Каменные Сердца

Максим немного постарел. Небольшая седина на бороде. Отрощенные до подбородка волосы. Взгляд, как угли потухшего пламени. Всмотришься в них, и, кажется, огня не замечаешь. Но угли тлеют. Тлеют с огромной силой. Медленно, верно обогревают. Обжигают, если осмелишься подойти слишком близко. Но при этом столь настолько неуверенные. Уставшие. Утомленные долгой работой над собой. Своим разумом. Своей душой. Он подошел к двери. Это здание, кажется, было одним из последних памятников уходящих дней. В отличие от всех зданий, выстроенных после начала вакцинации, после начала эпидемии, это здание не являлось небоскребом. Оно не состояло из стекла. Не возносилось ввысь над жалкой землей. Но, словно ратуша, или, может быть, и есть переделанная ратуша неизвестного города, с колоннами греческого стиля, что были скорее декоративными, нежели чем несущими, стояло в одном из важнейших частей корпоративного района. Двойные двери, уходящие за три метра в высоту, сделанные из чистого полированного дерева открывались подтверждением сканера. Максим протянул пластиковую карточку с кодом, составленным в квадрат. Красные лучи осмотрели ее. Переменились цветом на зеленый, одобрительно пискнули. Двери ада были перед ним раскрыты. Здание было воистину великолепно. Не только снаружи, но и внутри. Колонны, будто бы проходили сквозь саму стену. Там, где он мог найти бы их на улице, они оказывались в интерьере внутри. Рисунки золотоватого цвета. Различные статуи, изображавшие те или иные этюды произведений искусства. Будто бы музей, но на самом деле… — Муниципальное учреждение, — проговорил раздраженный, взволнованный голос. Небольшая панель с виртуальной клавиатурой была будто бы специально выстроена для обслуживающего это здание персонажа. Подходила идеально для его роста. Длины рук и пальцев. Небольшой экранчик на металлической подставке, подключенный многими проводами, уходящими в неизвестность. — Простите? — он медленно подошел к мужчине, — что вы сказали? — Когда в первый раз увидел, тоже так подумал, — он поднял визор, заменявший ему глаза на долю секунды, затем вновь его опустил, — Будто это музей. Разочарование. Обычное муниципальное учреждение. — Как вы… — он не успел договорить — Слишком много энергии, — он тарабарил, без остановки, с каждой секундой ускоряя свою речь, — слишком много. Я не работаю на шахте. Я заполняю. Пальцами. Даже не думаю. Слишком много энергии. Нужно ее отпустить. Чтобы отпустить — думаю. В последнее время только о людях. Ведь сейчас это наша работа. Работа. Люди, так? — Мне жаль, — Максим смотрел на его визор. — Жаль — он рассмеялся, не поднимая своего взгляда, — Я сам вакцинировался. Кто знал? Вакцина — спасение. Но где это видано. Видано! Лекарство приносит больше страданий, чем сама болезнь. С ума сойти! Хотел бы я отказаться. А может не хотел. О! Он на минуту притих, устремляясь куда-то далеко, в ту часть разума, где он что-то печатал. — Документ, — из раздражения тон изменился к виноватому, — Прости. Новый запрос. Новый ребенок. Каждый день! Интересно, как дети эти переживают? У меня не будет детей. Это точно. В этом мире я не заведу никаких знакомств. Ни-ка-ки-х. Поверь мне. Дети. Чипируют, вставляют вакцину. Они такие же? Или им немного проще? Надо будет узнать. После работы? После работы не будет сил. Он продолжал бормотать что-то под себя. Постоянно изменяясь в интонации, общаясь с самим собою. — По поводу моего дела, — Скромно, неуверенно проговорил Максим. — Дела! — он удивленно воскликнул, — Дело, точно! Ребенок! Как я мог забыть! Постоянно. Слишком много энергии. Простите. Как вас? — Максим. — Фамилия? — гневно спросил он, — Фамилия? Нет. Ваша фамилия не нужна. Забыл. Простите. Я вас помню. Наизусть. Перед сном повторял. Дело важное. Готово. Все будет готово. Вашего дома больше нет. Как и вас. Точнее, вас никогда не было. Дом было видно на карте. Теперь нет. Никто не заметит. Ребенка доставят. Смотри почтовый ящик. Старый, давно никто такие больше не использует. Смотри его. Каждый день. Не знаю, когда приедет. Не знаю, когда положат. Смотри. Утром. Днем. Смотри. Вечером тоже заглядывай. Не забывай. Хорошо? Максим посмотрел на него. Он не общался до этого с вакцинированными. Ему казалось странно находиться в его обществе. Неловко. Неприятно. Он буркнул себе под нос слова благодарности, собирался было отправиться дальше. Мужчина схватил его за руку. — Я трачу секунды своей жизни, сжигаемые нервные клетки ради этого мига. Я отвлекаюсь от работы. Каждая секунда — годы жизни. Нервны уничтожаются. Я говорю тебе. Спаси его. Спаси себя. Спаси нас. На тебе ответственность. Он наш ключ. Он наше спасение. Он резко отпрянул. Закричал, взялся обеими руками за голову. Повалился на пол в конвульсиях, пару минут молотя кулаками по полу. Затем, замолкнув, успокоился. Навсегда.