Связанные одной цепью

       «Завтра» Влад проснулся от первого луча солнца. Поморгал, выдохнул, повернул голову и улыбнулся, уткнувшись в макушку. Димка… Теплый, расслабленный. Уже… почти родной. Влад разлепил ресницы, скользнул взглядом по голубеющему над головой небу и замер, пытаясь понять, что изменилось. Гул… Влад расстегнул змейку спальника, аккуратно высвободил руку и встал, оглядываясь. Похлопал ресницами, а потом буквально выкатился на бетон. Вскочил, заметался, одеваясь, глотнул воды на ходу и…       Выхода не было. За ночь ловушки окружили их плотным кольцом. И там, где еще вчера был хоть и узкий, но проход, плясали молнии четырех Электр, как Влад окрестил их про себя. И там, где ночью было более или менее свободное пространство… Кольцо. Одна большая ловушка, и они в ней. И уже плевать, как это получилось и откуда появились новые ловушки. За электрическим сиянием дуг разглядеть, что творится за этим кольцом, было практически невозможно.       Влад выматерился и с досады пнул валяющийся ватный диск, которым он вчера промывал лицо Димы. Дима… Соколовский подошел к спальнику и опустился на его край. Укрыл спящего напарника и отвел прядку. Мило… Но сетка мелких порезов, ещё вчера покрывающая лицо, исчезла.       Дрогнули длинные ресницы. Туманный ото сна взгляд серых глаз мазнул по лицу. Губы тронула мягкая улыбка. Дима потянулся в мягком коконе спальника, тихонько застонав, когда мышцы тела разом напряглись и расслабились.       — Привет, — он выпростал руку и погладил глубокую складочку, залегшую меж бровей Влада. — Что такое?       — У меня есть для тебя две новости. С какой начинать? — Влад провел костяшками пальцев по его щеке, словно проверяя, не чудится ли ему. Но нет — кроме остатков мази, на коже не было ничего. Она была ровная, гладкая. И даже щетинки не было.       — Давай с очень плохой, — Дима на секунду прикрыл глаза, а потом со вздохом сел, подбираясь. Просто на всякий случай. Нужно быть готовыми ко всему.       — Мы в ловушке, — Влад отодвинулся, чтобы не мешать. — За ночь кольцо вокруг нас уплотнилось. И теперь выход закрыт.       — Прелесть, — Дима ловко выбрался из спальника и принялся одеваться. Скупые быстрые движения. Минимум пространства. Он будто танцевал на пятачке бетона, не выходя за какие-то только ему известные рамки. — Вторая новость просто плохая или пристойная?       Влад тихо рассмеялся и встал. Поймал Диму и потерся щекой о его щеку. Совсем как вчера. Без слов. Догадается?       — М-м-м… Хорошо-о-о… — вздохнул он. — Только ты колючий. А я как будто побрился. Или нет. — Он кончиками пальцев провел по своей щеке. — А я как будто вообще никогда в жизни не брился. Не начинал даже.       — Да, есть немного, — хмыкнул Влад. — И это все?       Дима озадаченно уставился на него.       — Прости, со сна хреново соображаю, — губами коснулся небритой щеки Влада и фыркнул. — Царапаешься.       — Ну извини, — фыркнул тот. Странно… Почему ему так хорошо сейчас? Они в ловушке, из которой непонятно как выбираться, а он готов жмуриться от удовольствия только потому, что Дима чмокнул его в щеку. — Вместе с твоей щетинкой ушли и твои порезы. Ты теперь снова совершенство.       — Вы само совершенство, вы само совершенство, от улыбки до жеста — выше всяких похвал!.. — пропищал Дима, оглядываясь. Все металлические предметы надо сложить как можно ближе к центру и в довесок отдельно от оружия сложить патроны. Жаль, что ни одной укладки нет. Но таскаться с ящиком было бы верхом идиотизма.       Круг ловушки был не идеальным. Как амеба с кучей ложноножек. У них все еще есть шанс выбраться живыми.       — Ты умеешь танцевать вальс, Влад? — неожиданно спросил Дима.       — Умею, — просто ответил тот и отошел. Постоял немного перед Электрой, закрывшей проход, а потом неторопливо пошел вдоль кольца. — Они соприкасаются. Если вскрыть одну, начнется цепная реакция. Заряды начнут накладываться, и в конце здесь будет настоящий электрический шторм, — он присел перед одной ловушкой, всматриваясь. — Но если это делать, то начинать нужно с этой. Она самая маленькая. Может, мы успеем вырваться до того, как реакция дойдет до максимума. Но я не знаю, с какой скоростью это все будет распространяться. Мы можем просто не успеть убраться отсюда. В любом случае, нам нужно быть как можно дальше от последней сработавшей Электры.       — Мы не знаем, что там, за кольцом. И сколько ловушек там. И когда они сработают. — Дима… нет, уже Аид, принялся собирать вещи. «Магазины» с патронами скатал в спальник и пристегнул к своему рюкзаку. И вскоре только несколько грязных ватных дисков да салфетка напоминали о том, что на этом пятачке кто-то был. — Волна пойдет по кругу. В обе стороны. Нам надо быть в противоположном конце и двигаться вперед к сработавшим ловушкам. Если повезет — будет больно, но уцелеем.       — Я не вижу, что творится за кругом. И может так случиться, что реакция пойдет и дальше по Кладбищу. А если учесть, сколько здесь железа… — Влад потемнел лицом. Думать об этом страшно, но нужно. — Я даже не возьмусь сказать, что здесь будет, когда сработает последняя ловушка в кольце. А уж по всему Кладбищу… Хорошо, что это другое электричество. И дальше пределов ловушки по земле оно не идет. Иначе мы рискуем поджариться на этом бетоне.       — Сколько ни строй планов, но нужно идти, — выдохнул Аид и присел, надевая на плечи лямки рюкзака. Как следует затянул все пряжки и привычно уже попрыгал на месте, проверяя, не мешает ли чего. — Влад, главное, на всякий случай не касаться друг друга. Если что-то случится — хотя бы у одного будет шанс довести все до конца.       — Мы должны идти не по окружности, а по прямой, — Влад надел свой рюкзак, достал болт и отошел в противоположную сторону. — Отсюда — туда. Так что иди сюда и начнем. — Страха не было. И нервы не звенели. Почему-то молчало чувство опасности, и рассудок воспринимал это не более чем игру. Что случилось с ним, Владом, за прошедшую ночь? Зона больше не пугала. И все ее фокусы, которые она выкидывала и еще только готовилась показать, казались… обыденными, вроде прорвавшей трубы на кухне в городской квартире. Неприятно, но ничего странного.       — Годится, — кивнул Аид и подошел к нему, внимательно наблюдая, чтобы ни в коем случае не коснуться его. — Перчатки есть? Надень. Чем меньше обнаженной кожи — тем лучше.       — Нет, — коротко ответил Соколовский, собираясь. Прикинул траекторию, проверил площадку на предмет выбоин и прочих ямок и сжал болт. — Готов?       — Как пионэ́р, — усмехнулся Аид.       Больше Влад ничего спрашивать не стал. Чуть согнул колени, вытянулся, примерился и кинул болт в намеченную ловушку. Треск, выстрелившая молния… И начался ад. В лицо пахнуло озоном, тело словно пробила дрожь, как от статического электричества, и над их пятачком словно повисла энергетическая завеса. Мерный гул сменился громким треском разряжающихся ловушек, в воздухе заплясали молнии. Это… было красиво. Настолько, что захватывало дух, но любоваться этим странным танцем времени не было. Влад сорвался с места, как только цепь ожила. Оглянулся, чтобы убедиться, что Аид бежит рядом, и прибавил скорость. Через границу уже разрядившихся ловушек он фактически перелетел в прыжке. И уже в воздухе с тоской подумал, что завтрашнего рассвета не увидит. А в следующую секунду влетел в еще одну ловушку, которая словно ждала его за кольцом. Молния прошла сквозь тело, Влад выгнулся и рухнул на землю.       Аид успел затормозить в последний момент, взмахнуть руками и застыть перед очередной не разрядившейся ловушкой. Влад… дышит? Нет? Позади самый настоящий электрический шторм, и касаться Влада нельзя. Что… БЛЯДЬ!!!       Ловушка слева сработала, с треском разрядилась, полыхнув ослепительно-синим. Тонкий запах озона со всех сторон. Голова кружится. Еще немного — и они оба траванутся. Да. Круто будет. Отравление озоном, гипервентиляция легких и состояние типа «хихикс» на ближайшие часа два, пока не отпустит. Это при условии, что они уцелеют и выберутся.       Думать о том, что Сокол труп, — не хотелось.       Цепочка уходит дальше, влево. Треск, срабатывающие ловушки. Зона — живая сука. Не зря так ловушками их окружило. Это она, тварь. Это все она.       Нельзя касаться? Как бы не так!       Аид выдернул из своих штанов пояс, стараясь действовать как можно осторожнее, соединил его с автоматным и, сделав петлю, пропустил ее под руками бесчувственного Влада. Ничего, не коснется. Все будет в порядке. Правда, волочь этого лося вместе с рюкзаком придется, потому что некогда, некогда раздумывать и пытаться высвободить его из всех этих лямок и крепежек.       — Твою ма-а-а-ать… — зарычал Димка, рванувшись. На миг показалось, что все мышцы в его теле готовы порваться к чертовой матери. Но нет. Шаг, еще шаг. Почти бег. — Сокол, сука… ты мне должен, понял?       Главное, выйти. Главное, выйти. Некогда кидать болтик вперед. Просто некогда. Он просто несся вперед, вихляя между остовов автомобилей и особенно больших трещин в бетоне, между разбегающихся в разные стороны голубоватых молний срабатывающих ловушек, пока буквально не рухнул на землю, укрытую колючей пожелтевшей сухой травой. Они вышли. Все-таки вырвались. И, кажется, все еще живы.       Сколько времени прошло, Аид не думал. Он просто лежал, пытаясь отдышаться после бега, и когда силы таки вернулись — принялся действовать. Расшнуровал Владовы ботинки, стащил их вместе с носками, аккуратно опустив босые ступни на землю.       — Заземляйся, парень, воды тебе пока что нельзя.       Скинув рюкзак, он взял пару болтов и обошел пятачок земли, на который так неосмотрительно выскочил. Ничего. Чисто. Над Кладбищем все еще трещало и искрило. Вот ведь… теперь вся Зона в курсе, что два придурка-спецагента сунулись куда не надо было. Ладно, обошлось.       Аид вернулся к импровизированному лагерю и сел на землю. Машинально глотнул воды из фляги. Голова кружилась. Не критично. Не смертельно. Зато вполне ощутимо подташнивало.       Он вытянулся на холодной земле, радуясь, что решил ничего не есть. Хорошо бы это смотрелось со стороны. Хоть любоваться видом блюющего Аида и некому.       — Давай, Сокол, просыпайся. Просыпайся, сволочь пернатая, нехрен разлеживаться, у нас дел по горло!..       Ресницы Влада дрогнули и поднялись, открывая глаза. Слишком… яркие. Кажущиеся светящимися. Влад медленно поднес руку к лицу, развел в стороны пальцы, и между ними прострелила крохотная молния. Улыбка словно сломала губы, и Влад сел, тряся головой. Он все помнил. Вот только мир вокруг казался… другим. Словно он спит. И видит сон. И все как в легкой, еле видимой дымке. Трава, земля. Они выбрались. Взгляд упал на босые ноги, на валяющийся рядом ремень.       — Спасибо, — глухо произнес Влад.       — Не за что, — судорожно выдохнул Аид и тихо рассмеялся. Жив, зараза. Облегчение было в буквальном смысле сокрушительным. — Как ты?       Вместо ответа Влад потянулся к ремню и отдернул руку, когда между пальцами и пряжкой проскочила еще одна молния.       — Не знаю, — наконец произнес он. — Ничего не болит, — Влад поднялся, огляделся. Что-то было не так. В нем самом что-то было не так. Словно в отлаженный часовой механизм попала крохотная песчинка. И не понять, что не так. Но он… За тем пригорком — ловушка. Он ее не видел, он просто знал. А Кладбище теперь пусто. Зона приняла его. Эта сука сделала его своим. И отпустит ли теперь…       — Нам надо идти.       — Надо, — кивнул Аид, поднимаясь. Дрожащими руками продел пояс в петли и щелкнул пряжкой. Привел в порядок оружие. Черт его знает, что ждет их за пригорком. Да и топать до окраины Припяти осталось не так долго. Почти на месте. Насквозь Кладбище проскочили.       Влад обулся, собрался, надел рюкзак…       — Не касайся меня, — тихо выдохнул он, не глядя на Аида. — Тебя может ударить. А я этого не хочу.       — Представь себе, насколько искрометным станет в этом случае секс, — широко улыбнулся Аид, а потом вдруг подошел и, кончиками пальцев приподнял его лицо за подбородок, легко касаясь губами губ. Колючие искорки-уколы. И все. Ни разрядов, ни треска волос.       Голубые глаза расширились. На дне полыхнула злость на безрассудство и погасла.       — Ты сумасшедший, — бросил Влад. Так хотелось продлить это касание. Но кончики пальцев словно ласкала молния, и Влад только сжал кулак.       — Нет, — покачал головой Аид с плутовской улыбкой. — Просто я закончил политех. И еще мне нравится целовать тебя. Ты становишься совершенно нереальным. Как не от мира сего. Это потрясающее ощущение, видеть это в твоих глазах. — Еще одно касание, невесомый поцелуй, разделенное дыхание. — Пора, Влад.       — Я уже никогда не стану прежним, — Влад повернулся к пригорку, потянулся к мешочку с болтами. И замер, посмеиваясь про себя. Они ему не нужны. Теперь — не нужны.       …Он шел так, словно у себя по парку. Легко, не тратя время на проверку ловушек. Он их словно чувствовал. Легкий морозец по позвоночнику, и тело само обходит ямы, дрожащий воздух, «печки» и другие ловушки, которые он видел в первый раз.       А еще он чувствовал Аида. Просто слышал его дыхание, его шаги. Знал, что он идет след в след, и не дергался, как это было бы еще вчера. Это было странно, но только поначалу. А потом он привык. В голове прояснялось, ощущение сна уходило, утекало, как и электричество из его тела. И он уже мог касаться металла, не боясь, что получит разряд. Но прийти в себя до конца все равно не удавалось.       …Громада бывшего НИИ появилась перед глазами внезапно. Они поднялись на очередной пригорок, и Влад тут же рухнул на землю и отполз назад, заметив вышки с автоматчиками по периметру зоны НИИ.       — Как-то это не похоже на все прочее в Зоне. — Аид бросил быстрый взгляд на периметр оцепления и уткнулся лицом в скрещенные руки. Этого в конторе отчего-то тоже предусмотреть не могли. Это только в кино супергерой самостоятельно мог угнать состав, самолет, перестрелять кучу народу и все такое. — Начинаю жалеть, что я не батальон спецназа.       — В Зоне нет двух одинаковых мест. А ребята хорошо здесь окопались. Давай отойдем, — Влад сполз пониже, уходя из поля зрения автоматчиков, и сел на траву у подножия холма. — По крайней мере это может быть то, что мы ищем. А вообще, умно. Съемка со спутника с помехами, разглядеть, что творится на территории бывшего НИИ, невозможно. У них есть техника и люди. И камеры. Странно… Проверь телефоны. Похоже, здесь работает тонкая электроника. Только аккуратнее, у них могут стоять датчики.       Аид достал собственный «наладонник» и хмыкнул. Коммуникатор в нем работал как часики. Даже аккумулятор, который типа «сел», когда они вошли в Зону, сейчас был полон.       — Твой маячок куда привел хоть?       — На границу Припяти, — Влад вытянул ноги, а потом просто лег на траву, подложив под голову рюкзак. — Нужно провести разведку. Хотя бы внешнюю, чтобы узнать, стоит ли соваться в само здание или сразу искать вход в подземелья. Надо дождаться темноты…       — Подземелья, если они существуют, стремная штука. Просто потому что, во-первых, они могут быть закрыты, во-вторых, если открыты, то там может быть понатыкано датчиков, в-третьих, там могут быть ловушки. Скорее всего те, кто работает в НИИ, давно карты составили, так что им опасаться нечего, в отличие от нас. — Аид достал карту сталкера и принялся рассматривать нужный сектор. Пометок нет. Сюда впрямь не совались. А жаль.       — Выбора все равно нет, — Влад перевернулся на живот, кладя голову на скрещенные руки. — Так что ночью я прогуляюсь до периметра.       — Хорошо, — вздохнул Аид. Спорить он не собирался. Слишком… посредственными были его способности в данной ситуации. — Обещай только сам не соваться туда.       — Хорошая идея, — хмыкнул Влад. — Спасибо, что сказал. Как насчет того, чтобы последить за перемещениями внутри периметра? Надо бы составить график смены постов. Да и узнать, как это происходит. Приезжают ли машины, с какой стороны и так далее.       — Тогда ты спи, а я понаблюдаю. Все равно ночью таскаться тебе. — Аид ужом выскользнул из лямок рюкзака и чуть не до середины сунулся внутрь, перебирая разные разности, которые Влад не успел в Лесу вытряхнуть из него. — Тебе повезло, у нас остался один прибор ночного видения.       — Чувствую, что он мне не понадобится, — Влад потерся щекой о ладонь и закрыл глаза. — Видел прожектора над вышками? Думаю, ночью здесь светло, как днем. Сюда бы взвод истребителей и накрыть разом всю эту базу.       — Угу, только звено истребителей над Зоной просто подохнет. Откажет сверхточная электроника — и до свидания. Тогда уж лучше старые добрые бомбардировщики времен Великой Отечественной. От этих точно толк будет. И вообще, ты разрушаешь мои романтические бредни и наивные иллюзии супергероя бетонных джунглей, — он достал из рюкзака бинокль и, поднявшись чуть выше по склону, принялся наблюдать за «городом».       — Только осторожней, ладно? — Влад какое-то время следил за ним взглядом, а потом снова закрыл глаза. — Разбуди меня, как только начнет темнеть.       — Спи, — в голосе Аида слышалась легкая усмешка. — Разбужу.       Науку лежать неподвижно он изучил в совершенстве. Но — лежать неподвижно в постели, в кресле, на кушетке, а не на жесткой холодной земле. Им повезло, что не было дождя, в противном случае по уши в грязи они вряд ли смогли быстро передвигаться.       Люди сменились спустя три часа. Машин попросту не было, зато из Зоны к блокпосту подошла группа людей. Их пропустили быстро. Судя по всему, это была партия сталкеров из НИИ, которые совершали вылазку в Зону. Работают, стервецы. На кой черт им прототип, у них тут своего добра хватает для изучения!       Аид быстро «срисовал» посты и то, как группа вошла на огороженную территорию. Ловушки. Потом из блокпоста вышли четверо, рассыпались цепочкой и достали длинные телескопические «щупы». Цепочка бодро пошла вперед, прощупывая все впереди и по сторонам от себя. Трижды срабатывали ловушки. Один раз в воздух взмыл фонтан земли, и дважды срабатывали заряды электрических дуг. Вона как, «саперы» работают.       Все интереснее и интереснее.       Машина проскочила ближе к вечеру. Редкий тарантас. Старый, еще времен второй мировой американский «Виллис». Он прошел по расчищенной дороге и скрылся в воротах за блокпостом. Собственно, больше ничего за время его дежурства не произошло.       Разбудил напарника Аид на закате.       — Просыпайся, спящий красавец.       Влад мгновенно открыл глаза и потянулся.       — Как обстановка? — Сел, взлохматил волосы и потянулся к фляге. И теперь он хотел есть. Наконец-то…       — Тихо, — Аид в общих чертах дал расклад и рассказал обо всем, что видел. — А вообще, общее ощущение, что они здесь давно и надолго.       — Конечно, — Влад почесал щеку и принялся за галеты. Надо было бы, конечно, хоть лицо вытереть и руки, но сейчас почему-то это вообще не казалось важным. — Чтобы все это сделать, нужно время. Но у ребят явно неплохие спонсоры. Хотя они могут сбывать то, что находят здесь, и жить этим. Черт, здесь можно еще одну водородную бомбу изобрести, а никто и не заметит.       — Зачем изобретать колесо еще раз? В Зоне материала хватит на десяток нобелевских. Мне интересно другое: какого лешего им прототип потребовался? Здесь масса всякого добра прямо под ногами, но нет, потребовалось к черту на рога сунуться только для того, чтобы спереть прототип.       — Мы не знаем, что это за прототип. Мы вообще о нем ничего не знаем. Так что гадать я бы не взялся, — Влад сделал последний глоток, закрутил крышку фляги и поднялся на пригорок. Они очень удачно вышли. До бетонного забора не так далеко и участок поля довольно ровный. — Ты бы поспал, пока я буду по земле ползать, — прикинув еще раз свой маршрут, Влад вернулся к подножию, косясь на небо. Полчаса-час, и можно будет идти.       — Посплю, — Дима плотнее завернулся в куртку и устроился прямо на земле, подложив рюкзак под голову. Хотелось в душ. Хотелось в нормальную постель. Хотелось нормальной еды. Его уже тошнило от галет. Смешно, но больше всего на свете хотелось рисовой лапши с морепродуктами. И бокал белого сливового вина. Душу бы продал за чашку горячего эспрессо.       Влад после недолгого колебания сел рядом, принимаясь рисовать узоры на земле носком ботинка.       — Почему ты вытащил меня? Ты мог пожертвовать мной, как и говорил.       — У меня было время. И была возможность. — Дима не шелохнулся. — И я ничем не рисковал. Началась цепная реакция, и ловушки впереди разрядились. К тому же ты слишком хорошо целуешься для того, чтобы тебя так бездарно бросить.       — Не ври мне, — Влад лег на спину, закидывая руки за голову. — Чего у тебя не было, так это времени, — он улыбнулся. — Но за комплимент спасибо.       — Ладно, мне понравилось заниматься с тобой сексом, и я бы хотел повторить это снова. В более удобных условиях. А для этого пришлось тебя вытащить. Я не люблю спать с мальчиками барбекю. — Дима прикрыл глаза. Размышлять об истинных причинах поступка не хотелось. Это привело бы к глубокому самокопанию. Совершенно лишнему здесь и сейчас.       — Мог бы сказать, чтобы я не лез с вопросами. Я бы отстал, — Влад пожал плечами. Дима явно не хочет продолжать эту тему. Их непонятных отношений вообще и его чудесного спасения в частности. Врать, что не очень-то и хотелось, смысла нет, но… Хотя Аид прав. Не об этом сейчас нужно думать. Впереди еще самое «веселое».       — Считай, что так сложились звезды, — Дима повернулся к нему лицом, а потом подвинулся ближе и уткнулся лицом ему в грудь. Так было теплее. И уютнее. — Не забудь разбудить, когда пойдешь на штурм бастиона.       — Зачем тебя будить? Я выдвинусь максимум через час. Ты даже заснуть нормально не успеешь, — Влад обнял его за плечи, уже почти привычным жестом запуская пальцы в волосы.       — Штурм — это штурм. А через час ты на разведку выдвигаешься, — Дима вздохнул. А ведь он привык к Владу. К его голосу, его рукам, к его запаху. Привык к тому, что Сокол с него пылинки сдувает.       — Я же не на штурм собираюсь. И на разведке ты мне ничем не поможешь. Так что тебе лучше выспаться. Завтрашний день явно будет не лучше сегодняшнего.       — Знаю, — Дима кивнул и закрыл глаза. — Я привык к тебе, напарник.       Влад разбудил его ровно через час. Застегнул куртку, туже затянул шнурки на армейских ботинках, проверил батарейки в фонарике, повесил на шею прибор ночного видения и присел перед спящим парнем.       — Дим, — легко коснулся плеча. — Я ухожу.       Тот с трудом разлепил глаза.       — Надеюсь, ты вернешься раньше, чем у меня крыша от беспокойства поедет, — сонно улыбнулся и потянулся, усаживаясь на земле. Осталось попытаться не уснуть до его возвращения. Спать под боком у НИИ и хрен знает скольких бойцов — сущее самоубийство.       — Я не знаю, когда вернусь, но, Дим, не жди меня. В этом нет никакого смысла. Я поспал днем, а ты — нет. Тебе нужно отдохнуть. И не спорь, пожалуйста.       — Надеюсь, с этой стороны у них нет обходов и патрулей. Удачи, Влад, — Дима погладил небритый его подбородок костяшками пальцев. — Увидимся.       — Увидимся, — улыбнулся тот и исчез из его поля зрения.       …Их пригорок, утонувший в полумраке, остался за спиной. Влад буквально стелился над землей, гадая, есть ли у тех, кто за периметром, датчики движения. Есть, если ребята серьезные и не делают скидок на Зону. И нет, если считают себя здесь в полной безопасности. В принципе, кого им здесь бояться? Таких вот уродцев, как в Лесу? Так те, похоже, дальше самых крайних деревьев не высовываются. Или здесь еще такие есть? Влад невольно содрогнулся от этих мыслей и замер за довольно большим кустом. Нет, все-таки парни явно расслабились. По всем правилам обороны этого куста здесь быть не должно. Но он есть. Значит, есть шанс, что охрана периметра не так серьезна, как кажется на первый взгляд, и он сможет просочиться на территорию НИИ.       До бетонной стены, которой был обнесен объект, Влад добрался без приключений, если не считать стайку какой-то разновидности местной моли. Что ж, пока ему везет. Но как пройти дальше? Забор высок, а у него нет никаких приспособлений. И научиться летать он не успел. Значит, либо искать лазейку, либо попытаться пройти через ворота. Если он что-то понимает в этой жизни, главные ворота — не единственные. Значит, есть смысл поискать еще одни.       Под ногой хрустнул гравий, и Влад замер, прислушиваясь. В принципе, через пару минут должны смениться посты, а он по себе знал, как поневоле ослабевает внимание от одной мысли, что через несколько мгновений будешь отдыхать. Влад вскинул взгляд, вжимаясь в стену, когда автоматчик на вышке повернул голову в его сторону. Соколовский закусил губу, и тут зажглись прожектора. Свет залил всю территорию на расстоянии почти ста метров от стены, сделав ясно видимыми каждую травинку. Влад выругался про себя. Вернуться будет трудно. Очень трудно. Ладно, это потом. Сначала нужно попасть внутрь.       …На вторые ворота Влад наткнулся, когда уже почти потерял надежду их найти. Почти ползком облазив три стороны, он залег в траву, когда вдруг услышал рядом разговор. Парни явно ничего не опасались и говорили, даже не пытаясь приглушить голоса. Обсуждали какой-то футбольный матч, гостей явно не ждали, и Влад рискнул поднять голову. Ворота были новенькими, коваными. И явно не автоматическими, судя по внушительной цепи, которая держала сомкнутыми створки. А еще они не доставали до земли. Мило… Кто-нибудь вроде полковника Умарова не пролезет, а вот он может попытаться. А Димка так вообще даже нижний край не заденет.       Влад приподнял голову еще выше, пытаясь понять, откуда доносятся голоса, и, не удержавшись, фыркнул. Охраннички, бля… Сидят у открытого окна в КПП и смотрят телевизор. Влад проверил, далеко ли вышка, и рискнул приподняться, заглядывая в окно. Мониторы внешнего наблюдения, перемигиваются огоньки каких-то индикаторов… Ага, есть лампочка тревоги. Надо полагать, что периметр нашпигован всякой электроникой и, если что, она начинает мигать. Глупо. Ничего так не расхолаживает охрану. Хотя не ему на это сетовать.       Снова вжавшись в землю, Влад пополз вдоль стены, мимо ворот и рискнул проникнуть внутрь, только когда от случайного взгляда охранника его надежно закрывало само КПП. Здесь разговор был слышен громче, четче, но Влад вслушивался не в слова, а в интонации. Спокойные, скучающие. Значит, можно попытаться.       Пролезть под воротами ему удалось с трудом. Мешал прибор ночного видения, висящий на шее, и пистолет, задеть которым нижний край Влад боялся. Но в конце концов ворота остались позади. Влад ящерицей скользнул в угол, куда не доставал свет прожекторов, и замер, оглядываясь. Вскинул голову, улыбнулся, схватился за край подоконника открытого окна, подтянулся и перевалился внутрь помещения. Вжался спиной в стену, оглядываясь, и выдохнул. Судя по слою пыли и обломкам, сюда лет десять никто не заглядывал. Тем лучше для него и хуже для противника.       …То, что зданием не пользуются, Влад понял уже на пятой минуте путешествия по длиннющим коридорам. Всюду царило запустение и разруха, под ногами то и дело хрустели осколки, и Соколовский каждый раз неизменно замирал, прислушиваясь. Но все было тихо. Коридоры не освещались, но ему хватало света прожекторов с улицы, так что даже не пришлось использовать фонарик.       А потом он завернул за какой-то угол и тут же отпрянул назад, молясь про себя, чтобы камера наблюдения под самым потолком не засекла его. Ага… Значит, контроль какой-то все-таки есть. Или он просто подошел к рабочей зоне.       — …свежий воздух.       — Не болтайте ерунды, капитан. Нижние этажи прекрасно вентилируются. Так что внизу такой же свежий воздух, как и там, на поверхности.       — Вы ведь прекрасно меня поняли. Меня в дрожь бросают эти ваши подземелья. Почему нельзя было устроиться здесь? Отличное здание, просто небольшой ремонт и…       — Это не ваше дело. Так безопаснее. Для всех нас. К тому же уровень радиации под землей гораздо меньше. Наш лифт приехал…       Тихий звон, шаги, слова приветствия. И голоса изменились.       — Когда приедет машина с цементом? Все выходы из подземелий должны были быть запечатаны еще два дня назад!       — Завтра к вечеру по всем расчетам.       — Послезавтра приезжает… — Но кто приезжает, Влад уже не расслышал. Голоса словно отрезало. Скорее всего, за говорившими просто закрылась дверь. Соколовский выдохнул и направился обратно. Больше ничего полезного он все равно не узнает. А еще нужно выбраться из здания и территории НИИ. И хотя бы попытаться вернуться к стоянке.

***

      Дима проснулся незадолго до рассвета. Продрогший до костей и какой-то совершенно разбитый. Влада все еще не было, а над периметром НИИ заревом полыхали прожектора, освещая пространство вокруг на добрую сотню метров.       Дима выругался и сполз назад за пригорок. Закутался в спальник и зажмурился. Что делать, если Сокол не вернется? Их здесь ждали. Кто-то слил информацию о них в конторе, а значит, сообщать о себе напрямую нельзя. Чем больше людей знает — тем лучше. Связаться с Умаровым? Не самая гениальная мысль. Перестраховка, не более того.       Нет, нужно подождать. Сокол не ребенок, не скаут какой-то. Он боец и боец тренированный. Он вернется.       Дима глотнул воды из фляги и зажмурился. Хотелось спать. Отчаянно. Он слишком сильно устал для того, чтобы адекватно действовать в усложнившейся обстановке.       Соколовский, ну где же ты?       Тот вернулся не раньше, чем через час. Весь в пыли, траве и земле. Рухнул на землю рядом со свернувшимся в клубок от холода Димой и надолго припал к фляге с водой. Прожектора вырубили пятнадцать минут назад. И обратно он почти летел, лишь изредка оглядываясь. Взвод наемников за ним не гнался. Значит, удалось уйти чисто.       — Почему не спишь? — он скинул пыльную куртку и, достав салфетки, принялся с ожесточением оттирать руки и лицо от пыли.       — Не м-м-могу… — выдавил Дима. Напряженный взгляд ощупывал его тело, точно пытаясь увериться, что с Владом все в порядке, что цел и невредим. Цел. И невредим. Хорошо.       Соколовский закончил с процедурами, выдохнул и склонился над ним, касаясь кончиком пальца щеки.       — Ты замерз. — Выпрямился, немного поколебался, а потом решительно потянул край спальника на себя. — Двигайся. Все равно еще рано.       Дима послушно подвинулся, освобождая место для Влада.       — Рассказывай, что там? Я н-н-не видел движений. Н-н-ночью они зам-м-мирают. Только пересм-м-м-менка. Здесь тоже тум-м-м-ман, только по эту сторону холм-м-ма.       Влад расстегнул рубашку, скинул ботинки и нырнул в уже ставший почти родным спальный мешок. Обнял Диму всем телом, ворча:       — Холодный, как лягушонок. Спи, обо всем поговорим утром.       — Я всегда мерзну по н-ночам-м… — шепнул Дима, буквально оборачиваясь в его объятия. Не просто привык. Он нуждается в Соколе. Как странно и страшно. Нуждается. Сокол приручил его. Наверное, даже сломал, сам того не желая. Действительно придется уйти. Аида больше нет. Остался только Дима.       — Был бы ты девчонкой, я бы на тебе женился, — хмыкнул ему в ухо Влад, прижимаясь губами к виску и медленно, но неумолимо проваливаясь в сон.       Больно полоснуло по нервам. Да. Только вот он не девчонка. Жена и выводок детишек. Как жаль, что ни черта не сбудется. Ни черта.       Двое в спальнике, не считая автомата. Посреди Зоны. Какая, к черту, романтика. Дима закрыл глаза, согреваясь, и уснул.

***

      Наверное, время в Зоне течет как-то не так. Он проснулся рывком, будто ледяной водой окатили да так и оставили в луже приходить в себя и пытаться отдышаться. Бесполезно. Здесь ему, к счастью, не снились сны. Тогда какого черта он проснулся так, будто всю ночь промаялся в кошмарах?       Моросил мелкий противный дождь. Не дождь даже, а какая-то водяная пыль, с каждым вздохом проникающая в легкие, не дающая спокойно дышать. Еще один день. Время на исходе.       Влад спал. Или делал вид, что спит. Он целую ночь шарахался, пусть бы отдохнул. Вот только нездоровое любопытство распирало изнутри, заставляя все-таки разбудить. Легонько погладить колючие щеки.       — Эй, просыпайся.       — Ну что за обращение? Где твои хорошие манеры? — буркнул Влад, не открывая глаз. Правда, попытался зарыться в спальник поглубже, обнял Диму за талию, потерся щекой о грудь и снова засопел куда-то в бок.       — Идиллическая картинка, — фыркнул тот, взъерошив светлые волосы. — Не хватает зонтика от солнца, пледа и корзинки со жратвой.       — И все-таки я на тебе женюсь, — Влад с неохотой разлепил ресницы и потянулся. — Будешь устраивать пикники, а я — не буду давать тебе мерзнуть по ночам, — он смахнул с лица дождевую пыль и коротко выматерился. — Вот только этого нам не хватало…       — Я не Маришка и не Аидочка, — Дима поерзал в теплом мешке и, вытянув руку, притянул поближе оба рюкзака. После недолгих манипуляций кое-как соорудил некое подобие навеса над их головами и снова нырнул в тепло. — Но мне нравится, когда меня греют. Самое время начинать планировать сегодняшний день. Или вечер.       — Еще кого не хватало… Твои девочки прелестны, но на них я бы не женился, — голубые глаза окончательно проснувшегося Влада искрились от смеха. Теплого, необидного. — Здание пусто. Подземелья существуют, и именно там находится база. В здании — только центральный вход. Но есть еще выходы из подземелий. Охрана ни к черту — это хорошая новость. Плохая — все выходы собираются бетонировать. И очень скоро. Карты у нас нет. Но соваться с центрального входа я бы не стал.       — Здесь должны быть бомбоубежища, — Дима не знал, дуться ему на подобное заявление о своих «девочках» или смеяться. — Система вентиляции там старая, но получше, чем во многих новых зданиях. Через эту систему вполне можем рискнуть сунуться, но для этого нужно войти в город. Да, есть еще коллектор. Дерьма там лет двадцать как нет, так что у нас есть шанс.       — Нет, — Влад пару мгновений обдумывал предложение, а потом покачал головой. — Бомбоубежища могут и не быть связаны с нужными нам подземельями. К тому же я на месте строителей замкнул бы всю систему жизнеобеспечения в кольцо, сделав НИИ автономным. Вспомни, он стоит даже не в самом городе, а на окраине. Чтобы на тот случай, если что-нибудь случится, жители города бы не пострадали или их успели эвакуировать. Чтобы идти через вентиляцию, нужно сначала проникнуть в здание. И вот куда я уж точно без схемы не сунусь, так это в вентиляцию. Коллектор — хорошая идея, но, думаю, сейчас он действующий. Там, под землей, целая база. Там живут люди. Как думаешь, они пользуются туалетами?       — Брать будем штурмом? — Дима задумчиво водил пальцем по его груди. — Вот честно, я там не был и мне как-то трудно думать, что же там будет на самом деле. Можем попробовать дать запрос через спутник на планы этого НИИ, только как быстро результат будет — черт его знает. К тому же я тупо опасаюсь того, что нас здесь засветят. Ну, я имею в виду, что сигнал отследят.       — Правильно опасаешься. На КПП у них лохи сидят, но у них мощная техника, которая сама это все отслеживает, как я понял. И в случае чего — подает сигнал. Датчиков движения у них, похоже, нет. Или их нет только за пределами территории. Я пока ждал, когда прожектора вырубят, полазил по ближайшим окрестностям. Нашел пару подозрительных мест. Там могут быть те самые входы в подземелья, а нам нужно вниз. Наверху ловить нечего.       — Пойдем, когда стемнеет? — глупый вопрос. Само собой. Не сейчас же ползти по полю. Это все равно, что выйти и открыто заявить: чуваки, мы — к вам, с приветом от конторы добрых дел сопредельного государства, погрозить пальчиком и сказать «ай-яй-яй…».       — Да. Как я вчера, до того, как включат прожектора. В сумерках. Может, и дождь закончится. Так что есть время еще подремать, если хочется.       — Замечательная идея, я просто чудовищно хочу спать. Знаешь, я ненавижу это место. Оно меня медленно убивает. Оно, наверное, всех так корежит. Но я имел все шансы всю жизнь провести в Зоне. И когда-то мне это нравилось. Я думал, что это до чертиков охеренная работа.       — Возможно, она и была бы такой. Но сейчас ты здесь с другой работой. Один на один с Зоной. Без прикрытия и охраны. Так что, может, тебе бы и понравилось. Но… ты прав. Она ломает. Вчера я думал, что мы друг друга таки пристрелим. Я почти удивился, когда пуля прошла мимо меня.       — Я не собирался убивать тебя вчера. Я хотел тебя остановить. Просто чтобы ты не ушел. Вот и все. Меня от одной мысли, что ты выйдешь в Лес, трясло.       — Я бы ушел, — откровенно, тихо и убийственно-серьезно ответил Влад. — Я редко злюсь до такого состояния, чтобы начать делать глупости, но твои приказы… Спал со мной ты тоже только для того, чтобы я не ушел? — с легкой, необидной иронией поинтересовался Влад.       — Я никогда не спал с партнерами, — покачал головой Дима. — Я хочу тебя, и это единственная причина. Я знаю, что ты ушел бы. Знаю. Тогда мне пришлось бы идти за тобой.       — И тогда бы наша миссия закончилась, — Влад выдохнул и повернулся на бок, осторожно, словно опасаясь, что Дима его оттолкнет, обнял его за талию. — Так что все к лучшему. Не хочу сейчас об этом говорить, но мне не хотелось бы, чтобы наши с тобой… отношения вернулись к состоянию «холодной войны», когда мы вернемся домой.       — Когда мы вернемся, я понятия не имею, что будет дальше. Запомни на всякий случай электронку. На яндексе. Мунривер. Это мой ящик, и он не отслеживается. Я надеюсь. А впрочем, как получится, — Дима легонько коснулся губами его губ. — Спи. У нас еще есть время.       Ощущение падения. И страх. Дима проснулся как от толчка. Открыл глаза. Нет, Влад никуда не делся. Тогда откуда это тошнотворное чувство? Ладно, некогда над этим думать. Солнце садится. Через час будет темно. Пора.       — Влад, — Дима легко тронул напарника за плечо. — Просыпайся. — И с легкой иронией добавил: — Нас ждут великие дела.       Влад коротко застонал от боли в затекших мышцах и с трудом разлепил глаза.       — Дождь закончился?       — Вроде бы да, — Дима высунулся из-под навеса из рюкзаков и поежился. Холодно и сыро. Отличная погодка, чтобы взопреть, пытаясь незамеченными пробраться в катакомбы под заброшенным НИИ.       — Пока доберемся до катакомб этих, перемажемся все, как черти, — Влад с силой потер лицо ладонями. — Я по сухой земле лазил и то вернулся, как из мешка для пылесоса. Ненавижу грязь.       — Хреново не то, что перемажемся, — Дима окончательно выбрался из спальника и принялся быстро одеваться. Ботинки, куртка. Сейчас бы горячего чего-нибудь. Чаю, например. А в идеале — бульона с сухариками. — Следы оставлять будем, как бы осторожно ни шли.       — Если грязь… жидкая, то все следы затянет, — заметил Влад и тоже выбрался из спальника. Потрогал носки намокших ботинок, которые не догадался убрать под навес полностью, и поморщился. Сунул руку внутрь и выдохнул с облегчением: внутри было сухо. Это радовало. Простыть после марш-броска в мокрых ботинках ему не улыбалось совсем. Чихающий на разведке спец — это не смешно, это страшно. — У нас есть сухое горючее. Можно вскипятить воды.       Дима покачал головой.       — Раньше начнем — раньше закончим. Если мы с тобой сейчас горячего напьемся — расклеимся оба. И никакие пинки нас с места не поднимут. Мы не роботы, мы только люди.       Рюкзаки придется оставить здесь. Там они будут только мешать.       — Нам идти в ночь. В подземелья. Я — человек. И я хочу горячего, — Влад сдвинул брови. — Я там всю ночь лазил. Черт… Я дурак, чай надо было пить, как только вернулся. Ты есть будешь? Когда мы вернемся — неизвестно. И как вернемся — тоже.       — Там прессованные мюсли есть. Ореховые. И шоколад. Вот что нужно съесть. Но да, — Дима сполз ниже по склону и добрался до импровизированного туалета. Не вариант жить там, где справляешь нужду. — Я бы не отказался от чая. — Облегчение — облегчением, но кто бы знал, как же хочется в душ! — Дима вернулся и принялся с ожесточением вытираться влажными салфетками.       — Похоже, скоро это будет моей единственной заветной мечтой, — с тоской выдохнул Влад, роясь в рюкзаке и извлекая плитку шоколада из его недр. Сорвал обертку и откусил кусочек. Шоколад тут же растаял на губах, и Влад облизнулся. После галет сладкое пошло «на ура». И плевать, что желудок начал ворчать. Зато настроение поднялось.       — Вернемся — и я обязательно свожу тебя в свое любимое кафе. Там будет настоящий чай и самые вкусные пирожные из всех, что ты только пробовал, — улыбнулся Дима.       — Ты сладкоежка, я уже понял, — Влад отразил его улыбку. — Шоколад будешь? А то я весь съем и тебе ничего не останется.       — Кушай, — тот только качнул головой. — Я не хочу. Да и нельзя мне много. Испорчу фигуру. Совершенство требует жертв.       — При здешних нагрузках тебе это не грозит, — Влад только вздохнул, а потом встал и подошел к Диме. Этому упрямцу нужно съесть хоть что-то еще, кроме осточертевших галет. — Хоть кусочек, Дим, — он поднес к его рту плитку нетронутым его зубами концом.       — Кусочек, — кивнул тот и отгрыз сразу четыре плиточки. Слизнул подтаявшую крошку из уголка губ. — Не представляешь, как я хочу сейчас на солнышко. В душ, чаю и нормальной еды. Просто-таки душу продать готов.       — Очень даже представляю, — Влад тоже укоротил плитку на пару долек. — Только ко всему этому мне бы еще побриться. Тебе, — он легко коснулся его щеки, — тебе это, похоже, уже не нужно. Ну хоть что-то кому-то Зона сделала приятное.       — А ведь могла побрить с головой вместе, — Дима мысленно содрогнулся. Да. Кто его знает, что случилось бы, не заметь он вовремя паутинку. Может, и в живых бы уже не было.       Слишком быстро темнеет. Из нижней точки укромной их ложбинки вверх по склону пополз туман. Тронув за руку Влада, Дима кивнул в сторону склона.       — Опять. Вчера он пополз, когда ты ушел.       Влад резко развернулся, застыл, о чем-то думая, а потом сорвался с места.       — Туман — это хорошо, Дим. Это очень хорошо. Это такой, как был тогда, в первый день наш здесь. И если мы успеем, то сможем под его покровом добраться до стен, даже не пригибаясь. Главное, идти вместе с ним. Нам хватит видимости, но с такого расстояния нас в его клубах никто не увидит, — он заметался по «лагерю», молниеносно собираясь и то и дело поглядывая на стремительно приближающиеся клоки непроницаемого тумана.       — Туда идем в связке. Я не хочу тебя потерять. — Дима аккуратно накрыл оба рюкзака какой-то маскировочной сеткой, поправил оружие на перевязи, проверил магазины в запаске и присел, разматывая тонкую прочную веревку, на обоих концах которой болталось по карабину. Один конец он защелкнул на своем поясе, второй протянул Владу.       Тот молча принял веревку из его рук, обвязал ее вокруг талии, застегнул карабин и кивнул:       — Пошли. Лучше подождать его наверху, чем пытаться успеть за ним, карабкаясь по склону, — поправил автомат, проверил, как расстегивается карман, в который засунул гранату, и неторопливо пошел вверх, поминутно оглядываясь на ползущий за ними следом туман.       — С богом, Влад. — Дима шел рядом, буквально в шаге от него. Непривычно, странно. Не прятаться, просто шагать, как один из призраков Зоны, как этот липкий пугающий туман. Что видят те, кто стоит на стене? Молочно-белую стену, неотвратимо наползающую на бетонное ограждение? Или, может, что-то совершенно иное?       — Подожди, — Влад покосился на туман. Еще есть минутка. — Если у них нет никаких сюрпризов, до входа в подземелья мы должны дойти без приключений: в поле нет ям и ловушек. Опасаться нужно только людей, но туман нам поможет. Но держи нож наготове. Если что, просто режь веревку.       Резать веревку, значит? Дима улыбнулся одними уголками губ. Может быть. Если потребуется. Только прежде он попытается вытащить этого упрямца. А уже потом будет думать, что с этим со всем делать.       Нож здесь же, на бедре, в ножнах. Проще всего полоснуть по натянутой веревке и уйти. Да… проще всего. Только вот лучше ли?       — Нам надо постараться, чтобы на ботинки грязь особо не липла. Не хочу потом в периметре оставлять грязные следы.       — Мы не идем в периметр, — тряхнул головой Влад и собрался. Туман словно лизнул ботинки, спину, и Соколовский шагнул вперед. — Пошли.