неземное

- А вот эта девушка не хочет сниматься? – внезапно громко спросил фотограф, указывая на меня. Я обернулась, думая, что, верно, что-то путаю. Я не состою в этом сообществе. Чёрт, да у меня даже нет тик тока, а на страничке в инстаграме от силы наберётся пятьсот подписчиков. Зачем бы понадобилось меня снимать? Кроме прочего, лишних денег на шикарные фото сеты в моём кошельке не найдётся. - Эмм.. нет, спасибо, - пытаюсь вежливо отказаться я. - Ну Мила, не будь соплёй, - застонала Рената. – Двигай сюда, прошу тебя. - Но я правда не хочу. - Вы очень миловидная, и я уверен, что фото будут огненные. Послушайте вашу подругу, - стал вторить Ренате фотограф. Понятно, что он это говорит, так как ему надо отмывать деньги. Но я уже начала чувствовать себя неловко из-за того, что меня все упрашивают, и решила согласиться. Неуклюже встала и медленно направилась к своей несносной подруге. У кромки воды я застыла, уткнувшись взглядом вниз. Понятия не имея, что делать. И тут мою голову окатило холодной водой. Это Рената полила меня из пластиковой бутылки. - С мокрыми волосами красивее, - пояснила она. - Надо предупреждать! – взвизгнула я и кинулась на неё. Смеясь, мы обе повалились в воду. Когда я вынырнула и начала отхлёбываться, фотограф попросил не менять положения, так как кадр получался идеальный. Он только сказал сесть определённым образом и сделать мечтательное выражение лица. Я была сконфужена, но под его руководством приняла, по словам Ренаты, «эпически крутую позу». Спустя три-четыре кадра я вошла во вкус. Всё, чему я в своё время научилась в модельной школе, всплыло на поверхность моего сознания. Руку сюда, ноги — вот так, брови приподнять, голову чуть наклонить, приоткрыть губы. И вот оно, это ощущение власти, когда каждой клеточкой тела чувствуешь, что взгляды окружающих сосредоточены на тебе. Я всегда поражалась, как во мне совмещается непомерная застенчивость и жажда этого восхищения посторонних людей. Но всё было именно так. Момент абсолютной уверенности в себе, контроля над окружающим. Следуя какому-то неясному внутреннему позыву, я начала искать глазами Винни. Увижу ли я и в его взгляде восхищение? И перед тем, как на меня сверху повалилась Рената, и мы снова стали барахтаться в воде, я успела заметить, как он быстро куда-то уходит, ссутулив напряжённую спину. К обиде внутри меня примешивалось непонимание. Почему он вдруг так быстро ушёл? Неужели из-за меня? Может, я перебрала с позированием? Ему стало за меня стыдно? - Ты чего такая? – стала приставать Рената по дороге домой. - Какая «такая»? – прикинулась дурочкой я. - Недовольная. Фотки же классные получились. И было весело. Еда вкусная. Так что не так? - Всё так. - А что тогда это за мина? — Это моё обычное выражение лица. Расслабленное. Она снова хотела начать пилить своё, но я успела перевести разговор: - А когда нам вышлют снимки? - Через пару дней. Надо ещё отретушировать. Она гордо улыбнулась. - Ты, конечно, красотка. - Сама такая. Молчание. - Так и не скажешь, что тебя беспокоит? - Не знаю… думаешь, я перебрала со всем этим… позирование там…? - Нет! Ни разу! Ты была очень естественной. Если бы я сама не знала эти модельные уловки, то сказала бы, что ты вообще даже не позируешь. Мне немного полегчало. Когда мы подъехали к Хайп Хаусу, было уже совсем темно. Безоблачная ночь окутала отвесные скалы в округе своей таинственной тишиной. Опылённое звёздами небо казалось бездонным. Воздух стал чуть прохладным. Я вылезла из машины и запрокинула голову. Все мелочные переживания и страсти людей меркнут от того эффекта, что оказывает на разум природа. Наедине с ней ты понимаешь, что у мира нет ни начала, ни конца. Что жизнь одного человека – крупица в… - Кто надрочил в моей машине? – голос Алекса Уоррена. – Народ, серьёзно! Вы тут играли со своими пенисами, а мыть всё мне?