Моя игра — мои правила

Глава 8

Он был зол и в тоже время растерян? Был лишь один человек, способный дать отпор Гриндевальду — Дамблдор. Эта девушка заинтересовала мужчину, как волшебница, не побоявшаяся противостоять самому опасному волшебнику всех времен. Он хотел бы узнать о ней информацию, но Геллерт не мог оставаться в Париже, поскольку Министерство Магии могут найти его штаб-квартиру и напасть в любой момент. Геллерт собрал самых приближенных соратников, собираясь сделать объявление: — И так, друзья мои, как вам известно, во время собрания произошла стычка. Нас предали, — спокойно начал маг. — И поэтому, я хочу, чтобы Винда и Трэвис отправились со мной в Лас-Вегас. Остальных я попрошу об одной "маленькой" услуге, — ухмыляясь сказал Гриндевальд. *** Алли была рада, что смогла обдурить такого Темного Мага, как он. Но для чего же был этот спектакль? Хочешь затащить зверя в ловушку — заинтересуй его. Девушка всю жизнь была лучше однокурсников и друзей, делая в своем возрасте то, что не дано было понять другим, даже спустя годы. Алли налила себе кофе в кружку и преподнесла ко рту, вспоминая как все началось. Воспоминания — Он не любит меня, — рассказывала блондинка, запивая свое горе бокалом вина. — Почему? — спросила Вилсон, поедая пасту. — Если бы любил, то мы бы поженились и жили нормальной жизнью, но Якоб утверждает, что не достоин меня, так как мы с разных миров и нам никогда не дадут покоя, — еще больше разревелась Куинни. — В кое-чем он прав, — начала Алли. — У нас в Америке полно строгих законов. Неудивительно, почему волшебники пытаются уехать отсюда. Но в Англии, насколько мне известно, нормально относятся к бракам с маглами. — В этом-то и проблема. Якоб считает, что в Англии также, как и в Америке. — Что делать будешь? — спросила девушка. — Я сказала ему, что поеду в Париж за сестрой, но пока что не решаюсь, особенно после ссоры с Тиной, — ответила Голдштейн. — Она сейчас работает по делу с Кридэнсом Бербоуном. — Погоди, тот самый Кридэнс? — спросила блондинка, на что получила кивок, дающий согласие. — Но как? — Не знаю, — пожала плечами волшебница, — Но одно я знаю точно: за ним следует Гриндевальд. — И что нам делать? Если Кридэнс попадет в лапы этого чудовища, то нам будет конец. — Есть у меня план, и ты мне поможешь его осуществить, — сказала Вилсон, и сделала глоток красного вина. Спустя 3 дня — Абернетти захочет предложить Гриндевальду твою кандидатуру на место нового последователя, — сказала Алли. — С чего бы вдруг? — спросила Голдштейн. — Потому, что ты ему нравишься и он захочет сблизиться с тобой, с помощью твоей новой должности, — ответила шатенка. — Откуда такая информация? — задавала вопросы Куинни. — Он мне сам как-то сказал об этом, на одном из собраний, когда работал в Министерстве. Информация поступила недавно, у меня есть свой источник, — промолвила Вилсон. — Ты хочешь использовать меня в качестве приманки? — Нет, я хочу лишь, чтобы ты одолжила мне свои волосы для зелья. Будем использовать против врага, его же методы, — ухмыльнулась Алли. — Умно, но чтобы Трэвис ничего не заподозрил, тебя нужно немного обучить моему поведению, чтобы не выдать себя с потрохами с 1-го раза, — улыбнулась блондинка. Девушка взяла телефон в руки и позвонила, послышались гудки, и спустя несколько секунд, кто-то ответил: — Привет, ну как все прошло? — спросила девушка. — Я застала его врасплох. Кстати, Якоб поверил, что это ты, пока не увидел, что я не Куинни. У него наверняка много вопросов к тебе, — ответила Алли. — Ты уже во Франции? — Да, буду искать Тину и Якоба. Расскажу им о нашем плане и извинюсь перед Якобом, — ответила девушка. Вилсон встала с кресла и подошла к окну. Утренние лучи солнца красиво падали на вид к Эйфелевой Башне. — Решила извиниться? — спросила волшебница. — Да, думаю, что была не права, он ведь переживает за меня, а я так себя вела.... В общем, мне стыдно и я думаю, что это будет лучшим выходом из ситуации. — Я рада за тебя, — призналась Алли. — Как ты? Планируешь что-то делать дальше? — Да, но пока что не хочу об этом говорить. — Ладно, я пойду, у меня сейчас рейс в Шампань. Думаю, Тина туда приедет, у нас с ней там тетушка Мюлиэль проживает. — Что ж, в таком случае, удачного полета, — сказала Алли. — Спасибо, позвони, если вдруг нужна будет помощь, — попросила Голдштейн. — Обязательно, — сказала Вилсон и бросила трубку. Девушка пошла в спальню и забрала чемоданы, направляясь в сторону выхода из номера. Спустя 2 часа Алли сидела в кресле самолёта, думая о возвращении на работу, и том, как будет оправдываться перед начальством, которому мракоборцы, скорее всего, доложили о ее присутствии на собрании. Об этом она подумает позже, когда вернётся домой. Девушка одела наушники, включая любимую музыку и наслаждаясь полетом, улетая далеко от города, который однажды причинил ей боль.