Каменные Сердца

В квартире осталось четыре человека. Помимо уже известных Максиму незнакомцев, неизвестным оставалась новая персона, приглашенная, кажется, уже самим оратором. Высокого роста, в меру «тонкий», худощавый мужчина казался персонажем образованным. И не только от его высокого лба и орлиного носа, но и дерзкого взгляда, вечно поддерживаемого рукой челюстью, как знаменитая статуя Родена. Кажется, пока напрямую к нему не обратишься, тот не откажется от своих размышлений. Утонет в своих мирах воображения. А дерзок взгляд не от ярого характера. Не от необычайных идей и великой храбрости. Но от необычайности мысли — о этом говорила его взгляда спешность. Переменчивость. — Приятно с вами познакомиться, Максим! — он искренне улыбнулся, предлагая ему свое рукопожатие — Приятно познакомиться, — Он неловко улыбнулся, принимая рукопожатие — Ольгерд! — не снимая улыбку ответил тот, — простите мои манеры! Поймите, ситуация! Одного из моих верных друзей вы уже знаете, — он указывал рукой на компаньона Максима, — Ярослав! Уверенный мастер ткацких дел, по совместительству член нашего небольшого общества. Этот молодой человек, — он знаком подозвал ушедшего в свои мысли мужчину, — Алексей. — Приятно познакомиться — Максим пригласил бывшего незнакомца к рукопожатию. — У нас очень мало времени, — начал Ольгерд, — вы, Максим, уже слышали. Грядет война. Бойня. Многие из тех, что вы сегодня видели — погибнут. Не ручаюсь, что все. Хотят они того или нет. Уничтожение ждет каждого. Эту войну нам не победить. — Я вам в этом не помогу — Вы нам в этом не поможете, это так, — он утвердительно провел рукой, — Только надежды спастись у нас больше нет. Но надежду спасти — еще подарить можно. — Спасти? — Максим сложил руку на руки. — Спасти! Спасти — все человечество. Лекарство… — Лекарство? — в его голосе чувствовалась тревога — Лекарство. Мы его нашли. Да, не стесняйтесь, здесь все знают о вашей особенной привилегии. О том, как вы ее получили. Почему вы не вакцинированы, но живете в корпоративном районе. Почему целостность дозаторов проверяют — но у вас нет. Почему из-за тумана страдаем мы, а вы нет. — И что дальше? — Он побледнел. Его руки дрожали — Мы не ждем от вас расправы. Мы не так злы, как глаголет экран пропагандиста. Налеты на грузовики? Лишь от того, что им никогда не было суждено добраться до нашего района. Постановки — удел корпоративного района. Вводить в заблуждение. Пропагандировать. Настраивать против нас.  — Что вы мне предлагаете? — Лекарство. Когда мы умрем, кто-то должен будет его взрастить. — Взрастить лекарство? — он был неподдельно удивлен, — как растение? — Если считать человека — растением, тогда да. — Человека? — Ребенок, точнее. Он уже зарегистрирован в распределительной системе как новорожденный корпоративного района. Вы — отец. Формально, конечно — Ребенок — лекарство? — Единственный человек с врожденным иммунитетом от тумана — Я — отец? — Единственный человек, привилегия которого позволяет ему укрыть лекарство от злого ока. — Это сумасшествие! — Это единственная надежда на наше спасение. — Это невозможно! — Мы предоставим вам все документы. Они все объяснят. У вас достаточно времени на размышления. До первого года жизни, как вы наверняка знаете, все дети проходят сквозь распределительный центр. — Лекарство… — он опустил взгляд на пол, бормотал про себя, — от тумана! — Если об этом узнают, вам не искать дальнейшей спокойной жизни. Вы, конечно, вольны нас сдать. Рассказать все хоть прямо сейчас. Нас ждет смерть. Но ваше решение — надежда на дальнейшую жизнь других из нас. — Мне нужно подумать. Ольгерд протянул руку к подсумку, вытаскивая файл со стопкой листов. — Прочитайте внимательно. О всем подумайте. Очень внимательно. Если решитесь — приходите. Мы найдем вас. Пароль не изменяется.