И ему плевать на твои боль и слёзы

Отныне всё будет хорошо… Подумали они, но для счастливого конца пока ещё рано. В палату зашли родители Аю, нарушив тем самым тишину, поэтому парни сразу же отстранились друг от друга. Мама у него выглядела как та самая стереотипная бизнес вумен, а отец вполне молодо для своих лет. — Ты! — вскрикнула женщина, посмотрев на Эша. — Ты виноват, что мой сын оказался здесь! — П-простите, — на Асета нахлынули воспоминания из детства, когда на него также кричали родители и, отобрав все игрушки, ставили в угол на колени на гречку. Он спрятался под одеяло, надеясь сбежать от всего этого. — Чего прячешься?! — возмутилась та, подойдя к койке Эша. Она уже было потянулась, чтобы сдёрнуть одеяло с Асета, как Аю схватил её за руку, не давая этого сделать. — Мама, — полушёпотом проговорил Султан, помотав головой. — Не делай того, за что потом будет стыдно. — Почему ты его защищаешь?! Из-за него ты оказался здесь, — женщина искренне не понимала, зачем Аю это делает. Ведь именно из-за Асета Султан всё время получал эти увечья, а теперь лежит в больнице. — На то есть причина, — Хаир отпустил руку матери, когда убедился, что та передумала делать то, что хотела. — Какая может быть причина?! Он довёл тебя до такого состояния и должен ответить за это! Султан услышал всхлип со стороны Асета. Ну вот, опять довели… — Выйдем? — предложил Аю. Эшу лучше больше не слышать вообще про ситуацию, произошедшую вчера. Женщина в последний раз одарила Асета злобным взглядом и, кивнув, направилась к выходу из палаты. — Не переживай, всё хорошо. Они тебя не тронут, — обратился Султан уже к Эшу, погладив того через одеяло по голове. — Пап, ты тоже выйди, — сказал парень. Мужчина его послушался и ушёл вслед за женой. — Я скоро вернусь, — бросил Аю и, прихватив с собой стойку с капельницей, вышел в коридор. — Как это понимать? — спросил отец. — Так и понимать, пап. Он мой соулмейт, не забывай. — Это абсолютно ничего не меняет, — снова возмутилась женщина. — Он ответит за это! — Не будет он отвечать! — вскрикнул Аю. Его родители аж вздрогнули. Султан ещё никогда не позволял себе так вести себя и говорить с родителями. Но тут они уже переходят границы и Хаир не выдержал. — Давайте вспомним, что мы с ним связаны? Он в первую очередь порезал не меня, а себя. Вы об этом подумали? Или совсем забыли, в каком мире мы живём? — Но он должен был думать и о тебе, — всё пыталась отстоять свою точку зрения женщина. — Он не думал обо мне. О себе он тоже не думал. Ты понимаешь, в каком он был состоянии? Он и сейчас думает, что не нужен никому, а ты всё больше его вталкиваешь в это дно. Ты же взрослая женщина, а не понимаешь таких элементарных вещей. Почитай книгу по психологии что ли, — сказал Султан, закатив глаза. Почему он должен ей всё это разжёвывать? — Да как ты- — Да как я?! Мам, раз ты так волнуешься обо мне, то дай мне возможность вытащить его из этого состояния и просто не трогай его, — Аю хочется пойти к Асету, а не ругаться тут с ними. — Окей? В худшем случае это всё продолжится. Ты же понимаешь, что, раз человек стал резаться в попытке суицида, это уже серьёзно? — Тц…ладно, — всё-таки смирилась женщина со взглядами сына. — Ты хотя бы скажи: хорошо себя чувствуешь? Вы были без сознания со вчерашнего дня… — Да, всё хорошо, — ответил Аю, потерев виски. Он надеется, что мать и вправду смирилась и не будет приставать к Эшу больше. — Могу идти? — спросил Султан. Его родители переглянулись. Они планировали посидеть и пообщаться с сыном, но, поняв, что они уже обо всём, о чём надо, поговорили, мужчина и женщина кивнули, после чего Аю вернулся в свою палату, где Эш всё ещё прятался под одеялом. — Эй, ты чего? — его тон сменился с грубого на ласковый. — Они уже ушли. — Я ведь и вправду всё только порчу, — проговорил Асет, вылезая из-под одеяла и посмотрев на Аю. — Ты пострадал из-за меня, прости… — Давай ты тут не будешь это самое, — Султан не смог быстро подобрать слова, поэтому получилась такая каша. — Ничего ты не портишь. А в данном случае тебя можно понять. Я тоже сталкивался с таким состоянием…правда до резания вен не доходило, — Аю сел на край койки Эша и приобнял того, начиная поглаживать по плечу. — Но я тоже думал, что никому не нужен и всё только порчу. Но я понял, что есть люди, которым я нужен и которые будут меня поддерживать и утешать если что. У тебя есть я и, если ты сам очень захочешь, у тебя будут друзья, — Асет молча перевёл на Султана взгляд, проверяя, говорит ли тот искренне или все слова сказаны из жалости. В глазах Аю не было и капли намёка на то, что он лжёт. Вздохнув, Эш положил свою голову Хаиру на плечо и закрыл глаза. — Хорошо, — спустя минуту молчания заговорил Асет. — В этот раз я тебе поверю, — на лице у Султана появилась улыбка, но Эш этого, само собой, не увидел. — Вот и отлично, — сказал Аю, чуть отстранив от себя Ашмакына и посмотрев тому в глаза. — Пойдём искать тебе друзей, когда нас выпишут. И, может, сходим в магазин, купим тебе чего-нибудь? — предложил Султан и впервые увидел на лице Асета улыбку. Искреннюю, а не натянутую просто ради того, чтобы от него отстали. — Да, хорошо, — ответил Эш, отведя взгляд. Теперь-то уж точно всё будет хорошо…