О важности взаимного понимания

Я никогда не думал, что это настолько больно - получить плевок в открытую душу. А я дурак, поверил! Убедил себя в том, что прошлое можно исправить. Что Северус любит меня. Что позволил быть рядом. Что счастье возможно. А для него это оказалось простой интрижкой. Он даже не воспринял меня всерьёз. Я и забыл, каким прямым он может быть. До жестокости. Любовником. Он предложил мне стать его любовником. И это после того, как я признался ему в любви, протянул на раскрытой ладони свою душу. "Ты уже признавался ему в любви. Тогда. Раньше."- услужливо подкинула память. Нет. Но сейчас же всё по-другому! Сразу после его ухода, я упал на кровать и закусил угол подушки, чтобы не выть. * * * Целый день я не выходил из своей комнаты. Никого не хотелось видеть. Благо, что после завершения работы над артефактом, мне выделили три выходных дня. Если бы вчера, когда в деталях планировал как проведу эти дни с Северусом, я бы только знал... Тяжёлый ком медленно переворачивался за грудиной, причиняя боль. Время от времени я забывался тяжёлым и недолгим сном. Но и тогда мне снились чёрные глаза, тонкие губы, сильные руки, совершенно особенный голос. В моей душе всё ещё жила надежда, что Северус сейчас передумает. Вернётся. И я сам себя за неё ненавидел. На третьи сутки моего добровольного отшельничества дверь в мою комнату открылась. Я даже не поднял голову от подушки. Кто-то прошёл внутрь. Сёл на постель и погладил меня по волосам. Сердце встрепенулись и упало в желудок. Я резко вскинул голову и испытал сразу букет чувств. Разочарование. Это не Северус. Раздражение. Какого чёрта меня вообще дёргают? Стыд. Ко мне же пришёл мой сын. - Ал? - Что происходит, Гарри? - в голосе молодого человека звучало настоящее беспокойство: - Отец вылетел из дома так, словно за ним пикси гнались. Ты уже третьи сутки не выходишь из комнаты. Что между вами произошло? Я устало повалился на подушку: - А я думал ты стал называть меня папой? Ал очень знакомо сжал губы и уставился на меня тяжёлыми немигающим взглядом: - Отец - это тот Гарри, к которому я приду за помощью и поддержкой. Взрослый и уверенный в себе человек. Герой и победитель по жизни. А этот раскисший студень, что я наблюдаю на кровати не мой отец. Это глупый мальчишка - Гарри. Не отвлекайся! Крыть мне оказалось нечем. Мой сын умеет говорить прямо. - Ты прав, Ал. Я совсем раскис. Твой отец предложил мне роль любовника. Просто любовника. Мы же взрослые люди! Вот так просто. Без обязательств. Потрахались и разбежались. Понимаешь? Мальчик ещё несколько секунд сверлил меня взглядом, потом подавился воздухом, прикрыл рукой глаза и заржал. - Кажется, понимаю, - сквозь слезы смеха выдавил он и я дёрнулся, чтобы встать. Стало так обидно от его реакции. Жестокий мальчишка, весь в отца! Но реакция сына была быстрее. Обеими руками он прижал меня за плечи к кровати и быстро-быстро заговорил. - Я не над тобой смеюсь. Просто это так в духе моего отца. Коронный приём, отточенный не на одном претенденте в партнёры. Он не отказывает прямо, но предлагает желаемое в таком виде, что претенденты отваливаются сами. Злобное чудовище проснулось в моей душе и утробно зарычало. Я схватил парня за руки и уронил рядом с собой. А тот всё никак не мог прекратить ржать. - И много было претендентов? Ал никак не мог успокоится: - Хватало. Но ни один не разгадал хитрости. Мой сын в миг успокоился, очень серьёзно посмотрел на меня и посоветовал: - Ты просто дай ему то, что он предложил и наслаждайся шоу его растерянности. Он слишком привык, что все принимают его правила. Раскрасневшийся от смеха парнишка выглядел сущим ребёнком. И, я чётко это осознал, у этого мальчишки не было ни одной причины мне доверять и желать счастья. - Ал. А сейчас очень серьёзно. Почему ты помогаешь мне? Парень сел, пригладил растрепавшиеся волосы и, глядя мне в глаза, без улыбки объяснил: - Мой отец - самый близкий мне человек. По меркам магов он ещё достаточно молод и я устал наблюдать его одиночество. В эти семь месяцев рядом с тобой, он ожил. И, если ты действительно готов быть с ним до конца, я готов помочь тебе. Затем он очень солнечно улыбнулся и продолжил совсем другим тоном. - Так. Хватит киснуть! Собирайся! Бери ещё пару выходных. Мы едем туда, где лечат всё - от разбитой коленки до разбитого сердца! К бабушке! И тут же вскочил и направился к двери. - Стой! У тебя есть бабушка? Ал лукаво улыбнулся, коротко кивнул и выдал: - Ага. Собирайся!