Импринтинг миров - 7 (объединяй и властвуй)

НЕРЕЯ, 70 ДНЕЙ ПОСЛЕ УСТАНОВКИ ПЕРВОЙ ЯЧЕЙКИ БАЗЫ       Посмотрев на брата через глаза Ваэла, Оддерамус осознал, что на время полностью выпал из мира, забывшись в руках эннэшше, потеряв интерес к тому, что происходит вокруг, и дернулся.       – Идем, – Ваэл, улыбнулся.       – О чем шепчетесь? – из душевой, уложив полотенце на плечи, и вытирая волосы, вышел Рахур. – Я почувствовал дальнюю ментальную связь.       – Это был Дерех, – не стал скрывать Ваэл Нар. – Ему требуется моя помощь.       – Ну так иди, – не понял Рахур. – Или ты думаешь, я не смогу сам поухаживать за Ианом?       – Ты не забыл, что я его держу под ментальным подчинением? – чуть приподнял бровь Лорд Арду.       – Хорошо, что ты предлагаешь? – переспросил Рахур, понимая, что сексуальные игры закончились, и начал одеваться. – Ну, или отдай приказ, если ты на это имеешь право.       Ваэл задумался.       – Наверное, я предложу тебе на это время оставить Иана в покое. Сниму с него подчинение, чтобы он смог сам за собой ухаживать, а после мы выйдем, и я закрою за собой эту комнату.       – Я же тебе его подарил, – не понял Рахур. – С чего ты взял, что в твое отсутствие, если ты будешь против, я попытаюсь им овладеть?       – Боюсь, что дело не только в этом, мой друг, – Ваэл пристально посмотрел на Рахура. – После такого долгого периода подавления личности, Иан будет слегка заторможен, и может причинить вред, как себе, так и технике, находящейся в этом керре. Только по этой причине я хочу, чтобы дверь была закрыта.       – Не буду с тобой спорить, – согласился Рахур. – Устраивай его, а я пошел наверх. Может, эннэшше Дереха знают, что случилось.       – Через полчаса я поднимусь к вам, – согласился Ваэл, кивнув Оддерамусу, когда дверь за Рахуром закрылась и была запечатана.       – Сколько времени я провел с вами? – не став мешкать, Одди пустил по телу волну регенерации, чтобы снять усталость с мышц, заодно и очистив его от пота, но потом все же прошел в душевую, понимая, что горячая вода это сделает лучше.       – Около сорока пяти дней, – Ваэл вышел, позволяя ему самому привести себя в порядок, вернувшись уже с халатом и полотенцем.       – Зашибись. И все это время мы были вместе?       – Да. Тебе же брат сказал, что у тебя есть сексуальный отпуск. Могу напомнить, сколько раз ты просил погрузить тебя в состояние безмыслия, чтобы ты даже не думал, что здесь делаешь, наслаждаясь нами.       – Не стоит, все действительно было с моего полного согласия и желания, – качнул головой Одди. – Жаль, что медовый месяц пришлось прервать. Что случилось у Дереха?       – Пока ничего. Но он, кажется, решил немного форсировать события, так что, думаю, мы можем ему понадобиться. Конечно, он пригласил только меня, но держать тебя в ментальном плену, даже если ты получал от этого удовольствие, не вижу причин.       – Сделаем как в прошлый раз? Тело альда останется здесь, а я пойду за тобой в своем облике?       – Почти, – Ваэл поддержал халат, накинув его на плечи альду. – Сейчас я заберу с собой твою душу, мы узнаем, что происходит у Дереха, а потом вернемся сюда, и ты уже будешь в своем истинном облике. Сможешь воссоздать его физически?       – Конечно, – Одди нахмурился. – Но все же интересно, почему так резко?       – Думаю, это лучше узнать у твоего брата. Я не всегда понимаю, чего именно он добивается своими решениями. Даже когда он перешел по линии связи, слившись своим разумом с моим, не смог сразу понять, что он хочет, – Ваэл задумался. – Возникло ощущение его легкого помешательства.       – Снова перетрудился, – вздохнул Оддерамус, а после прошел в комнату, оглядевшись. – Как ты это сделаешь?       – Ты обязательно должен находиться во плоти? Или же можешь некоторое время быть в состоянии энергии?       – Не знаю законов этого мира на данный момент, в будущем мне запрещено появляться вне тела... но давай попробуем оба способа. Только не понимаю, зачем тебе нужно, чтобы я был рядом? Я вполне могу находиться при тебе своим сознанием, как Валль, например, находится при Алесе, – Оддерамус воплотил свой коммуникатор, создав на одежде Ваэл Нар Арду карман, вложив его туда. – Некоторое предметное воплощение я тоже умею.       – Что ж, хорошо, пусть будет так, – согласился Лорд Арду, изъяв душу Оддерамуса из Иана Эллеи, но поместил не в себя, а в заранее оговоренный предмет.        «Прекрасно слышу и понимаю тебя», – тут же получил он отклик.       – Отлично, – согласился Ваэл, приказав Иану восстановить работоспособность тела. – Здесь есть еда и вода. Ешь, пей, спи, – приказал он, после чего покинул комнату, запечатав дверь. – «Что ты имел в виду, когда сказал, что Дерех перетрудился?» – тут же ментально задал он вопрос Оддерамусу.        «Я уже замечал за ним, да и за нами, когда мы были слиты воедино, что когда какая-то задача перегружает нам мозг, то на ум приходят очень неадекватные идеи, которые ни он, ни я никогда бы не сотворили, будь мы в нормальном состоянии. Но как ни странно, эти идеи всегда приводят к очень интересному результату. Словно вместо нашего разума, просыпается какой-то другой. Я бы сказал, что сознание хтура, но не уверен. И да, в этом состоянии Дерех похож на безумца».       – Что ж, надеюсь, что это всего лишь усталость, – пробормотал Ваэл, выйдя из керра, заметив, что Рахур о чем-то допрашивает эннэшше Дереха, и отозвал в сторону Аралана. – Ты знаешь о том, что происходит?       – Ничего серьезного, – улыбнулся тот, посмотрев в район нагрудного кармана Ваэла. – Просто Дерех завершил второй этап подготовки, и взял в руки власть над дар-кэй, перепоручив ее одному из эйрэ, с которым знаком Рахур.       – Они не должны встретиться? – задал вопрос Оддерамуса Ваэл, уже начиная продумывать ситуацию.       – Не думаю, что это столь критично. Память данному эйрэ Дерех мягко перекрыл, так что воспоминания будут подавлены при переходе в реальность. Единственное, что я попрошу вас сделать, прежде чем вы пойдете к ним, вместе со мной навестить дочь Оддерамуса и Дереха. Но Рахура пока лучше оставить здесь. Мы обязательно вернемся за ним и остальными.       – Ты уже знаешь, что делать? – поинтересовался Ваэл.       – Примерно, – уклончиво согласился Аралан. – А точнее, приказы мы получим уже от Ассура. Дерех сейчас не в состоянии решать такие вопросы.       – Что с ним опять случилось? – снова задал вопрос Оддерамус с помощью Ваэла.       – Обиделся, – пожал плечами сайнар.       – Чего?..       – Обиделся, говорю. То, что в своем мироздании разработал СКИП, оказалось ему не по зубам, хотя Дерех себя считает едва ли не всезнающим. И на этом фоне решил закрыться, и переделать линкор дар-кэй. Подобная работа его всегда успокаивает, так что, в этом состоянии его лучше не тревожить. Пройдет какое-то время, и он сам выползет наружу, придумав, как работать с полученными знаниями и возможностями. Если что, для того, чтобы его успокоить и расслабить, с ним находится Ридан.       – Эмпан – поглотитель, – нахмурился Ваэл.       – Именно. И сейчас Дереху совсем не нужен донор. Конечно, хотелось бы ему переправить еще и стабилизаторов, – указал он на Грайба и Богдана, – но боюсь, мы получим отказ. Сейчас из него надо только изымать, так как неизвестно чем закончится взрыв его решений и стремлений.       – Хорошо, последую твоему совету, – согласился Ваэл, а после подошел к остальным. – Рахур, нам с Араланом сейчас надо навестить дочь Дереха. Мне сказали, что она здесь. Я тебя с нами не приглашаю.       – Я бы и сам не пошел, – согласился тот. – Елизария – очень нестабильная особа.       – А вы? – обернулся Ваэл к эннэшше Дереха.       – Вернетесь за нами, – решил что-то для себя Богдан. – А потом переправите нас в те точки, которые укажет Олег. Ассур то есть. – У нас собственное задание.       – Кристиан? – взгляд уткнулся в некроманта, который за эти полтора месяца полностью сжился с дополнениями, встроенными в его тело, а так же, благодаря хоть и кратким, но емким урокам Ваэла, стал куда как сильнее.       – Мне не по пути с космосом, Лорд, – слегка склонил тот голову в благодарности. – Но я был бы благодарен, если бы получил портал по некоторым координатам, где смогу отработать то, чему обучился.       – Один? – нахмурился Аралан.       – Да. Один. Магия смерти не любит живых. Если Алес будет не занят, то я бы хотел его видеть рядом с собой.       – Хорошо, когда вернусь, я исполню твою просьбу, – кивнул Ваэл. – Аралан, мне нужны координаты.       – Розог тебе пучок нужен, и голая жопа Дереха, – буркнул Богдан. – Отлупить его так, чтобы хуйней не маялся.       – Я посмотрю, чем могу помочь вашему ведущему, – согласился Лорд Арду, получив координаты на свой хронометр, воспользовавшись виртуальной картой, с которой его обучил обращаться Кристиан, поставив подпространственный коридор, и шагнул в него, пока еще не открывая выход наружу.       – Наверное, лучше первому выйти мне, – предложил Аралан. – Елизария меня знает.       – Как хочешь, – не стал препятствовать Ваэл, и тут же получил дополнение от Оддерамуса. – Но щит накинь. Лиззи нервная девочка.       – Без щита мы вообще не ходим, – согласился Аралан, выйдя из теневого пространства коридора, и сделав шаг вперед, чтобы оглядеться.        «Прибьет… – вздохнул Оддерамус. – Как пить дать...»       – Посмотрим. Может и обойдется, – тихо произнес Ваэл, готовясь, если что, прийти на помощь, увидев, как перед Араланом материализовалась крепкая, красивая девица, довольно юной внешности. В позе не было никакой агрессии, в руках не наблюдалось оружия, но, несмотря на это, Ваэл напрягся еще больше.       – Елизария, надеюсь, ты меня помнишь.       – Конечно, дядя Арри. Еще бы, мне тебя забыть, – прохладно улыбнулась Елизария. – Что с папой?       – С каким? – нахмурился Аралан.       – Ну не с Дерри же. С Одди. Я ощущаю его довольно плохо.       – По некоторым причинам, он сейчас без тела, – развел руками Аралан.       – По тем причинам, которые в тени портала стоят? – оскалилась Лиззи, сформировав на руке сгусток жизни.       – Не совсем. Прийти к тебе в таком виде, в котором он сейчас, Оддерамус решил сам. Его разум не подавлен.       – Ну что ж, пусть выходит тот, второй. Посмотрю на него.       – Лиззи, – Аралан шагнул к дочери братьев Свер, но та, мотнув головой, отступила.       – Не приближаться. Я знаю кто там, в тенях. И, пока не увижу отца, никто из вас не сделает ни шагу по моему острову.       – Бойкая малышка, – с улыбкой шепнул Ваэл, вытащив хронометр Оддерамуса из кармана, и только потом шагнул из теней, положив кожаный браслет между ними. – Твой отец здесь. Он сам решил так. По некоторым причинам, энергетические тела здесь создавать не разумно, и в этом мы следуем указаниям Адарна Фарринара и Дереха.       Лиззи хмыкнула, кинув на землю физический конструкт тела Оддерамуса, мало чем отличающегося по внешности от Дереха, разве что выглядящего моложе и худощавее.       – Спасибо, родная, – тут же произнес Одди, подтянув к себе хронометр, застегнув его на руке. – Извини, что пришли к тебе с такой просьбой.       – Если это все, то можете уходить, – Лиззи уже собралась развернуться, чтобы покинуть их компанию.       – Елизария, – мягко, но с укором произнес Одди. – Может, проявишь хоть немного уважения?       – Папуля, а тебе не хватило моего уважения в том, что я не стала уничтожать вас всех, как только вы оказались здесь? – удивилась та. – Что я вас выслушала, что дала то, что нужно, и что отпускаю вас, не требуя клятвы о том, чтобы никто не узнал координат моего места расположения?!       – Ваша дочь, Одди, очень остра на язык, – хмыкнул Ваэл Нар Арду, освободив свою ауру, давая понять, кем является, – может, стоит ее немного научить уважению?       – Мы здесь на нейтральной территории, темный, – прищурила глаза Елизария. – Если ты на меня нападешь, то я могу пожаловаться на тебя в совет Основ. Еще скажи спасибо, что на твоего бывшего хахаля не пожаловалась.       – Интересно, чему же ты ее учил, Одди? – удивился Ваэл. – Твоя дочь нарывается. Притом, специально.       – Я ее учил свободе мышления, – вздохнул Оддерамус, протянув руку Ваэлу, с его помощью поднявшись с земли. – Думаю, ее агрессия направлена на тебя по причине того, что ты темный, и в твоей ауре до сих пор видны отголоски принадлежности прошлой семье. Лиззи, Ваэл Нар Арду – мой эннэшше, – обратился он к дочери. – Ведомый. Прими его, прошу.       – Или что? – нагло заявила та.       – Или я ему просто позволю тебя наказать за неуважение.       – Ты! Ему! Позволишь! Ха!.. – Лиззи встряхнула головой. – А что ты ему еще позволишь?! Убивать или миловать? Решать за него будешь, как ему свои дела вести, и кого жрать, а кого нет?!       – Если Одди захочет принимать такие решения, то я могу ему позволить подобную малость власти, – осознав, к чему такая колкость Елизарии, улыбнулся Ваэл, прижав Оддерамуса к себе спиной, положив подбородок ему на макушку. – Так как твой отец действительно, мой ведущий, ему я позволю все.       – Да ну?.. – уже спокойнее отозвалась та.       – Именно так. И прошу прощения за то, что сразу не понял, что тебя заставляет злиться и нервничать. Клянусь вселенной, я не причиню вреда ни тебе, ни твоим близким. То, что связало нас с твоим отцом, куда как глубже, чем любовь и понимание друг друга. Это судьба эннэшше.       – Папа, отойди от него, будь добр, – спокойно, но довольно властно произнесла Лиззи.       – Чтобы ты в него чем-то запустила? – хмыкнул Оддерамус.       – Чтобы я проверила его ауру на ложь.       – О, Боги, Лиззи!.. – вздохнув, Оддерамус отошел в сторону. – Да ты все равно не сможешь прочесть Владыку Тьмы, если он тебе не позволит! Полуоснова, что пытается прочесть Первооснову! Ты еще как-то так пошути, а?!       – Я просто не буду мешать, – спокойно отозвался Ваэл, позволив девушке коснуться своей сути, от удивления хмыкнув. – Однако... Мое почтение, Госпожа Жизнь.       – Мое почтение, Лорд Смерть, – язвительно, но уже не так зло, хмыкнула Елизария. – Ладно, если все действительно так, то идемте, поговорим, – махнула она рукой, направившись вглубь своих владений.       – «Лорд Смерть»? – взглянул на Ваэла Оддерамус.       – Да, в некоторых мирозданиях меня так и называют, – согласился тот. – Я же развоплощение и поглощение жизни, притом, во всем ее проявлении...       – Но я слышал, что Основа Смерти и Основа Жизни являют собой Первооснову... – вмешался Аралан.       – Мы немного не те, кем нас называют, но мы привыкли к подобному, – отозвался Ваэл. – Основы слишком многогранны, и очень многие ведут свою линию от нас, Первооснов. Елизария, пусть и Основа, но довольно сильная. И, я так понимаю, ее очень злит то, что Лиэн лишил ее права развиваться в данной области, заставив переродиться.       – Ее? Злит? – Оддерамус нервно хохотнул. – Нет, ее это бесит. Ты же знаешь Лиэна, он всегда рушит то, что ему не по нраву. Его сил и возможностей, в отличие от ума, на это хватает. Разрушить и запустить аннигиляцию – плевое дело. А вот вернуть то, что забрал, он не может.       – Это могу я, – Елизария резко обернулась на слова Ваэла. – Да, я могу вернуть то, что у тебя забрали. И я прошу прощения за Лорда Тиэса. Он неразумен.       – Когда и за что ты мне это вернешь? – поинтересовалась Елизария.       – Когда... – Ваэл задумался. – Думаю, это лучше делать постепенно. Каждый раз, как мы будем встречаться, я буду тебе открывать часть себя, как начал делать с твоим отцом.       – А что ты со мной делал? – посмотрел Оддерамус на Ваэл Нара.       – Пока ты находился в любовном дурмане, я работал над той областью сознания, что перекрыл Лорд Тиэс. Открывал тебя. На данный момент, твоих возможностей уже достаточно, чтобы работать на уровне Дереха в том прошлом, когда вас расслоили.       – Отлично, – согласилась Елизария. – А плата?       – Предлагаю тебе присмотреться ко мне, как к личности. Как к части семьи своего отца. И, если не подружиться, то хотя бы перестать испытывать ко мне неприязнь.       – На данный момент могу тебе предложить нейтралитет.       – Согласен, – кивнул Ваэл. – Меня это устраивает.       – Заходите, – Лиззи повела рукой, и земля разошлась, открыв лестницу, которая была освещена то ли фосфоресцирующим мхом, то ли светлячками, что на нем обитали.       – Ты решила быть в гармонии с природой? – поинтересовался Аралан.       – Я всегда с ней в гармонии, – махнула та своим хвостом волос. – Но вырыть подземное жилище было проще, чем построить подобное на поверхности. Здесь практически нет жизни. Все приходится делать собственными силами. И если песок и камни забирают совсем немного, то та дрянь, что находится на поверхности, ее просто жрет! Ваэл, это не твои здесь потрудились? – усмехнулась она.       – Если ты о том, что здесь поработали пожиратели, то смею тебя заверить, что они просто не все смогли выжрать.       – Да знаю, – Лиззи вздохнула. – Это данный вирус, чтобы его. Говорят, что поглотителей просили от него избавить? Я удивлена, что работа так и не была сделана.       – Мурани надо было просить об этом меня, а не моих генералов, – зло произнес Ваэл.       – Вот интересно, почему ты, когда узнал о том, что они не справились, не взялся за зачистку сам? – все же не выдержала Лиззи, кольнув.       – Потому что я узнал об этом три тысячи лет спустя, когда Мурани и его новое Мироздание попытались поглотить.       – А до этого?       – У меня были свои проблемы, и как-то бывший любовник, который украл у меня один из камней вечности, в них не вписывался.       – Оп-па, – удивился Оддерамус. – А что это за вещь?       Ваэл Нар Арду взглянул на Аралана, Оддерамуса и Елизарию, и понимая, что проговорился, думал, как поступить.       – Если после этого зачистишь нам память, то лучше нам не знать, – первой согласилась Лиззи.       – Камень вечности, – Ваэл снова взглянул на всех троих, понимая, что открывает одну из тайн Вселенной. – Это то, что позволяет стабилизировать мироздание. Вам с Дерехом я такой отдам. Потом. Когда вы свое мироздание полностью завершите.       – А что он делает? – поинтересовалась Лиззи, остановившись в конце лестницы, чтобы осветить свое жилище.       – Ты собираешься создать свое мироздание?       – Я?! – Лиззи отшатнулась. – Сдурел?! Нет, конечно! Пусть этим занимаются мои отцы! Все равно они потом уйдут, и тем, что они создали, надо будет кому-то управлять. И я так понимаю, что скинут они это управление и на меня тоже, так как я с ними в путешествие не хочу.       – Хорошо, – Ваэл принял данное откровение. – Камень вечности стабилизирует мироздание на том уровне, после которого поглощение даже его части, невозможно. Все мироздания в упорядоченных мирах имеют в своей сердцевине подобный.       – И Мурани украл его, чтобы стабилизировать данное мироздание? – понял Аралан. – Но оно почему-то не стабильно.       – Потому что его еще надо уметь запустить. Мурани следовало попросить данный артефакт, и спросить, как он работает, а не красть. Я бы ему отдал, и объяснил, – Ваэл нахмурился, а после притянул к себе Оддерамуса, взяв его руку в свою. – Одди, наверное, это тебе покажется странным или непонятным, но я хочу, чтобы ты поклялся в том, что будешь мне говорить только правду.       – Я тебе уже говорил насчет эннэшше, – мягко улыбнулся тот. – Мы не предаем друг друга. Никогда. Могу даже пообещать, что не попытаюсь ничего стянуть, честно требуя права владения. А вот насчет правды... Я даже не знаю, – он задумался. – Даже у Дереха есть секреты между своими.       – Все равно проще дать понять, что не хочешь говорить, чем лгать. Для меня проще.       – Напрямую лгать тем, кто читает твою душу, просто не получится, – улыбнувшись, произнес Аралан. – Да и никто не пробует этого делать. Это больно.       – Больно? – удивился Ваэл.       – А ты попробуй.       – Может, все это уже потом опробуете? – вмешалась Лиззи. – Я вас не просто так к себе пригласила. Мне нужно кое-что вам показать.       – Хорошо, посмотрим, – согласился Ваэл, следуя за девушкой, что провела их в закрытое ранее помещение, уставленное мониторами. – Это что, что-то вроде базы СКИПа?       – А что это? – не поняла та.       – Не бери во внимание, – отмахнулся Одди. – Если ты к ней не присоединена, то не поймешь. Рассказывай, что это.       – По местному календарю, я здесь оказалась примерно сорок восемь дней назад, – деловито начала Елизария. – Вместе с Олегом, или, как он себя называет, Ассуром. Он через пару дней сбежал, сказав, что его потребовал к себе Дерех, хотя мы решили этой проблемой заниматься вместе, ну и мне пришлось создавать свое убежище самостоятельно. А потом я встретилась с вашим так называемым вирусом...       – Вирусом его называть не совсем правильно, – вмешался Ваэл. – Один из моих генералов, который сейчас находится на поверхности, занимается его определением, имея все данные его получения... – он задумался.       – Ну? И к чему же пришел твой генерал?       – Я надеюсь, среди вас нет тех, кто слишком чтит законы светлых мирозданий? – взглянул он на всех троих, увидев ухмылки и пожатие плечами. – Так вот, мой генерал получил в свое пользование пару десятков альдов из высшей знати, и проводил, а так же проводит над ними эксперименты, и на данный момент уже должен был узнать, что саанхарский туман, ни что иное, как выделенный из их крови субстрат, который получил мутацию к распространению.       – Я не биолог, и не основа жизни, – качнул головой Оддерамус. – Мне как бы... попонятнее. Можно?       – Ладно, – Ваэл осмотрелся, увидев в затемненной части кабинета мягкий уголок, пригласив всех присесть. – Ситуация такова. Вся высшая знать альдов, а их шесть кланов, обладали собственной регенерацией, которая не пересекалась друг с другом. Передача этой регенерации низшим слоям общества, осуществлялась за определенные услуги или заслуги. И была, до определенного времени, связана только кровью. То есть, их регенерация не могла существовать вне тела. Но ученые, во главе с магами, когда им дано было такое задание, соединили возможности всех шести кланов, выделив данный субстрат из крови, соединив его с каким-то элементом, существующим на данной планете.       – А почему именно на данной? Почему не на какой-то отдаленной? – удивился Аралан.       – Думаю, какая-то отдаленная планета в данном мироздании, так же заражена, и там проходили эксперименты. Но уже работающий вирус жизни выпущен здесь. Единственное, что вызывает у меня уважение к данной расе, так это то, что выпущен он был после того, как с данного мира улетел ковчег, оставив несколько сот тысяч единиц тех личностей, что отказались покидать данный мир.       – Так все же, почему на данной? – не забыл своего вопроса Аралан.       – Центральная планета Мироздания, – отозвался Оддерамус. – На ней все держится. Такая планета заселяется первой, и уже от нее начинается расселение. Думаю, нам повезло, что Мурани с самого начала, когда стал заселять несколько планет, понял, что здесь не все так чисто, как обещали, и запретил перелеты.       – Но мы не знаем, занесен ли этот вирус куда-то еще или нет, – согласился Ваэл.       – Перелеты между планетами ограничены дар-кэй. Мурани их позвал охранять пространство, – выдал Аралан. – Хорошо, понятно. Этот вирус здесь. Это вирус регенерации. Как я уже понял, он вытаскивает всю плоть когда-либо живших здесь существ, оживляя ее вместе с матрицами сознания.       – Дядя Арри, это совсем не то, что ты сказал, – замахала руками Елизария. – Если бы только он оживлял всю ту плоть, что когда-то погибла, то мы могли бы ее уничтожить. Нет! Этот вирус оживляет все! Смотри, как выглядел бы мой остров, если бы на нем не было данного вируса, – Лиззи что-то напечатала на клавиатуре, и Оддерамус озадаченно уставился на выжженную, как после ядерного удара, поверхность. С оплавленными краями каверн, с покрытой пеплом землей, спекшейся от огня... – Все то, что вы видите, создал этот вирус жизни. Я могу вам показать растения, которые обрели сознание, мутантов, из плоти, в которых несколько матриц личности... Все это – дает вирус. Я бы даже его уже так не называла, а сказала бы, что это новый вид жизни, который себя осознает. У него уже появился собственный эгрегор, который сам себя правит. Вот что интересно!       – Это было бы интересно, если бы данная планета была пуста, – согласился Ваэл. – Но я так понимаю, что выжечь его не смогли не потому, что не старались, а потому, что он не дал.       – Если честно, то да, – поджала губы Елизария. – Он не только на поверхности, но и глубоко внутри. Прорастает, как корни кровянки, вглубь.       – Кровянки? – полюбопытствовал Аралан.       – Плазменницы, как я ее иначе называю, – вывела на экран Лиззи ярко-алое растение, показав его, как точку на поверхности, дав понять, как далеко могут внедряться его корни. – Кстати, плазменница и является добытчиком энергии для этого вируса.       – Странно, что данная планета, позволяет разумным селиться на своей поверхности, – пробормотал Оддерамус.       – А чего бы и нет? – не поняла Елизария. – Это же новые матрицы! Пока разумные живы, они просто живут. А вот когда умирают, это прирост к данной системе. Новые знания, новые умения, возможности.       – Меня знаешь, что интересует? – задумчиво произнес Аралан. – То, что эта, новая жизнь, агрессивна по отношению к тем, кто живет рядом с ней.       – Агрессивна?! – Елизария вскочила с кресла. – Это не она агрессивна! Она была мирная, пока ее не стали убивать! Я с этой жизнью, на острове, живу, и она меня не трогает! Потому что я ее не трогаю! Ее можно было попросить подвинуться, но нет! Ее начали выжигать и уничтожать! И она ответила подобным!       – Лиззи, – мягко попытался осадить дочь Оддерамус. – Ты же понимаешь, что ей не дадут развиться? Этот мир был отдан Мурани. То, что этот мир заразили данной субстанцией, не его вина. Он хочет получить свое. Свой центральный мир...       – Помнишь, ты мне о Земле рассказывал, папа? – холодно произнесла Елизария. – А вот представь, если бы ваш мир продали. Со всеми вами. А вы там не были бы нужны. Что, отдали бы его? Не боролись бы?..       Этот вопрос оказался довольно серьезным, так что на пару минут повисло молчание. За это время Оддерамус поставил столик, созданный на пространственной магии, заполнив его едой и напитками. А Ваэл налил Елизарии рэйгольской амбры.       – Через три тысячи лет, – мягким баритоном произнес он, – эта проблема решена. Я не знаю, с помощью чего, но знаю, что этому посодействовал Рэдж Ас Керн. Лиззи, может, стоит тебе с ним познакомиться? Может, эту проблему вы решите вдвоем? Ведь, спустя три тысячи лет, саанхарский туман является не только желанной, но еще и очень недешевой регенерацией. Может, вы с ним договорились?.. Вдвоем?       – А почему это вдвоем? – подозрительно произнесла Лиззи.       – Потому что регенерин имеет название «эджалисс», – улыбнулся Ваэл. – И, в чем я точно уверен, так это в том, что мой генерал ученый от и до, как и ты.       – У меня другая судьба, – помрачнела Лиззи. – Я должна стать женой Рована. Сына твоего другого генерала. Основа судьбы сказала, что это мой мужчина.       Одди взглянул на Ваэла, увидев его улыбку.       – Рэдж не мужчина, – мягко улыбнулся Ваэл.       – А кто, женщина, что ли? Вот это?! – показала она голографию, взятую из записи дневника Рэджаса, которую явно стащила, вместе с дневником, из закромов Дереха.       – Вот это, – усмехнулся Ваэл, воссоздав облик миловидной женщины с чуть раскосыми глазами и курносым носиком. – Рэдж не любит свой облик. Считает, что ее никто не будет слушать, если она предстанет в собственном облике.       – Я не буду с ней спать! – возмутилась Лиззи.       – А кто тебя склоняет к этому? – удивился Оддерамус. – Вы можете быть подругами.       – Ага. Уже, – буркнула Лиззи. – Знаю я пожирателей. Они все, как один, хотят секса!       – Наверное, я тебя разочарую, Лиз, – расхохотался Аралан, – но есть такое понятие, как ментальный секс. Или, возможность поиметь мозги друг другу. Выскрести их чайной ложечкой. Может, именно этим вам и будет нравиться заниматься? А не соприкасаться телами?       Елизария подозрительно осмотрела мужчин, после чего нехотя кивнула.       – К тому же, – Оддерамус улыбнулся, – Лорд Тиэс был не прав. – Ты не будешь женой Рована, если не хочешь. Вселенная дала нам имя того, кто предложит тебе руку и сердце, и кому ты с радостью ответишь.       – Ха-ха-ха! Очень смешно! – буркнула Лиззи. – Чтобы он еще и думал о том, чтобы меня в жены взять! Да скорее Вселенная исказится, чем он мне предложение сделает!       – Лизька, – тепло улыбнулся Оддерамус, протянув руку дочери. – А давай попробуем магию вселенной? Ты же помнишь?.. Как раньше?       – Па-ап... – Елизария сморщила носик. – Одно дело – детские хотелки, а другое, когда подобное. Да и... – посмотрела она на Ваэла и Аралана.       – Нам уже пора, – согласился Ар, встав. – Мы ждем тебя, Одди, снаружи.       – Скоро буду, – кивнул тот, все же завладев руками дочери, ощутив, как та напряжена. – Помнишь?.. Ты меня в своем детстве и юности учила мечтать, говоря, что Вселенная, если хорошо попросить ее об этом, может сделать очень ценный подарок. Ну?.. Давай помечтаем вместе? Или же расскажи мне свое желание, а я подумаю, как его решить...       – Лучше давай без этого «волшебства», – буркнула Лиззи, – скажи, кого мне дала судьба. И я уже буду готовиться к жизни с ним. Вот, почему мне не получилось родиться мужчиной? Вот скажи?.. Я тогда сама бы выбирала, с кем мне быть...       – Ну, я родился мужчиной, – хмыкнул Одди. – И кто мои партнеры? Что первого, что второго мне навязали.       – Ты их хочешь. И не ври мне! Я чувствую! – возмутилась Лиззи.       – Ох, малая... – Оддерамус тяжело вздохнул. – Не будь в моей жизни Уреи... Я бы и мужчин не хотел.       – Врешь! – не поверила та.       – Истинная правда, – кивнул Одди. – Так уж случилось. Но не хочу поднимать этот вопрос. Давай лучше поднимем твой. Кого ты бы хотела? Вселенной можно задать запрос, если что. Тем более, ты же помнишь, что твой папка – хтур?..       – Я помню, что оба мои отцы – хтуры, – согласилась Елизария. – Просто один не совсем еще это осознает...       – Ну вот, видишь? – Одди улыбнулся. – Расскажи, каким ты видишь своего партнера.       – Ладно, – Лиззи улыбнулась и прикрыла глаза, как в детстве, доверившись рукам отца, что считывал ее ауру. – Я хочу, чтобы он понимал и принимал меня такой, какая я есть, не пытаясь меня переделать. Чтобы он был добрым. Понимающим. Чтобы ему хватало слов объяснить мне, где я не права, и сил согласиться с тем, где я права. Чтобы жизнь с ним не была пресной, или очень жесткой. Не знаю, папа... Наверное, я бы хотела того, кто похож на Адарна. Он такой... – Лиззи мечтательно улыбнулась. – Вот именно такой, какого я бы приняла. Уважающий мнение тех, кто рядом с ним, понимающий, веселый, ласковый... Теплый...       Пока говорила, Лиззи все ближе подвиглась к отцу, пока не осознала, что сидит к нему вплотную, и, плюнув на все, перебралась к нему на колени, уютно устроившись в его руках компактным комочком, и тяжело вздохнула. А Оддерамус тепло рассмеялся, уткнувшись в плечо дочери.       – Я же говорил, что вселенная знает, кому и кого дать, – коснулся он поцелуем щеки дочери. – Клянусь Вселенной, что именно Адарн и был тебе выбран супругом.       – Что?! – Лиззи дернулась в руках отца, упав на пол, удивленно глядя вверх. – Адарн Фарринар?.. Мой?.. Супруг? – последнее слово она произнесла сдавленно, едва не сорвавшись на писк. – Ты не врешь?..       – Нет, – улыбнулся Оддерамус, проявив перстенек, который что ему, что Дереху, дал Адарн, не зная, кто первый откроет тайну Елизарии, так как условия были равны. – Вот. Этим он просит тебя быть его женой.       – Но Рован... Вы же... это же было предназначено... Вы сами так сказали... – бормотала Елизария.       – Ну, до вашей встречи, если что, еще много лет, так что, думаю, Адарн просто решил не стеснять тебя в отношениях, – пожал плечами Оддерамус. – Но я не знаю, почему ты должна с ним встретиться и переспать. Просто Адарн сказал, что это будет и не раз.       – Если он мне верит, то пусть так и будет, – Елизария протянула руку, и Оддерамус надел кольцо на ее безымянный палец, запустив голограмму.       – Елизария, – тепло улыбался Адарн. – Я знаю, что силой никто не надел бы тебе это кольцо, а значит, это твое решение. И я рад ему. Я тот, кто отдал тебе себя, и принимаю тебя. Но, между нами года и века, и в это время, пока мы идем друг к другу, я знаю, что у тебя будут промежуточные отношения. Не стесняйся их. Так нужно. Я даже буду рад тому, что ты не одинока, пока идешь ко мне, счастье моей жизни.       – Это что, он мне сказал, что я должна раздвигать ноги перед каждым, кто меня захочет?! – возмутилась Лиззи.       Одди тихо застонал.       – Нет, малая, он тебе предложил не устраивать целибат. Всего лишь.       – А если я хочу?! Этот целибат устраивать?!       – Я тут причем? Что хочешь, то и делай! Я тебе перстенек от Адарна передал? Передал. Видео от него получила? Получила.       Елизария хищно прищурила глаза.       – Папа... Я знаю, что Дерех умеет менять мировоззрение. Скажи, что ты этим не баловался.       – Охуела?! – возмутился Оддерамус. – Чтобы я свою дочь, вот так?!       – Ладно, поверю, – согласно кивнула та. – Но разберусь с этим. Не зря же, вот так все совпало...       – Ой, да иди ты... лесом, бля! – отмахнулся Оддерамус, понимая, что слишком сильно давил в свое время на использование защиты дочерью, чтобы та всегда была настороже. И теперь получил то, что она и его во враги вписала. – Сама разбирайся! Кто и зачем тебе нужен! И кого любишь! – идя на выход, рычал он. – Достала! Получила то, что хотела, того, кого хотела, и теперь я еще и виноват! Иди ты в жопу, доця!       – Сам иди! – рявкнула Елизария снизу. – Отдал меня тому, кому тебе надо!       – Сама к нему прибежишь! – рявкнул Оддерамус, топая по ступеням. – Идиотка!       – Сам такой! Иди отсюда! Нахер!       – Что у вас там случилось? – поинтересовался Аралан.       – Кольцо Адарна ей подарил, – тихо рассмеялся Одди. – А она первофеникса обожает. Так что сейчас у девочки истерика. Думает, что я ему ее продал, или же как-то еще иначе вмешался в ее жизнь.       – А еще скажи, что нет! – раздался голос снизу, прежде чем выход захлопнулся.       – Я оставлю метку портала к Рэдж? – поинтересовался Ваэл.       – Оставляй, потому что если не оставишь, то будет вопрос, почему ты этого не сделал, – согласился Оддерамус, и тут же добавил, вздохнув: – А если оставишь, то будет вопрос, почему ты это сделал, так как явно хочешь ее использовать. И не вздумай оставлять метку на портал, который потом дашь, потому что будет вопрос, почему ты его не оставил, и явно хочешь, чтобы перед тобой, или мной извинились.       – Истинная женщина, – расхохотался Аралан. – Если кто-то в чем-то и виноват, то точно мужчина. Зачем ты ее так обучал?       – Ты не поверишь, но в пику Янке, – буркнул Оддерамус. – Она у нас получилась пацанкой, а я хотел леди...       – Назад, на остров? – поинтересовался Ваэл, открыв начальную арку портала.       – Да, наверное, – согласился Оддерамус, хмурясь.       Ваэл шагнул первым, а за ним прошли и Одди с Араланом. За время их отсутствия, ребята переместились за стол, где разложили карту, над которой думали, попивая алкоголь.       – Оддерамус!.. – Рахур, увидев Одди, рванул к нему, остановившись в полуметре, протянув руку. – Я ждал тебя, душа моя.       Оддерамус хотел съязвить насчет того, с кем и в каких позах тот его ждал, но Ваэл качнул головой, заставив промолчать, и Одди просто прижался к Рахуру, внезапно ощутив невероятно яркое тепло. То, чего за все это время, пока был с ним в облике альда, не ощущал. Рахур ликовал, сжимая его в объятиях, и даже дышал в унисон с ним.       – Прости, что задержался, – шепнул Оддерамус, коснувшись губ Рахура, и тот ответил так полно и ярко, что пришлось резко прерывать поцелуй.       – Нам... к Дереху надо... – шумно выдохнул он, понимая, что все эти полтора месяца секса не сбили накал страсти и желания.       – Очень надо? – Рахур не опускал руки ниже пояса, ласкал только спину, а Оддерамус осознавал, что хочет хоть здесь и сейчас лечь под него, и все равно, кто и что увидит.       – Я думаю, Дерех полчаса подождет, – громко произнес Богдан. – Шуруйте, расслабьтесь.       – Интересно... – хмыкнул Ваэл. – А ты со мной так поделишься своим мальчиком, как я поделился с тобой своим?..       – Яйца не жмут? – рыкнул Рахур, потянув Оддерамуса за собой. – А то устрою.       – Рах... Рах!.. – Одди смеялся, получив исхата в полное свое владение, осознав, что его потащили в другую комнату, не ту, где было закрыто тело Иана. И понимая, что исхат хочет не довлеть, не обладать, а принадлежать. И взял его, ощущая, как тот плавится в его руках, откидывая голову, постанывая, впиваясь пальцами в ягодицы. – Какой же ты невероятно сладкий, солнце мое... – шепнул Оддерамус, вбиваясь в податливое тело. – Желанный мой...       – Прости, что не держал себя в узде, – шепнул Рахур, подаваясь бедрами. – Но если я кого и хочу, так это тебя. Только тебя... – охнул он, начав двигаться жестче и резче, буквально вбивая в себя.       – Какой красивый дуэт, – услышал Одди ласковый баритон Ваэла, когда Рахур практически вошел в пик наслаждения, ощутив, как данные слова подстегнули обоюдное желание. – Думаю, если я помогу вам, никто против не будет?.. – Лорд Арду залил своей аурой все пространство. Одди и не думал противиться, так как эта аура была ему приятна, а Рахур не мог сопротивляться, так как это был тот, кому он не мог сказать «нет». – Поделишься со мной своим мальчиком? – уже не с просьбой, а с приказом, обратился он к Рахуру.       – Если... он... позволит... – прикрыл глаза Рахур. – Он сильнее меня...       – Это я решаю, кто здесь сильнее, – проворковал Ваэл, лаская тело Рахура, целуя его плечи.       – Прости, я забылся, – Рахур напрягся, понимая, что Ваэл может с ним сделать все, что угодно, и это в его праве, но тот, вместо того, чтобы войти вторым, переместился за спину Оддерамуса, войдя в него.       – Твою же... – Одди выдохнул, замерев от острого удовольствия, начав двигаться в сдвоенном темпе, получая удовольствие, и даря его, теряясь от наслаждения, постепенно осознавая, что движется назад, на член Ваэла, с куда большим удовольствием, чем удовлетворяя Рахура. – Лучше, вы меня оба возьмите, чем я между вами буду, – пробормотал он, выйдя, лаская свой член.       – Оддерамус, если ты не хочешь Лорда Арду, то он не сможет взять тебя насильно... – попытался протестовать Рахур.       – Я знаю, – Одди, прикрыв глаза, откинул голову на плечо Ваэлу. – Но все решено за нас. И нет, – поцеловав Рахура, качнул он головой, – я совсем не хочу противиться своему желанию, получить вас двоих.       – Люблю послушных мальчиков, – рассмеялся Ваэл, понимая, что в свое время, Дерех очень вовремя дал понять Рахуру, что им придется быть вместе, и очень умно использовал тело альда, чтобы синхронизировать эмоции всех троих.       Счастливо рассмеявшись, Оддерамус откинулся на кровать, поочередно целуя своих эннэшше, и задумался над тем, что не ощущает той грани, которая всегда существовала у Дереха, разделяя его семью на ведущего и ведомых. Здесь и сейчас он был равным. Пусть более слабым, не таким умным, но понимал, что справится. А самое главное, понимал, что ему не будут препятствовать.       – Наверное, уже пора, – осторожно начал приподниматься Рахур, не желая вызвать недовольства Ваэла.       – Да, пора, согласился Лорд Арду, а после навис над исхатом, – Оддерамус, ты, наверное, иди, приведи себя в порядок... А я вправлю мозги нашему общему другу.       – Желательно без мордобоя! – попросил Одди, и скрылся в ванной комнате, прижавшись к двери, чтобы слышать, о чем идет речь.       – Рах, что случилось?! – напряженно произнес Ваэл. – Что за ревность, и почему мне приходится тебя проминать под себя заново?! Ты же сам говорил, что знаешь, что у твоей основы несколько таких как ты. И ты прекрасно знал, что я – часть его судьбы! Откуда подобное желание владеть?!       – Я не сдержался, прости, – тихо и спокойно произнес Рахур.       – Я-то прощу. А вот как относиться к тебе будет Оддерамус, если ты ему не хочешь подарить себя, как дарил, например, Иану? Или тот, кого ты любишь и желаешь, не достоин получить то же удовольствие, которое испытываешь в этой связи ты?       – Ты о чем? – не понял Рахур.       – О том, мой друг, что ты просто потыкал в него своим членом, не доставив даже толики того удовольствия, которое мог бы подарить. И все потому, что взревновал ко мне. Это не дело, Рахур. Не Оддерамус выбирал такую связь.       – А кто тогда?! – возмутился Рахур. – Я так понимаю, вы уже успели с ним довольно глубоко познакомиться.       – До этого дня, я не прикасался к телу Оддерамуса, – качнул головой Ваэл, притом, не солгав ни словом. – И давай, мы не будем обвинять друг друга в том, что не делали. Я хочу, чтобы его любовь сплотила нас, а не разделила. Нам нужно решить проблему куда как более глубокую, чем твоя ревность. Так что, наверное, если ты не последуешь моей просьбе, не винить его в том, что между нами происходит, то мне придется тебе это приказать.       – Не нужно, – напрягся Рахур. – Я постараюсь дарить ему все, что потребуется.       – Нет, друг мой, ты не постарайся, а так и начни делать. Ты же понимаешь, что Оддерамусу тоже приходится нелегко. Ему нужно будет совместить нас в себе. В своей душе. Довериться, принять, осознать, что между нами не только секс, но и все остальное. Нам придется втроем биться за феникса, которого поработил Эрбэл. Неужели ты думаешь, что Оддерамусу нужно ощущать еще и наше недовольство друг другом?       – Я тебя понял, – Рахур встал с кровати. – Я буду держать себя в руках. Но мне очень больно ощущать, что тебя он так же просто принимает, как и меня.       – Я был не прав, – согласился Ваэл. – Нужно было вам дать побыть вдвоем, не вливаться сразу же. Думаю, ему так же было неприятно мое присутствие, или точнее, такое резкое присоединение. Но я хочу думать, что мы справимся со всем этим.       – Вы уже? – Одди вышел из санузла, сделав вид, что не подслушивал. – Тогда, стоит вам подготовиться. У нас впереди довольно сложный период.       – Да, мы уже все, – согласился Ваэл, остро взглянув на Рахура, а после пошел в душевую сам.       – Рах... – Одди, не выдержав, крепко обнял Рахура, понимая, как, до скрежета зубов, хотел сделать это все те дни, пока они были вместе. – Как же я рад тебя видеть. И безумно счастлив, что Адарн позволил к вам переместиться.       – Я тоже, – улыбнулся Рахур, но осторожно выбрался из его объятий. – Прости. Я как-то упустил то, что Ваэл Нар Арду тоже будет с нами. Мне нужно время, чтобы это принять. Ты позволишь мне?       – Конечно, – Одди кивнул, с горечью понимая, что трахать шлюху на двоих, Рахур мог. Притом, делал это с радостью, а вот с ним, как и сказал Ваэл, начал закрываться.       Наверное, единственное, что в этом всем было хорошо, так это то, что у тела Иана уже не было души. Что это был простой, запрограммированный на матрицу сосуд. Так называемый биороид, где он провел некоторое время. Что эти двое, своими претензиями, не коснулись души еще одного существа.       – Что ж, я готов, – Ваэл вышел, и Рахур проскользнул в санузел. – Надеюсь, ты не затаил на него обиду? – тихо произнес он, приподняв голову Оддерамуса за подбородок. – В отличие от нас с тобой, Рахур очень много времени провел, обучаясь эмоциям низших рас, тогда как ты все это время рос, стараясь жить долгом. Через какое-то время наша синхронизация все же произойдет, и такого больше повторяться не будет.       – Обиды нет, – пожал плечами Одди. – Но я просто подумал, что было бы, обладай Иан душой, – едва слышно произнес он. – Думаю, меня бы это напрягло. Не тем, что Рахур ему отдать может больше, а тем, как себя повел, переметнувшись...       – Понимаешь... – Ваэл смотрел в глаза Одди. – Он себя так и повел, как ты говоришь. Ведь то, что был все это время с бездушным телом, в котором был ты, он так и не знает. И, я думаю, Рахур очень не хочет, чтобы ты докапывался, как он здесь проводил все это время.       – Ну, зашибись, – согласился Оддерамус, думая, что Ваэл постарается его поддержать, вместо этого получив подтверждение своим сомнениям. – И что предлагаешь?       – То, что всегда в таких случаях делали подобные нам, – коснулся он руки Одди. – Найти другие способы соприкоснуться душами. То, что Дерех вызвал меня в помощь себе, и то, что я приведу вас, поможет нам синхронизироваться. Увидеть друг друга. Работать вместе. Давай, это и сделаем. Сойдемся в других точках восприятия. И, думаю, через какое-то время, все придет в норму.       Оддерамус счел этот совет наиболее логичным, поэтому, вышли они из керра уже в лучшем настроении, чем было недавно.       – Так, раз вы здесь, – сразу подошел к Ваэлу Богдан, – то давай, ты сейчас раскинешь нас по точкам, куда и кому нужно, а потом пойдешь к Дереху.       – Хороший вариант, – кивнул Аралан, сразу же показав координаты, куда стоит отправить Богдана, куда – Грайба, а куда – Кристиана. – Мы уже успели посоветоваться, куда и кому нужно.       – А ты? – поинтересовался Одди.       – А я с вами. Нужно увидеться с Ассуром. А там я уже получу дальнейшие распоряжения, идти ли мне за эннэшше, или же получить свое задание.       – Сейчас вернусь, – пообещал Ваэл, открыв подпространственный коридор, в который пригласил всех троих, кого нужно было раскинуть по координатам.       – Расскажи, что вы задумали, – стоило только порталу за Ваэлом закрыться, попросил Рахур.       – Мы... – начал Оддерамус.       – Мы сейчас идем к Дереху, – вмешался Аралан. – На станцию дар-кэй. И кстати, Рахур, там заправляет всем твой друг, эйрэ Неррет.       – Он же из прошлого... а я из настоящего... – нахмурился Рахур.       – Эта проблема решена. Память Неррета будет в свое время заблокирована, так что вспомнит от тебя, только оказавшись в мироздании Дереха и Одди.       – Хорошо. Меня это устраивает, – кивнул Рахур, дернувшись, когда Ваэл появился. – Быстро ты.       – Это же не по мирам ходить, а в пределах одной планеты, – отмахнулся тот, создав второй портал. – Ну что, пошли. Будем помогать править этот мир.       – Вот только бы еще знать, как... – буркнул Оддерамус, шагнув за Ваэлом, оказавшись в огромном помещении, где увидел множество неизвестных дар-кэй, и сверкающего белизной огромного яга, что, нависнув над одним из Стражей, что-то шипел ему сверху. – Ассур? – губы Одди сами расплылись в улыбку.       – Рахур?! – почти в тон ему произнес тот дар-кэй, на которого, на повышенных тонах, шипел Олег, и кинулся к своему другу. – Ты-то здесь как?!       – Приперлиссссь, – вышипелся Олег, но сбавил обороты своего гнева, и пополз к Одди. – Давно тебя не видел.       – Как и я тебя, – Оддерамус обнял яга, ощущая, что между ними появилось какое-то отчуждение. – Ты меня так и не простил?       – Не в этом дело, Андэрр. Не в прощении. Я просто перестал быть вашим эннэшше.       – Нашел себе кого-то другого?       – Да. Так будет точнее.       – Ладно, рассказывай, что у вас здесь и как. Хочу понять, с чем мне придется столкнуться.       – Со своим грохнутым на всю голову младшим! – вышипелся Олег. – Пока мы здесь исполняем его левое здание, он что-то себе там строит, закрывшись на линкоре дар-кэй, переделывая его под себя!       – А вы что здесь исполняете? – он осмотрелся, заметив множество раненых и искалеченных дар-кэй, а так же мельком увидев носящегося вдали Макса и руководящего каким-то заданием Алеса.       – Пошли, – вздохнул тот, и Одди последовал за ним, отметив, что Олег как-то незаметно перетек в тело антропоморфа, потащив его поближе к лазарету. – Поможешь мне. После эскапады, которую предложил Дерех, мы потеряли сто с чем-то дар-кэй, притом, без возможности восстановления. Души их ушли, – скинул он на руки Оддерамуса окровавленные бинты. – Обработай. И потеряли около восьмисот тел. Но с этим пока что проблем нет. Восстановили.       – А этих почему не пустили на возрождение? – Оддерамус очистил бинты от крови и простерилизовал. – Они же могут клонировать себя.       – Хочешь услышать, чем твой брат занимается, вместо того, чтобы помогать нам? Он забаррикадировался в линкоре дар-кэй, где и находились капсулы возрождения. И отключил их. То есть, если кто-то погибнет, кто привязан к тем капсулам, то может и возродится, но так и будет там лежать недвижимым грузом. А те, которыми руководил дас-эйрэ Хартар, оказались выведенными из строя. Полностью. Поэтому приходится лечить данные тела. Благо, регенерация хорошая, и самое важное, не дать им сдохнуть.       Олег переходил от койки к койке, меняя бинты, требуя от Одди репликацию препаратов, но ни словом не заикался о его возможности регенерации, из чего Оддерамус вывел, что все не так уж и просто. О том, что тот мог забыть о его возможностях, Одди даже не думал. Такого просто не могло быть.       – Хорошо, что я могу сделать в данной ситуации?       – Пока – помогать мне, – глаза в глаза, посмотрел ему Олег, и Одди решил не спрашивать ни о чем.       Наконец, закончив обход раненых, они вернулись в центр зала, где стояли Рахур и его собеседник, и Одди услышал имя: Неррет, осознав, что это и есть тот дар-кэй, о котором говорили, но не узнав его сразу по причине того, что тот был мало того, что в виде человека, так еще и искалечен. И сейчас Неррет упрашивал Ваэла и Рахура, пойти с ним, чтобы перетащить капсулы клонирования на станцию.       Оддерамус взглянул на Олега.       – Да делайте вы, что хотите! – буркнул тот.       – Это потому, что мы не делаем то, что нужно тебе, или потому, что все наши действия бесполезны? – не понял Одди.       – Это потому, что в данный период вы можете вести себя, как угодно. Все равно ничего не изменится. До тех пор, пока Дерех не выползет из линкора, мы остаемся слепыми кутятами, которые могут делать только то, что им предназначено природой: жрать, спать и срать.       – Значит, на данный момент ты даже не дашь нам никаких руководств к действию? – удивился Одди.       – Я здесь не для этого, – согласился Олег. – Но на все вопросы отвечу.       – Хорошо, – кивнул Одди, а после подошел к ребятам, и те замолчали. – Я получил от Ассура проблему, некуда класть ребят, для возрождения. Или у вас есть какой-то общий блок для клонирования?       – Был! Два было! – не выдержал Неррет. – Первый – на кораблях Хартара, но его отключили, и многие пошли на перерождение, притом, не как дар-кэй. Второй – на нашем линкоре, но туда не добраться.       – Я могу попытаться построить такой, если получу отключенный, – осторожно произнес Оддерамус.       – Давай, попробуем, – сразу же согласился Ваэл.       – Но я не знаю, что в вашем корабле сделал Дерех.       – Может, у тебя получится к нему проникнуть? – поинтересовался Рахур.       – Попробую.       – А я тебя проведу! – возмущенно произнес Олег. – Проведу, и поставлю возле линкора, в который он никого не впускает!       – Хорошо, – согласился Одди. – А вы пока выясните, что хочет сделать Дерех на поверхности планеты, чтобы я ему и там мог помочь, – дал он задание ребятам, и пошел за Ассуром. – Скажи, ты мог бы немного меньше экспрессии вкладывать в свои слова и эмоции, а то это выглядит слишком наигранно?       – Переиграл, думаешь?.. – спокойно отозвался Олег.       – Обистерился на все сто, – кивнул Одди. – Я тебя знаю просто. Ты так себя не ведешь. Так зачем ты это делаешь?       – Ну надо же показывать дар-кэй, что хоть кто-то что-то делает, – пожал плечами тот. – На самом деле, у Дереха все под контролем.       – А тела, почему не восстанавливаете?       – Это был его приказ. Дар-кэй придется научиться не дохнуть, как они привыкли, а выживать. И я с ним согласен. В данном измерении, лучше получить рану, чем бросить тело. Иначе, матрица тут же попадет к вирусу жизни, ассимилируется с ним, и дар-кэй придется драться с самими собой.       – То есть, капсулы клонирования и регенерации все же есть?       – Нет, их все же нет. Дерех их изъял, а Хартар свои испортил. Так что да, нам бы не помешало иметь хотя бы десяток капсул регенерации, но не клонирования.       – А к Дереху ты меня ведешь, чтобы я ему это рассказал?..       – Нет, на линкор не проникнуть. Но Дерех оставил для тебя сообщение, и думаю, тебе стоило бы его выслушать. Там, – кивнул Олег на помещение, – слишком много тех, кто склонился под Неррета, но не готов его поддержать. По этой причине приходится урезать свои возможности. Думаешь, я не могу запустить регенерацию? Или забыл, что она есть у тебя?..       – Я понял, что не забываешь, – Оддерамус проследил за движением рукой Олега, увидев перед собой камеру, вроде фото-кабинки, только с плотной дверью. – Надеюсь, я получу совет, как работать.        «Приложите руку к отпечатку», – увидел надпись на русском на экране Одди, и положил руку на выделенную область, а после заметил сканер сетчатки, приблизив глаз.       – Ну, слава яйцам, явился, – хохотнул Дерех, присев с другой стороны экрана, смотря ему в глаза. – У нас двусторонняя связь, так что можешь задавать вопросы.       – Ты чего там закуклился? – поинтересовался Одди.       – Ненавижу перевороты, потому что. Это первое. Второе – работаю.       – Над линкором?       – Не только, – Дерех рассмеялся. – Над всем и сразу. Я дал Мурани задание, и он должен сделать все сам Я-то, все же, никто. Так, помощник. Пусть они с Олегом сами все и решают, – весело отмахнулся Дерех, и тут же стер улыбку с лица. – Одди, у нас немного все серьезнее, чем я думал. Я не хотел вмешиваться в ход жизни данного мироздания, но на данный момент, оказался здесь самым сильным. Мурани находится под каким-то семейным проклятием, которое распутывает Олег, а мне пришлось самоустраниться. Ведь если вмешаюсь в ход истории данных миров, то мне, хочу я того или нет, придется брать их под себя, чего нельзя делать. Испорчу отношения с Мурани. Поэтому, до тех пор, пока данный охренитель не станет достаточно силен, чтобы переключить энергию миров на себя, мне придется быть всего лишь запертым в этом линкоре вашим советником и помощником. Поэтому, слушай сюда. Справа от тебя, в ящике стола, лежит амулет связи со мной, а так же кристалл, куда я скинул наработки конструктов, которые придется воплощать тебе. Я их полностью ассимилировал с пространственной магией, так что больших проблем в воссоздании не будет. Заодно и попрактикуешься в совмещении двух разновидностей воздействия.       – Что насчет капсул регенерации? Ты лишил дар-кэй самого важного.       – Вообще-то, я Олегу уже сказал, что все капсулы, что должны поднимать дар-кэй, перенесены во владение Скинайи. Кристаллита, который теперь руководит ячейкой базы. Олег должен был расположить всех дар-кэй в капсулах здесь, и отправить их вниз. И что не так?       – Капсул нет. Точнее, Хартар свои, как я понял, сломал. А ты закрыл вход дар-кэй Неррета в их личные капсулы.       – А капсульное помещение на станции? – не понял Дерех. – Там же два миллиона капсул! Они что, его не вскрыли?!       – Вообще-то, еще и суток не прошло, как ты связался с Ваэлом. Так что, точно я тебе ничего не скажу, что они сделали, а что нет. Но, судя по тому, что пятьдесят с чем-то дар-кэй ранены и серьезно, и только то, что их лечит Олег, помогает им выжить, то, как я понимаю, зал так и не найден.       – На, лови координаты, – нахмурился Дерех. – Пиздец. Я же им дал все. Неужели нельзя было обойти станцию и понять, что и где находится, или спросить у ботов?!       – Не знаю. Они здесь все какие-то взъерошено психованные, – пробормотал Оддерамус. – Ладно, передам я им данные. Каковы твои приказания?       – Мои? – Дерех задумался. – Пусть залегают в капсулы, и готовятся к тому, что их выпустит на поверхности. Богдан и Грайб уже много моих крепостей настроили?       – Ты о каких крепостях? – не понял Одди.       – Ну, о домах. Я попросил у Мурани две тысячи участков под замки Адарона и керры. Они должны были уже установить все...       – Дерех, ты в каком времени живешь? – нахмурился Одди. – Мы четыре часа тому назад отправили Богдана и Грайба по первым координатам.       – А чем они занимались полтора месяца?! – возмутился Дерех. – Яйца чесали?!       – Не знаю, – пошел на попятную Оддерамус. – Может, чем-то и занимались. Меня-то вообще выключило с того момента, как ты нам Аралана приказал забрать. Я выясню.       – В общем, так. Надо по всем городам расставить наши точки, и начать в них торговать тем, что находится в кристалле. Просить не много, но обязательно привязывать к ауре. Чтобы второй такой набор никто на руки получить не мог. Разберись, чтобы этим занимались только наши. Поговори с Максом, он знает, как это устроить.       – Хорошо. Попрошу. А дар-кэй знают, что их ждет привязка к капсулам?       – Да. Это работа давно обговорена. Так, что я еще хотел... – Дерех задумался, а Оддерамус увидел, как на его плечи опустились когтистые красивые руки Ридана, осознав, что тот рядом, и ощутил, что расслабился. Если Дерех допустил к себе эннэшше, то уже адекватен. Когда безумие затапливало, никто не мог к нему пробиться. Даже те, кого он любил. – А, вот, вспомнил. Олег что-то там говорил насчет выращивания искусственного мяса? Пусть выставит свои капсулы и подсоединит их. А так же, пусть озаботится посадкой полей и садов. У него есть семена, полностью нейтрализующие вирус жизни.       – Ты что, хочешь этот вирус подавить?       – Я? – Дерех удивленно хмыкнул. – Нет. Даже не думал заниматься подобным. Здесь есть Лиззи, пусть и работает. Но, кое-что я все же смог внедрить в свои наработки. Как только жители данного мира начнут питаться тем, что получат, независимо от формы, животной или растительной, то у них начнется естественный процесс размножения, который сейчас подавлен Мурани. То есть, начнут плодиться, и на их плодовитость Мурани не сможет повлиять. Там возможностей дофига.       – То есть, ты идешь против желания владыки мироздания?       – В этом варианте – да. Притом осознаю, чем это может грозить. Но я знаю Лиззи.       – Ты Лиззи не знаешь даже на одну сотую того, как ее знаю я! – возмутился Одди.       – Я знаю, что она сделает так, чтобы Саанхарский туман не убивал, изменяя под себя, а помогал жить. Я знаю, что она над этим поработает, притом усердно.       – Она еще не разобралась, что это такое! – повысил голос Оддерамус.       – Да?.. С чего ты взял? – удивился Дерех. Вот ее дневник за предыдущие двести дней...       – Какие двести?! Какое разобралась?! Какое, нахер, подавление вируса?! – возмутился Оддерамус. – У нас с момента, как она здесь, прошло от силы, пятьдесят дней!!! Чем ты там занимаешься?! Что создаешь, что тебя колбасит по времени, как не знаю кого?! Открой мне доступ в линкор, Дерех!       – Знаешь... – младший задумался. – Если у меня здесь такое временное непостоянство, то не открою. Видимо, до того, как забрался сюда, я исказил время и пространство настолько сильно, что не могу собрать мозги воедино. Но я проработаю то, что создал. А потом, – Дерех вздохнул, взглянув на экран, который был виден и Одди, где обрисовался изгиб Нереи, не освещенной звездой. – Я остановлю технологии данного мира.       – Зачем?.. – не понял Одди.       – Затем, что когда придет он, все уже научатся жить без техники данного уровня. Нерея уже начала терять энергию, что в не освещенном звездой пространстве очень даже видно. Я оставлю Олегу часть мощностей, да и моя магия будет работать. Пока что. А вот технологии лягут. Считай, что я предвестник феникса, и что все то, что сделал бы он, делаю я.       – Да мы не успели ничего даже понять, не то, что сделать! – сорвался Оддерамус на крик.       – Как раз успеете, – кивнул сам себе Дерех. – Лиззи написала, что все узнала через двести дней. Считай, что у вас сто пятьдесят дней осталось. Сто пятьдесят дней до частичного подавления энергии, Одди, – серьезно произнес Дерех. – Я думаю, ты понимаешь, что я вам дарю.       – Ты на всю голову пизданулся, младший! – рыкнул Оддерамус, понимая, что Дерех все же прав. – Ты не только в пространстве и времени потерялся, но и в собственных мыслях!       – Согласен. Может быть, и потерялся, – не стал перечить Дерех. – Но я знаю вас, свою семью. Вы справитесь. К тому же, не забывай, что все то, что находилось здесь до нашего появления, и к чему лично я не прикасался, отлично работало. Я говорю об арсенале. Надеюсь, ты о нем помнишь, и сможешь реплицировать все, что нужно. Это и так разработки дар-кэй, разве что слегка измененные, так что, ребята справятся. Ну а ты поможешь им в этом.       – Знаешь, я думал, что тебя задело всем тем, чем ты там занимаешься, не так сильно. Но, кажется, Ваэл был прав. Ты безумен.       – Думай, что хочешь, – согласно кивнул Дерех. – Главное, не забывай, что без тебя этот мир, да и все мироздание не справится. А я буду заниматься тем, чего вы сделать не сможете.       – Отдыхать?! – возмутился Одди.       – Стабилизировать энергетический баланс, который уже к чертям слетел.       – Я тебе морду набью, как только вылезешь из своего убежища! – пообещал Оддерамус.       – Напомнишь мне это через сто пятьдесят дней, – согласился Дерех и отключил связь.       Одди, понимая, что получил сразу несколько заданий, нахмурившись, вышел из кабинки связи, и прошел в общий зал, отметив, что там мало что изменилось.       – Ну, узнал, что хотел? – тут же обернулся к нему Ваэл.       – Узнал только то, что через какое-то время начнется полный попадос, – переводя взгляд между дар-кэй, Араланом и Олегом, пробормотал он. – И думаю, что кое-что, на данный момент, стоит придержать и не разглашать. С тобой лично я потом поговорю.       – Буду ждать, – согласился Ваэл. – А моя помощь в чем-то здесь нужна?       – Она нужна мне, а не моему брату, – нахмурился Оддерамус, а после поманил Олега к себе. – Ассур, найди нам где-нибудь комнатку, в которой мы сможем поговорить.       – Мы с тобой, или?..       – Ваэл, Рахур, Аралан, я и ты.       – Сейчас придумаю, – Ассур осмотрелся, а после поманил всех, кого назвал Одди, за собой, создав непроницаемый купол тишины. – Итак?       – Мой младший пока что будет сидеть в данном линкоре, и шагу оттуда не ступит, – начал Одди. – Считай, что на данный момент все то, что мог решить с Дерехом, можешь решать со мной. Я получил полномочия. По некоторым причинам я даже не могу точно назвать дату, когда он вышкребется наружу. Но уже то хорошо, что он там не один, а с Риданом, – Ассур нервно хохотнул, но не стал возникать. – В общем, Дерех сказал, что капсулы регенерации можно найти в капсульном помещении станции, и что путь к нему знают боты. Но что он выделил особо, так это то, что все дар-кэй должны залечь в данные капсулы. Это, так называемый резерв жизни. А уже там, на Нерее, Скинайя их сама поднимет и воплотит в подобиях тел. К этому времени нужно как можно больше выставить керров и замков, чтобы создать дополнительную портальную систему. Что еще... Олег, – Одди нахмурился. – Ты говорил, что у тебя есть резервуары с возможностью растить мясо? Вот. Их тоже надо выставить. Как и засадить максимальное пространство новыми растениями, привнесенными извне и не связанными с Нереей. Младший сказал, что как только питание прекратит соприкасаться с энергией данного мира, тут же начнет зарождаться потомство.       – Вот о чем говорила Лиззи... – сам себе покивал Аралан. – Вирус жизни создал здесь все... А Дерех, как я понял, хочет его обмануть? Перепрограммировать часть мира под себя и наши потребности?       – Если ты в этом что-то понимаешь, то хорошо.       – Я тоже понимаю, – согласно кивнул Ассур. – Это называется «антивирус», и как я понял, мы займемся тем, что будем переписывать код самого мира.       – Отлично, если ты это понял.       – Думаю, в этом как никто другой, разберется Макс. Если у нас кто и завязан на компьютерных технологиях, то только он. И именно ему можно дать подобное задание. Что нужно делать нам?       – Разобраться с некоторыми технологиями, – показал Оддерамус кристалл. – Конструктивная магия не катит в данном мире. Можно использовать только пространственную. А единственный нормальный пространственный маг – это Ридан. И он с Дерехом.       – Ридан... не совсем с Дерехом, – осторожно произнес Олег. – Там его матричная копия. Сам Ридан в капсуле. Одной из тех, что удалось спасти от отключения.       – Значит, можно создать и вторую матричную копию. Или я не прав? – Одди нахмурился.       – Я приглашу Макса? – не став отвечать на вопрос, переспросил Олег.       – Вообще-то смысла нет. Мы сейчас все, кроме дар-кэй, спускаемся вниз. И капсулу с Риданом можно будет забрать. А уже там, на поверхности, все и решим.       – Я бы оставил его здесь, – не согласился Ваэл. – Насколько я ощущаю, станция идеально укреплена и защищена. А вот будет ли капсула так же под защитой внизу?       – Мне кажется, Лорд Арду прав, – согласился Олег. – Ведь Ридан единственный, кто еще не прошел полного перерождения.       – Ты опоздал с подобными заявлениями на пару лет, – хмыкнул Одди. – Но, если считаешь, что здесь защита лучше, то противиться не буду.       – У тебя есть я, Оддерамус. – Ваэл взял руку эннэшше, поцеловав кончики его пальцев. – Если кто и сможет полностью противостоять фениксу, так это я, как полная его противоположность.       – Неужели? – хмыкнул Олег.       – Движение и стазис разве не противоположны друг другу? – как-то по-доброму, без давления и попыток показать свою власть, улыбнулся Ваэл. – Например, как наполненность и пустота?.. Фениксы могут зажечь все что угодно своей силой, расшевелить любое пространство... А я могу его остановить.       – Хорошо, мы поняли твои возможности, – уважительно кивнул Олег. – Но что именно и как ты сделаешь, чтобы защитить станцию?       – Помещу ее в ничто. Запрещу своей властью хоть чему-то существовать рядом с ней. И щит пустоты окажется ничуть не хуже, чем щит заполненный энергией до предела.       – Может и сработать, как думаешь? – напрямую к Одди обратился Олег.       – Лишь бы связь с матричными копиями не прервалась.       – Я построю связь с Нереей на основе подпространственных коридоров.       – Ох, как бы я хотел все это изучить... – прищурился Олег.       – Почему бы и нет? – тут же отозвался Ваэл. – Ты – созданный. Изначально, не будучи фениксом, не будучи одушевленным, ты не можешь принадлежать стихии или энергии какого бы то ни было спектра. А значит, можешь совместить в себе противоположности, которые не вступят в конфликт с твоим внутренним сосредоточием... Потому что его, этого внутреннего, того, что принадлежит хоть кому-то из светлых или темных создателей, просто нет.       – Мне на это уже можно обидеться? – расхохотался Олег.       – Наоборот, я думаю, ты должен благодарить того, кто изъял тебя из твоей собственной структуры, подарив уникальную возможность работать с противоположностями. Сразу хочу тебя разочаровать. Универсальность плоха тем, что как бы ты ни пытался, проникнуть в глубины сфер знания противоположностей, у тебя получится это довольно слабо. И, наверное, сразу же универсальностью и обрадую, – плотоядно улыбнулся Ваэл. – Тебе доступны комбинации.       – Что-то вроде вот этого? – Олег достал глефу, созданную Дерехом, что была плотно упакована в защитный кокон.       – Да. Что-то вроде этого, – согласился Ваэл, протянув руку, получив оружие, осмотрев его, вернув назад. – Только с большей проницаемостью энергий. Как я понял, это дело рук Дереха?       – Читается его энергетический след?       – Почти, – уклончиво согласился Лорд. – Ощущается, что ее мастерил темный созидатель, притом, довольно гениальный.       – Я бы с тобой обязательно хотел продолжить данный разговор, – с уважением кивнул Олег. – Но на данный момент нам надо разобраться со станцией и дар-кэй.       – Что ж, тогда не буду мешать, – Ваэл собрался открыть портал.       – Думаю, я пока останусь здесь, – отозвался Рахур. – Моя помощь клану Неррета не помешает.       – А я направлю к вам СКИПовцев, – тут же поддержал Олег. – Их помощь не помешает внизу.       – А моя? – вмешался до этих пор молчавший Аралан.       – Ты так же будешь полезнее внизу, – подумав, согласился Олег. – Когда разберусь здесь, найду вас.       – Ты действительно сможешь помочь Олегу? – когда они остались втроем, поинтересовался Одди.       – Только в познании того, что умею сам, – задумчиво произнес Ваэл. – Но если Ассур осознает, что ему дает подобное, и сможет совмещать и комбинировать полученные возможности, то это будет уникальное творение... Или утерянное.       – В смысле? – не понял Оддерамус.       – Думаю, Ваэл имеет в виду, что проблема в разуме самого Олега, – вмешался Аралан. – Можно получить как уникального творца, управляющегося всеми возможностями, полученными от Вселенной, так и насмешку над самим пониманием творения, которое разочарует и вызовет неприязнь нелепостью поступков.       – И, как я понимаю, помочь ему на данном этапе становления практически невозможно?       – Разве что, перед Мрисом поставить задачу, и сделать его наставником Олега, – пожал плечами Аралан. – Если кто и умеет полно работать с теорией, избегая плотной практики, так это он. Как-то же вас с Дерехом он обучил, хотя знал только основы магии конструктов. Почему бы не предложить ему еще одну задачу? Обучить комбинатора.       – Ага, великого и неповторимого, – пробормотал Оддерамус. – Хотя, ему же не сто лет и даже не тысяча... Да и Олег не малявка эмоциональная, как мы.       – О, всем приветики, – Макс устало, но все так же задорно улыбнулся, хотя Оддерамус отметил его осунувшееся лицо и синяки под глазами. – Нам сказали, – кивнул он на Валля и Алеса, что мы нужны вам внизу?       – Ты нам нужен внизу, – кивнул Одди. – Ну и Алес не помешает. А вот Валль... я так понимаю, – обернулся он к цеарру, – там ты вынужден будешь снова залезть в предмет и не отсвечивать? Может, тогда лучше быть здесь координатором?       – Меня это более чем устроит, – согласился Валль.       – О, здорово, – Макс кивнул.       – Ну, если здорово, то пошли разбираться с теми задачами, что нам задал Дерех, – согласился Оддерамус, и тут же вошел в портал, открытый Ваэлом.