Влюблённый дьявол

Мы танцевали, кружились в вихре света — все взгляды прикованы к нам, как звёзды к ночному морю. И вдруг замок содрогнулся в агонии: стены затрепетали, пол вздыбился волной, колокола загрохотали пророческим набатом, разрывая воздух эхом беды. Все ринулись в панике: крики, топот, хаос теней. Я замерла, парализованная ужасом, — сила во мне дремала, не в силах пробудиться. Крёстная Реджина взметнула руки — магия её, как серебряный щит, удерживала рушащиеся своды. Я кинулась помогать: наши силы сплелись в сияющий кокон, дрожащий от напряжения. Когда все вырвались на свободу, мы остались вдвоём. Она переместила нас в безопасное укрытие. — Все живы? — выдохнула она, бледная, как лунный свет. — Хоуп! Где моя дочь?! — в отчаянии закричала мама. — Хоуп! — Я телепортировалась во дворец: пламя лизало стены, балки рушились, как осенние листья в буре. — Хоуп! Я металась по коридорам, кашляя от дыма, зовя сестру. Голова закружилась в вихре жара и тьмы — ноги подкосились, сознание угасало, словно свеча на ветру. **От лица незнакомца** Я переносил всех по одному, пока Реджина и Зарина держали стены, как Атланты. Наконец, всех... Но Зарины нигде. — Где Зарина? Эмма, где она?! — крикнул я. — Не знаю... Ни её, ни Хоуп нигде нет! Я ринулся в замок. Она лежала у комнаты сестры — стена над ней осыпалась градом камней. Я подскочил, обнял, телепортировал нас в безопасность. Эмма, Белоснежка и Реджина бросились навстречу. Генри забрал у меня Зарину и помчался искать Хоуп — но нашёл лишь записку в её комнате, запечатанную неведомой силой. Я вырвал её и передал Эмме. Она прочла вслух: *«Дорогая Эмма, поздравляю с пятилетием твоей дочки — это её последний день. Знаю, твои дети ладят как никто: до Зарины не добраться с такой судьбой, а Генри — с его огненным нравом. К сути: сердце Зарины и Генри в обмен на Хоуп. Жду в Нетландии. Время тикает: тик-так, тик-так!»* Письмо вспыхнуло синим пламенем. Шок сковал всех. — Я убью его, кто бы это ни был! — прорычала Эмма. — Принцесса... Она вскинула руку — слуга осёкся, слова замерли на губах. — Плевать на титулы! Но раз я — Принцесса Пиратов, завтра в Нетландию. Лука! — Да, принцесса? — К утру — лучшую команду! — Будет сделано. — Он хочет моё сердце? Получит своё! — Я с тобой! — шагнул Генри. — Зарина, Генри! — Бабушка, чего ждать? Пока нас перережут? У кого духу хватит — в 7 утра на причале. Это моё последнее слово! — Зарина! — Мама, нет! Не хочу ничего слышать! Она двинулась ко мне. — Принцесса, я... — Спасибо, что спас. — Всегда пожалуйста. **От лица Зарины** — Как зовут моего спасителя? — Питер Пэн, ваша светлость. Так вот оно что... — Из Нетландии? — Да. — Сможешь плыть с нами? В Нетландии я была раз — и то мельком. — Рад служить. — Прекрати! Ты не тот Питер Пэн из легенд, что плюёт на титулы? Что рубит правду в глаза даже Аиду? — Перед вами. Я вгляделась в его глаза — океан дерзости и огня. — Перед тобой. Я улыбнулась, сердце дрогнуло. — Мне пора. До завтра, принцесса. — Пока. Я подошла к маме и крёстной. — Уже познакомилась со своей судьбой? — усмехнулась Реджина. — Что?! Мaaам?! — Эмма, я же говорила, — подмигнула бабушка. — Доченька, не хотела говорить: ты такая, он такой... Не пара. Я стояла, молча впитывая удар. Мама лгала. Хуже — крёстная, кому я верила больше всех. Слёзы хлынули рекой. Я бросилась прочь, куда глаза глядят, — в знакомый лес, где тени шептали утешение, а ветви укрывали раны.