Звезда Итилиэн

— Я буду возглавлять охрану делегации от Ривенделла. — Соглашусь с Владыкой в выборе, но подробности мы обсудим завтра. На свежую голову всех, кого это касается. И да, Элладан, — Леголас бросил на старого друга насмешливый, с доброжелательной укоризной взгляд, — конечно же, я помню лорда Глорфиндела. Военначальник сдержанно улыбнулся, но занял кресло лишь после того, как поднявшийся поприветствовать его Леголас вернулся в свое. Опустевшую после десерта посуду уже унесли, лишь терпкий аромат молодого вина продолжал смешиваться с цветочным запахом наступающей на Ривенделл ночи. — Мне лестно, что Ваше Высочество запомнил меня, учитывая, что мы встречались лишь однажды. — Глорфиндел почтительно склонил голову, пряча улыбку. — И то, что у Вашего Высочества хорошая память, греет мое древнее сердце. И пусть мужественный воин, одолевший Балрога и ценой жизни спасший множество жизней, улыбался, говоря это, Леголас чувствовал почтение в каждом слове и видел тонкую самоиронию в изгибе губ. — Еще раз прозвучит упоминание про Высочество и древность, и я пожалуюсь на вас Владыке Элронду. — Леголас наиграно нахмурился. — Приму любой приговор от хранителя Ривенделла, — добродушно склонил голову лорд Дома Золотого Цветка. Арвен перевела восхищенный взгляд со своего друга и воспитателя на Леголаса, близнецы дружно кашлянули, а Леголас с улыбкой покачал головой, конечно, заметив, как приподнялись уголки губ лорда. Тактичность во всем — от выказывания почтения пусть и значительно более молодому, но стоящему выше по статусу, до шутки. Сам Леголас, несмотря на тот самый пресловутый свой статус, к лорду Глорфинделу испытывал искреннее восхищение и уважение, и даже вспомнил, как удивлен был, когда Совет отправил в составе Братства Кольца его, а не лорда. Тот был более опытным воином, по силе равным многим майар, и был бы более полезен Братству, чем один только Митрандир. Но Леголас именно сейчас, после последних слов лорда вдруг понял то, что тот имеет в виду, что понял сам еще на Совете и что опять же тактично только что сказал. — Все мы знаем, лорд Глорфиндел, что нитями Вайрэ каждому давно соткана его судьба, — с благодарной улыбкой ответил Леголас. — Слова, достойные не принца — короля, — вновь склонил голову нолдо. Леголас поразился, как можно — снова выказать почтение, при этом сделав это так, что пожаловаться Владыке Элронду не получится — лорд Глорфиндел не использовал запретных слов. Арвен и близнецы Элрондионы переглянулись, открыто гордясь и другом детства, и верхом дипломатии одного из самых славных подданных их земли. За прекрасным молодым вином еще немного поговорили о не так давно закончившемся путешествии Братства. Леголас даже не сразу осознал, насколько воодушевленно они с Глорфинделом беседуют практически вдвоем. Лорд слушал с неподдельным интересом, направлял рассказ принца уточняющими вопросами, в нужных местах комментировал, в нужных — молчал, и Леголас со странным чувством обнаружил, что давно не слышал голосов Арвен и близнецов. Недоуменно замолчав, он заметил лишь их восхищенно-заинтересованные взгляды. И не рассказом они были удивлены, сами будучи активными участниками не столь далеких еще событий, а магией общения, что витала за столом под звездным небом. Еще немного поговорили о трехдневном отсутствии самого лорда, по поручению Владыки Элронда объезжавшего пограничные территории, и о результатах этой поездки, порадовались его рассказу о том, как постепенно, но уверенно воскресает и цветет повсюду жизнь, и высказали общую надежду, что отныне собираться им придется только по радостным поводам. — Время действительно позднее, и я, пожалуй, пойду отдыхать. — Арвен первой поднялась из-за стола. — Не буду скрывать, что с каждой минутой, приближающей меня к свадьбе, я волнуюсь все больше. Синхронно и еле слышно отодвинулись еще четыре кресла, плеч Арвен почтительно коснулись пальцы братьев и друга детства, а верный лорд встал, желая подбодрить воспитанницу. — Пора и нам честь знать, — едва Арвен скрылась за поворотом, Элладан обернулся к Леголасу. — К тому же я хочу немного поработать перед Советом. Появилась идея, как лучше использовать твоих лучников, Леголас, если позволишь. Нет-нет, — жестом остановил он Глорфиндела, — вы отдыхайте. Вы только с дороги и будете нам нужны полным сил. Так что мы с Элрохиром справимся сами, а завтра на Совете расскажем. Звездной всем ночи. Второй из братьев помахал Леголасу рукой, поклонился склонившему перед ним голову Глорфинделу и последовал за братом. — Мы остались с вами одни, а я чувствую на себе взгляд стрелка, — раздался тихий насмешливый голос лорда. — Два. Еще кто-то сверлит глазами мой затылок. — Звездной ночи, лорд Глорфиндел, — засмеялся Леголас и, в знак уважения приложив ладонь к сердцу, последовал в сторону одного из выходов с террасы, где навстречу ему из тени деревьев тут же вышли две знакомые фигуры.

***

Более доброго утра Леголас не припоминал. Едва он застегнул тунику, в дверь постучали. — Доброе утро, Ваше Высочество. Владыка Элронд прислал слугу пригласить вас на завтрак. Капитан Ферен поручил мне сопровождать вас. Его и капитана Халдира Владыка попросил обсудить с лордом Глорфинделом внесенные изменения до общего Совета. Леголас сделал вид, что еще толком не одет, и прошелся по всем застежкам, успокаивая вдруг задрожавшие пальцы. От волнения застучало сердце, но принц смог взять себя в руки, чтобы пауза не затянулась неоправданно долго, и обернулся со словами: — Доброе утро, Фраея. Полностью поддерживаю подход Владыки Элронда. Идемте через сад. Сегодняшний день слишком прекрасен, чтобы не провести лишнюю его минуту за пределами даже столько прекрасных и гостеприимных стен. Фраея склонила голову, как подобает по протоколу, и, дождавшись приближения принца, направилась к двери впереди него. Дежурившие снаружи стражники, чутко уловившие звук шагов, отворили створки. Фраея вышла первой и внимательно окинула взглядом путь, хотя здесь-то уж точно ничего ее молодому Владыке угрожать не могло. Дождавшись, когда принц выйдет, Фраея встала у него за плечом и далее не отставала, держа положенную дистанцию. Знала бы она, как Леголасу хотелось сократить ее… Нахлынувшее вслед за волнением желание ощущать эллет ближе уже не оставляли у принца сомнений — рыжеволосая лучница на экзамене метко попала не только во все мишени. Его сердце было поражено на той ночной поляне. — Как вас приняли, Фраея? — завел Леголас разговор, едва они вышли из дворца. — Вас не обижают? Накрапывал небольшой дождь, и густые кроны деревьев сада тут же сомкнулись над головой принца, укрывая и его, и его спутницу. Даже находясь не в своей Пуще, Лесной принц легко располагал к себе творения Йаванны. А из-за того, что ширина тропинки едва позволяла идущим рядом уместиться на ней, почти вплотную друг к другу, рука принца то и дело касалась рукава туники эллет. — Благодарю за заботу, мой принц, — вторил «говору» дождя голос Фраеи, такой же мелодичный и плавный. — Лучники хорошо приняли меня, ни недомолвок, ни недоразумений. Мы все на страже жизни наших владык. Задача у нас одна. — У вас есть шанс стать лучшей из лучших. — Леголас совершенно не льстил, ведь каждый в Зеленолесье знал, что попасть в охрану короля и принца могут только лучшие. — Впрочем, я этому совершенно не удивлен, зная, кто ваш брат. Кровные узы — это сила. Странно, что я не слышал о вас раньше. Мы с Ференом друзья, но он никогда не рассказывал о вас. — Нас учили разграничивать личное и службу. На взгляд Леголаса, Фраея слишком хорошо ее несла, была сдержана и даже во время разговора не переставала смотреть по сторонам. А как бы ему хотелось, чтобы эти глаза смотрели только на него… — Впрочем, я никогда сам не спрашивал, а Ферен не имеет привычки болтать, — кивнул Леголас своим воспоминаниям. — Но вас, Фраея, прошу развеять мою неосведомленность. И уверяю вас, в этом саду мне может грозить только потерять счет времени, настолько прекрасен и он сам, и то, что в нем. Эллет едва заметно улыбнулась. — Ферен старше меня всего на сто пятнадцать лет. Когда я родилась, он помогал родителям при том, что уже и сам служил лучником. Тогда еще простым лучником. Родители мечтали, что я стану придворной дамой, но меня манили лук, клинки и вольная скачка. Мне больше нравилось наблюдать за тренировками брата, чем смотреть, как кухарки замешивают тесто. Нет, готовить я тоже научилась, — вдруг засмеялась Фраея, и Леголас залюбовался ее неожиданно проявившейся непосредственностью, — но стоило послышаться шагам вернувшегося из очередного похода Ферена, как я неслась к нему со всех ног и не слезала с его колен, пока он не рассказывал обо всем в мельчайших подробностях. — Кажется, я начинаю понимать, почему он не рассказывал о вас, — прервал Леголас, — простите, — тут же извинился. — Он не хотел, чтобы наша с ним дружба и расположение отца повлияли на ваше будущее, хотел, чтобы вы всего добились сами, получив в итоге то, что заслужите своим трудом, умом и талантами. — Да, — кивнула Фраея, — Ферен сразу сказал, что никакой протекции с его стороны не будет. Но вместе с тем я знала, что его беспокоит моя судьба. Понимая, что придворной эллет из меня все же не получится, что мечта будет биться в душе, подобно соколу в клетке ища выход, он спросил, согласна ли я реализовать ее, но не в Мирквуде. Так я попала в Лориэн к Халдиру. И была искренне благодарна и ему, и брату за такое разрешение проблемы, потому что понимала, что добейся я права служить дома, брат бы постоянно переживал за меня. Конечно, его беспокоило, что это может сказаться на выполнении обязанностей. — Ферен действительно все сделал лучшим образом, — кивнул Леголас. — Вам понравилось в Лориэне? — Я провела там многие годы своей жизни, многому научилась и многое обрела, но сердце, — Фраея сделала паузу, вдруг улыбнувшись явно неозвученной мысли, — сердце, — продолжила девушка, — всегда было отдано настоящему дому. Я знала, что однажды вернусь. Знал и Халдир, когда, отпуская, сказал странную фразу: «Я горжусь, что причастен к одному из самых важных событий в жизни новой Арды». Признаюсь, я ничего не поняла тогда. Леголас от последних слов девушки забыл, как дышать, а также боялся подумать, что Халдир каким-то образом увидел будущее смелой эллет. Хотя, скорее увидела его Владычица Галадриэль, а Халдир мог случайно узнать. Но о каком еще событии говорил Халдир? Важном в масштабах всей Арды… Этого Леголас тоже не понимал, но тут всплыли в памяти сказанные лордом Глорфинделом слова про выбор для каждого. На этой мысли разговор с Фраеей пришлось прервать, так как выйдя из-под живого навеса на террасу, именно Глорфиндела Леголас первым и увидел. Фраея осталась стоять на положенном расстоянии, и Леголас сначала пожалел, что в приготовленном ему кресле он будет сидеть спиной к ней и не сможет украдкой наблюдать, а потом порадовался этому факту — так бы он не смог сосредоточиться. А судя по лежащим на столе свиткам, подумать будет над чем. Завтрак обоюдным решением совместили с началом обсуждения дальнейшего маршрута. До Гондора ехать было много дольше, чем от Зеленолесья до Ривенделла, и стоило все предусмотреть. После завтрака, на котором присутствовали, кроме Леголаса, лорда Глорфиндела и Владыки Элронда Ферен, Халдир и один из помощников лорда, к ним присоединились несколько лучников Зеленолесья и три ривенделлских командира из нолдор. За обсуждением Леголас заметил, как постепенно сглаживаются старые распри и разногласия, и это безмерно радовало. Оставшийся день прошел в неспешной, но бурной подготовке, за ужином вновь звучал смех и воспоминания, лишь однажды воцарилась тишина, когда по просьбе близнецов лорд Глорфиндел в который раз рассказывал о горькой судьбе родного Гондолина. Весь день время от времени моросил дождь, но утро отъезда из Ривенделла встретило путешественников вернувшимся на небосклон диском Анар. По новой расстановке открывали процессию две тройки — лихолесских лучников и воинов Глорфиндела. Сам он ехал рядом с Владыкой Элрондом, следом за ними сопровождали по бокам свою сестру близнецы Элрондионы. Ферен с Халдиром постоянно проверяли движущуюся процессию и попутно находили Леголаса то спешащим к Арвен из леса с букетом полевых цветов, то беседующим с Владыкой Элрондом, то лично помогающим одному из дальних обозов со слетевшим колесом. Одним словом, постоянного места в составе колонны у непоседливого принца не было. Дорога не принесла никаких неприятных сюрпризов, и через месяц или чуть более, на рассвете очередного дня на горизонте показались белоснежные стены Минас Тирита.