Территория любви (Продолжение к рассказу Один ноль, явно не в мою пользу).

Женя С каждой минутой понимаю, что мне недолго осталось. Да я сломлен, унижен, тяжело выдыхаю. Смотрю в журнал, перед глазами тёмная пелена. А тут ещё он рядом, на расстоянии вытянутой руки. Сверлит меня своим взглядом, видимо думает, какую пакость придумать сегодня. Работа хоть как-то отвлекает, но сейчас я сидел, боролся сам с собою. Веки тяжелеют, нет сил и желания разомкнуть их. Чтобы хоть как-то отвлечься, пытаюсь что-то писать. Мысли, одни мысли, ничего стоящего не выходит. Простые наброски, мои переживания, боль от потерянной любви. Я так люблю смотреть на летний дождь. Под пенье птиц, вспоминать о нашей любви. Вместе нам не быть, и как нам теперь быть? Как с этим жить, ты здесь, а я там. Я тебя никогда не смогу забыть. Помнить буду всегда, и не забуду никогда. Ты моя жизнь, ты душа моя. Стрельцов поднялся со своего места, посмотрел на меня и вышел. Бля, обычно он хоть что-то говорит, а сегодня молча ушёл. Поднялся, прошёлся немного по комнате, отжался пару раз от пола. Как же сейчас хотелось просто упасть, закрыть глаза и спать. И пусть будет, что будет, мне уже ничего не страшно. Пока я двигался всё было терпимо, стоило присесть, как глаза тут же закрываются. Вздрагиваю от малейшего шороха, посторонних звуков. Если он увидит, я труп, мне не жить. Прошло около часа, когда он вернулся обратно. Тихо открыл дверь, он как будто пытался меня подловить в чём-то непристойном. Медленно прошёлся по комнате, остановился позади меня. Не сразу сообразил убрать листок, на котором я написал пару строк своих стихов. Незаметно для него пытаюсь его спрятать под журнал, как его рука коснулась моей руки. В один миг я покрылся потом, по спине сбегали крупные капельки пота. Не смею возражать, только наблюдаю за ним. Как он взял мой листок бумаги, затем прошёл к своему месту. Медленно опустился в кресло, опуская взгляд, вчитываясь в строки стихов. Поднимает взгляд, долго и упорно смотрит на меня. Дышал ли я тогда? Да я сам не помню, одно было ясно, он добился своего. Посмотрел на него, потом тихо поднялся со своего места. Удивлённые глаза лейтенанта, так и застыли на его лице. — Я готов ко всему. Стрельцов наклонил голову в сторону, затем выпрямился, не отрывая от меня своего взгляда. — Синицын, ты обкуренный что ли? — Никак нет, товарищ лейтенант. Видимо мне уже было похую, либо я вообще не думал, что я делаю. Направился к двери, поворот ключа, снова возвращаюсь на своё место. Всё это время лейтенант молча наблюдал за мной, чем ещё больше напрягал. Закрыл глаза, пальцами коснулся ремня на брюках. Одно движение, всё готово для дьявола. Об одном молю бога, пусть это будет быстро, иначе я не выдержу. — Чем быстрее начнём, тем быстрее всё закончится. — Что начнём Синицын? Бля, он ещё издевается надо мной. Не этого ли он всё это время добивался? Разве этого мало, я и так сломлен, у меня нет сил больше сопротивляться. Не открывая глаз, ослабил ремень, расстегнул пуговицу, одну, вторую. Брюки медленно сползли вниз, стою, не зная чего ожидать. Я пытался держаться из последних сил, но сейчас было так противно за себя, за свою слабость. Что меня сломили, что у меня другого шанса спасти себя просто нет. — Приведи себя в порядок, я так не хочу. Открываю глаза, смотрю на Стрельцова, как он изменился в лице. — А как вы хотите? Ну же, говорите, вы же этого добивались всё это время? — Только не так. Сука, я себя не помню, как я сделал те пару шагов в его сторону, затем опустился на колени, рукой коснулся его паха. Тёплая ладонь легла поверх моей руки. Ничтожество, какое же я ничтожество, раз опустился до такого уровня. Крупная слеза скатилась по моей щеке, задержалась на мгновение, на моём подбородке, затем упала на его колено. Пауза, какая тишина вокруг, она добивает меня сейчас. Стрельцов медленно поднялся, затем помог мне подняться. Меня прорвало, я уже не думал о своём унижение, что будет потом. Плакал, руками закрывая лицо. А дальше было то, что я вообще не понял. Он ничего не говоря, сам поправил на мне брюки, застегнул бляху ремня. Отвёл на моё место, всё это время придерживая меня своими руками. Видимо у меня была настоящая истерика, раз я никак не мог совладать с собой. — Тссс, не надо, только не надо слёз. Присел на своё место, я никак не пойму, что сейчас было? Либо он решил меня добить окончательно, или… Это был финал, от усталости, перенапряжения я просто вырубился. Проснулся от испуга, первым делом посмотрел на то место, где обычно сидит лейтенант. Ну пиздец мне, видимо моя жизнь оказалась слишком короткой для меня. Всё было неожиданно для меня. Он сидел на своём месте, затем посмотрел на меня своими глазами, но ничего не сказал. Перед ним лежал мой план, карта метеослужбы. — Я тут внёс кое-какие поправки, в состоянии проверить? Тут же подскакиваю, вытягиваюсь в струну, отвечаю тихо, но чётко. Он ещё раз посмотрел на меня, потом махнул рукой. — Понял, не дурак, просто проверь всё. Мне пора на утверждение. Как я не пытался что-то понять, ну короче, я ничего не понял, что произошло . Меня сменил Саня, передал ему план, затем казарма и вот тут я вообще выпал в осадок. Был готов к наряду, но увы, плохо это или? Да чёрт его знает, может мне дали передышку, чтобы потом добить окончательно? Но с того дня всё изменилось, конечно я всё также жду подвоха. Что вот сейчас всё начнётся и тогда… Но ничего подобного не происходило, Стрельцов загадочно молчал, вёл себя как обычно. Хотя нет, не так всё было. С того раза он как-то сильно изменился. В чём конкретно были изменения, я понять пока не мог. Меня никто не трогал, работал как и раньше, пока в один прекрасный момент он сам не заговорил. — Женя, а это твои стихи? Если сказать, что я был удивлён, значит ничего не сказать. Некоторое время я сидел молча, не зная, что ему ответить. — Трудно их читать, в них столько боли, переживаний. — Товарищ лейтенант, я.... — Да хватит тебе уже, только и слышу, лейтенант, вы. — Извините товарищ лейтенант, но я вас не понимаю. — Максим, мы сейчас одни, и твоя официальность никому не нужна. И хватит мне уже выкать, чувствую себя стариком каким-то. — Так они твои, или слямзил у кого-то? — Мои товарищ лейтенант. — Жень, ты опять? Впервые за всё время он, то есть Максим, назвал меня по имени. Мы что стали дружбанами? Ну да, как бы не так, прекрасно понимаю, к чему он клонит. — Охренеть, всё лежало на поверхности. а я ничего не понял сразу. Смотрю на него удивлёнными глазами, ничего не понимаю. — Нельзя написать такие стихи, не прочувствовав боль разлуки, расставание, безответную любовь. У меня был шок, тоже мне эстет нашёлся, ему-то откуда знать, что такое боль? Разбитая любовь, расставание с любимым человеком. — Ну да, я знаю о чём ты сейчас подумал. Что такой как я никогда не влюблялся, не прошёл через это? Да я и сейчас люблю, только моя любовь оказалась такой же как и твоя. — С чего вы, ты Максим взял, что я пишу о своих чувствах? — Да хватит меня уже лечить, ты хоть когда-нибудь улыбаешься? Ну вот и ответ на все вопросы. За всё это время я ни разу не видел улыбку на твоём лице. Ах да, ты сейчас скажешь, а смешно ли мне было всё это время? Ты прав конечно, идиот, какой же я. Максим вскочил со своего места, быстрым шагом прошёлся по комнате. Опа на, а мы что тоже умеем психовать? В какой-то момент он остановился возле меня, рукой коснулся моего плеча. — Трудно жить когда ты понимаешь что влюбился, а человек не отвечает тебе взаимностью. А я ещё и … Мне никто никогда не отказывал ни в чём, а тут ты . Жень, прости меня если сможешь. Удар под дых, или как это называется? Это типа он в меня влюбился, а потом гнобил всё это время. Таким вот образом он хотел показать свою любовь ко мне? Ну и нравы, вот и пойми у кого какие чувства.