Круги на воде

Чей-то случайный ход, фатальный поворот Мы друг друга на этой спирали, обретали и снова теряли И остаётся нам, холодным городам Просто ждать когда станет теплее и бежать ни о чем не жалея Так пускай наступает холодным рассветом на нас новый день Все останется в этой Вселенной, все вращается в этой Вселенной Возвращается к нам, запуская круги на воде Ничего не проходит бесследно, ничего не проходит бесследно «Слот», «Круги на воде»

I.

      Как ни странно, огромный почти футуристический бассейн на крыше башни «Марина-Бэй» в Сингапуре идеально подходит для уединения. Карлоса никогда не тянуло к одиночеству, но этот Гран-при всегда стоит отдельно из-за интенсивности и сложных, почти экстремальных из-за жары погодных условий. Перезагрузиться вечером четверга в прохладной воде – самое подходящее, но сделать это без компании не получается, хотя на первый взгляд длинный подсвеченный в сумерках бассейн кажется пустым.       Карлос хочет спуститься в воду, когда кто-то выныривает рядом, опираясь руками на бортик. Он быстро узнаёт Шарля Леклера – новичка «Формулы-1» из «Заубера». Тот таращится на него растерянно, но пристально, показываясь на поверхности по пояс. Следующие несколько секунд – или полминуты, или даже минута? – проходят для обоих в каком-то труднообъяснимом состоянии. Это дежавю, и теперь Карлос понимает, почему в книгах и фильмах это слово употребляется, но никак не объясняется. Это не ощущение, не чувство – это нечто неуловимое, как будто что-то уже происходило с тобой, но ты не знаешь, когда, как, где и почему. Словно Шарль уже когда-то появился перед ним из воды, но этого точно не могло произойти – Карлос ещё не потерял рассудок. Если только в прошлой жизни, но он скорее откажется от мечты выиграть чемпионство, чем поверит в мистику.       — Hola, – он здоровается первым, когда способность мыслить возвращается.       — Привет, – отвечает Шарль негромким голосом. – Тоже пришёл посмотреть на трассу? – в тёмное время суток профиль подсвечен и отлично виден с вершины «Марина-Бэй».       — Просто расслабиться, – Карлос тоже опускается в воду и неторопливо плывёт к другому борту, откуда как раз можно увидеть трек.       — Я здесь в первый раз, – Шарль начинает тараторить, но потом ныряет под воду и показывается уже впереди, дожидаясь Карлоса. – Немного волнуюсь перед завтра.       Шарль кажется в хорошем смысле необычным по этой первой встрече. Конечно, они знали друг друга, но никогда не разговаривали вот так наедине в неформальной – а сейчас даже чересчур – обстановке. Он видится Карлосу скромным и даже чуть смущённым, но в то же время сквозь этот образ проглядывает что-то необычное, неземное и обольстительное. Шарль зачёсывает назад мокрые волосы, из-за влаги ставшие почти чёрными. Он юн и очень красив, а огни подсветки оттеняют естественную зелень глаз.       — В волнении точно нет ничего зазорного, – Карлос вряд ли подбадривает этой фразой, но говорит то, что думает. Переплыв бассейн в ширину, оба смотрят на сверкающий трек, напоминающий восьмёрку – это убойная трасса в плане физики. Нужно быть очень-очень хорошо готовым.       В глазах Шарля мелькает испуг вперемешку с вызовом – Карлос затрудняется сказать, что преобладает. В Шарле как будто уживаются две личности: первая – скромного новичка сезона с безупречной репутацией, который жадно ловит каждый совет, трепетно кивает и мягко улыбается, опуская тёмные ресницы, а потом смеётся хрустальным смехом, который захочешь – не забудешь, и Карлос откуда-то знает этот смех, может, слышал на общих мероприятиях для пилотов? Второй Шарль – потусторонне-прекрасный, и это особенно заметно, когда он только появился, вынырнув перед ним. В такие моменты Шарль едкий и язвительный, смех – смех чеширского кота, азарт добавляет голосу игривости.       — Я буду выше тебя в гонке, – дерзко заявляет Шарль, уверенный в этом, несмотря на дебют.       Карлос обнимает его за плечо, сгребая одним сильным движением. Шарль вздрагивает, его первый порыв – вырваться, но он обмякает, едва хватка становится крепче.       — Не будешь, – Карлос протестует, но ему не принципиально пари, и он объясняет, как действовать в одном из поворотов, чтобы не допустить ошибку. Не убирает ладони с его плеча, потом перебегает пальцами вниз по спине и задерживается на талии под водой. – Жми на газ не сразу, найди правильный баланс. А то можно потерять машину. Попробуй завтра же.       Карлосу всегда говорят, что он слишком добрый. Говорил отец, говорили в «Торо Россо» и системе «Ред Булл» в целом, сейчас это же повторяет Нико, то же самое он скажет сам себе на следующий год в «Макларене», потому что уже знает, что будет оберегать юного напарника, а не пытаться сломать его любой ценой. Всё как сейчас с Шарлем.       — Зачем ты мне это говоришь? – всё-таки выпутавшись из объятий, Шарль сверкает глазами, не понимая. Карлос пожимает плечами.       — Ты можешь послушать меня и сделать всё наоборот, если что-то подозреваешь.       — Посмотрим.       Они переодеваются вместе, и Карлос давно готов, но не хочет уходить один, поэтому ждёт Шарля, который слишком тщательно вытирается большим белым полотенцем.       — Ты скоро? – Карлос окликает, как будто они не могут уйти поодиночке так же, как пришли.       — Я очень чувствителен к воде, – сообщает Шарль, вытирая капли за ушами.       Ему на «Заубере» не достать Карлоса на «Рено» ни в квалификации, ни в гонке. Сначала они двенадцатый и тринадцатый, потом заезжают в очки – восьмой и девятый.       — Ты был прав во всём, – Шарль смеётся после гонки, и это хриплый смех очень уставшего человека. После финиша прошло полтора часа, он до сих пор не выровнял дыхание. Карлос легко обнимает его и хлопает по плечу.       Прикосновение отдаётся у Шарля жаром. И это, и те в бассейне, но он не знает, почему, хотя хорошо осведомлён о своих странностях. Он уже сказал Карлосу, что чувствителен к воде, только за этим кроется так много всего – больше, чем просто слова. Шарль каким-то образом связан с водой. Он ощущает каждую мельчайшую каплю на коже и ненавидит гоняться в дождь, потому что это требует от него втройне большей концентрации. В дождь он чувствует себя по-другому – не лучше и не хуже, просто как-то иначе – и тоже не может объяснить, почему. Через месяц ему исполнится двадцать один, и всю сознательную жизнь его преследуют сны, связанные с водой, но это никак не складывается в общую картину.       Он часто видит по ночам бескрайнее море – не с берега, а словно находясь посреди бушующих тёмно-синих волн. Они не накрывают его – наоборот, поддерживают, а он умело лавирует на гребнях, будто вводя в поворот машину. Снится и подводный мир – странный, необычный. Он устремляется в глубины и раздвигает руками водную толщу. Иногда ему снится корабль посреди океана – парусный галеон, которые бороздили моря лет триста-четыреста назад. Очень медленно и неуверенно, почему-то держась за стены и выступы, он бродит по пустому кораблю, как будто что-то разыскивая – или кого-то. Но в каютах никого нет, а когда он выходит из-под крыши, всегда начинается дождь, а заканчивается всё тем, что ему страшно спрыгивать на нижнюю палубу, хотя высота кажется совсем небольшой. Иногда он всё-таки прыгает, но в открытое море. Меняются и эмоции – он помнит яркую, но короткую вспышку счастья, ощущение нависшей опасности, потом – много разочарования, даже горя. Шарль захлёбывается этим горем, когда просыпается и когда сон наиболее ярок – к счастью, такое случается нечасто. Он боится, что всё это помешает его карьере, потому что никакая разгадка не приходит.       Появление Карлоса становится ключом. Ощущение дежавю накрывает той самой морской волной, когда в бассейне «Марина-Бэй» он вдруг инстинктивно выныривает перед ним на бортик бассейна. Это невозможно, но он знает, что делал это раньше. Наверное, в прошлой жизни? Или он сходит с ума? После Сингапура сны становятся более детальными, но Шарль рад этому только поначалу.       А Карлос сперва не связывает сны о воде, появившиеся после Сингапура, с Шарлем. Но потом там начинает появляться его лицо – мельком, отголоском. Чаще всего ему снится бороздящий море старый корабль, и сон повторяется, а ещё он почти умирает в какой-то стычке на берегу, но спасение каждый раз приходит в виде брошенного из ниоткуда трезубца.       Проходит полтора года с их встречи в Сингапуре. Шарль – звезда «Феррари» с двумя победами, Карлос с переменным успехом поднимает полупровалившийся «Макларен», но думает не больше пяти секунд, когда получает предложение от красной команды. Нужно разгадать эту тайну, которая кажется важной, и обсудить это с Шарлем, чтобы понять, что за странная связь установилась между ними.