Я люблю тебя, Сяо

      Прошло уже много лет, хотя бессмертный Сяо не был в этом уверен. Но выдавало количество морщин на лице хозяйки и ее кряхтение, когда та поднималась по ступеням. Или это была не она? Он не был уверен. Кажется, последний человек с которым от общался был Итэр. И голоса в голове.       Солнце стояло в зените, а маленький ветерок трепетал волосы адепта. Опершись о перила балкона, он устремил свой взгляд на долину, раскинувшуюся перед ним. Сколько бы лет не прошло, как бы этот ландшафт не менялся под теченьем времени, устать и перестать восхищаться им было нельзя. Удивительно какое умиротворение дарила Якше обычная природа.       В момент спокойствия, по телу поползли мурашки, и он услышал дыханье. Мало кто мог подойти не то что к балкону, но и к гостинице незамеченным им. Как только чья-то нога ступила на балкон, адепт сразу же перенесся на крышу и взглянул на спину и макушку незнакомца.       Узнал ли он его сразу? Наверное, да. Хоть шаги и были бесшумны, но одного взгляда на его пшеничные волосы было вполне достаточно.       Блондин подошел к перилам и заговорил.       – Думаю, в этот раз я поступаю правильно, милый Сяо. Я все же принес миндальный тофу, – ответил вместо приветствия Итэр. – Прошло уже сколько времени? Я уже и забыл, как делается это блюдо. Так что пришлось его купить, не сочти это за грубость. Незачем скрываться, ну же.       Став полубоком, Путешественник поставил тарелку на стол, стоявший рядом, взглянул на Сяо и жестом пригласил его сесть.       – Итэр… - голос Якши прозвучал тихо и сдавлено. Изменился не только его голос, но и он сам. Со спины он видел только его высокий хвост, но теперь заметил тусклый взгляд. Хоть его губы и изображали некую пародию на улыбку, Путешественник всегда солнечно улыбался, но взгляд выдавал его.       – Сяо. Теперь и правда давно мы с тобой не виделись, – усмехнулся Итэр.       Спокойствие тут же сменилось смятением. Сердце пропустило удар, когда он увидел улыбку Путешественника. Вспомнились его совместные с Итэром моменты. Вроде как, однажды они вместе были на горячих источниках. Просьба одной дамы – изгнание духов, и без Истребителя демонов нельзя было обойтись. Но Итэр все равно в конце потащил его в воду. Прямо в одежде. Он невольно улыбнулся.       Сяо спрыгнул с балкона, и хотел было подойти к нему вплотную, но его инстинкты охотника на демонов остановили его.       Похоже, Итэр это заметил и заулыбался еще сильнее.       – Сяо, я заплатил не мало за еду, все же попробуй. У него удивительный вкус. А если нет, то… Хм… Неважно. – Его голос был обыденным, но когда тот говорил о чем угодно, кроме Якши, то сквозила скука. – Так приятно видеть твое прекрасное лицо снова. Ты не изменился. Все же превосходно любить бессмертных. У них нет морщин. Всегда молоды и прекрасны. Я бы не вынес, если бы ты изменился.       – Итэр, почему ты опять твердишь о любви? Я говорил – любовь чужда мне.       – Я знаю, что ты чувствуешь. Да, чувствуешь, Якша. Мне далеко до твоих лет, но даже с этим я теперь вижу. Я единственный за твою долгую жизнь, кто дарил тепло твоему сердцу. Я единственный, кто мог разогнать твои кошмары. Я единственный, кому ты открылся. Скажешь Моракс тоже мог? Может он тоже любил тебя? Удивлюсь, если нет. Наверняка он много грезил о тебе. Такая хорошенькая Якша. Хах.       – Ты путаешь понятия, Итэр. И не смей оскорблять имя Мастера при…, - Якше не дали договорить. Итэр взял его за горло, а вторую руку положил к подбородку, приподнял его и пристально взглянул на него. Жестокая улыбка поразила его лицо и невольно в памяти всплыл его прежний хозяин.       Блондин был на голову выше Сяо.       – Твой голос прекрасен, но ты не даешь мне выбора. – Рука на шее Якши засветилась. А когда Итэр убрал ее, то там образовалась тусклая метка в форме круга. Внутри круга нарисован иероглиф на непонятном языке. А круг опоясывали черные широкие полосы, словно браслет.       Сяо не видел этого, но чувствовал. А Итэр зачем-то стал описывать татуировку.       – Чуть позже я скажу, что значит этот символ, а может ты уже догадался? – Продолжил объяснять он. – Мне не нравится. Пожалуй, сделаю ее незаметной. Единственной отметкой на твое теле должна быть эта, – кончики пальцев прикоснулись к руке, слегка поглаживая. – Как далеко она идет? Есть ли она на торсе?       Сяо вышел из ступора и со всей силой схватил запястье Итэра. Ему хотелось заплакать. Он мысленно усмехнулся над собой. Бездействие и драка только с хиличурлами сделали из него слабака? С кем он вообще раньше дрался? Вроде как с останками злых богов, ведь так? Давно он не видел скверны. Она осталась лишь в нем самом.       – Я не знаю, кто ты. Итэр остался в моей памяти, и ничто и никто его не оскорбит. Тебе лучше уйти. – Жестко отчеканил Адепт.       – Так ты признаешь, что любишь меня? Раз у тебя есть место для меня.       Кажется, за все время Итэр ни разу не сменил эту фальшивую улыбку на что-то иное. Хотелось растоптать этого самозванца. Как только в голове пронеслась эта мысль, в горле зазудело, и зуд пошел по позвоночнику. Стоило догадаться, что это не просто клеймо, не идиот же он. Черт.       – Ты всегда был умным и догадливым, Сяо. Лучше не сопротивляйся. Но не переживай на счет метки, я никогда не сделаю тебе больно... А теперь отпусти мою руку, – прозвучал приказ.       Это не было больно, это было до омерзения приятно. А еще приятнее было подчиняться.       Итэр сразу взял лицо Сяо в руки и поцеловал его. Целовал ли когда-нибудь его хоть кто? Он не мог вспомнить. Моракс касался губами его лба? Одинокий адепт однажды играл ему на лире? Нет, не играл, это была чья-та история. Абсолютно в этом уверен.       В день признания Итэра, Адепт не мог понять ничего из того, что он чувствует. «Адепты ничего не чувствуют». Откуда тогда берутся полуадепты? А может это с ним было что-то не так? Он не может рассмотреть своих чувств за голосами и ненавистью, скопившихся внутри него? Он хотел сдаться уже очень давно, но его останавливал долг перед Мораксом. Но теперь можно отпустить себя. Это очень приятно – сдаваться. Снова тепло растеклось по телу. Голоса и чувство ненависти исчезли почти мгновенно. Он умер? Нет, губы все еще чувствуют тепло. Итэр.       – Это было хуже, чем с ним, – на секунду в его взгляде проскользила скорбь и отчаянье. Неужели он… Но Якшу снова ужалило в шею. И нега растеклась по телу.       – Просто не думай, – с грустью прозвучал прежний тон старого Итэра. И тот снова соединил их губы, а Сяо попытался ответить в этот раз.       Почва была заложена давно. Якша его полюбит, в этом адепт был уверен, у него нет выбора и никогда не было.