких же кроликов. Неужели он правда думал, что она будет есть кролика сырым? Только она хотела спросить об этом, как Чонгук вцепился зубами в убитого пушистика, быстро его проглотив прямо со шкуркой. Похоже, волку все равно, сырое мясо или приготовленное. Это утолит его голод.        Проглотив и второго кролика, он посмотрел на неё, видимо, удивляясь, чего это она не есть того, что он принёс ей. Для него это так просто.         — Я не буду, — брезгливо скривившись, Ён палочкой отодвинула от себя мёртвую тушку.        — Почему? Не любишь кроликов? Они вкусные, — снова став человеком, Чонгук удивлённо поковырялся в зубах, и к её ужасу достал из рта клочок шести. — Ты должна поесть.         — Я не могу его съесть, как ты себе это представляешь вообще? — вздохнув, девушка отошла в сторону и прилегла на траву. Не будет же она есть бедного пушистика так же как это сделал парень минуту назад. Сырое мясо есть вредно.        — Хочешь я обгрызу с него шкурку? — схватив кролика за лапки, Чонгук поспешил к девушке. — Она жестковата, но вот мясо — то, что надо.         — Ты так издеваешься надо мной или правда не понимаешь, что я не могу есть сырое мясо?         — Ах, я совсем об этом не подумал, — это же очевидно, даже он в облике человека не смог бы есть мясо сырым, зато предлагал сделать это девушке. Он так ужасен, даже не в состоянии позаботиться о ней. Что можно предложить человеку поесть в лесу? У него совсем не было идей.         — Я хочу пить, — услышав просьбу девушки, он тут же вскочил на ноги. Воду из ручья пить нельзя, но где-то в лесу есть ручеек с питьевой водой, он только не помнит точно где он.         — Я схожу поищу ручей, ты только никуда не уходи, ладно? Если что, кричи, я услышу тебя, — оставлять девушку здесь одну совсем не хотелось, но таскать её за собой, когда у неё нет сил, было бы так жестоко. В случае чего, он лучше вернётся обратно. Голод ещё можно потерпеть, но вот жажда куда хуже. — Я быстро.        Туда и обратно, так он себе говорил, когда, снова обратившись, убегал в лес. Нужно быть максимально быстрым, чтобы надолго не оставлять Ён одну без его защиты. Но поиски ручья затянулись, из-за переживаний он не мог точно выбрать для себя направление, всё его нутро рвалось обратно, но вернуться без воды он не мог, он и так разочаровал девушку, когда не смог накормить её.        Отыскав ручей, он бросился к тайнику возле источника, где они хранили пустые бутылки и кружки, как раз для таких случаев. Туристы иногда здесь бродят и тоже им пользуются.        Быстро набрав воды он напился сам и поспешил вернуться, он и так задержался надолго. Криков конечно он не слышал, но, возможно, Ён просто не успела закричать.        Вернувшись на место, где он оставил девушку, и не увидев её, Чонгук забеспокоился. Но, уловив её запах неподалеку, снова сорвался с места. Ён отошла чуть дальше и устроилась за большими камнями. Пока его не было она смогла разжечь себе костёр и, судя по всему, поймать рыбу, которую сейчас и жарила на палочке. И как он до этого не додумался? Стыдоба какая.         — Я мог бы сделать это за тебя, нужно было просто сказать мне, — протянув ей бутылку с водой, Чонгук присел рядом, не отводя от неё взгляда.         — Я привыкла сама заботиться о себе, — легче было самой все сделать, чем просить и ждать,пока кто-то другой сделает это. Поймать рыбу было непросто, пришлось намочить ноги, да и костер без спичек разжечь не легко. Отведя рыбу от огня, Ён отщипнула кусочек, пробуя. Сладкая. Без соли не так вкусно, но уж всё лучше, чем кролик, которого ей предлагал съесть Чонгук. — Я хочу домой, — вдруг сказала она, но он и так это знал. Человеку в лесу не место.         — Хочешь вернуться в свою квартиру? — Ён не спешила отвечать продолжая есть рыбу. На самом деле свою квартиру она ненавидела, как и свою жизнь. В ней не было ничего, чтобы хвататься за неё всеми руками и ногами. Её квартира — это просто олицетворение стабильности и порядка, которого она хотела. Но та стабильность, в которой она жила, была вовсе не тем, чего она хотела. — Почему ты так жаждешь вернуться к той жизни, которую ненавидишь? Зачем возвращаться туда, где никто не ждёт и нет ничего, что радовало бы тебя?        — Потому что у меня нет больше вариантов, — была бы возможность изменить свою жизнь к лучшему, вырваться из замкнутого круга, она бы её не упустила.         — Тогда… почему бы не изменить всё? — оторвавшись от рыбы, Ёна посмотрела на парня в ожидании продолжения. — Идём со мной. Я покажу тебе, как можно жить по-другому. Не существовать, а именно жить. Просто дай мне шанс. Всего один. Я обещаю, что ты не пожалеешь.