О важности взаимного понимания

В этом мире время течёт странно. Здесь не меняются времена суток. Не изменяется погода. Здесь нет ничего, кроме вязкого белого тумана. Я не знаю сколько времени нахожусь здесь. Час, десять, сутки? Сколько времени прошло с того момента, как Поттер в очередной раз покинул меня? Закончились ли его испытания, которые для себя он нашёл сам? Впрочем, как всегда. Этот мальчишка и раньше с лёгкостью находил приключения. Хотя нет. От мальчишки в нём не осталось уже ничего. Взрослый мужчина, осознающий свою силу и умеющий добиваться своего. Он сильно изменился за двадцать лет. А я, как был дураком, так и остался… Двадцать лет. Когда я ушёл из его жизни, я ещё не знал, как много я вынес из неё. Не знал, что изменённое мной зелье оказалось с сюрпризом. Я уходил в никуда. Без сердца, без веры и будущего. Я не смог даже вернуться в свой дом, где так недолго был счастлив. Остановился у Люциуса. Старый товарищ принял меня, не задавая вопросов. В этом главная ценность Малфоев. Они никогда не лезут в душу, позволяя прийти в себя. Две недели я почти не выходил из комнаты. На меня навалилась апатия. Я почти не ел и всё время спал. А когда Драко, нарушив устои своей семьи, заклинанием снес дверь в мою комнату и силой затащил меня в столовую, выяснилось, что мой организм отторгает пищу. Я не видел в этом зла. Только избавление. Мой крестник считал иначе. Сметвик прибыл ко мне через сутки. Он провёл осмотр, почесал свою бородку и озадаченно обронил: «Однако» От него я узнал, что моё зелье стало моим подарком самому себе. А моя апатия вовсе не депрессия, а охранный период беременности. Целитель назначил мне зелья, а Драко настоял, чтоб я переехал к ним с Джинни. Лучше бы я этого не делал. В доме крестника и его жены я оказался в удушающем коконе заботы. Вырастившая всех своих детей Молли, направила все свои материнские инстинкты на меня. Ей было интересно всё: как я себя чувствую, как я сплю, ем, гуляю, сижу, иду, дышу. Не холодно ли мне? Не тесно ли в одежде? Не беспокоит ли меня одышка, давление, отёки? Мне хотелось сбежать, но мне было некуда. И страшно. Сложно начинать жизнь с нуля в сорок лет с ребёнком под сердцем. Поэтому я терпел в обмен на обещание не рассказывать Гарри. Он ошибся и если кто и виноват, то я сам. Как взрослый человек, я должен был ему не позволить поддаться искушению, а я сам утонул в этих отношениях. Гарри не был виноват и когда я исчез, должен был найти себе подходящего партнёра. Мой будущий ребёнок вернул мне смысл жизни, и каждое утро я просыпаться ради него. Ал родился через семь месяцев после разрыва наших отношений. Раньше срока и был очень слаб. Но все женщины моего окружения сошли с ума. Давая мне восстановиться, они чуть ли не по минутам расписали время ухода за моим сыном. Каждую свободную минуту они, затаив дыхание, склонялись над колыбельной. Конечно, они здорово помогли мне, но как только у меня появился повод, я уехал. В Италию. Родственникам Цисси понадобилась помощь. Мальчишка загибался от проклятья. Я поехал помогать. Нашёл выход, помог с магией и остался в этой тёплой стране. Ведь там у меня появилась семья. Старик Армандо стал моим другом. Именно он, узнав мою историю, посоветовал мне психотерапевта. Именно в Италии я доработал своё зелье, помогающее зачать так, чтобы исключить омолаживающий эффект и закрепить эффект зачатия. Создал ещё три десятка зелий. Я почти отпустил историю с Гарри, оставив себе только маленькую слабость - возможность тайно ему помогать. В этом помогал сговор со Сметвиком. Мой сын рос. Я никогда не настраивал его против второго отца. Поэтому он увлёкся Гарри Поттером, когда услышал его историю. Я не возражал. Я был благодарен Поттеру за сына. И, когда мой мальчик спросил прямо, я открыл тайну, что Гарри Поттер его отец. Ал часто гостил у семьи Ниро. Я видел, что мой сын много времени проводит с Винсентом. Я ждал и боялся того, что всё таки случилось. Ал и Винс решили заключить брак. Я, наверное, плохой отец, раз испугался не за сына. Когда Альдибар уехал в Британию, я не был готов к тому, что меня выдернет на Родину Сметвик. И не был готов к новой встрече с Поттером. Я думал, что он давно состоит в браке. Счастливая семья, дом, работа. Я не читал газет с родины, чтоб не будить старых демонов, а оказалось? Я всего лишь хотел ему помочь избавиться от демонов, а получилось? Вот теперь я заперт в этом странном месте, не зная смогу ли вернуться. И всё, что мне осталось, вспоминать нашу близость здесь. И опять это не вина Гарри. Он был на стрессе и адреналине. А у меня какие оправдания? * * * - Ну здравствуйте, спящий красавец. Очень знакомые руки обняли за плечи и чьи-то губы коснулись виска. - Если ты собрался от меня спрятаться, то твоя попытка не удалась. Потому что я тебя нашёл. Гарри Поттер. Спокойный и рассудительный, сел рядом со мной и притерся бедром к бедру. - Собираешься возвращаться? Я молча увеличил дистанцию и даже не взглянул на этого наглеца. Тот понял моё молчание по-своему. - Хорошо. Поговорим здесь. Я не буду спрашивать тебя, почему ты не хочешь идти со мной сейчас. Я заслужил твоё недоверие. Но у меня один вопрос. Почему ты скрыл от меня сына? Ну что ж в этом месте этот вопрос ожидаем. Иллюзия, но хоть облегчу душу. - А как ты себе это представлял? Ты чётко сказал, что я не нужен. Разве я похож на брошенную любовницу, старающуюся удержать беременностью охладевшего мужчину? Я не хотел загонять тебя в угол обязательствами. - А в твою голову не приходила мысль, что я имею права знать? Ты хоть понимаешь каких бед я чуть не натворил? Я отвернулся, мне было тяжело отвечать - Поэтому я и запрещал тебе с ним видеться. Этот Гарри резко развернул моё лицо к себе и зафиксировал его ладонями, мешая снова отвести взгляд. - Ага. И когда ты мне собирался сообщить? И собирался ли вообще? По глазам вижу, что нет. Сбежал бы, оповестив, что сын замужем. Только знаешь что? Я больше не позволю тебе бегать от меня. Мне уже не двадцать и я кое-что понял. Я всегда любил тебя. Твою силу, спокойствие, рассудительность, надёжность, мелочность, педантичность, резкость, умение заставлять тебя слушать, твой гений. И только сейчас познакомился с твоими слабостями. Я опасался того, что в твоей тени я пропаду, но эти полгода показали, что я не успел узнать тебя. А здесь я понял, что ты, как и я, не отпустил эти чувства. И я тебя не отпущу. Я дёрнулся из его рук. Эта иллюзия, как и те, что принадлежали Гарри, били по больному. Я не отпустил... - Поттер, что было написано а том письме, что ты оставил двадцать лет назад на моём столе? Гарри задумался, посмотрел на меня с изумлением. Его лицо дернулось. Я уже ожидал ряби, но Гарри засмеялся и вдруг перетек ко мне на колени. - Надеешься, что я изчезну? Глупо! Я же сказал, что не отпущу. А если ты не пойдёшь со мной, я утащу твоё безвольное тело из палаты на Гриммо, сооружу тебе хрустальный гроб и положу тебя туда, как долбаную Белоснежку. Сын даст мне на это согласие. Хочешь этого? Я задолбался спать рядом с тобой на узкой больничной койке. Так что гроб сделаю двуспальным. Я замер, не зная как реагировать. Но Поттер, кажется, все-таки вырос - Ты знаешь правила этого мира. Спроси меня. Я не смогу соврать. Спроси! Я знал, какой вопрос он хочет услышать, но я не был морально готов услышать ответ. - Упрямый идиот, - приласкал он меня, правильно оценив мои сжатые губы. И поцеловал. Напористо, жёстко, глубоко. Не ответить было выше моих сил. Моя рука сама скользнула в его руку и боль прошила грудь. * * * Я очнулся в палате Мунго. Глаза отказывались фокусироваться на окружающем. Что-то тяжёлое сдавливало грудь. Плечо болело и кололо. - Пациент пришёл в себя. Время без сознания десять дней. Я узнал голос Сметвика. И в это же самое время тяжесть с груди исчезла, а в мои губы вцепились чужие. Знакомые и сладкие, продолжая прерванный в другом измерении поцелуй. - Аврор Поттер, Гарри. Прекрати. Ты решил его добить? Да ну вас! Обидившись, Гиппократ покинул помещение.