Extracurricular Activities / Внеклассные занятия

      — Итак, вы можете видеть на примерах на доске, где f(x) известно и ограничено интервалом интегрирования, это называется... — речь Мью прерывается звуком открывающейся двери лекционного зала.              Он, как и все в аудитории, поворачивает голову и видит врывающегося на лекцию Галфа Канавута.              — Кхун'Канавут, — говорит преподаватель фигуре, поднимающейся по лестнице к свободному месту, — спасибо, что присоединились к нам, — он переводит взгляд на свой ноутбук. — ...Опоздание на 34 минуты. Надеюсь, вам не составило труда прийти на лекцию.              — Совсем нет, господин, — мгновенно отвечает Галф. — Как же я мог упустить возможность увидеть ваше милое личико этим утром?              Смешки студентов разносятся по аудитории, раздражая Мью. Он пристально смотрит на молодого человека, а Галф смотрит в ответ, приподняв бровь и ухмыляясь. Вздохнув, Мью поворачивается обратно к доске и продолжает обучать студентов высшей математике.              Через два часа студенты медленно покидают лекционный зал.              — Кхун'Канавут! — громко говорит Мью пытающемуся прошмыгнуть мимо человеку.              Он видит, как плечи парня опускаются, прежде чем тот медленно поворачивается и смотрит на профессора. Нахмурившись, Галф приближается к Мью, который стоит у доски.              — Что такое? — спрашивает Галф, ненавидя тот факт, что ему приходится слегка поднимать голову, чтобы посмотреть в глаза преподавателю.              — Сегодня вы в четвёртый раз опаздываете на мою лекцию. Вы ничему не научитесь, если так будет продолжаться, — отчитывает его Мью.              Галф закатывает глаза.              — Отлично. И что же вы будете делать?              — Ещё одно опоздание, и я свяжусь с университетом, чтобы вас больше не допускали на пары по моей дисциплине. У меня нет времени на детей, которые не хотят учиться, — строго говорит Суппасит, пристально глядя на студента сверху вниз.              — Я, блять, не ребёнок!              Неожиданная вспышка гнева повергла в шок и Мью, и самого Галфа. Прочистив горло, студент отводит взгляд от пугающих глаз профессора.              — Могу я идти? — бормочет тот, глядя в пол.              — Следующая пара в пятницу. Не опаздывайте, — напоминает ему преподаватель.              Галф кивает, поворачивается и чуть ли не выбегает из аудитории.       Мью наблюдает за удаляющейся фигурой, гадая, явится ли студент вовремя на следующую пару.              В пятницу утром Мью смотрит на своё отражение, заканчивая застёгивать рубашку. Закатывая рукава до локтей, он невольно возвращается мыслями к одному из своих студентов. К парню с прямым носом, пухлыми губами, роскошными чёрными волосами... И идеальной задницей. Мью замирает и качает головой. Нет, он не должен так думать, Галф — один из его студентов. Но парень всё равно вторгался в мысли Мью с самого начала семестра, последние две недели. Мью впервые ведёт занятия после того, как получил докторскую степень, и, выбирая вводный курс для первогодок, он не думал, что у него возникнут какие-либо проблемы. Боже, как же он ошибался. С первой же пары Галф опаздывает, врывается в лекционный зал и ворчит себе под нос, проходя мимо него. Сначала Мью отмахнулся: первый учебный день в году. Но потом эта история повторялась раз за разом, в итоге превратившись в привычку Галфа опаздывать и прерывать его лекции.       В понедельник Мью не лгал: если Канавут опоздает на сегодняшнее занятие, он запретит ему появляться на своих парах. Он не хочет тратить время на обучение того, кто не хочет учиться.       Вздохнув, Мью хватает свой портфель с ноутбуком и покидает квартиру. Садясь в машину, он включает радио, пытаясь выбросить из головы Галфа Канавута. Он запомнил только одно имя. Никто из других студентов не сделал ничего достаточно запоминающегося, чтобы Мью узнал их имена, но этот ребёнок... От одной мысли о нём у Мью закипает кровь. А ещё у него встаёт.              Мью прекрасно знает, что ему не стоит думать о Галфе в таком смысле, но он ничего не может с собой поделать. Впервые увидев фигуру Канавута, он был очарован. Тёмные волосы, украшавшие макушку Галфа, длиннее и пышнее, чем у Мью, из-за чего слегка падают парню на глаза. И, как заметил Суппасит, они слегка подпрыгивают всякий раз, когда Галф входит в аудиторию, полностью разрушая имидж плохиша, который студент очевидно пытается создать. У Мью редко получается разглядеть лицо Галфа, ведь он всякий раз будто пытается побыстрее пробежать мимо него. Зато у Суппасита открывается прекрасный вид на зад студента. Это единственное, на что он мог смотреть всякий раз, когда Галф поднимался по лестнице в лекционном зале: то, как джинсы студента обтягивают его зад, заставляет всю кровь в теле Мью приливать к его члену.       Каждый раз, когда студент входит в аудиторию, Мью должен убедиться, что стоит за столом, ведь ему не нужно, чтобы остальные 200 студентов узнали о его странной... влюблённости? Увлечении?       Припарковавшись, Мью оставляет машину и заходит в здание. Сейчас едва ли 7 утра, а пара начнётся только в 8:30, поэтому он решает подойти к своему столу и найти парочку источников для своей лекции перед её началом.              Чуть больше часа спустя Мью заходит в лекционный зал и чуть не роняет свой ноутбук. Посреди аудитории сидит не кто иной, как Галф Канавут. За партами сидит ещё не так много других студентов, так что Мью может с лёгкостью сказать, что это он, по привычному постоянно хмурому выражению на чужом лице. Галф играет во что-то на своём телефоне, поэтому не замечает, что Мью уже зашёл в аудиторию, и только когда он начинает настраивать PowerPoint, студент отрывает взгляд от своего телефона. Склонившийся над своим ноутбуком Мью поднимает глаза и встречается со взглядом Канавута. Он приподнимает бровь, на что Галф ухмыляется и кивает головой.              "Самоуверенный говнюк", — думает про себя Мью.              Сделав глоток из своей бутылки с водой, он приветствует студентов, входящих в аудиторию. Некоторые из них также шокированы, увидев, что Галф уже сидит в лекционном зале. Часы показывают 8:30, и Мью начинает лекцию. В процессе объяснения применения определённых интегралов его взгляд сам собой находит одного черноволосого студента. Галф кладёт голову на одну руку, его пухлые губы поджаты, пока он сосредоточен на словах преподавателя. Когда их взгляды встречаются, в животе Мью появляется какое-то странное чувство. Игнорируя его, Суппасит отводит взгляд от парня и продолжает лекцию для студентов.              В конце урока, когда все уходят, а Мью начинает собирать свои вещи, Галф неторопливо спускается по лестнице и встаёт перед столом преподавателя. Мью замирает и медленно поднимает голову, переводя взгляд на парня.              — Итак... — Галф начинает свою речь, уперевшись одной рукой об парту и навалившись на неё всем весом своего тела. — Получу ли я приз за то, как рано явился на пару?              Блеск в глазах и ухмылка на лице явно говорят Мью, что Галф флиртует. Он закатывает глаза, прежде чем ответить.              — Вы не должны нуждаться в стимуле, чтобы приходить на занятия, кхун'Канавут.              — Ооо, господин Суппасит, у меня всё тело покалывает, когда вы так произносите моё имя.              Мью фыркнул, встал с того места, над которым склонился студент, и положил руки на талию, глядя сверху вниз на младшего.              — Я могу вам ещё чем-нибудь помочь, кхун'Канавут?              — Нет, профессор. Увидимся в понедельник, — пообещал Галф, подмигнув, прежде чем выйти из лекционного зала.              Мью никогда никому бы в этом не признался, но не станет отрицать: возможно, его глаза опустились к этой обтянутой джинсами заднице, поскольку в последнее время она слишком часто вторгалась в его мысли... И, может быть, ему пришлось прикусить губу, чтобы подавить стон, пока он наблюдал, как зад Галфа слегка двигается, когда парень идёт.              В выходные Мью не смог не задаться вопросом: действительно ли он увидит Галфа Канавута вовремя на занятии в понедельник? Но, к удивлению, когда он входит в лекционный зал после 8 утра в понедельник, Галф сидит на том же месте, где был в пятницу. Мью замирает, заметив парня, и его рот невольно приоткрывается от шока. Галф наблюдает за этой реакцией и ухмыляется.              — Лучше закройте рот, профессор. Ещё муха залетит.              Стоило Галфу это сказать, Мью резко закрывает рот, и на его красивом лице появляется хмурое выражение. Всё ещё шокированный и даже немного раздражённый неприятным комментарием, он направляется к своему столу и готовит презентацию к паре. Следующие два часа будут тяжелыми для Мью. Внезапно у него обострилось восприятие одной определённой пары глаз, смотрящих на него сверху вниз, пока он говорит.       И точно так же, как в пятницу, после окончания занятия, когда все уже ушли, Галф медленно спускается по лестнице и останавливается перед партой.              — Сегодня была отличная пара, господин Суппасит, — громко сказал студент. — Я действительно многому научился.              — Рад это слышать, кхун'Канавут. Самое время начать что-то запоминать по этой дисциплине.              Галф задыхается в притворной обиде:              — Вы причинили мне боль, профессор, но я забуду об этом, ведь моё имя так красиво звучит из ваших уст, — Галф опирается на стол и наклоняется ближе к Мью, прежде чем начать шептать. — Если вы продолжите так говорить со мной, вам придётся помочь мне с чем-то помимо исчисления.              Студент ухмыляется, отталкивается от стола и выходит из комнаты, оставив Мью онемевшим и слегка возбуждённым.              Мью всегда гордился тем, что легко умеет читать людей. Он думал, что уже полностью разгадал Галфа Канавута, но этот студент продолжает одновременно удивлять и раздражать его.       На следующее занятие в пятницу Мью приезжает в университет в 7 утра и вместо того, чтобы идти в свой кабинет, он направляется сразу в лекционный зал. Сегодня он будет готов к встрече с Канавутом. Однако, завернув за угол, он останавливается как вкопанный.              — Какого хрена?! — Мью не хотел произносить это вслух, но слова сами вырвались, привлекая внимание фигуры, прислонившейся к двери аудитории.              Галф поворачивает голову к преподавателю и усмехается.              — Доброе утро, профессор. Сегодня мы начали пораньше, не так ли? Самое время, честно говоря. Мне начинает надоедать ждать вас каждое утро перед парой.              Мью рычит, буквально рычит, услышав эти слова, быстро шагает к двери и протягивает руку, чтобы отпереть дверь.              — Эй, — тихо говорит ему Галф на ухо. — Раз уж никого больше нет рядом... Может, нам заняться какими-нибудь внеклассными занятиями?              Мью резко поворачивает голову и недоверчиво смотрит на парня. Как только он собирается сделать выговор Галфу за подобные неуместные комментарии, студент ухмыляется и заходит в лекционный зал.              — Вы очень милый, когда волнуетесь, господин! — громко говорит Галф через плечо, поднимаясь по лестнице и садясь на своё обычное место.              Вздыхая, Мью чувствует, как силы покидают его тело всего-то от одного взаимодействия с Галфом Канавутом. Втащив свою тушку в комнату, Мью садится за стол и достаёт ноутбук, чтобы немного поработать. Частенько приходится устраиваться на стуле поудобнее в попытках скрыть смущающую складку, образующуюся в его штанах.              В следующий понедельник Мью уже не хочет пораньше попасть в лекционный зал. Он даже не выходит из дома заранее. Преподаватель паркуется возле университета ровно в 8:15 утра. То, что раньше было его любимым занятием, так быстро превратилось в пытку. Он жалеет, что завязал разговор с Галфом Канавутом несколько недель назад. Стоило просто позволить ребёнку опоздать ещё раз, спокойно исключить из списка на эту дисциплину и продолжить свою жизнь. Но нет, Мью же не мог так сделать, правда? И теперь он мучается с этим негодником. Это расстраивает: как в моральном, так и в сексуальном плане. Сделав глубокий вдох, Мью выходит из машины с портфелем в руке и направляется в лекционный зал. К моменту его появления половина учеников уже на своих местах, и они явно удивлены, увидев, что их обычно пунктуальный преподаватель приходит на урок за десять минут до его начала.              — А вы сегодня впритык, да, профессор?              Знакомый несносный голос доносится до ушей Мью. Он старается не общаться с владельцем голоса, пока не сядет за стол. Подключив свой ноутбук к проектору, Мью, ожидая загрузки системы, бросает взгляд на Галфа Канавута.              "Вот же наглая сволочь", — думает Мью, продолжая смотреть на студента, который откинулся на спинку стула, скрестив ноги и положив их на стол.              Стоит их взглядам встретиться, Галф приподнимает одну бровь и ухмыляется, увидев раздражение на лице Мью: его действия возымели эффект.              — Уберите ноги со стола, пожалуйста, кхун'Канавут, — говорит Суппасит строгим голосом.              — Ну, раз уж вы так любезно попросили... Всё, что угодно, только для вас, господин, — отвечает Галф, сбрасывая ноги со стола на пол.              Мью не знает, как он нашёл в себе силы, но каким-то образом ему удалось завершить эту пару, не задушив Канавута. За подобное, вообще-то, нужно награждать.              Ноги Мью дрожат после интенсивной тренировки в зале, когда он заползает в свою квартиру днём в четверг. Он едва успевает добраться до дивана, не рухнув на пол. Обычно Мью заставляет себя принять душ, прежде чем прикоснуться к чему-либо в своей квартире после тренировки, но сегодня у него совсем нет сил. Со случившегося на паре в понедельник Мью доводит себя до предела, чтобы выплеснуть разочарование. Тот-кого-нельзя-называть прописался в его сознании на ПМЖ, и с Мью достаточно. Он пробежит сколько угодно миль и сделает кучу отжиманий, чтобы несносный студент вышел у него из головы.              — Дерзкий ублюдок, — бормочет Мью, агрессивно скидывая кроссовки, — кем, черт возьми, он себя возомнил?!              Галф Канавут.       С манящей задницей, пухлыми соблазнительными губами, пышными волосами.       Вызывает у Мью желание вдарить кулаком по стене... Или вжать этого сопляка в стену и трахнуть до бесчувствия. Внезапно почувствовав натяжение шорт, Мью смотрит вниз и стонет, увидев очень заметный стояк. Откинув голову назад, он проклинает собственное тело за предательство, поднимается с дивана и направляется в ванную. Ему нужен очень холодный душ.              Холодный душ не помогает.       И это только ещё больше расстраивает Мью. Он прижимается лбом к кафельной стене, ощущая на коже холодные капли. Член упорно стоит и просит, чтобы к нему прикоснулись, а Мью сжимает руки в кулаки, пытаясь удержаться от немыслимого. Закрыв глаза и сделав глубокий вдох, он желает, чтобы его возбуждение исчезло. Бабушки... Голые бабушки... Щенки... Голые бабушки и щенки?       Ничерта не работает. Вздохнув, Мью дрожащими пальцами обхватывает пульсирующий член. Первое экспериментальное движение похоже на эйфорию. Прерывисто выдохнув, Мью продолжает двигать рукой вверх-вниз. Начав медленно, он начал ускоряться, и в его голове возникает непрошенный образ. Галф... На коленях... С этими прекрасными пухлыми губами, движущимися по его члену...              Мью кончает с громким стоном. Он глубоко вздыхает, видя испачканную стену перед собой.              — Поверить не могу, что сделал это... — шепчет Мью сам себе.              Теперь он чувствует себя ещё грязнее, чем до душа.       Где-то через час Мью наконец вышел из душа и оделся. Войдя в гостинную, он проверяет свой телефон и видит три пропущенных от Тула, его старого друга с университетских времен. Ну, точнее с бакалавриата. Он быстро перезванивает.              — Чел! Где тебя носило, чёрт возьми?! — отвечает Тул после первого гудка.              — В душе был, — отвечает Мью. — Успокойся. Чего ты хотел?              — Ты едешь тусить сегодня вечером.              Мью приподнимает брови, услышав это смелое заявление.              — Я? — спрашивает он, положив руку на бедро.              — Стрип-клуб, чувак. Гейский стрип-клуб. Так вот, брат, никаких мужчин, валяющихся на полу или ползающих по тебе: я угощаю тебя приватным танцем.              — Мне с утра нужно вести лекцию, — неуклюже отговаривается Мью.              Тул стонет в трубку:              — Ну не начинай, чувак. Давай, ещё даже 10 вечера нет. Помнишь, тебя раньше целые выходные не бывало дома?              Мью усмехается:              — Я был на пять лет моложе и в пять раз глупее.              — Аах! Ну пожалуйста, Мью. Не превращайся в старика. Кто знает, может, тебе повезёт сегодня вечером...              Мью вздыхает и трёт уставшие глаза.              — Когда ты в последний раз трахался? — неожиданно спрашивает Тул.              — Не твоего ума дело, — защищается Мью.              — Где-то... Месяцев 6? Год?              Мью стонет, бормоча что-то неразборчивое себе под нос.              — Буду воспринимать это как "да", — говорит Тул. — Ну давай, расслабишься. Что ты вообще собирался делать сегодня вечером? Дрочить на пометки в каких-то документах?              Мать твою! Да знал бы он, что произошло в душе!              — Ладно, ладно! — наконец сдаётся Мью. — При одном условии...              — Что угодно.              — Ты купишь самый дорогой приватный танец из всех, что предлагает этот стрип-клуб.              Едва перевалило за 10.30, и Тул тащит Мью к бару в стрип-клубе. «Гейдар» — простое и эффектное название, но интерьер внутри оказался элегантным и вызывающим. Мью представил, как люди когда-то здесь потягивали виски, читая недавно опубликованную научную статью, до того, как это место стало магнитом для отчаявшихся геев. Теперь виски заменили дешёвым пивом и разноцветными напитками, настоянными на водке и текиле. Мью слишком увлёкся осмотром клуба, и когда перед ним появляется напиток, он понятия не имеет, что в стакане. Суппасит поворачивает голову к Тулу с расстерянным выражением лица.              — Там просто пиво, не парься, — отвечает Тул с ободряющей улыбкой.              Затем тот поворачивает Мью так, чтобы они прислонились к барной стойке и видели всю танцевальную сцену. Там выступает очень подтянутый мужчина с покрывающими тело татуировками. Он чувственно танцует, медленно снимая одежду, и опускается на колени, следом ложась на сцену. Мью одобрительно наблюдает за ним.              — Нравится представление? — спрашивает Тул из-за спины.              — Может быть... — пожимает плечами Мью.              — Поверь, он — ещё не лучшее, что ты увидишь этой ночью.              Полтора часа спустя выпивший четыре кружки пива Мью чувствует себя куда более комфортно, наслаждаясь происходящим. Сев подальше от танцпола, он смеётся, оживлённо разговаривая с Тулом. Сейчас Мью благодарен, что друг позвонил ему этим вечером.              — Эй! — перекрикивает музыку Мью. — Спасибо тебе.              — За что? — интересуется Тул.              — За то, что вытянул меня сегодня. Кажется, мне было это нужно.              Тул улыбается.              — Именно для этого и нужны друзья. Но... Вроде как, я тебе ещё кое-что должен...              Мью хмурится.              — Что?              — Самый дорогой приватный танец из всех, что предлагает этот стрип-клуб, — отвечает Тул, ухмыляюсь.              Мью округляет глаза и качает головой:              — Это необязательно. Я и так веселюсь.              — Не-не-не. Я настаиваю, — говорит Тул. — Я обещал тебе приватный танец, и ты его получишь.              Сказав это, Тул встаёт со своего места и исчезает в толпе. Спустя минуту парень возвращается, улыбаясь.              — Хорошо, — начинает тот, — это место в некотором роде славится одним своим стриптизёром. Он здесь самый молодой работник и...              — Он совершеннолетний? — резко спрашивает Мью, не желая ввязываться в какую-то сутенёрскую историю.              Тул улыбается, закатывая глаза:              — Да, Мью. Ему 23 года. В любом случае, я уже говорил, что его называют "Кана". Говорят, у него самая лучшая задница в Бангкоке.              "Вот это — точно неправда", — думает Мью.              — Этот парень обошёлся мне в 150 баксов.              Мью давится пивом и смотрит на своего друга широко раскрытыми глазами. Только он собирается заговорить, как Тул поднимает руку.              — Не беспокойся об этом, просто не облажайся.              — Как можно облажаться на приватном танце? — спрашивает Мью.              — О, ты можешь найти способ. Просто не говори ни о чём... О физике... Я купил тебе премиум-пакет, так что ты можешь трогать его, сколько тебе угодно. Но за поцелуи придётся доплатить, так что...              Тул лезет в карман, вытаскивает пять 10-долларовых банкнот и кладёт их в ладонь Мью.              — Вот, — говорит тот. — 10 долларов за поцелуй. Развлекайся.              Затем Тул встаёт и вновь уходит. Мью хотел попросить его вернуться, но тот уже растворился в толпе людей.              Он быстро допивает своё пиво, ожидая этого стриптизёра. Чем дольше он ждёт, тем чаще одна из его ног начинает дёргаться. Только вот из-за чего ему нервничать? Это просто приватный танец. Грёбаный танец на коленях за 150 баксов. Если бы он знал, что будет так дорого, то отговорил бы Тула. Лучше бы этому "Кане" быть таким крутым, как о нём говорят...              Прошло почти 5 минут, и Мью уже собирается пойти найти Тула, когда слышит позади голос.              — Вы — Мью?              Мью напрягается, прежде чем повернуть голову. Всё, что он собирался сказать, застревает у него в горле, когда он смотрит на очень раскрасневшегося и почти обнажённого Галфа Канавута.