Закрывая Пандору

(Россия, Жуковский городской округ) – Я не намерен комментировать глупости. А также домыслы и слухи, – сухо сказал Вознесенский, – Геннадий Сергеевич, вы потратили немало времени и сил, чтобы организовать нашу встречу. Так не тратьте мое время попусту. Мне нужны факты. Собеседник иронично посмотрел на Вознесенского. – Факты? Дражайший Александр, их есть у меня! Объемистый портфель журналиста выпустил из своих глубин старомодную ледериновую папку. Та, в свою очередь, раскрылась целой пачкой фотографий, отчетов и газетных вырезок. – Прошу. Номер первый. На стол улеглась первая стопка документов. – Ваши украинские соседи. Месяц тому назад ирландская студентка, приехавшая на западную Украину и задержавшаяся на прогулке, подверглась нападению бескудов. На беду нечисти, девушка оказалась самой настоящей баньши… – Вы издеваетесь надо мной? – уточнил Вознесенский, оттянув ворот рубашки, – кем, говорите, оказалась? Баньши? Ирландские покойницы-плакальщицы? – Это вы издеваетесь надо мной! – взорвался журналист, – вы прекрасно знаете, о чем я. Баньши – реальность, такая же, как и мы с вами, и фольклор тут не при чем! Бриджит Шеннон – наполовину ирландка, наполовину американка, оказалась баньши во втором поколении! Защищаясь от нападения, она разнесла целый парк. Трое бескудов и управлявший ими бастарн погибли на месте. Фотографии, следы, дневник и показания девушки. Бумажки ложились на полировку стола. Вознесенский молчал, сцепив пальцы на животе. – Мало? Прошу. Номер два. Японский школьник Казуми Арата застрелил школьную учительницу по географии. – А это здесь при чем? Обыкновенный криминал. – Отнюдь. Я лично побывал там вскоре после убийства. Убитая оказалась кицунэ – лисой-оборотнем. Вот фото. Вознесенский взял в руки черно-белую фотокарточку. Швырнул обратно на стол. – Скажете монтаж? Молчите? Но самое интересное в другом: мальчишка оказался оперативником японского филиала, вашим коллегой. Его родители погибли из-за этой лисички. Пацан всеми правдами и неправдами пробился в отдел, занимающийся местными оборотнями. Что он там творил – не к ночи будь помянуто... Ваши японские единомышленники вообще не церемонятся с подобными сущностями, у них в ходу силовые методы. Три недели назад Арата выследил ту самую лису, загнал на вечерний пляж и зверски расстрелял. После чего, образно выражаясь, бросил жетон. Вознесенский, не поднимая глаз, пошевелил пальцами: продолжайте. – Номера три и четыре. Здесь у меня нет реальных доказательств, кроме подробнейших рассказов очевидцев, – журналист выложил перед собой аудиокассету и газетные статьи, – но сути дела это не меняет. Две и полторы недели тому назад. Американские копы Мелдрик и Джонсон на ночном дежурстве преследуют вампира. Тот сперва забивается в тупик, но потом все равно убегает. Объяснить как? Номер четыре – это просто песня. Канадец Джеффри Томейн – солдат, охотник, натуралист. По совместительству энтузиаст-исследователь паранормальной активности. Лихо засветился в тропиках в 2010 году, когда в составе тамошних рейнджеров вычищал островные джунгли от филиппинских асванг. Тогда все ваши восточные представительства стояли на ушах около полугода. Заметали следы и тэпэ... так вот, Томейн единолично выследил вендиго недалеко от реки Макензи. Еще и ушел оттуда живым. Каким образом – уму непостижимо! По моей просьбе Джеффри любезно согласился на интервью. – Теперь все? – Нет, – Геннадий Сергеевич протянул Вознесенскому новую порцию документов. – Номер пять. Апофеоз утечек информации. Шесть дней тому назад. Норвегия, тролль разбил две машины на горной дороге и смертельно ранил егеря. Магнус Ульфсон скончался на пути в больницу от множественных кровоизлияний. Несколько свидетелей из числа водителей. Резонансный скандал, который норвежские власти тщетно стараются скрыть. – Твою мать… – Вознесенский вчитался в знакомые строки. – О, горячие новости! – торжествующе воскликнул журналист, – вчерашняя ночь. Гибель вашего сотрудника – Игоря К. Фамилию мне еще не удалось раскопать. По предварительным данным – колдунья, воспользовавшаяся пикантной ситуацией, чтобы расправиться с ведьмаком. Вознесенский стиснул бумагу в кулаке, скомкал ее. Отправил в корзину для мусора. Секундная слабость миновала. – Неплохая попытка, Геннадий Сергеевич. Здесь я должен психануть и начать выяснение отношений. Причитать, что Игорь стоил пятерых, таких как вы. Так? – Примерно так, – с едва заметной досадой согласился журналист, – поймите, я все равно опубликую материал. С вашей исповедью или без. Прежде чем ответить, Вознесенский встал. Прошелся по кабинету, заложив руки за спину. Журналист пристально следил за ним. – Разумеется, никакой исповеди не будет, – невесело усмехнулся Александр, – вы провели впечатляющее расследование, спору нет. Но! Все на что вас хватило, это добраться до меня – регионального руководителя. А пороги Московского управления так и остались неразрешимой преградой… Журналист с ненавистью смотрел на Вознесенского. – И ничего вы не докажете. Очередная дешевая сенсация. Хорошо, пускай – подборка нескольких дешевых сенсаций. Меня больше волнует ваше желание срывать покровы. Зачем? – Зачем? – Геннадий подскочил, как ужаленный, – люди должны знать правду! Мы живем среди нечисти, среди существ полностью отличных от человека. Мы встречаем их почти каждый день и проходим мимо в неведении! Журналист смел бумаги обратно в портфель, зашагал к двери. – Геннадий, – окликнул его Александр, – есть вещи, о которых лучше ничего не знать. И жить спокойно. Задумайтесь, стоит ли тревожить спящего джина. Если он проснется… если эти силы войдут в вашу жизнь… будет намного хуже, поверьте. – Катитесь к дьяволу! – журналист оглушительно хлопнул дверью. Вознесенский достал мобильник. Он звонил Денису, потому что времени оставалось в обрез.