Мой маленький цветочек...

Плавать в холодном озере, едва осознавая кто ты, что ты и когда это ужасное чувство неопределенности закончится – то еще приключение… После того, как его убил Лиен, темная сущность еще долго барахталась где-то на глубине, не имея определенной формы. И вот, наконец, понемногу, у него начали отрастать конечности, заново формироваться тело. Он складывался по кусочку, по маленькой частичке, и чем меньше его хозяйка не испытывала противоречивых, сдавливающих и негативных эмоций, тем дольше происходило его «перерождение». Глазами Малломар уже мог видеть. И первое, что увидели его радужки – была темнота. Потолок в пещере был высокий, скалистый и темный. Зеленые изумруды как-то тускло поблескивали из-за углов, поэтому света не давали. Но со временем становилось лучше: света становилось больше от озера и самоцветов, и время восстановления Малломару уже не казалось столь удручающим. Хотя, все еще было тошно и плохо. Потом он что-то услышал: знакомый хлопающий звук, который заставлял его существо нежно трепетать. - Ф…Фл…!!! – говорить членораздельно темная сущность еще не могла. К нему подлетел его питомец – беленький, пушистенький, перышко к перышку – Фриц явно выглядел лучше своего хозяина. Сова изящно опустилась на поверхность воды, что-то на своем, птичьем, ухая Малломару. Видимо, он был рад снова встретиться. «Ну хоть с тобой все в порядке. Долго же ты, дружок в этот раз перерождался. Зато вон какой, красавец получился. Ну, а теперь подожди меня». Усталый, весь мокрый и измотанный, Малломар с Фрицем направлялся в их пространство темных сущностей. Это место было полной противоположностью того, где жили Небесные стражи: там всегда холодно, нет нормального освещения, везде грязь и…жуткая вонь. Малломара аж передернуло от этих воспоминаний. Жаловаться, конечно, нечему, он и сам приложил немало усилий, что бы это место развивалось в соответствии их статусу. И тем не менее, сейчас для него не было ничего роднее, чем тот холод, то ужасное зловоние и его презамечательные «коллеги», с которыми, он уже порядочное время не виделся. А Малломару было критически важно узнать, как продвигается их план по «захвату личности». - Босс, наверное, уже заждался меня там, - обратился он к пернатому товарищу. – Да и все тоже… Хотя, ты же их знаешь. Там всем друг на друга глубоко чхать! – он истерично рассмеялся, но за смехом этим скрывалась невысказанная печаль. Шли они медленно, сквозь необъятную темноту души Юри. Малломару всегда это не нравилось, и был больше чем уверен, что его белобрысым альтер-эго, тоже. Если бы Юри немного больше уделяла время внутреннему миру, еще больше прислушивалась к себе, то здесь хотя бы дорога была. - Нет, понимаешь, это хорошо, что здесь темно и прочее – для нашей миссии важно, чтобы мы смогли подавить ее волю к жизни и захватить бразды правления… Но дорожка, тонкая тропа! – если бы это было, было бы понятно куда идти-то… Обычно, Малломар добирался из точки «А» в точку «Б» с помощью силы мысли: ему было достаточно представить их логово, и вот, он уже там. Или, захотеть очутиться у себя в лавке – пожалуйста. Но из-за общей слабости и еще не окрепшего состояния, приходилось добираться до темного пространства на своих двоих. - Ну, дружок, приготовься – вонять будет знатно! Пространство темных альтер-эго было существенно меньше, чем у Небесных стражей. И внешний вид отличался кардинально: эта была просто очень большая комната с черно-серым кафелем, большими стеллажами, заполненными всякой всячиной, которую каждый оставлял там, и большой, почти не горящей, хрустальной люстрой. В целом это было все. Дальше растянулась лестница, ведущая в кабинет их самопровозглашенного «босса», которого Малломар втихую ненавидел и призирал, ведь это он родился одним из первых, он с Юри с самого рождения, а все эти недо-сущности – лишь побочные эффекты сложного взросления, ранних травматических событий и вечного подавленного внутреннего состояния… А он, Малломар – истинный. Истинная темная сторона девушки.Он едва сдержал рвоту от витающего здесь зловония – отвык уже, но, от этого же зловония ему стало значительно легче – шаг стал тверже и тело окрепло. Все же, ему очень не хватало подпитки негативной энергией. Все сидели на своих местах и все было как обычно. Никто не обернулся, и никто на Малломара не смотрел – все занимались своими делами или же, предпочитали игнорировать его.Только одна маленькая сущность пришла поприветствовать его. - П-приве-ет! Малломар, ты ли это?! Кошмар! Что с тобой случилось? Тебя будто кто-то пережевал и выплюнул обратно, - пришедший громко хрюкнул, смеясь со своей же шутки. - И тебе привет, Билли Билли, или же, Билли-Винки, как он себя представил всем, был тощим, невысоким парнишкой, который везде таскал за собой маленькую собачонку-пуделя. Малломар покосился на зверюшку, надеясь, что она не начнет истошно пищать, как она это обычно делает, ведь Фриц терпеть не мог этого противного собачьего визга. - Т-так что, где был-то? Выполнил задание? Ты знаешь, мы тут как обычно поживаем: Крик как всегда со своей животиной сидит в углу, хмурый такой, ждет, когда работка для него будет. Лелецый прядет свои нитки и вяжет одеяла: честно сказать, их уже складывать некуда, но Босс говорит, что они очень потом нам пригодятся – будем в них бе-белобрысых закутывать, - Билли снова хрюкнул. – Нанк собирает слезы в банки. Только у него проблемы с этим сейчас, так что мы с Лелецыем помогаем ему: накручиваем, всякие страшилки рассказываем, чтобы рыдал побольше. Ив лежит себе в уголке, на нем уже плесень начала появляться. Ви же бегает, как угорелый, все ему кажется, что его бить будут и он умрет скоро, и все его бросят. А я недавно подхожу к нему, говорю: «К тебе идет мужик с топором! Отец продал нас в рабство ему, и он всех нас убьет. А до этого уже сестру убил, друзей всех и всю улицу перебил по пьяни», и он как начал вопить, я так давно не ржал! Билли неспешно проводил Малломару экскурсию по их пространству-логову, где и находились все эти сущности, о бытие которых он рассказывал. Билли отвечал за паранойю и бредовые мысли, которые могли посещать Юри в самые напряженные моменты. Он очень любил придумывать всякие басни, нелепицы и рассказывал их Боссу, а тот оценивал и говорил, какие стоит припасти, как хорошее оружие, а какие откинуть как ненужные. Он хорошо дружил с многими, а особенно с Леллецыем, который отвечал за чувство тревоги и Малломаром. Но последнего Билли любил больше всего, потому что на него не действовали его гиперболизированные страшилки. Парнишка пробовал задеть Малломара и так, и эдак, и рассказывал, что Босс в ярости, собирается изгнать его из команды. И говорил, что появился кто-то похожий на него, тоже мрачный и колдует, но «правильной» реакции никогда на его выдумки не было – максимум Малломар мог очень зло посмотреть на него, а если очень уже начинал раздражать своей болтовней, то просто зашивал ему рот красными нитками, после которых сильно болела кожа. Малломар и без его бессмысленных страшилок нервный и истеричный – его уже ничем не взять. - Я…знаешь?- Ты-ты что знаешь? – передразнил того парень. Малломар выдохнул, собираясь с мыслями. - Провалился. Задание не выполнил, потерял свою лавку и заново переродился… Билли округлил глаза, радостно улыбаясь. Из этого признания можно было много придумать хороших историй. - Так, а переродился ты как? Тебя что, хозяйка, того, - он показал на свое горло, будто перерезая его. - Да нет…там длинная история…Они сели в свободном уголке, подстелив себе одеяла Лелецыя – все равно лежат без дела, а им подстилками будут. Малломар сел на блестящее серебристыми нитями вязанную ткань и изумился: от изделия Лелецыя исходили странные утверждения: «Не найду работу, останусь без денег, не смогу оплачивать квартиру и куда я пойду? Придется Хисоку просить приютить? Но я не хочу быть зависимой, хочу свое, свое место. Я сама могу жить, я сама все смогу, я должна жить самостоятельно…» - Что за работа? Она работу ищет? – спросил Малломар у ковыряющегося в носу Билли. - А-ага, что-то такое, только там проблемы с этим, пока небольшие – просто вакансий нормальных нет, но Лелецый уже наплел из этого одеял. - А то, что ей придется жить с этим…с ее… - Так они это, - парень вытер грязные пальцы об свою одежду, - Того, любовь там и все такое. Малломар побледнел, его лицо вытянулось, а челюсть едва не отпала. - В смысле? Ты шутишь так, да? Это твой прикол очередной. Если да, то не смешно совсем. - Да правду говорю! Недавно совсем стали встречаться. Крик Юри тормозил, сдавил ее всю, чтобы не смогла шагу ступить, а она взяла и раз – сбросила его. Взяла и призналась ему. У нее силы появляются нам противостоять - все сильно поменялось, как ты заданием своим начал заниматься, - Билли выглядел каким-то грустным, когда рассказывал это, но Малломар сомневался, что он правда грустит. Вероятнее всего он расстроен просто или же ему просто показалось, что лицо товарища переменилось в темном освещении их тихого уголка. Все и вправду поменялось с того раза, как Малломар последний раз был здесь: раньше все суетились, активно чем-то занимались, собирали необходимые боевые материалы, для исполнения плана. А теперь, все стало спокойно, тухло и почти безжизненно. «Интересно, а как там Лиен и его компашка поживают… Наверное, у них там все шикарно, живут себе припеваючи… Тьфу на них!» - Малломар зло закряхтел и уронил голову себе на колени. Фриц сочувственно потерся о него своими белоснежными перышками, но толку от его поддержки было мало. Через время всех сущностей собрал у себя в коконе-кабинете Босс. Так называемый «Босс», как все его называли, появился ни раньше и ни позже всех остальных в душе Юри. Он представлял собой высокое существо, не походящее своим обликом на человека. У него было длинное, сухое и полое тело, похожее на старую деревяшку. Руки, ноги - словно ветки. Он родился после кончины матери девушки, разрастаясь в душе, словно огромное, гнилое и трухлое дерево. Как-то само собой так получилось, что эта сущность стала за главного, а никто особо не был и против. Только Малломар был сильно недоволен этим самоуправством, но за неимением поддержки от участников команды, занять ведущую позицию у него так и не получилось. Они выстроились в несколько рядов, ожидая слов Босса. Малломар огляделся кругом, проверяя, все ли осталось на своих местах. «Так же пусто и уныло» - констатировал он. - Эй, Лала, смотри какой тараканчик. Хочешь покушать его? Хочешь? – рядом с черноволосым лепетал со своей собакой Билли. Он посмотрел под ноги, видя, как под ногами у него ползут тонкими ленточками тараканы. - Ты же знаешь, что их нельзя трогать? – буркнул, скрестив руки, Малломар. - Не-не нуди ты. Их все равно никто не использует сейчас. Таскаются бесполезным грузом. Пусть лучше, моя Лала-лачка поест их, да? – парень снова занялся своим животным, не обращая внимания на товарища. Но вот уже в центре черного кокона появился Босс и его помощник – Доктор, в синей медицинской маске. - Приветствую, друзья! – сущность в виде дерева высоко вскинула свои руки-ветви, из-за чего они издали характерный хруст. Доктор в маске, с поникшим взглядом, стоял поодаль, вяло кивая всем пришедшим. - Мы собрались здесь, на очередное собрание, чтобы обсудить наши дальнейшие планы по «захвату личности». Но первым делом, я бы хотел, чтобы мы все вместе поприветствовали вновь вернувшегося к нам коллегу – Малломара, - Босс захлопал большими лапами-когтями, освобождая для черноволосого место возле себя. Он опешил, ведь не думал, что главарь заметил его возвращения. Но быстро собравшись, отряхнув как попало пиджак, он протиснулся сквозь толпу, выходя в центр. - Здравствуйте! Я вернулся – бодро и гордо поприветствовал он, но бурной реакции, как он и ожидал, не последовало. Некоторые из сущностей лишь тихо перешептывались между собой, видимо, не понимая причин для радости. - Мы все рады тебя снова видеть среди нас. Можешь ли ты доложить нам, как продвигается миссия? – сущность-дерево приложило свою когтистую лапу на спину черноволосому, несколько надавливая на нее. У Малломара опять вместо лица был белый лист. Он тяжело сглотнул, поправил ворот рубашки, потер кончики пальцев – как бы изложить все так, чтобы не выставиться дураком и неудачником? Но не успел он и раскрыть рта, как из толпы послышался надрывистый голос Билли-Винки: - Бо-бо-бос!! На Малломара напали бе-белобрысые стражи! Он отчаянно сражался с ними и теперь получил серьезный урон! Будьте помягче с ним, пожалуйста! В миг все сущности затихли: упоминание Небесных стражей их явно поразило, но только первый шок прошел – все тут же снова зашептались. - Тишину, пожалуйста! – громогласно проревел Босс. – Малломар, правда все то, что говорит Билли? А Малломар и не знал, как реагировать на это… С чего вдруг мелкий параноик решил за него вступиться? И откуда он взял, что на него напали? Да, отчасти, он был прав, но было слишком много не состыковок. И все же, он решил, что сложившаяся ситуация может сыграть ему на руку. - Да, сэр. Я столкнулся с ними во время выполнения задания… Они правда очень сильны, как я Вам уже однажды рассказывал. Древовидная сущность молчала некоторое время, не шевелясь. Можно было подумать, он и вправду, превратился в растение. - Зайдешь ко мне после и доложишь об этом подробнее, - не то с вопросом, не то с утверждением промолвил он, а Малломар лишь скромно кивнул, возвращаясь на свое место к Билли. Далее Босс спрашивал еще нескольких подчиненных о том, как продвигается их работа и видны ли результаты. Рядом с главарем сейчас стоял Лелецый и давал на пробу свое еще не оконченное вязанное полотно. А Малломар искоса поглядывал на младшего товарища. Ему не понравилась его выходка, которая, пусть и спасла его репутацию, но вызывала массу подозрений. Но до самого конца собрания, он так и не решился спросить парня о причинах его слов. - Отличная работа, Лелецый. Вижу, ты активно сейчас используешь новые реалии для создания тревожных мыслей? - Да, Босс. Новый опыт всегда связан с новой порцией переживаний, которые можно в будущем использовать как хороший рычаг управления. Лелецый, по мнению Малломара, был еще более жутким типом, чем Билли, потому что являлся тем еще трудоголиком. Из-за постоянной работы и занятости, сущность стала похожа на ходячий, а точнее, сидячий в плетеном кресле скелет в больших роговых очках. Но именно благодаря своему упорству, Лелецый входил в состав мозгового центра команды. Он придумывал новые планы и способы, как подавить и снизить уровень энергии личности. Малломар чувствовал себя как-то странно в это время: обычно, он был особо активным, принимал участие в обсуждениях, открыто критиковал и высказывал свое мнение на счет тех или иных идей. Но в это раз, то ли дала знать слабость после сложного перерождения, то ли он просто отвык от этих нудных сборищ. Было как-то не по себе и неприятно здесь находиться. Плюс его все еще подташнивало от местных благовоний…Единственный раз ему стало интересно только когда речь зашла за тему любовных отношений Юри. Лелецый представил еще одно пробное полотно, состоящее из красно-розовых нитей. Оно излучало утверждения, касающиеся творчества и творческих способностей Юри. - Ты хочешь использовать сомнения в творчестве, как оружие? – с неким сомнением спросил Босс. Лелецый медленно раскачивался в кресле, перебирая пальцами так, будто держит спицы и вяжет. Даже в такой ситуации, он «работает». - Да, именно так. Творчество, а именно, рисование, является так называемой отдушиной хозяйки. И если подорвать эту ниточку, можно довольно сильно расшатать ее эмоционально-душевное состояние. - Ясно, и если эти переживания зайдут слишком далеко, и она решит поделиться ими с самым близким для себя на данным мент человеком, то может возникнуть скандал и новый повод для волнения! – главарь, кажется, был в восторге от такого хода развития событий. Это можно было заметить по яростно мигающим желтым точкам, которые были у него вместо глаз. - Эй-эй, Босс! Это же моя задача выдумывать подобные сценарии! – хохотнул из толпы Билли, высоко подпрыгивая на своих коротких ножках. - Знаю, не кипятись. Я просто хотел распробовать эту идею… И я считаю, она прекрасна! - Да! Да! Это будет очень весело, Босс!- Мне тоже по душе Ваше предположения. Нужно будет довязать ее в основное полотно… - как-то нервно закивал головой Лелецый, чаще раскачиваясь в своем кресле. Совещание кончилось, все разбрелись по своим углам, а Малломар все еще прибывал в тяжелых думах и сомнениях – почему Билли упомянул белобрысых? Неужели ему что-то известно? «Но как?» - недоумевал он, сильно хмуря брови. Малломар сел подле Ива – апатичного и самого унылого из всех сущностей. Из-за запаха плесени, который витал вокруг него, дышать становилось совсем невозможно, но рядом с ним Малломар знал, что его никто не потревожит и не будет истошно тараторить под ухом. Ведь сейчас ему, как ни странно, требовались тишина и покой. «Билли… Билли-Винки – маленький дурачок, глупый фантазер-параноик! Но как ему пришло в голову сказать, что на меня напали стражи? С бухты-барахты ведь, такое ляпнуть сложно, верно? Какова вероятность этого? Один к…к шестьсот… Ай, ладно. И все же, почему… Не такой-то он и дурачок может..?» - и мужчина ужаснулся еще больше. Что-то, словно деревянными молоточками застучало у него в мозгу, раздирая его изнутри. Хотелось почесать его, дабы унять эту внезапную волну тревоги. Малломар закусывал губы, нервно сжался в тугой комок, как вдруг Ив – его молчаливый сосед, внезапно заговорил: - Тараканы…- Что?! – резко дернулся Малломар от неожиданности. - Тараканы, их все меньше… Обернувшись к собеседнику, Малломар увидел, что вокруг него бегает крупное насекомое, на которое Ив вяло указывал пальцем. - Ты, дружок, не пугай меня так…и без того тошно… - прошептал мужчина, запуская пятерню себе в шевелюру. - Их так мало, Билли всех их уничтожил и, зачем? Что они ему сделали? - Билли? О чем ты вообще говоришь? – постепенно тревога Малломара становилась все сильнее, а упоминание параноидальной сущности еще больше ухудшили это состояние. - Они ведь такие маленькие, несчастненькие… - Что тебе известно о Билли и тараканах? – зуд в голове колдуна только усиливался. – Что ты об этом знаешь?! - Маленькие, так жаль их, а Билли их всех и погубил, а ведь нельзя их использовать много – погорят… И в этот момент раздражающее чувство внутри Малломара достигло своего пика: будто все кусочки паззла, все белые пятна заполнились, и он понял. И от этого озарения было больно и страшно. Бегая по всему пространству в поисках Билли-Винки, мужчина непрерывно размышлял: «но почему он это сделал? Зачем ему губить мой план? Я что, ему враг?! Зачем, черт подери!?!?» Однако мальчугана не было нигде – ни в затхлых углах, ни на верхнем этаже. Малломару оставалось проверить только одно место – кабинет Босса. Он сомневался и даже побаивался туда заходить, но надоедливая чесотка вместе с головной болью не давали ему покоя. Спустя два напряженных стука, он вошел внутрь мрачного кокона. И, к своему удивлению и удаче – обнаружил там Билли. - Малломар? Заходи, - коротко буркнул Босс, который был явно чем-то озабоченный. - Сэ-сэр, я говорю Вам серьезно! Мы должны напасть на них. Н-нас-то, ого-го! - Ты слишком суматошный, Билли… - раздался низкий и хриплый голос Лелеция. - Мне нужно подумать об этом некоторое время… - почесал свой сухой подбородок Босс. - Извиняюсь, но мне нужен Билли, - вклинился в их дискуссию Малломар. Неприятные холодные мурашки бегали по нему вперемешку с горячим жаром. - Мы уже заканчиваем. Мы обсуждали возможность нападения на Небесных стражей в ближайшее время. Тебе есть что добавить? Что можешь сказать об их силе? Малломар снова поправил взъерошенные волосы, пытаясь угомонить внутреннюю трясучку. - Мне есть что сказать по этому поводу, но для начала – мне нужно поговорить с Билли, если Вы не возражаете. Сущность-коряга хмыкнула, испытывающе смотря на Малломара несколько секунд и ответила: - Хорошо, но я обязательно жду тебя здесь, чтобы детально обсудить это. «Детально обсудить это», - перекривлял слова Босса мужчина, лишь коротко кивнув. *** - А, о-о чем ты хотел со мной поговорить? Ой... Малломар, схватив мальчишку за шиворот, рывком бросил его за пределы их темного пространства, выходя вслед за ним. - Говори. Говори все, что знаешь! – почти рычал он. – И не смей прикидываться, что не знаешь, о чем я. - Ма-алломар, друж-жище, ты чего? Я правда не… Но не успела сущность договорить, как мужчина наступил ему ногой на горло. Он глубоко и тяжело дышал, зуд то усиливался, то на время утихал, челюсть до боли сжалась. Малломар понимал, что подобное ведение допроса не самое эффективное, да и, не совсем в его стиле, но сейчас в нем бушевало слишком много эмоций, которые так и рвались наружу. - Белобрысые, тараканы – это все ты! Ты разрушил мою лавку! Ты, чертов поганец разрушил мою жизнь и убил Фрица!! – с каждым словом, мужчина все сильнее давил на худое горло Билли, из-за чего тот начал хрипеть и задыхаться. Но, чтобы дать ему ответить, Малломар послабил напор. Однако Билли и не собирался ничего ему отвечать, он лишь набрал в грудь побольше воздуха и громко, изо всех сил свистнул. В ту же секунду, словно возникнув из воздуха, выбежала Лала и больно укусила мужчину за ногу. - Дьявольская псина!.. – больно взвыл Малломар, отступая назад. Билли с проворной сообщницей уже хотели скрыться в темном пространстве, как из него им навстречу вылетел Фриц, яростно размахивая острыми крыльями. Пудель пытался вцепиться зубами в сову, но, в неравном поединке, только лишился глаза. Собачонка жалостливо взвыла, заметалась, а Билли в отчаянии закричал, даже забыв, что заикается: «Проклятье, Лала! Лалочка моя! Что этот попугай с тобой наделал!» - Может хоть меньше скавчать меньше будет, - зло кинул Малломар, снова грубо хватая парня. – Ты скажешь мне все, мелкий засранец. Все! Он бил его, кидал, снова поднимал и бил. Будто всю накопленную злобу, боль и разочарование Малломар пытался отразить кулаками на тощем теле Билли. Периодически он останавливался, давая сущности возможность все же исповедаться, но тот лишь только скалился беззубой улыбкой (несколько вылетели от ударов в челюсть). - Тараканы, тараканы, Билли! Не считаешь, что это как-то жалко, а? Что как-то по-идиотски ты решил мне насолить?! И, спрашивается, зачем, а? За-че-м!!? – лицо, грудь, живот – кулаки Малломара изливали свою боль по всему его телу. – Я-то думал, ты мой единственный друг здесь! Паренек хотел засмеяться, но горький комок черной жижи вырвался наружу первым. - Друг? Да, ты правда мой друг Малломар, и теперь наша связь стала еще крепче! Только посмотри на себя – узнав, что это я разрушил все, чего ты так долго достигал, ты переродился изнутри! И я вижу такого прекрасного тебя перед собой… - очередной удар по лицу повалил парня на спину. Малломара обжигало каждое его слово. Его мысли спутались, его чувства перемешались, черная жидкость вместо крови заклокотала подобно жаркой лаве. Он и подумать не мог, что этот чудак ему будет так важен. Что ему будет так невыносимо от того, что единственная сущность здесь, с которой он был в более-менее тесных отношениях, так по-крысиному поступит с ним. Его снова предали. Его «сердце» в очередной раз разбито… - Смо-отри, смотри-и на себя! Ты плачешь! Ура! Ура! Ура!! – вскинув руки победно ввысь, Билли искренне и так счастливо смеялся. – Как долго! Как долго я хотел увидеть твои настоящие эмоции! Пусть не от испуга или ужаса, но все равно – это мой шедевр. Моя поб… Больше Билли-Винки ничего не сказал, и не мог вымолвить ни слова: подобно дикому зверю, Малломар кинулся на него, начав душить изо всех сил, изо всей злости, горечи и ненависти, которая кипела в нем. Он истошно кричал: «ненавижу», «сгинь» и плакал как ребенок. Как маленький мальчик, которого обидел другой глупый мальчишка. Мужчина душил его долго, вкушая каждое мгновение, при этом не помня себя – взор ему застелила тьма. Его руки, которые чинили акт правосудия, горели красным, из них рвалось неизвестное свечение. А Билли задыхался в собственной крови – смольная жидкость заливала ему глаза, нос, рот и уши - он мучительно кряхтел и коротко дергал ручками и ножками, пока окончательно не застыл и не разлетелся в руках Малломара на тысячи частичек. Мужчина рухнул на колени, сжимая, горящие алым пламенем, кулаки. По щекам его катились слезы. Но вдруг он почувствовал, что в руке его что-то есть: разжав крепко стиснутые пальцы, он увидел небольшой, очень красивый фиолетово-желтый шар, который блестел и переливался цветами, словно сахарный кварц. - Билли?.. – таинственный шарик засветился ярче. – Так вот, во что ты превратился…но как? А, впрочем… Он быстрыми движениями стер то, что сущность назвала «плачешь» и направился прямиком в темное пространство. А Фрицу дал указание растерзать противную собаку в клочья. Внутри же логова никто и не подозревал о случившемся – возможно, некоторые и слышали отдаленно крики и улавливали массивные сгустки энергии, но все это ни коем образом не пошатнуло их обычного образа бытия. Но стоило Малломару ступить шаг – каждый присутствующий в комнате обернулся в его сторону, и каждый из них почувствовал ужасную и разрушительную силу, бушующую в нем. - Вы… все вы! Ничтожные, жалкие твари! – надрывно проревел мужчина. Лицо его, обычно белое и болезненное, теперь пылало красным. Волосы еще больше взъерошились, глаза горели испепеляющим огнем. Он стоял в устрашающей и вызывающей позе, словно дикий буйвол собирался нападать маленьких непослушных телят. – Я всех вас ненавидел, с первых дней! С первой секунды, стоило мне только увидеть ваши жалкие искореженные рожи! Вы все предатели и трусы! Никчемные создания, которым спасенье только смерть!!! Никто не мог поверить своим ушам. Хотя, даже если и могли, то никогда не думали, что Малломар когда-нибудь настолько взбесится. Сущности послабее спрятались по углам, а кто был более смелым – встали с бунтовщиком наравне. - И что ты хочешь этим сказать, Малломар? – бесстрашно ответил ему Крик, который олицетворял сам Страх. - А то, что я прикончу тебя. Задушу как козленочка, как сделал это с Билли! Да, Билли больше нет, ясно! Он растворился во тьме и стал моей игрушкой навеки! - хищно и с присущей ему безумной ухмылкой, мужчина достал из кармана фиолетово-желтую сферу, которая все еще ярко сияла. - Что здесь происходит, Малломар? – из кокона показалась величественная фигура Босса. За ним, скрючившись, стоял Лелеций – ему явно было страшно. - Ха! А вот и глава всех ублюдков и ничтожеств этого вонючего места! Жалкий урод, кличущий себя «Боссом», - как давно Малломар мечтал в лицо ему это сказать и открыто перекривлять. Он захохотал. - Если ты думаешь, что тебе все это сойдет с рук, то ты сильно ошибаешься! – не двигаясь с места, Босс протянул свои длинные ветви к Малломару, атакуя его. Но все его сухие ветви были в миг раздроблены в пыль, стоило колдуну лишь поднять руку. И тогда даже самые сильные сущности испытали страх… И даже у Крика по спине пробежал рой мелких мурашек… - Да как ты… - начал было ошеломленный Босс, но Малломар не дал ему договорить. - Жалкий. Жалкий! Таким ты и всегда был! Ты пришел без имени, у тебя не было ничего. Сам ты, буквально – пустота. Полое создание, которое должно было просто тихо отсиживаться в углу и подчиняться мне. Но вдруг ты решил, что можешь стать выше меня!? Стать «Боссом». Жалкий. Жалкие уроды и предатели! Сгиньте все!!! И с этими словами, он вонзился пальцами в твердый пол пространства, высасывая из него всю темную энергию. Хлипкие стены задрожали, потолок начал осыпаться, хрустальная люстра в дребезги разбилась. Босс и Крик было направились остановить Малломара, но они даже не могли сдвинуться с места – их тела внезапно ослабли, сделались словно ватными. Они чувствовали, как жизненная сила покидает их, как они теряют свою энергию. Малломар с разрывающим грудь воплем сделал последний рывок, и вместо известного ему пространства и его обитателей – вокруг него образовались руины, среди которых лежала россыпь десятков мерцающих шариков красных, зеленых, синих и оранжевых цветов. Словно радуга рассыпалась по мертвой земле. Когда мужчина наконец пришел в себя и увидел, что сотворил, что единственный дом, который у него остался и близкие, которые у него были – уничтожены… Он глянул на свои руки, покрытые ранами и ссадинами, и закричал во все горло. Потому что он потерял абсолютно все. *** Он не знал, сколько прошло времени, потому что, времени не было. Его тело было полностью целым и невредимым, все раны быстро зажили. Казалось, Малломар был здоровее и сильнее всех, когда бы то ни было, но внутри у него зияла огромная дыра. Словно та сила, которую он неожиданно открыл в себе, та всепоглощающая мощь – унесла в пустое небытие и его самого. Фриц пытался несколько раз подлететь к нему и подбодрить, утешить, как умел, но тот лишь отмахнулся от него. Как полый сосуд, без внутреннего естества и разума. Без чувств и эмоций. Иногда он плакал, но не кричал и не ревел – холодные капли сами текли по его бледным щекам. Малломар оперся спиной о большую глыбу, некогда бывшей фундаментом темного пространства, и смотрел в никуда. И смотрел бы еще долго, не появись где-то вдалеке белый, чистый свет, похожий чем-то на свет спасительной надежды. «Я знаю, ты жив, просто решил на время уснуть.» «Ты должен очнуться, Малломар. Это важно. Ты сам видишь, что сделал.» «Я знаю, ты меня слышишь.» Он не смотрел на пришедшего, но видел слепящий белый свет, исходящий от него. Малломар тягостно взвыл, этот свет резал ему глаза, а слова неизвестного били по самому больному. Колдун жалостливо застонал: «Уходи!» - взмолил он и сильно оттянул свои длинные волосы, словно пытаясь ими закрыть свои уши. - Рано или поздно тебе все равно придется взглянуть правде в глаза, и правда эта убивает сильнее, чем то, что ты чувствуешь сейчас, но она же и даст тебе силу начать снова жить, но уже по-другому. Тебе только нужно проснуться сейчас. Темная сущность взвыла пуще прежнего: затопала ногами, пальцами еще сильнее рвала волосы себе на голове – он спрятался в маленький, уютный купол, в котором у него не было ни мыслей, ни чувств, а этот голос, назойливый голос, упорно продолжал его вытаскивать в неприглядную темноту. - Да прекрати же ты!! - А задумывался ли ты, почему питомец твой такой красиво окраски? Чистой и светлой…словно сама… - Кто ты вообще такой?! Малломар резко поднял голову, и снова замер в изумлении. Перед ним стоял Небесный страж. Совсем юный парнишка, незнакомый ему, или же, он просто забыл его лик: светлая сущность напоминала ему Лиена, был по сравнению с ним и значительно ниже его и черты лица были совсем иными. Не было той утонченности и слащавости, да и глаза какие-то слишком яркие, почти красные, и читалась в них решительность и сильная воля. - Меня зовут Мадэн. Я четвертый Небесный страж. Мы впервые видимся с тобой, но я хорошо знаю, кто ты. - Хм. И что? Убить меня пришел? Давай, валяй!! – громко выпалил мужчина, и тут же снова сжался, жалобно скуля. - Мне убивать тебя нет смысла, да и неправильно это. К тому же, твое нынешнее существование сложно назвать жизнью. Ты уже умер. - Заткнись, заткнись, заткнись!! – зашипел змеей Малломар. - Ты дошел до своего конца. Это твой предел. Мадэн протянул к нему руку, подняв черноволосую голову. Прислонил большой палец к его лбу и пристально посмотрел в глаза: - Это – твой предел, - повторил четвертый страж, - ты достиг вершины своих сил и способностей. Честно взгляни, что разрушил все. Что ты – само разрушение. А затем, прости себя и стань тем, кем был вначале. Кем был рожден и вспомни, зачем родился. Ты не абсолютная тьма, как и я не абсолютный свет. Ты – часть света, а я – часть тьмы.Когда Мадэн отпустил Малломара, тот, словно долгое время пробыв под водой, резко выдохнул и прерывисто задышал. Вся тяжесть, вся боль, что точила его в один миг утихли, как бушующие в океане волны, наконец нашли свой покой. Он держался за грудь и с искрой благодарности взглянул на альтер-эго: - Что…ты сделал со мной? Почему я…я будто… - ему сложно было описать то невероятное облегчение, которое он испытал тогда. Ведь даже после перерождения его телу и разуму не было так хорошо. Но Мадэн лишь молча развернулся и помахал ему на прощание почерневшей рукой. - Не волнуйся, я быстро исцелюсь. Четвертый страж скрылся далеко во тьме.